Крылья и когти

Мишу будто, что-то укололо в бок. Взгляд стал волнительным и тревожным. Он посмотрел в потолок и наконец ответил: - Ты не спрашивал. - Ну да, а это ж такая мелочь, чтобы о ней не рассказать. - Не знаю. Подходящей возможности не было. Леша приподнялся на локте, убирая назад его до сих пор влажные волосы со лба, давая понять, что не злится. - Если ты боялся моей реакции, то зря. Я отлично отношусь к маленьким существам этой планеты. - Только ты мог сказать на детей - маленькие существа,- усмехнулся Миша. - Так как её зовут? - София. - Соня, значит. - И сколько ей лет? - 16. Очень проблематичный возраст. Сам знаешь. Вона ще й в мене - запальна дівчина. - Так ти у нас «папочка», Подоляк?- игриво поднял бровь Арестович. - Я хотел рассказать. Просто позже. - Миш, ты можешь не оправдываться. Я понимаю твои страхи. Но не скажу, что это меня не шокировало. Всё же я предпочел это бы узнать от тебя лично. - Мне жаль. Я должен был тебя рассказать раньше. Из открытого окна подул свежий ветерок и Миша вздрогнул. - Вставай, бо застудишся. По дорозі додому розкажеш мені все.

***

- Почекай мене в машині,- улыбнулся Арестович Мише, проходя мимо кабинета Арахамии. - Шо ти вже задумав? - Хочу навчити Давидка не лізти в чужу постіль. - Страшна ти людина, Льоша,- засмеялся мужчина и пошел к машине. - Можно?- оскалил зубы Алексей, как только вошел. - Сначала спрашивают, потом входят,- улыбнулся Давид, цитируя фразу Леши. Давид стоял возле шкафа с книгами , перебирая пальцами корочки обложек. Леша медленно подошел к нему и склонился сзади над его ухом: - Что ищешь? - Эм…- удивился такой близости Арахамия,- книгу одну. - Знаешь, ты прав…- начал полушёпотом мужчина и провел аккуратно тонкими пальцами по предплечью коллеги, скрытому тканью пиджака,- мне дико не хватает хорошего секса,- произнес Леша и лизнул мочку его уха. Давид чертыхнулся и резко повернулся, но Леша был больше и мужчина буквально был зажат между шкафом и крепким телом Арестовича. - Что ты делаешь?!- воскликнул он. - Тшш… А что? Разве ты не на это намекал, Давид?- политик провел тыльной стороной ладони по его щеке. - Арестович, ты спятил! Дай пройти! Леша резко схватил его запястья и прижал к шкафу, а после посмотрел прямо в его испуганные глаза. - Это будет тебе уроком, что не стоит лезть в чужую постель. Что я делаю по ночам не твоё гребанное дело! - Ты сумасшедший! - Да, и потому советую не выводить меня, пупсик,- после этих слов он наконец отпустил руки Арахамии. - Мог бы просто сказать, а не устраивать эту тупую сцену. - Твоё испуганное лицо того стоило. - Не каждый день меня прижимает мужчина. - Будешь продолжать лезть в личную жизнь людей, какой-то гей обязательно тебя накажет. - Понял, понял. - Это хорошо, что понял.

***

- І шо ж ти хочеш дізнатись?- спросил Миша, когда они уже мчались по дороге. - Все, Міш. Я вообще про твоё прошлое мало знаю. Я не привык выпытывать. - Я был студентом. Глупым и не думающим о последствиях. Влюбился в девушку. Закрутилось, завертелось. Она забеременела. Ну и я, как истинный джентельмен, женился. Всё было поначалу неплохо. Когда Соне было 6, мы развелись. - Ты никогда не даешь интервью на тему личной жизни. - Когда мы развелись, я ещё не был таким влиятельным политиком. А после, я уже и не считал нужным кого-то посвящать в своё прошлое. Да и не люблю , когда роются в моей жизни. - Какие у вас отношения с дочкой? - Не плохие, но бывшей жене не очень нравилось наше общение. Последнее время и Соня стала слишком эмоциональной. Сейчас она в Праге, но должна вернуться через неделю. Она поступила в этом году. - Так рано? - Она закончила 10-11 класс экстерном. - Видимо, умная у тебя дочь. - Иногда слишком. - Що ж, тепер хоч зрозуміло , що за « Сонечко» тобі іноді телефонує. - Ты видел звонки? - Я не из тех, кто закатает скандал не разобравшись. Да и я не думаю, что фотография 16 летней девочки, может являться твоей любовницей. Ждал, пока сам расскажешь. - Ну теперь, ты знаешь.

***

- Так, Міша, я все поклав!- раздраженно сказал Арестович. Миша уже полчаса донимал его вопросом всё ли он положил в свой рюкзак, пока сам уже в сотый раз проверял по своему списку вещи. - А таблетки положил? - Миш, мы едем туда с десятками машин скорой помощи, ты думаешь у них не найдется для тебя таблеток? - На это не будет времени! А если у тебя заболит голова или укачает? - У меня и так уже болит голова и укачивает от того, что ты бегаешь возле меня по кругу. - Я просто переживаю! - Я знаю,- подошел к нему Леша и положил руки на талию,- ты уже всё сто раз проверил. Ты всё взял, пока у нас есть время, тебе нужно просто отдохнуть. - Пока у нас есть время, я должен повторить свою речь,- сказал Миша и хотел двинуться с места, но руки Леши не дали ему это сделать. - Ты всё утро её повторял. - Я уже ничего не помню!- возразил Подоляк. Леша легко прильнул к его губам, на время прекращая поток его слов. - Всё ты помнишь,- прошептал Леша между поцелуем, а после спустился ниже к подбородку, заставляя Мишу отогнуть голову наверх, и начался спускаться языком по шее, кадыку. - Леша, нет! Никакого секса перед переговорами. - Никакого секса,- усмехнулся Леша,- может это у тебя голова болит и это тебе таблеточка нужна?- поднимая края футболки спросил мужчина. - Льоша, я сказав нєт,- уворачивался от поцелуев Михаил. - Ні. Михайло Подоляк. Вчіть українську мову. - Нет, Ні, No. - Перший раз ти так увілюєш від секса. Невже не хочеш, щоб я повільно спустився поцілунками по твоїй шиї,- начал шепотом Леша над его ухом,- торсу… Нижче і нижче. Зтянув зубами край твоїх боксерів. Миша громко сглотнул от этого украинского тембра, но переосил себя и сделал шаг назад: - Хочу. Але після перемовин. Леша вздохнул и потянул его за руку к кровати. - Тогда просто давай немного полежим. Ты толком и не спал, а нам всю ночь в дороге ехать. Нет!- опередил возможные возражения Миши он,- Ты отдохнешь, Подоляк! - Ладно. Но час, не больше. - Хорошо, час. Всё-таки переживания и недосып Миши сказались на нём и спустя 20 минут, он разнежился в объятьях Арестовича и уснул. Леша же лежал не осмеливаясь даже двигаться, потому что Миша крепко прижался к нему и так сладко спал. Он смотрел в потолок и обдумывал последние месяцы своей жизни. Как резко изменилась она с приходом Подоляка. После разрыва с Настей, он и вовсе не хотел снова связывать себя отношениями, обязательствами. Но в случае с Мишей… У него было искренне желание заботиться об этом человеке. Его привлекали эти противоречия в одном человеке. Миша был таким скромным и милым, но в то же время ярым и страстным. Его хочется оберегать. Хочется видеть его улыбку. Леша понял, что по уши влюбился, и его даже пугало это чувство. Чувство глубокой привязанности. Он так часто терял, что перестал пытаться приобретать, а Миша свалился на него неожиданно и резко. 40 минут прошло слишком быстро. Будит мужчину Леша вообще не хотел. Но они договорились - всего лишь час. - Михасик..- прошептал Леша, прижимаясь к его щеке. - Ммм…- отрицательно помотал головой Михаил. - Все-таки заморився, маленький… Міша,- потрепал его плечо мужчина. - А?- открыл глаза наконец Подоляк,- Сколько время?- резко подскочил он. - Тшш…- улаживал Леша любовника назад в кровать,- Прошел ровно час, ни минутой больше, ни минутой меньше. - Хорошо,- удовлетворенно кивнул он в ответ,- Скоро поедем в офис. - Я пойду умоюсь, а ты полежи пару минут. Не вскакивай так резко. Через некоторое время мужчины прибыли в Офис Президента, забирая нужные бумаги и садясь в служебный автомобиль. - Готовий?- спросил Миша, когда они уже пристегнули ремни. - Завжди готовий,- тепло улыбнулся Леша.

***

Первые два раунда переговоров давались очень тяжело. Вроде и те мрази были не против обмена, но и так просто отдавать парней не хотели. Но Миша знал цель: только Медведчук, никаких больше компромиссов. В один из перерывов Подоляк вышел на улицу. Он достал пачку своего любимого Winston. Давно он не курил. По-правде, с Лешей и некогда было. Мужчина сделал первую затяжку и с облегчением выдохнул омут дыма. - Они согласятся,- сказал подошедший к нему Алексей,- угостишь сигареткой? Миша молча протянул ему открытую пачку и советник достал тонкую палочку. - Думаешь? - Думаю, у них уже есть приказ об обмене, против него они не пойдут. - Тогда почему так долго? - Ну им же нужно повыпендриваться. Дать отчет, что переговоры были сложными, но они добились чего хотели. - Надеюсь, ты прав. - Не переживай. Думаю сейчас, на третьем раунде, всё решится,- спокойно произнес Леша, выпуская дым изо рта. - Это не штатный броник,- подметил Миша, осматривая черный бронежилет любимого. - Не штатный. - Подарунок? - Шось тіпа того. - Батько? - А ви, догадливий, пане Подоляк,- усмехнулся Леша, туша окурок о запястье. - Ну і шо ти оце робиш?- вздохнул Миша, приподнося его руку к своим губам. Холодные уста прикоснулись к ожогу, пытаясь унять жжение,- Іноді мені здається, шо ти мазохіст. - Перед тем как подарить этот бронежилет, отец заставил меня уклоняться от обстрела в шортах и футболке. Травмат, но всё же… Синяки на ребрах и ноге - такова цена этого броника. Умение терпеть боль – настоящее оружие воина. Научись этому, и тебя никто не победит. - Он был жестоким. - Он солдат. Просто он был им не только на работе, но и дома. - Это грустно. - Ой, да ладно, прекращай. Жив же, здоров стою. Ещё и советник Президента. - Он должен был сменять эту жестокость отцовской заботой. - Это был его метод воспитания. Нам нужно идти. И не думай сейчас про это! - Не буду. - Давай, Подоляк, ще трохи і хлопці будуть з нами. Миша мягко улыбнулся.

***

Парни выходили один за одним. Многих несли на носилках, некоторых поддерживали под руки, помогая идти, кто-то лишился руки, кто-то ноги. Все они были бледными, с увечиями и очень худыми. Миша отвернулся, не в состоянии смотреть на всё это, а после удалился на противоположнкю сторону дороги, ближе к небольшому лесу. Леша подошел к нему, но не знал, что сказать. Лицо переговорщика было бледным, глаза прикрыты. Он закусил губу, чтобы сдерживать подходящие слезы. - Иди сюда,- схватил Леша его под локоть и потянул резко на себя. Тот уткнулся ему в грудь, дрожа всем телом. - Чшш... Все хорошо,- погладил Арестович его темные волосы,- Они уже с нами. Уже в безопасности. Ты молодец. Если бы ты сейчас не провел переговоры, многие врятли бы дожили до следующих. - Нет!- воскликнул Миша,- Я не молодец! Не молодец, Леша! Они провели столько дней там. А я сидел в кабинете. - Какой от тебя был бы толк? Сидел с ними бы в плену и ждал своей участи. Не факт, что если бы переговорщиком был не ты, всё так сложилось. - Это...это,- его голос дрогнул,- это ужасно... - Знаю, сонечко. Тобі треба зараз заспокоїтись і тримати себе в руках. Чуєш? - обхватив руками лицо Миши напомнил Алексей. - Дякую, що поїхав зі мною. - Я б не відпустив тебе самого. Навіть, якби ти вивів мене до білого коліна. Зараз ми приїдемо, передамо справи, а потім я наберу тобі гарячу вану, щоб ти відпочив. Добре? - Добре. - Ходімо в машину. Миша слишком устал, потому в скором времени его голова сместилась на плечо Леши и он задремал. Алексей тоскливо взглянул на любимого и его напряженные брови даже во сне. Спустя минут 10 Миша резко подскочил, хватая воздух ртом. - Вова, кинь пляшку води,- крикнул Леша водителю. Они с Мишей сидели на задних сиденьях. - Держи, попей,- обеспокоенно Арестович передал бутылку для мужчины. Сделав несколько глотков Подоляк начал успокаиваться. - Кошмар? -предположил Леша и по выражению лица Миши понял, что прав. Леша закрыл ширмочку, которая была перегородкой между водителем и пассажирами, убедившись, чтобы лишних глаз не было. Мужчина притянул Подоляка за шею к себе и прикоснулся к искусанным от страха и переживаний губам. Бронежилеты всё ещё были на них, пока они находились в небезопастных зонах, и это знатно сковывало движения. Ни один из них не углублял поцелуй, наслаждаясь просто близостью, ощущением маленьких искорок, что щекотали кожу. - Колись це все скінчиться, Михасик,- прошептал Леша, прижимаясь лбом к его лбу,- Ти не уявляєш як я за тебе переживаю. Ти все приймаєш близько до серця і ти неймовірний цим, але це погано відображається на тобі. Давай домовимось, що ти будеш ділитись зі мною всім, що тебе турбує. - Ти і так знаєш мене краще всіх. - Ти сильний, Міша. Ми прорвемось. Парни вернулись в квартиру поздно вечером, скорее даже это можно было назвать ночью. Арестович предложил поехать к нему. Они отчитались перед Зеленским и смогли наконец упасть на кровать после уморительной поездки. Посмотрев просто молча в потолок около получаса, Леша нашел силы подняться и пойти в ванную. Спустя мгновенье Подоляк услышал звук урчащей воды. Арестович вернулся и опустился на одно колено, перед свисающими с кровати ногами Миши. Он легко прикоснулся к стопе, начиная стаскивать с него носки. Михаил даже не сопротивлялся. Когда ноги остались босыми, Леша оценил степень усталости от противных берцов, которые знатно надавили кожу. Его тонкие пальцы аккуратно помасировали каждый палец, а после и всю ногу. Миша издал глухой стон. - Поднимись, пожалуйста,- попросил Алексей. Мужчина молча исполнил просьбу любимого. Он продолжил наблюдать, как Леша его раздевает. Политик подхватил края кофты и стянул её с тела, слаживая элемент одежды на кровать, за ней пошла и футболка. После, его руки спустились на пряжку от ремня, расстегивая застежку. - Я сам, - прохрипел Миша, когда Леша спустился вниз, принимаясь стягивать штаны. - Дай мне позаботиться о тебе. Это меньшее, что я сейчас могу сделать. Его руки прошлись медленно по икрам, бедрам, опуская ткань вниз. Михаил переступил через упавшие на пол штаны, оставаясь в одном нижнем белье. Леша подхватил их и так же аккуратно сложил на кровать. - Ты устал не меньше, - подметил Миша. - Не переживай. Леша разделся сам и протянул руку Миши, чтобы направиться в ванную. Комната наполнилась теплым паром и запахом каких-то масел, что Алексей добавил в воду. Он опустился сам на дно ванной, и слегка подвинулся назад, вытягивая ноги, и предлагая место Мише. Подоляк, ощутив гарячую воду, мгновенно раслабился и откинулся на голую грудь позади себя. Руки Леши легли на его бедра, а нос уткнулся в шею. - Что за травы или масла ты сюда добавил?- вдыхая приятный аромат спросил Миша. - Можжевельник, липа, ромашка и что-то ещё. - Решил расслабить меня настолько, чтобы я завтра весь день проспал? - Ну не весь день, но завтра поспать можно дольше. Ермак дал добро,- он провел руками животу и поднялся к груди. - Я люблю в тобі все, Міша. Твої руки, спину, твоє волосся, що лоскоче мене, коли ми спимо, твої нахмурені брови, твої карамельні очі, ці тонкі губи…- каждое свое слово он подкреплял поцелуем и прикосновением. Подоляк ежился от таких милых и искренних слов. Ему было приятно как физически, так и душевно. Он хотел кричать от восторга и навечно запомнить этот романтический вечер, где Арестович не стеснялся проявлять свои чувства и показывать свою любовь. - Эти руки подписали столько договоров и дарили наслаждение мне в постели, успокаивали, когда я был на взводе, и вразумляли, когда у меня сносило голову, — он поднял его ладонь и поцеловал каждый пальчик.- Ты весь рождаешь во мне бурю эмоций... желаний... мечтаний... - Льоша…- Подоляк выгнулся и потерся о политика,- Я готов всю жизнь быть для тебя...