Слепая любовь

Я всю жизнь провела в темноте. Весь окружающий меня мир лишь на мгновение вырисовывался кривыми линиями, когда я касалась предметов и людей. С помощью кончиков пальцев передо мной вставала моя мама, сестра, собака или тарелка с супом и очертание книги. Мой мир был очень ограничен тем, до чего могла дотянуться. Но это никогда не причиняло мне неудобство, потому что ничего другого я и не знала. Не знала, что значит «белое» и «чёрное». Не знала, что такое «радуга» и что такое «слепящий свет». Конечно, определения всего этого из словарей я знала наизусть, запоминала каждое слово, когда-либо прочитанное кем-нибудь. Но не более того. Так и жила. День за днём просто ощущая, вдыхая, пробуя всё вокруг. И была счастлива, потому что понимала, что всё могло быть гораздо хуже. Но со временем внутри меня стало чего-то не хватать. Я чувствовала заполняющую меня пустоту каждый раз, когда оставалась одна. Для меня перестали быть настолько важными прикосновения родителей, сестры или немногих друзей. Я чувствовала покалывание в области сердца, когда кто-то увлечённо рассказывал о любви. О том, что можно встретить человека, который навсегда изменит тебя и твою жизнь, с которым захочешь состариться. И самое главное: который примет тебя всю, со всеми достоинствами и недостатками, с долгим молчанием и непрекращающейся болтовнёй, со странными увлечениями и привязанностями. Когда я слышала об этом, то становилось очень грустно, потому что не позволяла себе верить в сказки. А потом одним тёплым весенним днём я встретила странного человека. Это случилось совершенно случайно, как обычно и происходят многие значимые события. Я просто прогуливалась во дворе, наслаждаясь запахами молодой весны, и, не заметив торчащей ветки, оступилась. И когда была готова встретиться с землëй, чьи-то руки осторожно подхватили меня и поставили на ноги. — Вы в порядке? — низкий мужской голос заставил меня вздрогнуть. — Да, спасибо, — я собиралась как можно быстрее пойти домой, но меня резко остановили. — Вы точно… — тут он запнулся. Так обычно бывает, когда люди, присмотревшись, замечают сначала трость, а потом и безжизненные, стеклянные глаза. — Простите, вам помочь? — это именно то, что идëт после понимания того, что я слепая. — Нет, ещë раз спасибо, но мне пора. Я направилась прямо домой. Можно было даже не думать о направлении, я запомнила каждую травинку в нашем дворе. То, что случилось ранее, было мимолëтной оплошностью. Подходя к подъезду, я услышала позади себя шаги. «Неужели этот мужчина решил втайне проследить за мной до дома?» Так просто я не могла это оставить. — Вы… — я повернулась на звук шагов, чтобы высказать всë странному незнакомцу. — Ох, снова простите, не бойтесь, я не следил за вами. Просто так получилось, что мы живëм в одном доме. Вы на каком этаже? — На втором, — я было сбита с толку. — А я на пятом. Как вас, кстати, зовут? — Алла. — А меня Аркадий. Приятно познакомиться! Я ничего не ответила, потому что была смущена и немного взволнована. Уже давно не знакомилась с новыми людьми, потому что мне хватало семьи и друзей, но Аркадий казался приятным человеком, хотелось даже продолжить общение. Но как-нибудь в другой раз. Раздался щелчок открывающейся двери. — Проходите. Я осторожно прошла в парадную дверь, направляясь к лифту. Наверно, со стороны было очень заметно моё беспокойство, потому что Аркадий сказал: -Не хочу в первую нашу встречу доставлять вам неудобство, поэтому спокойно поднимайтесь на лифте, а я пройдусь пешком по лестнице. Я лишь кивнула, но испытала облегчение и лёгкое разочарование одновременно. С этого момента мы начали часто пересекаться: около входа, во дворе, на лестничной клетки и даже пару раз в магазине, расположенном недалеко от дома. Аркадий всегда был приветливым и дружелюбным, чувствовалось, что ему хочется пообщаться подольше, чем пару минут, но навязываться он не собирается. Близилось лето, когда, сидя на скамейке перед домом, почувствовала, что кто-то сел рядом. — Алла. — Аркадий? — Вы не против, если я посижу тут немного? — Да, конечно, — я отвернулась, потому что почувствовала, что мои щёки начинают гореть, хотя и не могла сказать точно. — Вы… — Вы…- тишина начала затягиваться, и я хотела хоть как-то завязать разговор, но никак не думала, что Аркадий решит поступить так же. — Алла, вы не против, если мы перейдёт на «ты»? Я уверен, что у нас небольшая разница в возрасте, а обращаться на «вы» немного смущает. — Я…согласна. — Это хорошо. Предложение было неожиданным, но я была рада, что он первым сказал об этом, потому что давно чувствовала себя немного неуверенно, как будто это «вы» мешает нам свободно разговаривать. — Ты… — Ты…- это начинало забавлять, поэтому я не удержалась и усмехнулась. А потом со стороны раздался тихий, но такой заразительный смех. Я представила, как Аркадий, отвернувшись, пытается сдерживаться, но у него ничего не получается. — Прости, это так неловко. Я никогда особо не умел нормально с кем-то разговаривать. — Не беспокойся, ты такой не один. — Но ты производишь впечатление общительного человека. — А ты у меня в голове выглядишь, как вежливый и учтивый джентльмен. После разговор пошёл легко и затянулся на несколько часов. Мы не говорили о чём-то конкретном, просто перескакивали с темы на тему, но это чувствовалось так естественно, что прекращать совершенно не хотелось. — Уже поздно, пора расходиться, если не хотим простудиться. — Да, согласна, но… — Что? — Может, встретимся здесь завтра? — С удовольствием. — Тогда до завтра? — До завтра, — я услышала, как Аркадий встал и, попрощавшись, ушёл. Мы встретились и на следующий день, а потом снова и снова на протяжение всей недели. Иногда могли просто сидеть и молчать, тишина перестала быть для нас неловкой, она позволяла окунуться в свои мысли в обществе хорошего человека. И вот как-то раз случайно разговор зашёл о цветах: — Аля, ты никогда не хотела бы увидеть радугу? — Я стараюсь не думать о том, что могла бы увидеть, это временами нагоняет тоску. А я не хочу тосковать о том, что никогда не смогу получить. Это глупо. — А что, если я скажу, что нашёл способ показать тебе все семь цветов? — Не смеши меня и не давай мне напрасную надежду! Я никогда не смогу увидеть ни одного цвета, — этот разговор начинал немного раздражать, но я пыталась сдерживаться. — Я и не говорил, что ты их увидишь, но ты сможешь их понять. — О чём ты говоришь? — Тебе сейчас не надо меня понимать, просто довериться. Сможешь? — Думаю, что смогу. Надеюсь, я не пожалею о своих словах. — Спасибо тебе, ты точно не разочаруешься, обещаю тебе. — Тогда что ты будешь делать? — Это пока останется секретом. Но я хочу показать тебе цвета постепенно, начиная снизу. — С фиолетового? — Именно. — Почему же так странно? — У меня есть хитрый план, — на этих словах я услышала, как он добродушно усмехнулся. — Ладно, ладно… — Осталось последнее — ты свободна на следующей неделе? — Свободна как ветер. — Тогда мы начнём в понедельник, а закончим как раз в четверг. У меня всё просчитано. — Надеюсь на тебя. — Конечно, но сейчас я пойду, мне уже пора. — Пока, — расставаться каждый раз становилось для меня всё сложнее, но я старалась не показывать этого. — До понедельника! Всё воскресенье я провела в раздумьях. Как Аркадий справится со своим обещанием? Возможно ли на самом деле что-то сделать? Может ли он просто подшутить надо мной или придумать что-то, что невозможно будет организовать? Мысли роились в моей голове, как мухи — самые назойливые и раздражающие. А понедельник наступил неожиданно. Казалось, что ещё минуту назад была середина выходного, но голос на телефоне упорно утверждал обратное. Хотя ждать мне пришлось до самого вечера, пока во входную дверь робко не постучали: — Аля? — Да! — я открыла дверь так быстро, как только смогла. — Ты готова? — было слышно, что и его голос немного подрагивал. — Не уверена… — Ничего не бойся, даже если не получится, давай просто хорошо проведём вместе эту неделю. — Да, да, всё так. Я почувствовала, как Аркадий аккуратно подхватил меня под руку. — Нам надо успеть в одно место. Сегодня мы поедем на машине. — У тебя есть машина? — А я не рассказывал? Есть, но я редко куда-то уезжаю, мне больше нравится быть дома. Мы спустились на лифте и вышли во двор. На улице царила вечерняя тишина, самая хрупкая и от того самая притягательная. Но её тут же разрушил писк отключающейся сигнализации. — Устраивайся удобнее, — Аркадий помог сесть на пассажирское сидение впереди. Раздался щелчок двигателя и последующий рёв мотора, после чего машина осторожно сдвинулась с места. — Ты скажешь, куда мы едем? — я решила начать разговор, потому что мы ехали в тишине уже двадцать минут, и она прерывалась только шумным дыханием со стороны водителя. — Сегодня я хочу, чтобы ты поняла два самых тёмных цвета в радуге, и для этого выбрал одно подходящее местечко. Мы будем там уже минут через десять, потерпи немного. И вот, наконец, мотор последний раз что-то пропыхтел и машина остановилась. Как только я вышла, то тут же почувствовала запах воды, что не могло не удивить. За всю жизнь я лишь несколько раз была на море и никто не подпускал меня ближе, чем на метр, к воде. Мне оставалось только сидеть на пляже, перебирая руками песок, и впитывать морской ветерок. — Мы приехали к озеру или реке? — Я всё время забываю, насколько у тебя острый нюх. Но, да, ты права. — И что же мы будем здесь делать? — Сидеть. — Что? — я не была уверена, что правильно всё расслышала. — Просто присядь, — Аркадий потянул меня вниз, и мне ничего не оставалось, кроме того, чтобы устроиться рядом с ним на мокрой траве. — А теперь почувствуй всё то, что нас окружает. Я послушно прислушалась к окружающему миру. Было немного прохладно, слабый ветерок шуршал листвой деревьев над головой, и дышать мягкий влажным воздухом было очень приятно. Я погрузилась в эти ощущения и на душе стало спокойнее, как будто все тревожные мысли ушли из головы. — Это фиолетовый. — Что? — от неожиданности я немного вздрогнула, обернувшись в сторону голоса. — Всё, что ты сейчас почувствовала, это фиолетовый. Он прохладный, но в то же время успокаивающий. Понимаешь? — Аркадий всеми силами пытался передать мне своё понимание этого цвета. — Кажется, да…- теперь мне правда стало легче. Это, конечно, не тоже самое, что увидеть цвета, но теперь задумка Аркадия была для меня намного понятнее: он пытался вызвать у меня определённый ассоциации с цветами. — А как же ты покажешь мне синий? Они с фиолетовым, как мне говорили, довольно похожи? — Очень просто. Я услышала, как он встал с земли, отряхнулся, после чего легонько тронул меня за локоть. — Поднимайся, надо пройти чуть вперёд. Мы сделали несколько шагов вперёд. Шум воды значительно усилился. — А теперь опустись на колени и протяни руку вперёд, а я тебя направлю. Мне было немного страшно, но я решила просто довериться. Аркадий взял мою протянутую вперёд руку и медленно опустил её в холодную воду. Пальцы сразу же неприятно кольнуло, из-за чего я дёрнулась, и вторая рука заскользила по влажной земле. На секунду подумала, что это конец, что сейчас упаду в воду и ничего не смогу сделать. Но сильная рука резко обхватила меня за талию и дёрнула назад, после чего я приземлилась обратно на землю, немного ударившись копчиком. — Ты в порядке? — Аркадий шумно дышал, что показывало, что не одна я была напугана. — Да…да, всё хорошо. Спасибо, что поймал. — Тебе не за что меня благодарить, это я виноват, что ты чуть не упала в озеро. — Так это озеро? — Да, я вспомнил о нём, когда придумывал, как показать тебе цвета. Мы частенько бывали здесь на пикнике всей семьёй. Когда я был ещё маленьким, — его дыханий почти выровнялось, хотя рука, которая всё ещё немного придерживала меня, чуть дрожала. — Так это и был синий цвет? — Именно, синий такой же холодный, как эта остывшая вода. — Тогда синий и фиолетовый совершенно разные. — Конечно, они оба тёмные цвета, но, на самом деле, абсолютно разные. — Кажется, я начинаю понимать. — Правда? — Возможно, но чтобы сказать точно, я должна сначала почувствовать все семь цветов. — Не волнуйся об этом, через пару дней ты всё узнаешь. Я очень сильно на это надеюсь. — А сейчас давай поедем домой? Я начинаю замерзать. -Да, конечно, поднимайся, — он бережно проводил меня до машины, которая ещё сохранила тепло. Двигатель снова запыхтел, и мы поехали обратно. — Завтра ты тоже куда-нибудь меня отвезёшь? — мне очень хотелось побывать вместе с ним где-нибудь ещё и не только для того, чтобы понять остальные цвета. — В этом нет необходимости. Завтра мы можем просто встретиться на нашем обычном месте где-то часа в два, этого будет достаточно. — Ох, точно? — я была немного разочарована. Снова расходиться и ждать. Это оказалось самой сложной частью этой недели. Но в назначенное время я уже сидела на скамейке, подставив лицо тёплым солнечным лучам. — Вижу, ты уже вовсю наслаждаешься голубым цветом? — Что? — я вздрогнула от неожиданности. Так погрузилась в мысли, что не услышала, как Аркадий вышел на улицу. Он осторожно сел совсем рядом со мной. Его колено чуть задело мою ногу, от чего я дёрнулась и свела ноги вместе. — Т-так что ты имел ввиду? — Голубой можно сравнить с освежающим летним днём, в этом он похож на фиолетовый, но при этом намного более мягкий и обволакивающий. Лёгкий ветерок разносил запах цветов. Со стороны послышался звук газонокосилки. — А вот и наш зелёный, — Аркадий встряхнул тишину. — Ты о чём? — я всеми силами пыталась понять ход его мыслей. — Может, ты знаешь, что молодая трава всегда насыщенного зелёного цвета. И запах этой прекрасной скошенной травы может чувствоваться за несколько метров. Я с детства любил открывать окно, когда слышал рёв газонокосилки. Этот запах резкий, но по-своему восхитительный, он многим нравится. Ещё один цвет поселился у меня в голове. — Ой! — Что…- я хотела спросить, почему Аркадий вскрикнул, но тут почувствовала, как капля ударила меня по носу, а затем ещё и ещё одна. И вот уже через минуту дождь вовсю моросил. А мне вдруг стало очень весело, как будто случилось что-то по-настоящему хорошее. Я встала со скамейки и развела руки в стороны, наслаждаясь дождевой прохладой. — Кажется, голубой неожиданно превратился в синий! — мне хотелось смеяться. — Да, думаю, ты права! — Аркадий встал рядом, и я снова услышала его нежный, но заразительный смех. — Пожалуй, пора и в дом собираться, если не хочешь промокнуть до нитки. — Не хочешь попить у меня чаю? — Не могу не согласиться, Аля. Мы поднялись ко мне, чтобы как следует просохнуть и согреться. — Чем мы займёмся завтра? — Снова кое-куда съездим, на этот раз нам придётся остаться там на ночь, так что возьми с собой больше тёплой одежды. — Ты снова меня интригуешь. — Мне правда нравится это делать. Уже поздно, я пойду к себе. — Конечно, пока. Я закрыла за ним дверь. Когда вещи были собраны, в дверь снова постучали, на этот раз немного увереннее. — Собралась? — Да, полностью готова. На этот раз поездка была намного длиннее. Мы ехали по шоссе и распевали старые песни, самые красивые и душевные. Теперь, выйдя из машины, я сразу почувствовала запах мха и хвои. — Мы в лесу? — Ты снова права. Теперь подожди немного, надо обустроить лагерь, пока совсем не стемнело и не стало холодно. — Могу я чем-нибудь тебе помочь? -Я не уверен. — Ты не думай, я же не беспомощный ребёнок. А если что-то случиться. Я сразу позову тебя. — Хорошо, тогда можешь набрать сухих веток в округе, тут даже не обязательно идти куда-то далеко. — Поняла, босс. И вот, когда ветки были собраны и палатка установлена посередине поляны, мы устроились на поваленном дереве, подложив куртки, чтобы было удобнее сидеть. — Сейчас я разожгу костёр. — Костёр будет олицетворять жёлтый? — Не только его. — О чём ты? — Смотри, протяни руки вперёд, я помогу. Я выполнила указания. Аркадий поднёс мои руки к слабому огоньку. Я чувствовала, что пламя только разгорается. — Этот огонёк ещё совсем маленький, ему понадобится много времени, чтобы стать сильным костром, который сможет согреть нас этой ночью. Но именно пока он такой, он самый тёплый и безопасный. Это жёлтый цвет. Теперь подожди несколько минут. И вот я почувствовала, как воздух становится всё горячее и горячее. Держать руки так близко становилось невозможно, и я легонько их отдёрнула. — Больше не могу. — Теперь этот костёр можно сравнить с оранжевым, он пылающий и страстный, ему не стоит доверять и подходить слишком близко, не то можешь обжечься. Мы грелись у костра в эту прохладную летнюю ночь. — Хочешь спать? — Да, пожалуй, уже пора. — Тогда иди, ложись в палатку. — А где будешь спать ты? — Я не смею тебя беспокоить, поэтому буду спать прямо тут. К тому же, кто-то должен поддерживать огонь. Но ты ни о чём не беспокойся. Я, с головой укрывшись, лежала в спальнике, но никак не могла уснуть. Думала, насколько сейчас неуютно Аркаше спать на улице, где дует холодный ветер и в любую минуту может пойти дождь. Я решилась выглянуть из палатки. Аркадий, свернувшись калачиком, даже укрытый в спальнике, выглядел измотанным и замёрзшим. — Аркаша? — А? Что? Почему ты ещё не спишь? — А ты почему не спишь? — Да просто сон не идёт. — Может, залезешь в палатку? Мы можем просто спать в разных углах, если тебя это так смущает. — Я… — Пожалуйста, я правда волнуюсь за тебя. Несколько минут царила тишина. — Хорошо. Спасибо. На утро я проснулась от того, что Аркадий вышел из палатки. По ощущениям было ещё раннее утро и ужасно хотелось спать, но я решила последовать на ним. — Доброе утро. — О, ты уже проснулась. — Да…слушай, сегодня ведь ты покажешь мне последний цвет? Красный? — Да, всё так. — И как же ты это сделаешь? — Над красным цветом я думал дольше всего. Вариантов была тысяча, начиная с томатного сока и заканчивая цветком розы. Но всё казалось не тем, что нужно. И тогда я решил не просто дать понять тебе, что такое красный, но и дать понять мои чувства. — Что ты… Я услышала, как Аркадий сделал уверенный шаг в мою сторону. И тут его губы накрыли мои. Секунда, другая, и он отстранился. Я слышала его учащённое сердцебиение. Или это было моё? — Ты… — Нет… — Что? — То есть, да, но… Я, кажется, запуталась. — Ты ничего не чувствуешь? — Нет, это не так. Я, наоборот, чувствую слишком много, но, думаю, сейчас я просто счастлива. Ты подарил мне все цвета радуги и своё сердце, я никогда даже не мечтала о том, что могу кому-то понравиться. — Что за глупости ты говоришь! Ты чудесная. — Думаю… — Что? — Мне очень понравился красный цвет. Возможно, он станет моим любимым. И Аркадий засмеялся, крепко обняв меня и, чуть приподняв, закружил. Над лесом стояла тишина, а на небосводе медленно проступала яркая радуга.