Назови меня грешником

1. Дин: Все случилось быстро. В один миг мой мир рухнул. Все, кого я знал и любил, просто перестали существовать. Не осталось ничего, что было для меня важным. Джоди, Донна, Клэр, Гарт — все они погибли по моей вине, из-за того, что я не смог… Не смог спасти их. Кас, дружище. Ты пожертвовал собой и ради чего? Ради меня? Чтобы я жил в этом пустом мире? Но зачем мне этот мир, где нет дорогих и близких мне людей? Сэм… Сэмми, мой маленький братишка, прости меня, что не спас. Моё сердце умерло вместе с твоим. Эта боль никогда не утихнет и я буду нести этот крест до последнего вздоха. Я обещаю, что найду Чака и он заплатит за всё, заплатит за твою смерть. Но был во всем этом ужасе один плюс — Чак, он тоже исчез. Исчезли и, созданные им, монстры. Не думаю, что Чак совсем умер. Он затаился в одном из своих миров. Он слаб, но он все ещё жив. Снова этот кошмар. Снова я держу на руках бездыханное тело брата. Я смотрю в его глаза, в которых медленно угасает жизнь. — Я горжусь нами, Дин… Я слышу последний стук родного сердца и боль охватывает меня. Открыв глаза, я обвел взглядом помещение. Знакомая комната, в которой я провел целый год после тех ужасных событий. Встав с кровати, я провел руками по лицу. Волосы были влажными, а по лицу стекал пот. Умывшись, я взглянул на себя в зеркало. Как же мне был противен этот облик. Я ненавидел свое отражение, каждую черту лица, каждую морщинку. А эти глаза? Глаза убийцы, мёртвого человека. Я не выдержал и ударил по зеркалу, от чего оно раскололось и осколки посыпались на пол. Взяв полотенце, я обмотал руку. Я давно не чувствовал боли, даже наоборот — я стремился к ней. Я хотел почувствовать её, физически ощутить, но все было тщетно. Моё тело давно перестало отвечать на любую боль, лишь душевная боль с диким криком билась внутри. Стук в дверь вывел меня из забвения. — Войдите. Дверь тихонько открылась и в комнату вошёл мужчина. — С вами все в порядке, отец Винчестер? — Да, всё хорошо. Порезался вот и прошу не называйте меня так. Мужчина смущённо улыбнулся. — Прости, Дин. Все никак не могу запомнить. И все же ты один из нас, не забывай об этом. Похлопав меня по плечу, мужчина удалился. Отец Стивен Грэм был тем, кто вытащил меня из бездны алкоголя и саморазрушения. Сколько бы я не вливал в себя, боль не утихала ни на йоту. Она лишь обострялась и все те, кого я потерял мелькали перед глазами. Я тогда здорово надрался и еле стоял на ногах. Умудрился даже сцепиться с каким-то выпивохой, за что и был вышвырнут из бара. Я шел по дороге. Пешком. На Импале я больше не ездил. Я не мог. Слишком о многом она мне напоминала, о том, что я так яростно пытался забыть. Я помню, как ноги мои заплетались и я буквально вывалился на проезжую часть, где и произошла моя встреча с бампером FORD FUSION отца Грэма. К счастью или нет, но я отделался незначительными ушибами, но отец Грэм настоял на поездке в больницу. Там меня осмотрели и отпустили, дав упаковку успокоительных. Я снова оказался на улице и желания куда-то идти у меня совершенно не было, поэтому я улегся на скамейке и не заметил, как уснул. Проснулся я оттого, что меня кто-то куда-то тащил. Я стал вырываться и упал, ударившись об скамейку. Из носа брызнула кровь и голова начала раскалываться.  — Эй, мистер. Давай-ка поднимайся. Вот так…  — Мне не нужна помощь. Отвали! Я снова рухнул на асфальт. Алкоголь плотно сидел внутри, не давая мыслить трезво. — Я просто хочу помочь. — Ты не понял? Мне не нужна помощь. Кровь все текла и мне становилось дурно. — Оно и видно. Я не могу оставить вас тут истекать кровью. Возьмите хотя бы платок. Мужчина протянул мне платок. Я небрежно выхватил его и, запрокинув голову назад, приложил ткань к носу. Краем глаза я успел разглядеть настойчивого спасителя. Им оказался священник. — Ох, мне вот только святоши не хватало. — Отец Стивен Грэм. Я все же настаиваю, чтобы вы поехали со мной. Я долго упирался, но отец Грэм оказался упертее. Так я и оказался в приходе церкви Святого Архангела Михаила. Смешно, правда? Я, Дин Винчестер, ненавидящий и презирающий всей душой и сердцем этого пернатого засранца, побывавшего в роли его сосуда и убившего его, нашел помощь в церкви его имени. Я не хотел оставаться и мне было куда идти. Бункер Просвещенных все еще был моим домом, но я не мог пересилить себя и вернуться туда. Пока я приходил в себя, лежа в чистой постели, я решил, что пора остановиться и жить, просто жить. И чем церковь не то самое место, чтобы начать жить? Мне выделили небольшую комнату. Мебели было по-минимому. Кровать, стол, стул и шкаф. Умывальник прямо в комнате. Но мне и этого было достаточно. Я помогал отцу Грэму в приходе, работая в основном как рабочий. Мужчин было не так много, а вот работы было достаточно, чтобы я мог забыться хоть ненадолго. Но каждую ночь я снова и снова возвращался в тот кошмар.