Скажи фрику нет

... Теплые лучики мартовского солнца уже начинают потихоньку просачиваться через деревья и греть носики ничего неподозревающих людей. Один чихнул, второй следом, да и наша синевласка не отстает от всех, как бы ей не хотелось быть вне общины. Она, легонько сжавшись, чихает, как котенок. Придя в себя после такого смачного воздухотрясения, Лена продолжила путь в то самое заветное место. От любой мысли о нем у нее начинали дрожать коленки. Слякоть под ногами уже давно перебралась на ее восхитительные берцы, из которых она не вылезает. Но это ее ни капельки не беспокоит, ведь сегодня такой чудесный день, такой же, как и пень. Вот снова перед ее взором открылась та самая заветная дверь. Девчонка вдохнула полную грудь воздуха, и с громким выдохом открывает до чертиков ужасно скрипучую дверь. С самого утра на ее душе сидело какое то странное предчувствие. Как только она закрывает глаза, с самого затылка до кончиков пяток у нее пробегают мурашки по коже. Любая мысль об училище заставляет ее сердце трепыхать. Или, подождите.. Точно ли в этом виновато училище? Ну да, думала она, ей тут нравится, да и рисовать это классно, но все мы знаем, почему она так воодушевленно бежит туда. Войдя в уже знакомый класс она поморщилась от запаха дебильных смердящих идиотов, которые возомнили себя художниками.Смерив их мягко говоря не очень ласковым взглядом, она пошла к своему месту. Лена специально шла неспеша, обходя все мольберты, расставленные по кругу, словно свечи вокруг пентограмы, чтобы посмотреть на прогресс недохудожников. Юный панк обошел работы своих сокамерников, оценивая их быстрым взглядом сверху вниз. Недотягивают, думает она. И только одна работа работа заставила ее остановится. Точнее не сколько работа, сколько надпись в верхнем правом углу аккуратным, выведенном до идеала почерком. В одно мгновение сердце у нее перестало биться. Боже, думает она, и сама того не слыша издает сладкий толи полустон толи полувыдох. Не всем суждено было услышать подобное. лишь одному, одному единственному человеку, которого пока не было рядом. Словно завороженная, она осматривает рабочее место потенциально будущей жены и матери ее троих детей. Все кисточки разложены в определенном порядке, краски открыты, палитра настолько идеально вымыта, что отражает весь потолок со всеми лампочками, не удивлюсь, если и наша леночка увидела себя в его отражении. Даже баночка для воды чистая, блестит, только красная метка сбоку намечена, как бы давая понять, чья она. Снова тот же самый аккуратный почерк. А она собственница, подумала завороженная. От этой мысли у нее появилась едва заметная улыбка. она бы и продолжла лыбиться на начатый рисунок как маньяк-психопат, если бы из ее мечтательного транса не вывел звук трущейся жопы о соседние мольберты. Уточняю, прекрасной жопы. Лена повернуться не успела, как ее сердце упало в пятки и, похоже, там и завелось с неистовой силой, иначе я без понятия как она смогла чуть ли не улететь с места так называемого преступления. Ее упавшее сердце не подвело. На свое законное место пришла хозяйка. Уточнаю, прекрасная хозяйка. Стабильность ее конек. все так же черная маска. клетчатая рубашка. пушистые растрепанные золотые волосы. длинные брюки и кеды. Но это реальность. Наша реальность. А в глазах синевласого подростка, захваченного пубертатом, зашла неземной крутизны бабеха, чьи золотые волосы трепались из-за порывов ветра, которые создала сама эта мадам благодаря километровым шагам. Ее рубашка, так хорошо на ней сидящая, искрилась чистотой и свежестью. Она озиралась с высоты 170 см на всех этих людей своими необычайно красивыми и бездонными глазами, не слишком темными и не слишком светлыми. В них лена видела глубину всего ее сознания, такого же глубокого,как марианская впадина океана или панина. Она как магнит, притягивала ее, внешность фрика поразила ее до самых кончиков пальцев. И пока не встал хер, которого нет, она резким рывком повернула голову, настолько сильно, что позвонки шеи захотели послать ее к чертовой матери. После рывка она словно очухалась после комы, хотя в ее случае после влажных фантазий. Она с ошарашенным лицом смотрела на постановку, не сразу поняв, что вообще от нее требуется. но от мучительного поиска ответа на этот вопрос ее спас учитель, уже успевший зайти в аудиторию.... ...Лена, как и полагается человеку, любящего свое дело, не отрываясь делала свою работу. Пока ее сознание было занято красками и бумагой, в ее подсознании гормоны совершали государственный переворот, что даже Ленин в гробу перевернулся. Она как гугл, ищущий ответ на запрос тупого школьника, искала способ незаметно взглянуть на, как зовет нынешняя молодежь, краша. И ее мозг не придумал ничего лучше, кроме как с абсолютно каменным лицом выйти из аудитории и поменять воду, лишь украдкой взглянув на нее, мол, это ни капельки не палевно (ага, конечно). Решившись на столь отчаянный шаг, она нарушила тишину аудитории мерзким скрипом стула и резко встала, захватив с собой баночку с серобурмалиновой жидкостью. Ну, уговаривала она себя, мне действительно надо поменять воду, и никакой фрик тут не при чем. Да да. Главная героиня, с ведерком непонятно какого цвета жидкости, осторожно обходила мольберты, за которыми сидели недочеловеки, недавно взявшие в руки кисточки, и, проходя мимо мольберта, после которого открывался вид на то самое место в уголке класса, она нервно взглотнула. Еще шаг и вот она. Ее лицо, скрытое под черной маской и густыми золотистыми волосами, склонилось над своей работой, состредоточено следя за каждым движением собственной руки. Девочка-пубертат невольно притормозила, пытаясь насладиться последними секундами рассматривания силуэта своего сердцееда. Но вдруг это лицо, так сильно увлеченное своей работой на миг прояснилось, словно что то вспомнив (или почувствовав на себе чей то завороженный взгляд). Легкая белоснежная рука потянулась к заслонявшим ее лицо челке и аккуратно, одним пальцем, одним легчайшим движением руки она убрала свои волосы за ухо. Ее глаза прикрылись из за яркого солнца и она, едва наклонив голову, с невинным взглядом посмотрела на проходящую мимо Лену. Голубовласку пронзило нечто, ее руки стали ватными и херпоймикакогоцвета жидкость едва не покинула просторы своей фауны. Она наконец то увидела, какого именно цвета были ее глаза... Она отдала бы все, чтобы это мгновение продолжалось вечно, но одна единственная капля водички, попавшая на руку юной художницы, заставило ее опомниться и оторвать взгляд от своего магнитика. Она быстрыми шагами покинула аудиторию. Закрыв за собой дверь, она прижалась к стене и закрыла глаза. Перед ее глазами снова это лицо, эти ресницы, этот взгляд, а в ушах лишь только стук ее сердца. Этот стукни как не хотел умолкать и ей ничего не оставалось кроме как под этот бешеный ритм побежать в туалет, словно там было противоядие против этого шума в ушах. Остановившись перед раковиной, Лена грубо толкнула бедное ведерко, заставив грязную воду уйти в путешествие по канализации. Шум воды постепенно заменил пульс в ушах. Легкие на месте, а вот мозги проебали, подумала уже по какой то причине злившаяся Лена. Она взяла в руки ведро и стала его мыть. Ее злила одна лишь мысль о том, как он могла глупо выглядеть. Ничтожество, яростно подумала она, посмотрев в зеркало перед раковиной. Подросток опустила глаза и стала с силой тереть это несчастное ведро, словно это поможет ей избавиться от сжирающего изнутри стыда. На мгновение она остановилась, дабы переключить воду с кипятка на холод, который она включила в порыве гнева. и в это мгновение она услышала чито тихие шаги. Плевать, подумала лена и снова включила сильный напор воды, продолжая оттирать засохшую краску. Человек встал рядом с ней, хотя вокруг них было еще как минимум пять раковин. Она даже ухом не повела, настолько она была озлобленна на себя. Но она все же посмотрела в сторону новопришедшего, практически не поднимая головы, дабы понять, кто это вообще не ценит чужое пространство. Ей сейчас крайне сильно не хотелось привлекать к себе внимание, так что она просто глянула на руки моющего, надеясь так опознать человека. Руки прибывшего были белыми и до ужаса чистыми. Эти руки медленно крутили ведро, аккуратно моя с каждой стороны. И лишь только красная надпись, похоже, не хотела слезать с банки. И тут Лену снова прошибло потом. Сознание катапультировалось со скоростью света, оставив свое место уже возбужденному подсознанию. Голубовласка тут же вылила кристально чистую воду и начала судорожно чистить и так чистое ведро. В голове у нее было только перекати поле. Сейчас не до мыслей, она не отрывала взгляда от нежных рук, которые, похоже, тоже намывали уже чистое ведро. Влюбленный подросток вдруг вспомнил свой пятиминутный, по ее мнению, провал и тут же развернулась, чтобы покинуть место излишнего накала страстей. Уже завернув за угол она посмотрела на свое уже до дыр затертое ведро и с ужасом поняла что оно ПУСТОЕ. Сознание похоже решило продлить свои отпускные, и Лена стала метаться из стороны в сторону, пытаясь вспомнить месторасположение другого туалета. Но в ее светлую головушку уже подсознание подкинуло мысль, что если она сейчас вернется набрать воды, то она снова увидит эти золотые волосы, скрывающие половину хлебала. И эта мысль настолько понравилась Лене, что та чуть ли не снеся висевшую на стене картину кинулась обратно, уже подходя к повороту в туалет, она на высоких скоростях поворачивает за угол и тут же во что-то врезается. Нечто холодное и мокрое выливается на ее левое предплечие. Инстинктивно она отпрянула, как и ее препятствие, и они оба посмотрели изумленными глазами друг на друга. Не проронив ни слова, наш герой проныривает в туалет и скрывается за поворотом, а за ним вслед слышно только тихое и ласковое- постой! Она впервые слышала ее голос, ноги сами замедлились, а голова стала поворачиваться, но сознание, вернувшееся после отдыха в анапе, пришло и взяло кота за яйца. Синевласка выпрямилась, быстрым напором воды заполнила на половину чистейшее ведерко и рванула к выходу. Все на том же месте стоял фрик. Ее испуганные глаза смотрели не отрываясь на Ленино предплечие. Она аккуратно шагнула на встречу, протягивая свои худые руки. - Т-ты в порядке?... - ее голос едва слышно дрогнул. Испугавшаяся златовласка глянула прямо в глаза остолбеневшего от ее голоса человека - Могу ли я чем нибудь помочь тебе?... - да не, все пучком, не отвалится же, как будто я никогда не была под дождем- едва заметно дрожа отвечает Лена, хотя через мгновение она быстро взяла себя в руки, храни Аллах ее нормальную часть сознания - точно? ты уверена что не простудишься?... У тебя нет с собой сменной одежды, ну , там, кофточки, или рубашки, или.. - она начинает говорит чуть ли не губами, скрытыми за маской. - увы, сегодня не обещали дождь, так что в моем арсенале не имеется дождевика - с милым смешком отвечает Лена. Ей нравится наблюдать за ее реакцией. Фрик немного сжалась, словно ее укусили и очень робко, словно боясь осуждения произнесла - ну, у меня есть еще одна рубашка... Но ты не подумай ничего такого, просто я испортила тебе одежду, и-и х-хочу это как нибудь исправить. - девчонка заерзала на месте, будто готовясь к тому что на нее сейчас нападет орава тигров. Но на самом деле маленький тигренок, стоявший перед ней потерял дар речи, оставив при себе только способность выдохнуть какой то сжатый писк, который она попыталась скрыть, так что это звучало как то по дебильному - а,ну,э - Лена не была готова к такому повороту событий, но резко подключившееся сознание дало ей понять, что это ее шанс- да, давай, если тебе так угодно, я хотела бы еще приходить в училище, а не лежать с бронхитом дома- она улыбнулась и тут же дополнила - ты, кстати прости что я врезалась, навигатор не показывал плотное движение в этом районе Подняв глаза на фрика она увидела как ее глаза зажмурились, как они жмурятся при улыбке. Та легонько кивнула и прикрыла глазки. Тепло пробежалось по всему ее телу, и они молча пошли в сторону аудитории.... Больше она не смогла сказать своей возлюбленной ни одного слова. Она лишь смотрела на ее спину, когда та снимала с вешалки рубашку, уже в полоску. она взяла этот трофей настолько нежно и аккуратно, насколько это могла позволить мышечная система человека. Фрик молча отдала рубашку и, уже стоя в проеме двери шепотом сказала, - еще раз извини- и скрылась средь людских голов. Лена постояла еще секунду, глядя ей в след и медленно опустила взгляд на свой раритет. Она у нее. ЕЕ рубашка у нее. Она почувствовала как в ее груди кипит чайник и что вот вот и она запищит так же как и он. она набрала в грудь воздух, ощутив прекрасный аромат, исходящий от рубашки. Не удержавшись, она прижалась к новой одежде и закрыла глаза, после чего аккуратно надела тонкое изделие и пошла следом за своим светлячком в аудиторию...