королева бала

      — Нужно помыть руки, я провожу Чонгука до ванной, — нет, Тэ подозревал, что у этого альфы траблы с головой, но он не думал, что ТАКИЕ. Как ему вообще пришло в голову заявиться домой к омеге и с порога кричать о том, что он альфа этого самого омеги? Абсурд да и только.       Ким подхватил альфу и унёсся на второй этаж. «Родители не готовы слышать такие слова из уст своего младенца», — подумал Ким, — «подальше от греха».       — Какого хуя ты тут делаешь? — не успела закрыться дверь, как Тэхён пихнул, что есть мочи, альфу в стену, прижав своим телом и прошипел прямо в лицо. Его не волновало то, как они выглядят сейчас. Ему совершенно поебать на то, что расстояние между их лицами катастрофически мизерное. Этого парня стоит проучить, чтоб его.       — Не поверишь, у меня к тебе тот же вопрос, королева, — Чона забавляет эта ситуация. Заяц пытается напугать тигра, весело. — Хотя… Глядя на твоего папу, я пришёл к выводу: пока что ты принцесска.       — Чон Чонгук! Какого, блядь, хуя, я ещё раз спрашиваю, ты тут делаешь? Что за цирк ты устроил? Какой нахуй альфа Вашего сына?! — эта ситуация злила, выбивала из колеи. Омега уже решил для себя, что этот альфа ему никто. Он уже начал пытаться выкинуть из головы мысли, связанные с этим придурком. А этот мудак заявляется к нему домой, несёт какую-то хуйню, которая, между прочим, вызывает у Кима приятные ощущения внизу живота, но сейчас не об этом.       — Тебя увидеть захотел.       — Кто тебе дал адрес? — никому блять нельзя доверять.       — Это не важно. Лучше пододвинься ближе, — после этих слов глаза омеги распахнулись ещё больше, и он тут же отскочил назад. — Эй, ближе — это в другую сторону. Тебе же понравилось так стоять, я чувствую это по твоему усилившемуся запаху.       — Придурок, я пью блокаторы.       — То есть хвоя мне мерещится?       «Вот чёрт», — пронеслось в голове у омеги, и он, не сказав ни слова, выскочил из ванной комнаты, направляясь в свою спальню.       Какого лешего этот мудак чувствует его запах? Ким отсчитывает время, которое уже действуют блокаторы и понимает, что прошло всего три часа из девяти, а значит таблетки всё ещё действуют. Но как тогда Чонгук смог определить усилившийся запах, и почему тот вообще усилился? Тэхён принял ещё одну таблетку на всякий пожарный и вышел из комнаты, ведь снизу донёсся крик папы, который зовёт всех к столу. Тэхён надеется, что альфа запомнил дорогу, ибо Ким кинул его и убежал как полудурок.

***

      Стол накрыт многообразно. Тэхён действительно не понимает, когда его папа успел всё это приготовить и нарезать, ведь времени у него было буквально тридцать минут. Изначально все ели молча, пока отец Кима не нарушил тишину.       — Итак, Чонгук, сколько тебе лет? — задавая вопрос, он даже не отвлёкся от нарезания стейка в своей тарелки.       — Мне 23, господин Ким. Я учусь в том же университете, что и Тэхён, только на третьем курсе, — он предполагал, что отец Тэхёна отнесётся к нему настороженно и устроит какой-нибудь допрос, но это не особо пугало. Он — умный парень, имеющий большой словарный запас и красивую внешность, да ещё и из обеспеченной семьи — наследник компании родителей, так чего тогда переживать? Всё при нём.       — Мм, вот оно как. Что планируешь после выпуска делать, как на жизнь будешь зарабатывать?       — Хичоль, ты не думаешь, что ещё рано задавать ему такие вопросы? — старший омега понимает своего мужа, но смущать парня своего сына не хочется совсем, а зная супруга — это обеспечено.       — Нет, всё в порядке. Я думаю, что подобные вопросы стоит обсудить сразу, — Чону не сложно ответить на подобные пустяковые вопросы, стыд и смущение не стоят того, что он может не понравиться отцу такого ахуенного омежки. — Хоть я и учусь на хореографическом факультете, я посещаю специальные курсы, чтобы быть готовым возглавить компанию отца. Мне по душе бизнес, я изучаю его с средней школы, а поступил в университет искусств потому, что моё хобби — танцы. Ни в одном университете не обучат бизнесу так, как на специальных курсах, вот я и решил поступить в КНУИ. Преимущество во времени. Я быстрее закончу университет, мне остался этот и последний курс, а так я учился бы ещё два года, не считая нынешний курс, — хотелось объяснить всё понятно, чтобы у родителей Кима не возникло мысли, что он глупый и выбрал не тот факультет и специальность.       — А после университета будешь работать в компании отца, я правильно понимаю? — в глазах альфы появился интерес.       — Да, всё верно. Это будет практикой перед тем, как я стану генеральным директором фирмы. Поэтому я выбрал этот путь.       — Неплохо. А что насчёт моего сына? — Чонгук поперхнулся.       — Причём здесь я, пап? — младший омега тоже опешил от подобного вопроса.       — Что значит причём? Этот молодой человек заявил, что он твой альфа. Мне, как твоему отцу, важны его намерения.       — Может, поговорим наедине? — альфа ещё не признался в своих чувствах Киму и заявлять о них вот так он не планирует. Поэтому самым оптимальным решением будет поговорить с отцом омеги тет-а-тет.

***

      Альф нет уже минут десять, что напрягает Тэхёна. Что они там так долго обсуждают? Чонгук опять вешает лапшу на уши его отца? Смешно до безумия. Пока он ходил из стороны в сторону, альфы уже договорили и вернулись с перекура, — первая общая вредная привычка в копилку.       — Ну что ж, давайте ложиться спать. Чонгук, ложись в гостевой, — папа Тэхёна успел и посуду загрузить в посудомойку, и кровать гостю постелить — святой омега.       Чона вежливо: — Ложись не обосрись, — проводил до комнаты Тэхён, а родители сразу ушли к себе. Ким вымотался, хотя ничем тяжелым он не занимался. Это, скорее, на эмоциональном плане. Он вышел из душа и увидел нечто, лежащее на его кровати. Эти нечто является, конечно же, Чон Чонгук.       — Чё ты тут забыл, придурок?! — Ким почувствовал, как низ живота потянуло, а тело обдало жаром. Блять, не может быть. У него не может быть течка, она прошла недавно, да и цикл у него с периодичностью в два-три месяца. Но когда он втянул запах, который заполнил всю комнату и теперь уже лёгкие омеги полностью, то почувствовал смазку, которая начала выделяться из промежности.       — У тебя течка? Разве она не была недавно? — взгляд альфы стал томным, а запах — более тяжелым, с отчётливым возбуждением. Сам же он лежал на кровати омеги без футболки, чёртов демон-искуситель. Как перед таким устоишь? Да никак, вот и Ким не устоял.       — Гуки… — Ким сейчас выглядел до одури сексуально. Короткие шорты выше колена, большая белая футболка, совсем не скрывающая ключицы, и взлохмаченные волосы, капельки с которых скатываются вниз по шее и мочат кромку футболки. — Я… Я, кажется, хочу тебя…       — Тэхён, нет. Нельзя, ты пожалеешь об этом, — ахуеть, чо? Чон-мать-его-Чонгук отговаривает течную омегу от секса? Был бы на месте Кима кто-то другой — он бы уже втрахивал стонущее тело в матрас, но с этим парнем он не может так поступить. С ним хочется по обоюдному и до конца жизни, только с ним одним и ни с кем больше.       — Гуки… — тело пробило болезненным спазмом. У него никогда не было болезненных течек, все проходили довольно легко и спокойно, почему же сейчас так больно? — М-мне больно, Чонгук, — ноги стали ватными, омега рухнул на пол. К нему сразу же подскочил альфа, хотя ему бы выбежать из комнаты, а лучше из дома, чтобы не натворить дел. Но не может он уйти от Кима, который содрогается от боли, а не от удовольствия.       — Где болит, Тэ? — он действительно волнуется, возбуждение ушло на второй план. Главное сейчас — уберечь его мальчика от боли.       — Чонгук, пожалуйста, помоги.       — Как? Я не знаю, что делать. Может попросить у твоего папы лекарства, вдруг они помогут? — альфа кивает своим же словам и собирается пойти к папе омеги, но второй хватает его за руку, не давая уйти. — Малыш, нужно спросить у твоего отца.       — Боль проходит, когда ты рядом, но одного запаха мало. Возьми меня, Чонгук.       — Но ты…       — Я не буду жалеть, правда не буду, — если честно, Ким не врёт. Ему нравится Чонгук, ему нравится думать, что они будут вместе во всех смыслах. Киму противно думать о сексе с кем-либо, кто не Чонгук. После ситуации в туалете он не мог даже прикасаться к себе, не говоря уже о других, но касания Чонгука не были чем-то противным, наоборот, они помогали принять себя, помогали понять, что он не омерзительный.       — Ты уверен?       Вместо ответа Чон почувствовал мягкие губы на своих. Целовал Ким неумело, но Чонгук соврёт, если скажет, что ему это не нравится. Чертовски, блять, нравится. Альфа подхватывает Кима на руки и, поднимая с пола, несёт на кровать, аккуратно укладывая спиной на мягкие подушки. Целует Чонгук страстно, углубляя поцелуй и вылизывая чужое нёбо, проходясь языком по ровному ряду зубов. Тэхён кладёт руки на голую грудь альфы, спуская их вниз и обводя кубики пресса, от чего стонет в поцелуй. Боже, как же ему хотелось сделать это.       Стоны Кима — это что-то запредельное, что-то не из мира сего. Услышал один раз и всё, теперь это твоя любимая песня, любимый звук и вообще хочется слышать только их и ничего больше. Член болезненно ноет в штанах, Чонгук заведён максимально сильно. Он отрывается от губ омеги, давая тому вздохнуть, а сам снимает с того футболку, осыпая худое тело поцелуями-бабочками. Ким великолепный, в этом Чонгук убеждается в тысячный раз.       Тэхён и не думал, что ощущать на теле чьи-то поцелуи — так приятно. Ему нравится чувствовать, как чужие губы всасываются в кожу шеи, живота, груди. Думать о багровых пятнах, которые расцветут к утру, не хочется. Течёт Ким сильно, смазка из зада буквально выливается, а на красных шортах уже выступает мокрое пятно. Омега тянется к шортам, пытаясь снять их и ускорить процесс. Тот сразу понимает намерения Кима, отстраняясь под разочарованный вздох и скидывает ненужную одежду с омеги, освобождая его аккуратный член от оков неприятной ткани.       Вид открывается ахуенный. Тело под ним худое, но бёдра и задница просто отвал всего. Лицо у Тэхёна идеальное, он сам весь идеальный, без изъянов. Хочется его сфоткать, распечатать, засунуть в рамочку и дрочить на него в день по десять раз до тех пор, пока не отвалится либо рука, либо член. Скорее второе.       Чонгук вновь припадает к губам омеги, целует жадно, параллельно с этим оглаживает бёдра.       — Я хочу попробовать тебя.       Он разворачивает Кима, кладя подушку под живот и ставя на колени. Целует спину, гладит бока, проходясь языком вдоль позвоночника. На эти ласки омега стонет, стараясь заглушить звук во второй подушке, но его хватает, чтобы завести альфу ещё больше. Чонгук опускает руки на ягодицы Кима, мнёт их и раздвигает, открывая вид на покрасневшую дырочку.       Тэхён смущается от мысли, что он настолько открыт перед альфой, но заводит это не меньше. Он ждёт дальнейших действий и охает, заливаясь краской гуще прежнего от ощущения шершавого языка там.       Чонгук проходится языком от мошонки до поясницы, слизывая натуральную смазку омеги.       — Ты такой вкусный.       Ким чувствует чужое дыхание у своей дырочки и стонет хрипло, заставляя член альфы заинтересованно дёрнуться. Чон оттягивает кожу зубами аккурат возле сфинктера, на что получает ещё один прекрасный стон Тэхёна. Затем он, снова слизывая выделившуюся смазку, надавливает языком на дырочку, входя в тело омеги. Чон начинает активно двигать языком, прикусывает кожу и входит быстрыми движениями, облизывая кожу изнутри. Тело под ним содрогается, а приятный стон греет уши. Тэхён кончил от одного шаловливого язычка одного красиво-сексуального альфы, что может быть лучше? Ким валится на подушки, приятная послеоргазменная нега сковывает тело, но он переворачивается и привстаёт на локтях.       — Давай я тебе помогу, — Тэхён кидает взгляд на внушительный бугорок под штанами альфы, но тот лишь качает головой и встаёт с постели.       — Не стоит, я справлюсь сам. Тебе стоит отдохнуть, ладно? — Чонгук убирает с кровати подушку, которая измазана в сперме омеги, надевает на него трусы и укутывает в одеяло. — Сладких снов, малышка.       — Спокойной ночи, Чонгук, — Ким устал, сейчас не хочется ничего, кроме сна. — И спасибо тебе, — на это альфа лишь улыбается и, кивнув головой, выходит из комнаты, направляясь в ванную, чтобы снять напряжение, представляя картину, развернувшуюся пять минут назад и кончая с именем одного соблазнительного омеги.