The destiny gives us a second chance.

Выстрел. Никто не обратил внимания, мало ли что футболисты устроили на этот раз. Снова выстрел. От неожиданности ребята подпрыгнули и все как один посмотрели на Мистера Шустера. Его лицо казалось непроницаемым, но глаза выдавали его полностью. Они выражали смесь испуга и обеспокоенности. Жестом преподаватель показал на пол и хористы один за другим стали рассаживаться по периметру класса. Блейн сел за пианино рядом с Сэмом и Арти, и облокотился на него спиной. Эта ситуация была настолько необычной и непонятной, что в голову парня сразу полезли вопросы: «Кому понадобилось стрелять в школе? И вообще были ли это выстрелы? Даже, если и да, то почему сейчас так тихо? Почему же не слышно того или тех, кто стрелял?» Блейн был в недоумении. Он не знал, что и думать, нужно ли пугаться? Может это всего лишь что-то незначительное, а они тут сидят на полу и воображают непонятно что? Вопросов было много. Ответов не было вообще. Прошло несколько минут, было тихо, некоторые в хоровом классе начинали нервничать, а другие наоборот успокаиваться. Ничего не происходило. Выстрелов больше не было. Но это затишье держало в напряжении всех. Ситуация была странной, вроде бы все спокойно, но в тоже время пугающе. Никто ничего не мог поделать, ребята просто сидели и ждали, что же произойдет дальше. Каждый надеялся, что все скоро закончится, и они пойдут по своим делам. Уроки будут как обычно по расписанию, их день пройдет спокойно и нудно, как обычно, и про эту глупую ситуацию с «выстрелами» все забудут на следующий же день. Но судьба – коварная штука, она не может просто так отпустить своих жертв. Потому что каждому их них суждено прожить один из самых ужасных дней в своей жизни. Спустя минут десять в коридоре послышались звуки: Кто-то быстро бежал, этот человек стал дергать за ручки дверей ведущих в хоровой класс и после неудавшихся попыток побежал дальше и тут опять раздался выстрел. Вот этого точно не ожидал никто. Ребята уже почти успокоились. Но этот момент до ужаса напугал их. Сейчас на лицах детей был неописуемый страх, и казалось, что комната погрузилась в какой-то беззвучный крик. Все как будто до сих пор слышали этот последний выстрел. Выстрел, который говорил, что как прежде никогда уже не будет. Он как бы разделил жизнь каждого, находящегося в этой комнате на «до» и « после». Блейн, как и остальные сидел неподвижно минуты три с полными от испуга глазами. Потом он закрыл лицо руками и пытался прийти в себя. Мысли быстрым вихрем пронеслись в его голове: «Неужели, правда? И это все происходит с ним?» Он не мог поверить в это. Это было безумно трудно. Почти невозможно. Немного успокоившись, он поднял голову и огляделся вокруг. И лучше бы он этого не делал. Блейну было невыносимо смотреть на своих друзей. На вечно веселых хористов, которые пели песни, где бы они не находились, будь это столовая, коридор или библиотека. На ребят, которые никогда не унывали и всегда верили в лучшее, даже если все было против них. Сейчас они выглядели такими обреченными, будто их жизни кто-то украл. А в их глазах читалась всего одна фраза: «Боже, мы можем сегодня умереть». Это было, наверное, самое ужасное, что когда-либо Андерсон видел в своей жизни. Даже выстрелы меркли по сравнению с лицами его друзей. Но Блейн не мог как они, просто взять и подумать о скорой смерти. Он не мог думать о ней вообще, никогда. Он не принимал эту ситуацию. Блейн очень боялся предположить, что будет дальше. Даже сама мысль об этом пугала его до потери сознания. Брюнет не верил в происходящее, и стал задаваться вопросом: «Как это все могло случиться в его жизни?» Хоть это и может показаться смешным или самоуверенным, но Андерсон считал, что такие события не могут произойти с ним. А может он просто боялся предположить это? Наверное, да. Это пугало его. Он никогда не мог даже подумать о том, что кто-то из его близких или он сам может умереть. Блейн никогда никого не терял. И сейчас в такой ситуации, сидя здесь, на полу хорового класса, он боялся, что потеряет кого-то из своих друзей, кого-то, кто помогал ему, верил в него и поддерживал. И стоило только этой мысли прийти Андерсону в голову, он немедленно стал отгонять ее. Блейн никогда не поверит, что кто-то из них сегодня умрет. Даже если и сами хористы будут уверенны в этом, если они все-таки сдадутся, он никогда не признает это. Минуты все длились. В коридоре больше не стреляли. Некоторые участники хора плакали, а остальные, кажется, смирились с происходящим и сидели со стеклянными, ничего не выражающими глазами. И тут кому-то из ребят пришла идея снять видео для тех, кто хочет что-то сказать на прощание. Это была идея Арти. Блейн посмотрел на него и подумал: «Неужели он уже уверен настолько, что мог сказать «до свидания»? Неужели он так быстро отчаялся и перестал верить, что все закончится хорошо? Неужели это так?» Некоторым хористам идея пришлась по душе, они по очереди подходили к Абрамсу и что-то говорили в объектив. Кто-то в чем-то признавался, кто-то рассказывал секреты, а кто-то что-то просил. Это случилось. Они поверили. Это было невыносимо. Это было даже в какой-то мере больно. Больно видеть отчаяние. А что Блейн? Он не мог. Он не скажет «прощай», потому что все еще не кончено, потому что он обещал сам себе, что никогда этого не сделает. Андерсон сидел, опустив голову на руки, и тихонько плакал. Он не мог, он просто не способен признать, что в этой истории может быть такой конец... Все переживали по-разному. А Блейн даже не пытался смериться, он только отрицал. Спустя непонятное количество времени, Блейн услышал резкое движение возле себя. И в следующее мгновение первое, что увидел брюнет, был Сэм, быстрой походкой направляющийся к выходу. Но тут его схватили Мистер Шустер и тренер Бист. Эванс начал вырываться и что-то кричать про Бриттани. От его криков заболела душа. Это чувствовалось буквально физически. И тут сердце Андерсона остановилось. Курт. Блейн вспомнил про Курта, и стало тяжелее дышать. Вдруг он больше никогда его не увидит? Андерсон так боялся этого. Боялся до боли. Но в, то, же время он был безумно рад, что шатен выпустился из школы и находится в Нью-Йорке за много километров от этой проклятой школы, в безопасности. Но сейчас, даже, ни смотря на обстановку, Блейну очень хотелось бы услышать голос Курта. Хотелось, чтобы он как обычно успокоил его одним словом, своим тихим голосом. Блейн посмотрел на Сэма и слезы с большей силой полились у него из глаз. Что если бы вместо Бриттани, за пределами хорового класса оказался Курт? Андерсон бы этого не пережил, он бы просто умер на месте. Брюнет еще раз взглянул на Сэма, в сердце кольнуло, он подвинулся и обнял его. Эванс в свою очередь схватился за Блейна, как за спасательный круг и начал сильно рыдать, будто пытаясь со слезами выпустить всю свою боль и страх. Спустя примерно двадцать минут, ребята услышали: Здесь чисто! В здании чисто! И буквально все в одну минуту глубоко вздохнули, где-то послышался нервный смех, а кто-то начал еще сильнее рыдать. Никто не верил, что этот ужас кончился, все боялись пошевелиться, поэтому сидели и оглядывались, пытаясь что-то найти в лицах своих друзей. Мистер Шустер встал первый и некоторые начали брать с него пример. Не спеша, поднявшись, он подозвал ребят к себе, и они аккуратно шагая, собрались в круг и обнялись. Блейн чувствовал такое облегчение, как будто в этот момент с его плеч сняли огромную ношу, и он глубоко вздохнул, приходя в себя. Краем уха брюнет услышал успокаивающие слова преподавателя: Все в порядке. Я люблю вас, ребята. Каждого из вас. Вы очень хорошо держались. Теперь Блейн точно знал, что все закончилось. *** Как оказалось, в здании находилось не так уж и много людей, поэтому, когда Блейн вышел из школы, он сразу заметил своих родителей. Брюнет раньше не видел их такими обеспокоенными: его мать плакала, уткнувшись в рубашку своего мужа, а отец успокаивал ее, гладя по спине, и не отводил взгляда от входа. Спустя секунду, отец заметил Андерсона в толпе и они вместе с матерью поспешили к нему. - Блейн, Блейн, Господи, с тобой все в порядке? Ты не ранен? – Это была его мама, она стала разглядывать его заплаканными глазами со всех сторон, а потом крепко обняла и стала целовать, он обнял ее в ответ. - Все хорошо, мам, правда. – Нет, конечно же, нет, но он не будет говорить ей об этом, он не хочет ее напугать. - Ты уверен? Если, что в Скорой есть психиатр. – Это был уже отец, который внимательно смотрел на Блейна, ожидая ответа. - Нет, не нужно, если, что я вам скажу. Сейчас мне хочется, только домой. – Лицо отца Блейна немного разгладилось, и он прижал сына к себе. *** Целый день Блейн провел в обществе матери, она не отходила от него ни на шаг. Он этого и не хотел, он боялся остаться в одиночестве, наедине со своими мыслями. Брюнет думал, что если останется один, то воспоминания нахлынут, а он не готов пережить этого снова. Он боялся, что просто не выдержит этого. Вечером в дверь позвонили, Блейн, хотел подождать, пока откроет его мама, но она, возможно, не услышала звонка. Парень подошел к двери, открыл ее и его глаза округлились от удивления: -Ты?