...и как же танцует ненаглядная столица Российской империи?

Pata kattilaa soimaan, musta kylki kummallakin - ругал котел кастрюли, а бока у самого в саже ~финская пословица~ *** Лучше бала в Санкт-Петербурге может быть только зимний бал в Санкт-Петербурге. Подобно хлопьям снега, увлекая друг друга в танце кружат по золотому залу молодые дворяне. У них в жизни нет забот и проблем, как же хорошо родиться в высшем свете. Ну по крайней мере, всяко лучше, чем быть подневольным. Хотя, многие дворяне не могли делать, что хотели и в какой-то мере тоже были невольными. Особенно молодые девушки, которых насильно продавали замуж за богатых.... Так, стоп, о чем это я вообще?! *** Прошло несколько часов с их последней встречи. Удивительно, как много и одновременно мало можно успеть за один день. -"В моем расписании на завтрашнее утро запланированы какие-то встречи?" - сиплым, немного утомленным голосом спросил Саша у своего личного помощника -"Нет, ваше благородие, завтра воскресный день, с утра нужно будет посетить храм" -"Хорошо, тогда сегодня задерживаться не буду" -"Хорошего вечера, ваше благородие" -"Благодарю, ты тоже ступай" Саша поправил манжеты белоснежного накрахмаленного мундира, специально подобранного для этого бала, небрежно бросил взгляд в отражение своего зеркала -"Главное пережить этот день, главное не опозориться. Все будет хорошо" Такая моральная подготовка перед выходом "в люди" для столицы обычное дело Он отвёл глаза в сторону покрытого инеем окна. Красиво, но мешает в полной мере насладиться видами зимнего города, словно бельмо на глазу *** Бальный зал сегодня вновь горит золотом. Ещё не всё гости в сборе, но все же дышать становится трудновато. Виной тому - запах парафина, который под конец каждого вечера намертво въедался в одежду присутствующих Девушку небольшого роста так трудно заметить в этой толпе. Дамы как снежинки, похожи одна на другую, буквально каждая надела сегодня белое платье. Точнее, практически каждая. -"Камалия, то есть, ты меня пол вечера убеждала пойти в белом мундире на этот чертов бал, а сама сейчас заявляешься в зеленом? Почему вообще зеленый?" -"Рожа твоя зеленая, а это нефритовый с отливом. Символ молодости и женского благородия" -"Повторю вопрос. Как это относится к тебе?" Девушка отвесила ему приличную затрещину -"Ещё одно слово и тебя ждёт участь Бархама" -"Кто это?" Камалия ехидно шепнула ему на ухо -"Вот именно" Девушка отвернулась, вальяжно убрав руки за спину -"Ты глянь на них, каждая девушка в белом. Ты хочешь, чтобы моя красота затерялась среди этих дам? Нужно выделяться" Миша прервал эти оправдания -"Хорошо, я тебя понял. Чтоб я ещё раз поддался твоим мольбам" -"Молить я буду только бога"- она резко повернулась-"а тебя так, культурно попросила об одолжении" *** -"Александр Петрович Романов прибыл" - во все горло объявил капельдинер В шумном зале замолкли совершенно все. Роскошная дверь открылась, чтобы запустить по обыкновению главного героя вечера. Прямая осанка и широкие плечи из далека придавали ему ещё больше величия. Ах, сколько же молоденьких сердец были безжалостно растоптаны этими стройными ногами! Такой образ даже близко не стоит с картиной, которая раньше представала перед всем высшим светом, которую отчётливо запомнил и Московский. Скромный, забитый мальчишка, сейчас горделиво проходит мимо завистливых взглядов. Каждый хочет к нему прикоснуться, каждый за что-то любит и одновременно ненавидит. От одного его взгляда бросает в холод, немеют ноги. Хоть и взгляд его откровенно пуст, словно утратил возможность по-детски пускать искорки наивности и доброты.... Когда высший свет хочет обидеть или высмеять, он говорит таким “шепотом”, который без труда можно разобрать хоть сцены, находясь на галерке театра. Здесь же другой случай. Словно мышки в продуктовом амбаре эти сплетники зашептались, но так тихо, чтобы ни дай бог и обрывок фразы не достигнул уха Алекса. Мише и Камалии, стоящих в эпицентре серого логова только и слышалось: -"...наш Арлекин идёт, какая маска на нем в этот раз?.." -"...одному черту известно, что у него на уме..." -"...меня каждый раз от его взгляда бросает в дрожь..." -"....Александр Петрович очень жесток..." Камалия не менее тихо шепнула Мише -"Они его боятся? Мне не показалось, что он особенно суров" -"Он то суров? Я расскажу, насколько он суров. Когда мы ездили проверять освоение территорий за Уралом, местные мальчишки подожгли муравейник. Он плакал до конца поездки" Девушка легонько рассмеялась -"Тем не менее, он уж очень красив.Я бы сказала, пугающе красив. Особенно в этом мундире" -"Боже, ну хватит об этом постоянно говорить" -"Ну согласись же, он красавец" -"Откуда я могу знать, красив он или нет?" Камалия с подозрением глянула в глаза друга -"Ты не можешь судить о красоте мужчины?" -"А ты можешь судить о красоте женщины?" -"Я да" Миша задумчиво почесал затылок -"Я думал, тебе мужчины нравятся..." -"После отношений с тобой, каждый начинает в эту сторону смотреть" - незамедлительно последовала ответ от девушки -"Да не так уж я и плох, чтоб ударяться в библейские сюжеты про Садом и Гамору" *** Взор Алекса значительно смягчился при виде нового друга -"Ух ты, что за красавчик номер два с ним рядом идёт?" - не унималась Камалия -"Честно говоря, понятия не имею" -"А, вы не в курсе, это его близкий друг - европеец. Под ручку уже который год ходят. Постоянно их только вместе и вижу" - женщина, лет 30 ответила на вопрос Камалии -"А как его зовут, вы не знаете?" - незамедлительно поинтересовался Миша -"Ой, честно говоря, я не запомнила. Имя то европейское, сложное" Миша притянул Камалию за руку поближе и выразил беспокойство -"Что-то мне его глаза хитрые не нравятся" -"Тебе хоть когда-нибудь европейцы нравились? Не припомню..." -"Этот мне особенно не нравится" - Миша прищурился, параллельно поглядывая на подозрительного "друга" Александра Петровича. Спустя пол часа периодической слежки за сомнительным блондином, с белоснежными волосами и голубыми как сапфиры глазами, очередь приветвенного "обхода" Алекса наконец дошла до них с Камалией. -"Камалия, я так рад вас здесь видеть. Даже не знал, что нефритовый оттенок так подчеркнёт ваши очаровательные глаза" Она задрала свой маленький носик -"Спасибо, Александр Петрович. Взаимно. Приятно видеть, что среди моих знакомых есть те, которые по достоинству оценят мои старания" Миша закатил глаза -"Добрый вечер, Михаил Юрьевич" - сухо поприветствовал своего бывшего учителя Саша Московский немного опешил -"Добрый вечер, Александр Петрович. Я вижу, вы сегодня с компанией. Не представите нас друг другу?" -"Да, конечно. Хочу представить вам и своего спутника. Это Вейно Гельсингфорс или же Хельсинки. Он мой дорогой друг. Вейно изучает русский язык недолго, поэтому надеюсь, вы будете относиться к этому с пониманием" После небольшой паузы он продолжил -"Вейно, это Камалия и Михаил Юрьевич" Хельсинки состроил добродушный, немного ухитренный взгляд -"Здравствуйте, я не очень хорошо и понятно изъясняюсь на русский языке, но усердно учусь" Он поклонился и следуя этикету поцеловал руку Камалии -"Будем знакомы, мистер Гельсингфорс" -"Для вас, мадам, хочу быть просто Вейно" Миша почувствовал обжигающее низ живота отвращение. Как бы он не пытался сделать вид, что забыл наклонности Саши, каждый раз в голове всплывала картина этого наглого детского лица. По всей видимости, эти наклонности никуда не делись, не дай бог, что они ещё и осуществились не без старания этого европейского мерзавца. С каждой секундой от этих мыслей становилось все противнее. С каждой секундой эта надменная улыбка раздражала все сильнее. Хорошо, что за годы практики, даже перед самыми омерзительными людьми гримаса Московского оставалась неизменной. -"Здравствуйте, будем знакомы" - Миша, сопротивляясь самому себе, все же пожал руку -"Друзья, мы вынуждены отойти, нужно поприветствовать ещё множество гостей" Чувство неприязни начало стихать по мере отдаления Вейно -"Видимо, они действительно очень близки" - обратилась Камалия к Мише -"Камалия, я даже не хочу слышать эту чушь" -незаметно для себя Миша буквально перешёл на крик -"Ты чего кричишь то? Я просто сказала, что они близкие друзья" - девушка с обидой отвела взгляд Московский тут же умолк. Слишком глупо было впадать в агрессию, тем более что объективного повода нет. Но существует ли понятие "объективно", когда дело касается чувств? *** Продолжение следует