Лавандовый сборник

Норвегия. Захудалая больница, стоящая на окраине небольшого городка - единственная на всю близлежащую округу. Маленькая одноместная палата. Противный, застоявшийся запах лекарств, резко врезающийся в нос, не позволяющий вздохнуть полной грудью. Совершенно пустые белые стены, с кое-где облезшей краской, придают помещению ещё более жуткий вид. Ночь в этой местности длится долго, солнца почти не бывает. Комнату, с царящим в ней полумраком, освещает лишь слабый огонёк масляной лампы. Холодно, очень холодно. Тишину нарушает вой ветра за окном и тяжёлое прерывистое дыхание молодого рыжего парня, лежащего на кровати. Всё его тело было в ранах, царапинах, гематомах и ссадинах. Торс и грудь были перемотаны бинтами. Кое-где всё ещё сочилась кровь. Губы слегка приоткрыты. Лицо покрыто испариной. На щеках болезненный румянец. Рядом с кроватью, на деревянном стуле сидит японец, скрестив руки на груди. Волосы его собраны в высокий хвост, веки прикрыты, лицо не выражает никаких эмоций, только брови чуть-чуть сдвинуты. Неожиданно лицо лежащего парня исказилось болью, и он тихонько застонал, вцепившись пальцами в простынь. Брюнет открыл глаза, повернув голову и посмотрел на него. - Юу, - хриплым голосом позвал парень. Канда наклонился вперёд и положил ладонь на лоб Лави. - Прости, Юу, - ещё тише произносит он. - Из-за меня нам пришлось... Но внезапный приступ кашля так и не даёт ему договорить. Наступает острая нехватка кислорода, и Лави резко поднимается с кровати, громко кашляет, вцепившись руками себе в горло. - Идиот! - шипит Канда, обеспокоенно озираясь по сторонам. На прикроватной тумбочке стоит графин с водой, брюнет берёт его в руку и наливает воду в стакан. Дождавшись, когда спазм отпустит парня, Канда садится на кровать, приподнимает его голову, придерживая рукой затылок, подносит стакан к пересохшим губам Историка. Лави делает несколько судорожных глотков и отстраняется, опять принимая вертикальное положение. - Спасибо, Юу, - тихо произносит историк, силясь улыбнуться, хотя это ему сейчас не по силам. Канда фыркает и отставляет стакан в сторону. Затем мечник встаёт с кровати и начинает расстёгивать пуговицы на своём плаще. Сняв его с себя, Канда остаётся в одной рубашке и брюках. Недолго раздумывая, брюнет ложиться к Лави, не сказав ни единого слова. - Юу? - Лави недоуменно смотрит на него. - Заткнись! - Канда залезает к нему под тонкое одеяло. Лави понимает, что лучше промолчать и не перечить самураю. Кровать тесная даже для одного человека. Канда прижимает к себе Лави, чтобы тот не упал, да и чтоб самому не свалиться. Шепчет на ухо что-то про то, какой Лави идиот и что не нужно было лезть на рожон, обжигая кожу горячим дыханием. Поглаживает рукой по животу, от чего по телу Книгочея бегут мурашки. Вскоре Историк засыпает. Канда, пролежав с ним некоторое время. Осторожно встаёт с кровати, чтобы его не разбудить. Надевает на себя плащ и бесшумно выскальзывает из палаты.