Твоя, твоя

27 Апреля Миллениум-парк.

Фонари дарят тусклые взгляды прохожим. Ветер развивает волосы, а туман путает мысли. По телу скользит легкая дрожь. Одинокий силуэт ступает по дорожке. Одинокий внутри, снаружи все по другому. У нее есть парень, который любит ее. Друзья, которые всегда поддерживают ее. Родители, хоть и не родные и сестра. Но везде же есть минусы. Например, безответная любовь. Безответная любовь — это когда ты помнишь то, что она даже не знает. Она «мечтает» зная, что это никогда не случится. «Уважение имеет границы, любовь — никогда» — Шекспир сказал: «Все заканчивается встречей влюбленных». Редкая по красоте мысль. Лично я никогда хоть чуть-чуть похожего не испытала. А вообще, мне кажется, я думаю о любви больше, чем надо. Но меня восхищает, что любовь обладает такой силой, которая способна перевернуть нашу жизнь. Кстати, Шекспир изрёк ещё одну мудрую мысль: «Любовь слепа». И вот под этим я могу подписаться. У кого-то совершенно необъяснимо любовь исчезает. А кто-то просто теряет ее… — Извини, что так долго, там очередь была, — из раздумий девушку вырвал голос парня. — Нат, все хорошо? — он обеспокоен. — Да, — девушка улыбнулась и приняла, протянутое мороженое. Она так же взяла под руку своего парня и они отправились по парку, в самую глубь. — как день прошел? — Нормально, — клекло начал Стив, но после, увидел кислое лицо девушки. — Ну знаешь, Баки прострелил голову наркоторговцу. — Капитан посмеялся. — С нами ещё был Пьетро, классный пацан, показал себя, в отличии от сестры. — он скривился. — А что с ней? — подхватила Нат. — Ее подстрелили, представляешь? — парень насмехался над ведьмой. — Главное, Баки кричит ей, что на нее направили оружие, а она на это не отреагировала и ее ранили в плечо. — объяснил Роджерс. — Скажи, идиотка. — он в очередной раз усмехнулся. — И правда, идиотка.

***

Это — слабоосвещенный коридор. Пол и стены выложены гладкой, отполированной до блеска керамической плиткой. В полумраке приглашенных оттенков, практически невозможно понять, какого она цвета. Очевидно одно — вальсирующее по поверхности, редкое отражение света, говорит о зеркальной чистоте и безупречной работе мастера, который здесь когда-то потрудился. В этом коридоре нет места ни случайным звукам, ни крадущимся шорохом, ни отголоскам затерявшегося эха. Вот же удивление, когда из бесконечной глубины коридора, раздается отчётливый звук чьих-то шагов. С каждой минутой он приближается все ближе и ближе. Бесформенное, темное пятно в проёме приобретает черты женского рода. Девушка прошла вперёд. Она не стала задерживаться в дверном проёме. Комната довольно светлая, в отличии от коридора, через который она шла. Помещение просторное с большим окном и темно — бордовыми шторами на нем. Стены по окраске напоминают персик: красно — оранжево — жёлтые. На них повешанны несколько картин с какими-то странными абстракциями сделанными в красно — черной гамме, понятные скорее всего только их автору и тому, кто это повесил на стены… — Так и будешь разглядывать интерьер? — усмехнулась лежащая девушка и приняла, хоть и с трудом, сидячее положение. — А, извини, никогда не была в твоей комнате, — проговариал шпионка и присела на стул возле кровати. — Неожиданный визит, — подметила Ванда. Столкновение взглядами и неловкая тишина повисла между двумя девушками. — Почему она так пристально на меня смотрит? — подумала Максимофф и по телу пробежили мурашки. — Черт, я ее смущаю, — думает шпионкая, закусывая нижнюю губу. — Ты когда-нибудь фехтовала? — нарушила молчание ведьма этим глупым вопросом. Она просто хотела разрядить обстановку. — Да, всего один раз, — под «один раз» она имела ввиду «один раз в Красной комнате». — Я хожу в фехтовальный клуб по субботам. Пойдешь со мной? — Максимофф бы никогда не пригласила ее, но обстоятельства вынудили шатенку. — Сегодня пятница, как же ее плечо? — задумалась Романофф. — С плечом все будет нормально. Регенерация и все такое, — проговорила девушка. — Ну тогда, я согласна, — улыбнулась Наташа