Осколок льда в моём сердце

       В тот же день Скарамучча договаривается о встрече с другом Кадзухи. Время оказалось удобным для них обоих, но прежде, чем поехать на назначенное место, темноволосый направился на работу. Ему надо было написать заявление на трёхнедельный отпуск и как-нибудь уломать на это Аякса. Если что, привлечёт к этому делу Люмин, что заставит рыжего подписать заявление Скара, ради фигуриста. Сейчас же, когда Скар был уже за рулём и на подъезде к офису бизнес-центра, он понимает, что оставил сигареты дома на балконе. Тихо ругнувшись себе под нос, молодой человек лишь набирает скорость, вдавливая педаль газа в пол, спеша на работу. Сейчас безумно хотелось курить, дабы унять никотином нервы, что разыгрались не на шутку. Попросит у Тартальи – тот вроде не жмот, поделится.       На входе Куникудзуши встречает администратор, что здоровается с ним и интересуется, отчего же замглава центра так задержался. Темноволосый отмахивается от девушки, мол «по делам ездил, не ваше дело» и спешит к лифту.       Быстрый, современный, просторный и со стеклянными стенками кабинки, лифт поднимался на один из последних этажей без шума и скрипа, как в каком-нибудь старом и обшарпанном доме. В ожидании Скар успевает расстегнуть куртку и несколько раз проверить телефон на предмет сообщений, а после и сам открывает один диалог. Имя того самого лечащего врача Кадзухи виднелось в строке. Главное, чтобы согласился на встречу. Отправив сообщение, Райдэн убирает телефон в карман джинсов и выскакивает из лифта, чуть не уехав обратно. Путь до собственного кабинета темноволосый знал наизусть и шёл, даже не обращая внимания на посторонних. Поворот за поворотом и дверь в кабинет уже перед ним. Воспользовавшись ключами, Скар попадает внутрь и сразу же проходит к столу, хватая лист бумаги и ручку.

«Заявление на отпуск»

      Быстрые движения кистью руки, что держала ручку, выводили размашистые, но строгие буквы. Отвлекаясь на сообщение, молодой человек берёт телефон в правую руку, продолжая писать левой – удобно, однако, быть амбидекстром. Ему ответил тот самый врач. Он согласился на встречу не сразу, пытаясь выяснить, кто такой Скар вообще и что конкретно ему надо. К моменту окончания их короткого диалога, темноволосый уже ставил свою роспись внизу листа. Теперь он направлялся в кабинет Тартальи. Босс восседал в конце коридора за массивной дверью, за которой прятался небольшой кабинет секретаря, а дальше и его, Аякса. Быстрым шагом, Скарамучча буквально влетает в первый кабинет, мельком смотря на секретаря. — На месте? — Да, — кажется, что мужчина немного подскочил на месте от внезапного появления зама, — но он занят, — темноволосый его не слушает и лишь отмахивается. — Постойте!       Куникудзуши захлопывает дверь в кабинет своего начальника, как только оказывается внутри и тут же застывает как вкопанный. На столе рыжего сидела их общая подруга — Люмин, что жадно сминала губы Аякса в поцелуе. От хлопка двери оба отрываются друг от друга, а после и вовсе отскакивают, видя третьего из компании. Нет, у Скара, разумеется, были догадки, что эти двое могут мутить за его спиной, но чтобы вот так. И ему ещё не сказали.       Блондинка поправляет свою блузу с пышными рукавами и без всякого чувства стыда присаживается на аккуратный кожаный диванчик, закидывая ногу на ногу. Аякс же, в свою очередь, неловко чешет затылок, пытаясь растянуть губы в невинной улыбке. — Даже спрашивать не хочу, но возмущён, что вы мне не сказали, — ворчит самый старший среди троицы и подходит к столу, передавая своë заявление. — Тебе только подписать надо.        Чайльд вопросительно выгибает бровь, принимая из чужих рук листок, и садится на стол. Взгляд его становится только серьёзней при виде словосочетания «заявление на отпуск». В кои-то веке начальник выглядел как начальник — сурово, серьёзно, внимательно вчитываясь в каждую строчку. — Скар, я не могу, — произносит свой вердикт Тарталья. — Три недели слишком много для отпуска. К тому же сейчас запара начнë— — Подписывай, — слегка грубовато говорит темноволосый. — Я делаю это не ради себя, а ради Кадзу.       При упоминании фигуриста Люмин поднимает голову, хмуро глядя на друга. Несомненно она знала о новой статье, что выложил издательский дом Яэ и не могла молчать при упоминании помощи Каэдэхаре. Девушка встаёт со своего места, подходя к рабочему столу рыжего, и вытягивает из его рук этот несчастный листок с размашистым почерком. Она внимательно читает короткое заявление, а после смотрит то на темноволосого, то на Аякса. В один миг её взгляд становится более серьёзным, и она возвращает бумажку начальнику с небольшим хлопком по столу, а после и вовсе достаёт ручку из подставки, передавая рыжему. — Подпиши, — говорит блондинка, внимательно смотря на парня. — Он итак долго без отпусков сидит, а тут ещё и по такому делу просит. Так что давай подписывай, Аякс.        Рыжий под таким давлением чуть ёжится, вжимаясь в кресло. Приказной тон блондинки буквально заставляет взять ручку и быстро подписать заявление на отпуск своего заместителя. Люмин довольно хмыкает и подмигивает Скару, что уже двигается к выходу, махнув ладонью на прощание. Вновь лифт, что уже везёт его на первый этаж, а время на часах потихоньку начинает подгонять к первой встрече. По пути он застёгивает куртку, кутаясь в шарф, пряча там свой нос от холода улицы. Путь от здания до машины занимает всего пару минут, за которые Скар успевает слегка замёрзнуть. Сейчас ему необходимо добраться до ледовой арены, чтобы встретить хоккеиста и как следует с ним поговорить, а уже после поехать на встречу с врачом.

◇◇◇

      Сиканоин отпросился с тренировки чуть раньше, чтобы успеть на встречу с темноволосым. Быстро переодевшись, Хэйдзо выскакивает на улицу с чуть влажной головой и направляется к главному входу около ледовой арены, где и располагалась парковка. Молодой человек ставит сумку со снаряжением на асфальт и наконец-то застёгивает верхнюю одежду, собирая волосы в низкий хвостик. Хоккеист смотрит в оба, стараясь быстрее найти тёмную макушку, дабы без всяких промедлений провести этот разговор. Многое хотелось узнать, включая состояние здоровья Каэдэхары и даже то, почему Кадзуха выбрал именно этого темноволосого ублюдка.       Телефон пиликает от сообщения, которое гласило, что Скарамучча на месте и не видит пацана. Хэйдзо вытягивает голову в поисках старшего и, найдя его взглядом, свистит что есть силы и размахивает рукой. Не пойдёт он к нему, пусть сам драпает. Темноволосый подходит спустя пару минут и, поëжившись от пронизывающего холода, коротко кивает. — День добрый, — здоровается старший. — Не очень, — Хэйдзо хмурится, осматривая человека перед собой, что был примерно на половину головы ниже него. — Что тебе надо от меня? — И когда мы успели перейти на "ты", — ворчит Скар и удивляется такой наглости. — Мне просто нужно знать не встречались ли Вы с розововолосой женщиной по имени Яэ Мико, — старший явно не хотел идти на конфликт и старался держать спокойный тон с нотками уважения. — И что именно она Вам предлагала или говорила. — Зачем? — Сиканоин на взводе. — Я знаю, что ты её пасынок и чëрт знает зачем вообще связался с Кадзу. — Успокойтесь, — полторашка, как назвал Скара Хэйдзо, дёргает уголком губ, явно скалясь. — Я с ней никаких связей не имею, помимо того, что она моя мачеха. Я просто хочу узнать, что Яэ говорила. Это ради Кадзу и не более.       Хоккеист сжимает ладони в кулаки, нервно вдыхая. Он не знает можно ли верить этому человеку, но если тот так ласково называет его друга детства, то, скорее всего, Каэдэхара что-то значит и для старшего. Юноша с бордовыми волосами морщит нос, смешно так, по-детски, и всё же сдаётся. Хэйдзо рассказывает о всём диалоге с журналисткой и даже находит визитку, что та успела впихнуть при первой и, парень надеется, последней встрече. Куникудзуши сам хмурится на все слова, молчаливо кивая, не перебивая и переваривая всё сказанное. Ему что-то не нравилось во всей этой истории. — Ладно, спасибо за информацию. И попробуйте поговорить с Кадзу и помириться, — вновь поëжившись, старший уже хочет уходить, но Сиканоин отчего-то хватает его за плечо, останавливая. — Отпустите. — Что он вообще в тебе нашёл? — с некой претензией и обидой говорит Хэйдзо. — Почему вообще тебя, блять, выбрал?!       В чуть болотных глазах закипала злость вперемешку с ревностью. Это обида на "несправедливость". Его рука всё сильнее сжимала чужое плечо, призывая к ответу на странный вопрос. — Я то откуда знаю, — Скарамучча отмахивается, стараясь уйти от сильной хватки, но чужие руки переходят на воротник, как следует встряхивая темноволосого. — Какого чëрта вообще?! — Только пальцем тронь его, — шипит хоккеист, смотря сверху вниз на старшего. — Я тебе руки поломаю. — Я и не собирался ничего делать с ним, — Скар ощутимо бьёт по рукам, что держали его, а когда они наконец-то отпускают, то поправляет одежду. — Кадзу всё ещё дорог мне.       И даже не прощаясь, Скарамучча покидает Сиканоина, оставляя его одного на улице со своими мыслями, что лишь больше поглощали его.

◇◇◇

      Опять дорога. Если быть честным, то Куникудзуши уже порядком устал от вождения. Хотелось отдохнуть, поваляться на полу вместе со своим котом, что удобно устроился бы на его груди, выпуская когти прямо в кожу. Хочет он этого, но получить не может. Ему просто надо поговорить с врачом, выяснить причину такого низкого поступка, а после и домой можно будет ехать. Хотя, скорее всего, младший попросит отвезти его к себе обратно. Ладно, посмотрит по окончанию всех дел.       Не самый дорогой спальный район встречает своими хмурыми многоэтажками, что возвышались серыми панельными великанами над простыми людьми. Жутко некомфортно. Проезжая двор за двором, Скар выискивает глазами нужный номер дома и свободное место для парковки рядом. После обычные действие в виде набора номера квартиры, короткое представление перед её владельцем, вызов лифта и подъём на нужный этаж. Врач встречает его лично, здоровается, пропускает внутрь, предлагая чай, от которого Скар вежливо отказывается, а после приглашает пройти в его небольшой рабочий кабинет. — Так что Вы хотели обсудить со мной? — мужчина тяжело вздыхает, присаживаясь на небольшой диванчик. — Я хотел узнать у Вас, как именно происходила Ваша беседа с теми журналистами, — Скар начинает чётко, по делу. — И также скажите, пожалуйста, не розововолосая ли женщина по имени Яэ Мико с Вами беседовала.       При одном упоминании журналистки мужчина крупно вздрагивает, удивлённо смотря на молодого человека перед собой. В его взгляде прямо так и читалось недопонимание и вопрос, откуда этот человек знал, кто к нему приходил. Куникудзуши спокойно объясняет, что ранее узнавал чьих это рук дело, а также, что он связан с Мико. Врач хмурится, о чём-то думает, подбирая правильные слова для начала своего рассказа. Минутная тишина повисает в небольшой комнате, которую вскоре нарушают.       Как оказалось, по рассказу мужчины, журналистка начала с прямой атаки по врачу, выкладывая все самые поганые тайны, что ей удалось раздобыть. Что лечащий врач Каэдэхары ранее помогал одному криминальному авторитету, нелегально принимая его и даже укрывая до самой смерти гангстера. Что мужчина когда-то переспал на рабочем месте со своей пациенткой, хоть и впоследствии женился на ней. Яэ Мико выложила всю подноготную врача и с притворной улыбкой обещала выставить данные факты в сеть, если он не выдаст всю информацию по фигуристу. — Я испугался за себя и свою семью, — честно признается мужчина, пряча лицо в своих ладонях, тяжело вздыхая. — Я даже не знаю, откуда она всё это достала. — Не она лично, — говорит Скар обдумывая всё это. — У Яэ целый штаб подобных сотрудников, что готовы по щелчку её пальцев, как пёсики за палкой, бежать и добывать для неё информацию. Но обещаю, что постараюсь добиться удаления всех этих статей.       Мужчина благодарит Скарамуччу за его заботу о Каэдэхаре и за то, что темноволосый не набросился на него бездумно и с обвинениями, а наоборот, рассудительно и спокойно подошёл к этому делу. Попрощавшись с врачом, Райдэн вновь спускается на лифте и садится в машину. Весь день на них только и катается. Заедет в магазин за продуктами и сразу домой, к Кадзухе.

А часы уже показывали 18:47

◇◇◇

      Скарамучча устало поднимается до своей квартиры, неся в руках пакеты с продуктами. Домой он сумел приехать только спустя три часа: пробки на дорогах и очереди в магазинах взяли своё. Почти десять вечера. Он измотан так, словно парня запихнули в соковыжималку и извлекли из него всё до последней капли. Ключ вставляется в замочную скважину, поворачиваясь пару раз, открывая замок на входной двери, позволяя хозяину попасть в квартиру. Какое же блаженство поставить эти пакеты на пол, и наконец-то снять с себя обувь и верхнюю одежду. — Кадзу, я приехал, — нарочито громко говорит старший, оповещая о своём возвращении, и проходит на кухню, занося туда продукты.       В ответ тишина. На кухне никого нет и это слегка настораживало. Скар еще раз зовёт младшего, спрашивая где он, но и в этот раз ему не отвечают. Странно. Его обувь и куртка были в прихожей, сумка всё так же, как и часы назад, стояла на полу, но фигурист словно испарился. Разложив всё по полочкам, темноволосый заглядывает в ванную и вновь никого не находит. Остаётся только комната в которой... Тоже никого? Лишь кот лениво потягивался на постели, периодически вылизывая свою белоснежную шëрстку.       Это слегка пугало, но спустя пару минут прибывания в комнате, Скар понимает, что тут прохладно, а балкон приоткрыт. Точно — это единственное место, которое он не проверил. Тихо зайдя на балкон, Куникудзуши видит младшего, что высунулся в открытое окно, а меж его губ была зажата сигарета. Кадзуха делает небольшую затяжку, тут же начиная кашлять. — Как ты эту дрянь вообще терпишь? — спокойно спрашивает Каэдэхара, всё ещё насильно пытаясь заставить себя впервые в жизни покурить. — Здоровье не порть, — шепчет старший, оказываясь рядом с фигуристом, и тянется за сигаретой, которую без всякого сопротивления отдают. — Как день прошёл?       Кадзуха поворачивает голову в сторону Скара, наблюдая как он зажимает сигарету между своих губ. Ну вот что младший ему ответит? Опять проспал половину дня? Немного поигрался с котом, покормил его, забывая про себя? Чуть ли не плакал от боли в ноге, когда присаживался на корточки? Каэдэхара выбирает первый вариант – говорит, что почти весь день умудрился проспать, сидя в большом уютном кресле с телефоном в руках и с котом в обнимку. — А сам то где был? — По делам ездил, отпуск вот взял, — пожимает плечами Скар, делая очередную затяжку, впуская сигаретный дым в свои лёгкие. — И поговори с Сиканоином, прошу. Вы всё же друзья детства, да и я с ним сегодня разговаривал по поводу Яэ. Просто выслушай его и всё. — Давай ты не будешь сейчас про него, — ворчит младший, смешно морща нос, а после заглядывает в аметистовые глаза напротив. — На данный момент меня интересуешь только ты.       Куникудзуши усмехается делая последнюю, самую долгую затяжку, чуть задерживая дыхания на время тушения сигареты о кирпич балкона. А после, в одно движение, зарывается всей своей пятерней рабочей руки в мягкие волосы младшего, привставая на носочки, чтобы не заставлять мальчишку наклоняться к нему, и сминает чуть пухлые губы, выпуская дым сигарет прямо во время поцелуя. Кадзуха недовольно морщится, но всё же прикрывает глаза, поворачивая голову на бок, и обнимает старшего за талию. Они стоят так близко, целуясь медленно, тягуче, смакуя каждый момент, ощущая на губах привкус табака. Они опьянены друг другом, более не видя ничего вокруг, словно зависимые. — Можно я останусь у тебя? — в поцелуй шепчет Кадзуха, нехотя отрываясь от губ старшего. — Не хочу тебя опять гонять. — Без проблем. Постель в твоём распоряжении, а я футон себе достану, — урчание обоих животов резко нарушает всю атмосферу между молодыми людьми. — Пойдём на кухню?

И где-то упаковка лекарств лежит, ожидая часа своего, когда её вновь возьмут в руки, высыпая несколько таблеток. Если сердце Кадзухи нашло свою зависимость в темноволосом старшем, то разум и всё тело находило спасение в этой упаковке. Ему понадобится больше.