Юния

***

      Господи, помоги мне до дома добраться… Надо же было так напиться… Иду еле перетаскивая ноги по улице. До дома осталось всего пару кварталов, как около меня притормаживает машина патрульных. — Блин, — быстренько встрепенулась и подобралась. Негоже в грязь лицом падать, даже пьяной. — Привет, красавица. Куда такая хорошая идёшь? — Чимин, сидевший за рулём, старается ехать со мной наравне. — Куда надо, — не теряю хватку. — Садись, подвезу, — автомобиль медленно остановился. — Сама дойду: руки и ноги имеются. — Не выделывайся, силой же затолкаю. Обещаю, только до дома провожу. — Ладно, — и так у меня шансов дойти всё меньше и меньше. Села на переднее сидение, и машина неторопясь тронулась с места. — Где так наелась? — На празднике семейном. — А что же они тебя на такси не отправили? — Сама захотела прогуляться, — прищурилась, — сейчас направо и первый подъезд. — Я знаю, — парень умело припарковал машину и вылез из нее. — Всезнайка какой, — вылезла следом и пошла к подъезду, тот хвостом за мной. Мы прошли через парадную на нужный этаж и вошли в квартиру, и так же мы с Тамарой прошли на кухню. — Кофе будешь? — начала готовить напиток на свою персону. — Буду, — парень сел за стол. — Давай по чесноку, ты же понимаешь, что я знаю о твоей беременной девушке. Знаю, что ты тот ещё… любитель погулять, — поставила перед ним кружку и села напротив, — так чего ты хочешь? Ну, не буду я твоей любовницей. Да и девушку мне твою жалко. — Всё уже доложили доброжелатели. Я всё равно добьюсь того, что мне нужно, ты же это понимаешь? И ни с кем ты, кроме меня не будешь. Я всё сделаю, чтобы ты осталась только моей, — он встал из-за стола. — Это мы ещё посмотрим, — встала следом и кивнула на дверь, — тебе пора. Дальнейшее действие оказалось для меня неожиданным. Чимин решительно обнял меня за талию и грубо впился в мои губы. Инстинкт не заставил себя долго ждать, и мои губы разомкнулись, позволив его языку ласкать мои губы и целовать его в ответ. Сильные и горячие руки стали без стеснения блуждать по моему телу, не встречая сопротивления. Почти в один миг мы оказались в гостинной на диване. Кареглазый без сомнений втиснул свои колени между моих ног. — Подожди, — неожиданно для самой себя оттолкнула парня, — я не могу. — Что? Почему? — его растерянный и несколько напуганный взгляд пытался сосредоточиться на моём лице, а тяжёлое дыхание выдавало напряжение во всем теле. — Я… у меня ещё не было, — вжалась спиной в диван, пытаясь увеличить расстояние между нами. — Совсем? Даже ласк? — наверное, настолько удивлённым и напуганным я его не видела ни прежде, ни после этого случая. — Совсем. — Понял, — Чимин медленно слез с меня и опустился на пол, — дай мне пару минут, и я уйду. — Хорошо, — медленно села и поправила одежду. — Извини, я тебя не напугал? — Нет, ты же остановился. Так что всё в порядке. — Просто не верится, тебе двадцать два года. — Ну, жду того самого…

Наши дни.

Вечер с Чимин плавно и неторопясь достигал своего апогея, опомнились мы только в такси по дороге ко мне. И опомнились всего на пару минут, чтобы рассчитаться с водителем. Знакомые вдоль и поперек стены подъезда уже сами собой вели нас к нужной квартире, а внутренняя обстановка сопроводила нас в спальню. Тяжёлое прерывистое дыхание, сбиваемое частыми поцелуями; легкая испарина тел; стоны, срывающиеся на хрип — краски сегодняшней ночи. Утро нас встретило будильником и пасмурным небом. Завтрак на скорую руку в виде яичницы и кофе. Если честно, я бы и не против так всегда с ним завтракать, но его натура не даст нам строить тихую семейную жизнь. — Ты до сих пор готовишь невероятно вкусный кофе, — смаковал Чим, сидя за столом. — Да, что-то же должно быть неизменным, — довольно посмотрела на парня, такой милаха. — Кстати, я сегодня иду к врачу провериться. Тебе бы тоже не мешало. — Ты что, что-то подцепил и вчера мне ничего не сказал? — кусок яичницы встал комом в горле. — Нет, ты что? Это плановый визит. — Не пугай меня, ты знаешь, как я к такому отношусь. — Чтобы к такому никак не относиться, не надо спать с несколькими мужиками в раз. — Ревнуешь? — ухмыльнулась.

***

Самый обычный и скучный рабочий день уже у многих давно закончился, но только не у меня. Увы, господин Ким Тэхён начальник не менее жесткий, чем любовник. Именно поэтому требование о выполнении отчёта срочно нужно выполнить сегодня, в следствии чего пришлось задержаться. Повернув голову к окну, сразу же сфокусировала взгляд на стае птиц, пролетающих мимо. Удивительно, мне казалось, что они не летают мимо таких больших городов. Хоть они и летят вдалеке, можно разглядеть каждую птичку, какие же они свободные… Их не мучает ничего, кроме страха перед хищниками и голода. Как-то в детстве мне удалось прочесть целую книгу, для ребёнка лет эдак десяти чтение — крайне скучная вещь. И книга была про стаю гусей и заколдованного мальчика Нильса, его уменьшил гном, чтобы проучить, про то, как они путешествовали и выживали. В такие дни, как этот, мне хочется стать Нильсом и сбежать подальше от мегаполисов, разборок и проблем к спокойствию и гармонии. А в итоге, вместо гармонии, получаем нервные срывы, психозы и расстройства психики. Из всех филосовствований меня вывела телефонная трель. Надо бы поменять звонок на телефоне, а то этот рингтон стоит на звонке ещё с момента покупки. — Да? — Юния, здравствуй, — в телефонном динамике раздался знакомый, но позабытый голос, — это Рада, соседка… — она не успела договорить. — Чонгука? — перебила ее. — Да, совершенно верно, — Рада — женщина средних лет (на внешний вид лет примерно сорок-сорок пять), живёт с дочерью и старшим сыном. Давно разведена, однако выглядит она лучше, чем я в свои двадцать шесть лет, из-за чего и пользуется вниманием многих мужчин, — тут… Ну, ты, наверное, уже сама знаешь, по какому поводу я звоню. — Снова пьяный уснул в подъезде? — тяжело вздохнула. Нет, Чон вовсе не алкаш. Я даже не знаю причину, если честно, его столь сильного пристрастия к спиртным напиткам. Но в какой-то момент в нём что-то перещёлкнулось, и началось вот это.

Полгода назад

Снова долгий звонок в дверь квартиры, Чон всё-таки решил явиться домой спустя сутки. Это уже не семейное гнёздышко Юнии и Чон Чонгука, а просто место для ночёвки что одного, что второго. Меня уже воротит от этих стен из-за частых скандалов с парнем. Я даже не понимаю, что произошло. Всего несколько месяцев назад он стал приходить домой какой-то агрессивный, а сейчас ещё и пьёт. На требования объясниться отвечает, что всё как обычно. — Да сколько можно?! У тебя же есть свои ключи! — открыла дверь, возмущаясь на повышенных тонах. На пороге стоит синющая изолента. — Что ты орать начинаешь чуть что? Потерял я ключи, — Чон, слегка толкнув меня своим плечом, ввалился в квартиру и начал неуклюже разуваться. В этот раз хотя бы вспомнил, что на нём есть ботинки, а то в прошлый раз его как-то это не слишком беспокоило. — Где? — закрыла дверь. — Вот ты сама как думаешь? Если бы я знал где, то я бы их уже давно нашёл, — сразу же поплелся в спальню. Я уже давно сплю в гостиной на диване, ибо утром, когда я собираюсь на работу, сударю хочется спать, а моя особо очень сильно мешает Морфею творить волшебство. — На самом деле. Где ты вообще был? — С друзьями отдыхал. — Чон, — взяла парня за руку, — меня настораживают твои посиделки с друзьями, да и сами друзья, честно сказать, тоже настораживают. — Думай, что говоришь, — он выдернул свою руку из моей, — эти самые настораживающие друзья, — парень ещё умудряется выговаривать сложнопроизносимые слова в таком состоянии, — в своё время меня чуть ли не с того света вытащили. Ты тогда ещё не была со мной знакома. — Я кучу раз слышала ту историю! Но это же не значит… погоди-ка, — присмотрела в глаза сожителя, — ты что-то употреблял помимо алкоголя? — в ответ на что, Чонгук резко заморгал, — ты совсем еб*нулся? Чон Чонгук, ты серьёзно употреблял наркотики?! Да как у тебя на это мозгов хватило?! — Хватит, — парень схватил меня за плечи и хорошенько встряхнул в попытке успокоить и без того нарастающую истерику, — я, что, маленький?! Сам разберусь, что мне можно, а что нельзя! — Это уже совсем не шутки! — оттолкнула руки, он настолько сильно сжал мои плечи (видимо, под действием всего употребленного даже не может рассчитать примерно силу), что скорее всего завтра утром придётся надевать одежду с длинными рукавами, ибо сто процентов появятся синяки на плечах, — либо ты прекращаешь общаться со своими дружками, либо… — Либо что?! Бросишь меня?! — Либо я сдам тебя в психушку! — Тогда можешь проваливать! Тебя тогда рядом со мной не было! Не ты тогда в панике искала деньги, а они, они меня тогда вытащили! — Да как ты не понимаешь?! Ты же уже давно выплатил все долги, Чонгук! Можно уже выпутаться из всего этого, оставить всех их и начать жизнь заново! Зачем тогда я тебе нужна?! — Пошла вон, Юния! — Чонгук, не найдя, что ещё можно было бы сделать в подобной ситуации, кинул в меня моей же футболкой. — Ты уверен? Второго раза не будет, — глаза застелили слёзы. Он сейчас меняет меня на своих дружков, которые только и делают, что бухают, а теперь ещё и наркоманят. Чонгук предал меня со следующими словами: «Я давно уже хотел с тобой расстаться. ТЫ не принимаешь меня таким, какой я есть! Пытаешься меня переломить вместо того, чтобы любить то, что есть! Я не понимаю, чего ты хочешь?! Чтобы я поменялся?! Я всю жизнь такой и не собираюсь меняться даже ради тебя!»

***

— Да. Но, пойми, дело даже не в том, что он спит, а в том, что он, будучи не в состоянии попасть ключом в замочную скважину, был просто в бешенстве и начал кидаться на все двери на лестничной клетке. Перебудил всех соседей, напугал нас с детьми. — Рада, я понимаю, что он вас пугает, но что я могу сделать? — закрыла глаза ладонью, как же я от этого всего устала… В этот момент мне снова захотелось оказаться далеко загородом на спине (или что у них там есть) какой-нибудь хорошей и доброй птички, пока соседка не начала снова рассказывать мне о том, что я не могу бросить своего бывшего парня в таком состоянии одного. — Юния, ты же не можешь его так оставить! Как же это? — цитирую: «Вы полгода прожили вместе, вот так бросишь теперь родного человека?», — Вы целых полгода вместе прожили, неужели ты можешь вот так бросить родного человека? Какой бы мужчина ни был, в женских заботливы руках он начинает меняться и ценить женский труд, — ага, именно поэтому вы развелись со своим мужем. — Мы сами разберемся, — сбросила звонок. Честно, она в какой-то мере вызывает у меня одновременно уважение и раздражение. Раздражение, все-таки больше, потому что умничать начинает там, где никто не просил. Это, конечно, хорошо, что её беспокоит поведение Чона, но я-то каким боком здесь? А самым простым, новую пассию его Рада таки не застала, так теперь нужно мозг пропилить мне, чтобы спасала бедолагу.