Выстрел

Даже зная дату совета, Оску удавалось более-менее не волноваться. Он гонял от себя тревожные переживания, отвлекался на книги из библиотеки мсье, на выполнение уроков и поручений… В общем — не думал. Поначалу это было просто. Но чем ближе подходил срок, тем сложнее получалось отмахнуться от беспокойства. Хорошо бы, конечно, отделаться чем-то незначительным, вроде приговора месяцок подметать улицы, но до решения попечителей надо было ещё дожить. А что они будут как минимум недовольны, а то и вовсе враждебно настроены, Оск понимал прекрасно. Слишком многим в Тимпельбахе успели насолить развлекающиеся «Живодёры». С одной стороны, дурили вместе, а отвечать ему одному. С другой… Оск, пожалуй, не хотел бы присутствия ровесников, когда на него вызверится толпа взрослых. Авторитет мгновенно рухнет и всё такое… К тому же, мальчишки могли заявить, что Оскар Красный принудил их вступить в банду и заставлял хулиганить. Отчасти это было действительно так, пусть многие из них позже входили во вкус безнаказанных проделок, это было заметно. Так что к чёрту их, пусть по домам сидят. Лишь бы не мешались, грозное, блин, воинство. О Вилли Оскар и вовсе старался пока не думать. Вот расквитается с собственными проблемами, тогда можно и к другу сходить. «Хорошо бы ему хватило ума не высовываться, — игнорируя нечто болезненно кольнувшее в груди, подумал Оск. — Не хватало ещё обоим встрять». Он очень, очень надеялся, что они всё ещё друзья. Именно слова Вилли: «Значит, всё», стали тем кинжалом, от которого Оскар сбежал к бутылке в лес, а вовсе не подозрения в якобы продажности. Хотя всё вместе выглядело отвратно. И сам он в том числе. Ну вот, отлично получилось не думать. Оск поймал себя на том, что уже давно бездумно скользит взглядом по строкам книги, совершенно не улавливая смысл. Совет попечителей уже завтра, теперь и захочется — менять что-либо поздно, оставалось лишь ждать. Но именно ждать выходило хуже всего. Парень ненамеренно начал мысленно воображать, насколько злы будут попечители и перебирать варианты наказаний. В итоге накрутил себя настолько, что хоть сигай в окно и прочь из города. Если бы это ещё помогло хоть чем. Время приближалось к ужину, мсье наверное уже дома. Оскар встал и отправился искать Дюваля, потому что в таком состоянии запросто мог начать дурить, разрушив все уже достигнутые успехи, и сам это осознавал. К тому же он обещал приходить с проблемами и сложностями, а не бежать «куда-то там». Решив начать с кабинета мсье, Оск постучал в дверь. — Да-да, входи, Оскар, — Арно только закончил переодеваться и собирался спуститься вниз. — Ты нормально себя чувствуешь? — забеспокоился он, стоило подопечному переступить порог комнаты. На мальчишке просто лица не было. — Не нормально, — нервная улыбка скользнула по лицу и исчезла мгновением позже. — Ну, то есть, для меня может и нормально хотеть удрать в окно к чертям собачьим, если вы понимаете, о чём я. Оск прикрыл за собой дверь и замолчал, несчастно уставившись на мсье. Он не мог конкретно объяснить, что с ним происходит. Тот случай, когда «оно не определяется». — Ничего странного в этом желании нет. — Арно приобнял мальчишку за плечи. — Всем порой хочется сбежать. А завтра трудный день. Но ты ведь не станешь сбегать, правда? — Не уверен, — выдохнул Оск угрюмо, но говорил это уже не всерьёз. Даже простое присутствие мсье сейчас подействовало на него успокаивающе. Забавно, но признавшись в том, что хочет сбежать, он бы точно теперь этого не стал бы делать. Против этого восставала вся гордость и прочее, неопределяемо-упрямое, названия чему парень не знал. — Да шучу, расслабьтесь. Просто хреново мне, вот. Что они там могут насоветовать на этом совете, как думаете? В смысле н… наказания. Выплюнув последнее слово, Оск поморщился. Ему не хотелось, чтобы кто-то там посторонний решал его судьбу. Ладно ещё мсье, от директора он плохого не ждал, а эти… вдруг решат мстить, кто их знает. Арно нахмурился. Этот вопрос волновал и его самого. И что тут можно сказать мальчишке он не представлял совершенно. — Послушай, Оскар. Я совсем не знаю, что принесет завтрашний день и что решат попечители. Это будет открытое слушание, там сможет высказаться каждый и каждый же внести предложение. О! Я ж тебе забыл сказать… Все, кто участвовал в беспорядках, присутствуют в обязательном порядке. Им тоже будут выдвинуты обвинения. — Ч… что?! — Оскар отшатнулся и врезался лопатками в дверь, но не обратил на это внимания. — Открытое? Это сколько там будет людей?! Все «живодёры» тоже?! Дюваль кивнул. — А так же все, кто захочет прийти и высказаться. Это не будет просто, Оскар. Но послушай… Что бы ни происходило завтра, как бы ни повернулось дело, я буду рядом с тобой. Помни об этом. Ответ Оск услышал сквозь гулкие удары пульса в ушах, и не сразу сообразил, о чём толкует мсье. Если на совете будут не только эти самые попечители, а вообще все кто угодно, это полностью меняло дело. Нормально говорить не получится, Оскар просто не сможет вывернуть душу перед такой толпой. Впрочем, справиться в любом случае придётся самостоятельно. Большего, чем уже получил, ждать от мсье просто наглость. — Спасибо, — кивнул парень, с трудом оправившись от новости. Время поразмыслить у него ещё есть. Поспать, видимо, сегодня не придётся, хотя следовало бы отдохнуть. — У вас есть что-нибудь, — он пощёлкал пальцами, подбирая слово, — ну, чтоб ночью спать, а не в потолок лупоглазить? Арно вздохнул про себя. Не стоило, пожалуй, заводить этот разговор перед ужином. Теперь Оскар и есть нормально не сможет. Да и самому Дювалю, признаться, было не до еды. — Иди сюда, — плюнув на все вообще приличия, не до них сейчас, мужчина притянул юношу к себе, удерживая в объятиях и слегка поглаживая по голове. — Ты не один, слышишь? Даже если все в этом зале будут против тебя. Совет рано или поздно закончится и вся эта история тоже. И ты ещё покажешь всем, чего стоишь на самом деле.