Дело выбора

Аккуратно захлопнув за собой дверь, Мариэль застыла в нерешительности, робко посматривая на рыжеволосого вора. На непроницаемом лице Бриньольфа застыла тень улыбки, за которой невозможно было предугадать его ход мыслей. - Эх, Мариэль, Мариэль… - протянул мужчина, окунаясь в рабочее кресло, - что же ты прикажешь с тобой делать? - Бриньольф, я… - девушка запнулась, чувствуя, что её голос вот-вот сорвется от волнения. Тяжело вздохнув, она легким покашливанием привела голос, а вместе с ним и свои мысли в порядок и продолжила. – Я, правда, не понимаю в чем дело, и чем я так сильно провинилась… - Оно и видно! – Брин нахмурился. – Тем не менее, это не освобождает тебя от наказания. - Наказания? – глаза бретонки округлились. – Неужели ты будешь меня…наказывать? Дежавю, господа! Видимо, тема экзекуции не обошла наивную бретонку стороной. Казнить, нельзя помиловать! - Да, буду, - Бриньольф лукаво улыбнулся, - иди сюда и ложись ко мне на колени. Буду тебя шлепать. Челюсть девушки норовила вот-вот свалиться на пол, а сознание предупреждало о своей отключке. Тем не менее, совладав с собой, Мариэль таки решилась прояснить ситуацию. - Должна тебе сообщить, что, как сегодня оказалось, меня считают человеком, лишенного чувства юмора. Поэтому, Бриньольф, это совсем не смешно! – бретонка возмущенно нахмурила брови, решившись все же приблизится на несколько шагов к безмятежно сидящему за рабочим столом Бриньольфу. - А никто и не смеется, - лицо Брина вновь прияло серьезное выражение, - то, что ты учудила этой ночью нельзя стереть у всех из памяти и оставить безнаказанным! - И что же я такое успела учудить этой ночью? – с вызовом во взгляде спросила девушка. - Насколько я помню, после позднего визита Карлии, я тут же легла спать и смотрела цветные сны аж до утреннего пробуждения! Бриньольф помрачнел, внимательно всматриваясь в голубые глаза волшебницы. - И больше ты ничего не помнишь? – недоверчиво спросил он, сканируя взглядом каждое движение собеседницы. - А что еще я должна помнить? - Ну, к примеру, тот погром, который ты устроила в Цистерне посреди ночи! Мариэль побледнела. Взгляд рассеянно начал бегать по сторонам, а мысли путались в темном лабиринте воспоминаний, лихорадочно пытаясь воспроизвести все события минувшей ночи. Брин терпеливо ждал ответа. - Нет…- еле слышно пролепетала девушка, чувствуя, как начинают дрожать ее руки. - И ты хочешь сказать, что не ты вчера купалась в одном ночном белье в центральном пруду Цистерны? А потом еще и агитировала других присоединиться к тебе! – казалось, будто глаза Бриньольфа вот-вот будут метать молнии. Мариэль отрицательно помахала головой, придерживая руками диадему на лбу. Смотреть в глаза Бриньольфу было для неё невыносимо, поэтому, сгорая от стыда, она прятала их за густыми ресницами, всматриваясь в каменный пол под своими ногами. - А затем ты бесстыдно кокетничала с новобранцами мужского пола, - продолжал тем временем Бриньольф, плавно вставая с кресла, - и это было бы еще сносно, если бы ты не начала себя вести, словно продажная дева в забытой богами таверне! Будь твоя воля – ты бы устроила там настоящую оргию! Благо, наши товарищи по общему делу оказались мудрее и, по видимому, трезвее тебя и не поддались на всякого рода провокации! - Они не поддались? – с надеждой в голосе отозвалась, наконец, Мариэль, рискнув обратить свой взгляд к Брину. - Нет, не поддались! – мужчина тяжело вздохнул. – По крайней мере, мне так известно… Бриньольф был мрачнее тучи, а Мариэль краснее помидора. Оба застыли в холодном молчании, не решаясь продолжить мучительный разговор, который бел неприятен им обоим. Но останавливаться было поздно, девушка жаждала узнать всю правду, и не важно, в какие врата ада еще эта правда сможет ее занести. - Было что-то…еще? – пролепетала бретонка, переминаясь с ноги на ногу. - Было! – резким шагом Бриньольф обошел рабочий стол и, скрестив руки на груди, оперся об него спиной с другой стороны. Мариэль находилась напротив в нескольких шагах. – На этот раз ты не скромничала, и использовала свой ту 'ум во всей красе! - Что? – с ужасом в глазах спросила девушка, ища радом хоть какой-то опоры, дабы не рухнуть в обморок прямо под ноги Брину. - Да! Ты восклицала «попробуйте поймать меня!» и, с помощью крика, бешено гоняла по всей Цистерне, дразня остальных. Таким же образом ты дурила других, затеяв игру в прятки, правда в тот раз ты уже кричала другие слова, причем слышались весьма обидные фразочки… Я уже молчу о том, что ты охлаждала криком алкогольные напитки и, переусердствовав, превращала кубки с вином в ледышку. Да что там, кубки, ты Этьена в ледяную статую превратила! - Этьена?!- вспомнив недавний опыт общения с бретонцем, Мариэль пошатнулась, но вовремя подоспевший Брин, удержал ее на ногах. – И как же он потом «отблагодарил» меня за эту выходку? - Тебе пришлось заглаживать свою вину, - усадив девушку в свое кресло, мрачно буркнул вор, - уж как ты это делала – я не знаю, и знать не хочу! - Я что, с ним… - бретонка не решилась озвучить свое предположение до конца, утреннее поведение Рарниса говорило и без того о многом. - Не знаю! – рявкнул Брин. – Это уже спрашивай у самого Этьена, или ищи доказательства в его покоях! « В его покоях!» - пронеслось в голове у девушки, усиливая сердцебиение. Черт! Она переспала с Этьеном Рарнисом этой ночью! Черт! Черт! Черт! Видимо, подобный вихрь мыслей кружил и в голове Тониллы, когда она спасалась наутро бегством из постели Векела. Тем не менее, проснулась наутро Мариэль в своей постели…так чем же тогда закончились ее ночные, утерянные из памяти, похождения? - Было что-то еще, что я должна знать? – хрипло спросила поникшая бретонка, вновь не решаясь посмотреть на Бриньольфа. - Было. – Брин резко отвернулся, но его тяжелое дыхание, казалось, оглушало сильнее, чем самый дикий крик. – Но это ты знать не должна. - Тогда как же так получилось, что утром я проснулась одна в своей комнате, будто ничего и не произошло? – Мариэль тихо поднялась с кресла и приблизилась к мужчине. Бриньольф явно чего-то не договаривал и теперь она должна выяснить, что именно он пытается так усердно скрыть. - Я вовремя успел остановить этот балаган, - выдохнул вор, - твой азарт быстро распространился на всех, кого тебе удалось втянуть в свою игру. Многие были опьяненные алкоголем, другие же были опьяненные спортивным интересом, а кто-то даже был опьянен тобой. Если бы я вовремя не вмешался и не прекратил эту вакханалию, думаю, наутро ты бы проснулась даэдра знает где и даэдра знает с кем… Тяжело дыша, Бриньольф запнулся. Устало потирая переносицу, он не мог позволить себе взглянуть в этот миг на стоящую позади бретонку. - Бриньольф… - прошептала Мариэль, легко касаясь кончиками пальцев его спины, – что ты сейчас пытаешь скрыть от меня? В чем еще моя вина? Вор не ответил, но когда девушка предприняла попытку нежно погладить его ладонью по спине, он резко обернулся, схватив Мариэль за запястье. - Не знаю, под какими веществами ты себя вела так пугающе странно, но мой тебе совет, не повторяй больше этой ошибки! Ты себе даже не представляешь, в какие неприятности ты могла вляпаться! - Хватит! – девушка резко отдернула руку, высвободив запястье. – Хватит относиться ко мне, как к маленькой девочке, Бриньольф! Хватит меня бранить, хватит отчитывать, хватит воспитывать! Почему тебе так тяжело принять действительность, почему ты не хочешь увидеть во мне личность, не наивную девочку, а сформированную в своих взглядах женщину? - Потому что ты продолжаешь натыкаться снова и снова на те же грабли и повторять те же глупые ошибки, как ребенок! А здесь, в этих стенах, вся ответственность за твои промахи лежит на мне! Ты – моя наследница, ты мое воровское дитя! И я не позволю ни тебе, ни кому-либо другому прервать эту связь до той поры, пока я не сочту это нужным, и тема сама не исчерпает себя! – вне себя от возмущения, Бриньольф схватил бретонку за плечи. Тиски его рук были настолько сильны, что более Мариэль даже не предпринимала попыток вырваться. - У тебя обострение отцовской болезни, Бриньольф! - краснея от ответного возмущения, воскликнула бретонка.- Ну что же мне, скажи, нужно сделать, что бы ты, наконец, взглянул на меня иначе?! - Ты уже это сделала!! – вырвалось отчаянным криком у мужчины, и Мариэль тут же почувствовала, как напряглись его сильные руки. Опомнившись, Бриньольф немного успокоился и продолжил. – Сегодня ночью, Мариэль, ты заставила посмотреть на тебя с другой стороны… - Но…как? – с едва выступившими слезами на глазах дрожащим голосом спросила девушка.- Что я сделала?.. Мариэль почувствовала, как его горячее дыхание скользит по ее коже. Бриньольф молчал и это молчание оглушало. - Если ты не хочешь, что бы я повторяла свои ошибки, - обиженно продолжила бретонка, - скажи мне, что произошло этой ночью! - Ты поцеловала меня! – хрипло ответил мужчина, резко отпустив девушку. – Я даже не догадывался, что в тебе может быть столько страсти, Мариэль, столько скрытого желания! Мир перевернулся. Как только Бриньольф отпустил её плечи, бретонке вновь показалось, что земля вот-вот уйдет из-под ее ног. Она решилась поцеловать Бриньольфа, самого Бриньольфа! Ну почему, почему она ничего не помнит? Досада горьким привкусом дала о себе знать. - Вырвав тебя из цепких лап твоих старых и новых дружков, - продолжал тем временем вор, - я пытался привести тебя в чувства здесь, в своем кабинете, дабы скрыть тебя от еще большего позора. И ты, казалось, начала постепенно приходить в себя, сил, энергии и упорства у тебя поубавилось, ты выглядела усталой и истощенной. Но затем, ты посмотрела на меня таким пронзительным, полным нежности, взглядом, словно видела перед собой не меня, а очень близкого тебе человека. Признаться честно, я в тот момент растерялся… -Что я тебе тогда сказала? – тихо спросила бретонка, дрожащими пальцами касаясь своей нижней губы, дабы подавить волнение. - Ты много чего говорила, - после тяжелого вздоха ответил Бриньольф, - говорила о том, что никогда бы не решилась произнести вслух в своем обычном состоянии. Признаюсь, некоторые слова я был бы рад вновь услышать, но только если бы в этот момент ты была самой собой, такой, как сейчас… - Какие слова?.. - Сейчас это уже не важно, - в его голосе звучала скрытая обида, - мы оба знаем, что в обычной жизни до этого не дойдет. Я слишком хорошо знаю тебя, даже не смотря на твое неожиданное ночное перевоплощение! - Прости…- едва слышно прошептала девушка, - если обидела тебя, если не оправдала твоих надежд, если разочаровала… Бриньольф улыбнулся и ближе подошел к Мариэль. - Ты и сейчас выглядишь точь в точь, как маленький провинившийся ребенок! – он нежно провел ладонью по ее щеке, поймав скатившуюся слезинку. – Как же я могу к тебе по-другому относиться? - Тогда почему же я не могу к тебе относиться, как к отцу? – с обидой в голосе вырвалось у девушки, заставив ее тут же умолкнуть и закусить губу. Глаза Брина потемнели, а на лице вновь осталась лишь едва уловимая тень улыбки. Он взял ее лицо в свои ладони, пристально всматриваясь в ее блестящие от слез глаза. - Не заставляй меня сейчас вновь чувствовать то, что я впервые почувствовал вчерашней ночью с такой силой! - Но…почему? – девушка вновь попыталась скрыть свой взгляд, но Бриньольф настойчиво поворачивал ее лицо к себе, заглядывая ей в глаза. - Потому что я не тот, кого ты пытаешься найти…Я прошу тебя, одумайся, и прекрати эту игру! - Но я вовсе не играю! – возмущение с привкусом горечи и обиды заставило бретонку резко отпрянуть и отстранится от мужчины. – Откуда эта предвзятость, Бриньольф? Почему ты никого не подпускаешь близко к себе? Почему ты не позволяешь мне приблизиться хотя бы на шаг? - Я не командный игрок, детка, - устало вздохнул Бриньольф, обреченно следя взглядом за девушкой, - не пытайся меня переделать, тебе все равно это не удастся! Пожалуйста, оставайся и дальше для меня маленькой непослушной девчонкой, не разрушай того, что мы успели построить… - Чего же ты боишься? – она обернулась, сверкнув аквамариновым взглядом. - Я ничего не боюсь! – резко ответил мужчина, стукнув кулаком по столу. – А вот тебе – следовало бы бояться, особенно после того, что ты уже успела натворить! - Не смей меня наказывать за свои страхи! – решительно парировала Мариэль, смахнув резким движением со щек слезы. – Разберись вначале со своими проблемами, прежде чем разбираться в чужих! - Откуда столько дерзости в одной маленькой бретонке? – сухо спросил Брин, недовольно сканируя девушку хмурым взглядом. – Ты начинаешь испытывать мое терпение! - Тогда почему ты меня не оттолкнул вчера ночью, где же было твое терпение? Почему ты позволил себя поцеловать? – каждое слово было пропитано обидой. Не контролируя более свои эмоции, Мариэль быстрым шагом вплотную приблизилась к мужчине, и вновь Бриньольф возвышался над ней, словно скала. - Ты была невменяема и застала меня врасплох! – слова Брина больше походили на оправдание. – Ты поцеловала меня, потому что я позволил тебе это сделать! Но больше, поверь, этого не повторится. Ты права, это была моя ошибка, а значит – и моя проблема и с этим я разберусь сам! - Значит, - огорченно промолвила волшебница, нагло заглядывая в глаза Бриньольфу, - единственный раз, когда ты позволил мне приблизиться к тебе был возможен лишь тогда, когда я находилась в беспамятстве…Ты дразнишь желанным, зная наверняка, что человек наутро об этом забудет и ставишь под запрет после, выгравировав золотыми буквами это в его памяти. Ты жесток, Бриньольф! - Я такой, какой есть, - хрипло произнес вор, прикованный взглядом к губам Мариэль, - и никогда не притворялся другим! Мне жаль, если твое идеальное мнение обо мне изменилось. - А мне нет…- казалось, будто их губы вот-вот сольются в таком желанном поцелуе, - теперь я понимаю, что все это время была мотыльком, летящим на манящее пламя… Ее губы притягивали к себе, его дыхание обжигало, их сердца выбивали сумасшедший ритм, а языки пламени игриво плясали в их глазах. Еще миг – и их души сольются всецело. - Будь осторожней в следующий раз! - вымолвил Бриньольф, и его холодные слова вдребезги разбились о ее горячие губы. Мужчина резко отдалился и направился к своему письменному столу, оставив Мариэль наедине с ее разрушенными ожиданиями. - Я придумаю оправдание перед другими, - ледяным тоном вновь отозвался вор, перебирая на столе письма и важные бумаги, - а тебе советую впредь осторожнее обращаться с малоизвестными алхимическими препаратами, зельями, да и алкоголем тоже. Больше я тебя прикрывать не стану! - Спасибо, – тихо ответила бретонка, стараясь подавить свое разочарование. - И еще, - Брин поднял на нее свой взгляд, - постарайся побыстрее наладить свои отношения с Этьеном Рарнисом, какие бы они там ни были. Этот парень в последнее время стал слишком уж болтлив… Более рыжеволосый вор не вымолвил ни слова, полностью погрузившись в свои рабочие бумаги. Мариэль для него словно перестала и вовсе существовать. Собрав всю свою волю в кулак, девушка лишь криво улыбнулась и тихо покинула кабинет. Вернувшись в свою комнату, девушка бросилась на кровать, не в силах более удерживать рыдания. «Уж лучше бы Карлия не оставляла мне это проклятущее зелье!» - с горечью думала она, бросив взгляд на пустой пузырек, мгновенно сообразив причину своих ночных похождений. Как показывает практика, правдивые объяснения не ведут ни к чему хорошему и в этот день Мариэль в очередной раз в этом убедилась, оставшись вновь наедине со своими несбывшимися надеждами и разбитыми мечтами.