Devil cinquefoil

      Взволновавшись за состояние друга, Руби аккуратно подошла к нему из-за спины и положила руку на плечо и нежно сжала. На его голову и так слишком много дерьма свалилось на этом острове, и ей было трудно представить что же еще их здесь ждет.        — Данте… Ты…        — Рубс. — прервал её парень, пустым взглядом смотря куда-то вдаль. По одним лишь глазам можно было понять, что Данте был разбит. — Ты не знаешь как реагируют на убийство своего брата, который, вроде, этого и заслуживает, но всё равно этого не хотелось?       Вергилий действительно непростительно много согрешил за свою весьма короткую жизнь, но и он не заслуживает такой участи. Быть рабом главного врага твоей семьи, а потом быть убитым собственным братом-близнецом, которого ты раньше ни во что не ставил, определенно ужасно для такого горделивого существа, как старший сын Спарды. Но всё, что мог дать ему младший брат, так это достойную смерть в бою, а не дальнейшее пребывание в забвении.        — Наверное, очень грустно. Тебе, должно быть, очень трудно сейчас. — она сравнялась с охотником, а после чуть робко взяла его за руку, грустно улыбнувшись. — Стоит ли Блейк говорить?        — Нет. В лучшем случае, она просто убежит, виня меня во всём. А в худшем… — по перещёлкиванию затвора, Руби доходчиво поняла о чём он имел ввиду.        — В этом нет твоей вины, Данте. Ты должен был это сделать, иначе он бы страдал еще столько же. Тем более мы даже не знаем как бы избавили его от этого, не убив. — даже после долгого изучения демонов, она так и не пришла к чему-то целесообразному про вид демонов, именуемых Анджело. Результат скрещения некро- и големантии, где в качестве ядра и источника энергии служит живое существо. Все они искусственные и встречаются очень редко, потому что чаще всего у таких есть хозяева. Вергилий, по всей видимости, тоже стал таким. И девушка без понятия как бы они могли его вернуть к нормальному состоянию.        — А что если бы получилось что-то сделать? — одна из стадий принятия — торги.        — Мундус бы не оставил это так просто…        — … — охотник горестно сжал губы, хмурясь. — Это ведь получается… У меня больше не осталось членов семьи.        — А как же Бьянка?       Маленькая девочка сейчас словно спасительный лучик света в этой непроглядной тьме.        — Точно… — размяв плечи, Данте убрал пистолет под плащ и его лицо вновь озарила решимость. — Закончим с Мундусом, и домой к Бьянке.       После смерти Нело, зал изменился — с углов комнаты по полу пошли ровные трещины, смыкаясь в кругу в середине зала, который активировался, создав портал к очередной паре зеркал.       И это место для Руби точно станет самым ненавистным — затопленная тюрьма. Обглоданные мелкими рыбками человеческие скелеты оставались прикованными к проржавевшим кандалам, которые крошились в руке. Последнее сыграло парочке на руку, так как появились они в одной из камер, и возможность так легко выломать решётку была очень полезна. Заполненный водой коридор вывел их к арене, на которой паслись несколько призраков с ножницами. К счастью, единственная подводная боевая единица в лице Данте с иглострелом была очень эффективна против них. Когда призраки закончились, решётка между фресками с конями поднялась, показывая удерживающий воду барьер, который даже осушил одежду проходящего сквозь него. Только это было не так полезно.       Пройдя красную дверь, Руби и Данте оказались на самом низу лестничного пролёта, причём, после четвёртого этажа, дальше пути не было. На помощь пришла магическая панель, при активации которая за одно мгновение затопила всё пространство, и Данте, взяв Руби за подмышки, поплыл наверх. Когда панель разрядилась, вода также резко исчезла, и двое охотников смогли достать из открывшегося механизма алхимический ингредиент — Философское яйцо, которое выглядит как сильно потрескавшийся яйцеобразный камень.       Спустившись с самого верха, где стоял тот механизм, они прошли через ещё одну дверь, оказавшись на маленьком дворе, где однажды встретили Мишель. Только фонтана здесь больше не было, а на его месте — маслянистые пятна, и на месте статуи льва было горнило с синим пламенем.

Те, кто ищет истину, положат яйцо в корзину и будут медленно согревать его с осторожностью. Станет синим камнем и землей отметит на неровных дорогах.

       — А это достаточно просто понять. — яичко было положено в стальную корзину в горниле, зажжённое щелчком Ифрита. И реакция пошла! Медленно, но пошла.        — Это займёт время. — чтобы полудемону было не так скучно, появился Кошмар.       Не до конца понятно, был ли это другая особь того же вида или это был тот же Кошмар, но им обоим он показался слабее. Да и битва с ним из-за окружения была очень легка — включить подачу Света, отстрелить стреляющие сферы, вылетевшие из его тёмного сгустка, и разбить ядро. К концу алхимического процесса управились, получив грибообразный кристалл, «Эликсир» и на горниле изменилась надпись:

Я первый ключ, открывающий врата Преисподней. Второй ключ находится в зеркальном измерении.

       — Зеркало… — они оба вспомнили, откуда вышел Вергилий при первой их встрече на этом острове — из зеркала в спальне. И, похоже, появившийся в центре портал должен был помочь им туда добраться.       Пройдя путь назад, двое охотников вновь стояли на отдалённой от замка платформе, и, на этот раз, их целью был правый портал с изображением спальни в алом свете. Прыгнув в него, Данте и Руби оказались в той самой спальне, только полностью целой, будто Арбитра тут и не побуянила, и с исчезнувшими дверьми. Злобные силы просто убрали их, показывая свою мощь на этой территории. Жутко…       Данте с Эликсиром в руках дотронулся до поверхности зеркала, что от прикосновения пошла кольцами как водная гладь.        — Ну, что же… — Данте обернулся в сторону девушки. — Алиса, ты готова к приключения в Зазеркалье?        — Готова, белый кролик, хи-хи… — девушка была рада, что печаль парня отступила достаточно, чтобы он вновь начал шутить, при этом не каламбуры.       Зеркальная гладь пропустила их в отзеркаленный мир. Воздух там был, буквально, пропитан демонической энергией настолько, что обычный человек бы отбросил ласты меньше чем через минуту. К счастью, оба любителя красного имели связь с дьявольщиной и потому такая энергетика им была даже немного полезна — все мысли вымывало из головы, оставляя лишь сухие инстинкты и простейшую логику. У Руби даже лицо побледнело и склеры глаз приобрели чёрный отблеск, отталкиваемый еле видимым светом из зрачка.       Выйдя на балкон, Данте удостоверился, что мир взаправду отзеркаленный, а также заприметил стоящий на вершине фонтанчика предмет, напоминающий сложную геометрическую фигуру. Ею оказался двенадцатигранный кубик, где на каждой грани, внутри странной звезды, были основные алхимические знаки.       Философский камень. Второй ключ в Преисподнюю в этом проклятом месте.        — Вау… — Руби с невиданным восторгом оглядывала артефакт, не смея его трогать. Этот камень пульсирует магией не хуже демонического ядра демона среднего круга. Аккуратно, с трепетом, она взяла камень в руки, пока парень ждал, когда все прелюдия окончатся и они могут пойти в собор.       Но упавшие с неба гости их задержат. Никто не может их остановить? А вот и Никто. Серокожее существо с четырьмя лапами и одной гротескной рукой на спине, своей анатомией не показывающая, правая она или левая. Кроме широко раскрывающейся челюсти с массивными зубами, их лицо пустое. И эта вонь… Их тела, должно быть, полностью состоят из токсинов и кислот.        — Не нравятся мне они…        — Да всё хорошо, Данте. Что нам сделают эти малыши? — прыгнувшего на неё демона, Руби пропустила как опытный матадор бешеного быка и рубанула Изгибом. — Видишь?        — Может быть и так…       Никто двигались юрко и были довольно живучими, а их кровь заставляла алую зазеркальную траву шипеть и сереть. Но всё же, убежать от летающего лезвия Арбитры они не могли, всё больше покрываясь незаживающими рубцами. Пока один не достал маску, одел её и не вырос раза в три.        — Вот это уже интереснее.       Один из двоих выживших демонов увеличился и, встав на задние лапы, начал… танцевать? Он дрыгался из стороны в сторону, махая руками и своим скрипучим голосом напевал какой-то мотив, напоминающий монгольский. И Данте с Руби поняли, в чём смысл этого действия, только, когда он раскрыл свой рот, в который начала залетать дымка, входящая из их тел. Чёрно-алая из Данте и оранжево-серебряная из Руби.        — Он поглощает нашу демоническую силу! — озвучила догадку Руби.        — Малыш хочет зарядиться? — Данте взял в руки Аластор, кровожадно сближаясь с танцором. — Я его заряжу. До дыма из ушей заряжу!       Столь жестокая расправа могла бы заставить даже жесточайших нацистских учёных испуганно вздохнуть. Умирая, Никто разбрызгивали огромное количество едкой субстанции, в конец убившее плащ Руби. Теперь ничего не мешает рассмотреть её кожаный наряд с ремнями и подсумками, а также дремлющего после разжижения безымянного демона Кошмара-беты на пояснице, который уменьшился в габаритах пока Руби его использовала. Он проголодался? Или адаптируется? Неважно.       Вернувшись обратно в реальный мир, где вовсю громыхал шторм и молнии, они пропрыгали по левитирующим кускам моста и вновь оказались внутри святого здания, но теперь лужа, откуда вылез первый Кошмар, пускала частицы разряжённой энергии, резонируя с Эликсиром. Вместе, они встали на кляксу и Данте пустил больше энергии по грибообразному кристаллу, от чего первые врата мигом исчезли, а охотники в красном тут же провалились вниз, в перевёрнутую версию собора. Там, на потолке, ставим полом, находилась закрытая магической пеленой огненная воронка — портал в Подземный мир, и рядом было гнездо, куда, как влитой, встал Философский камень, чем убрал барьер.       Вдвоём, они стояли на краю и смотрели вниз, в портал. Каждый из них собирался с мыслями. Именно за этим они сюда и явились, и именно отправление в Преисподнюю является их первоначальная миссия.        — Готова, Руби?        — Как никогда!        — Ну тогда… — синхронно, они взялись за руки, вытянули ногу и наклонились вперёд, отправляясь в царство Тьмы и её тварей. Воин Света, скрывающийся в тени, и сын сильнейшего демона, пришедшего за местью.