И пусть Луна осудит нас

Уложив фею на кровать, Думан вернулся в ванную, где первым делом осмотрел зеркало. Кровавый отпечаток ладони растёкся по ту сторону зеркала, но по-прежнему сохранял свою форму. Изучить его при помощи магии не получалось, поскольку Маг никак не мог прикоснуться к нему, но даже несмотря на это, он чувствовал сильную тёмную энергетику, исходившую от зеркала. Такой энергетикой не обладал ни один из четырёх Магов, находившихся в замке, а это означало лишь одно – тот, кто пугал Стеллу всё это время, спрятался где-то в зазеркалье. Этот факт вполне объяснял, почему Думан не мог почувствовать чужое присутствие раньше – пусть зеркало и находилось в этой самой комнате, но всё же зазеркалье – это совсем другой мир, никак не связанный с реальностью. Ведь даже сейчас Маг чувствовал, как тёмная энергия отдаляется, словно растворяясь совсем. Следом за ней постепенно исчезал и кровавый след. Что-то пряталось в зеркале, умело скрывая собственную энергию. Думан был твёрдо намерен узнать кто это, после чего избавиться от него навсегда. Внимательно наблюдая за своим отражением, Маг коснулся зеркала. Заклинание, способное прочитать память предмета, было достаточно простым, но требовало полного сосредоточения. Вот только сосредоточиться у Думана никак не получалось: его отражение то и дело игралось с ним, искажаясь до неузнаваемости или исчезая вовсе – это сильно отвлекало. Магу не оставалось ничего, кроме как закрыть глаза и попытаться снова. Прочитать память зеркала получилось не сразу. Лишь спустя десять мучительных минут ему удалось погрузиться в одно из последних воспоминаний. Открыв глаза, он увидел в отражении Стеллу. Воспоминание во всех красках показывало всё то, что увидела девушка утром, и чем дольше Думан смотрел на это, тем злее он становился. Понимая, что остаётся всего ничего до того, как он разобьёт зеркало, Маг перенёсся на другое воспоминание. Похоже, что оно относилось к тому моменту времени, когда Стелла, с её слов, очнулась в наполненной ванне, поскольку сейчас зеркало отражало её копию, на чьих руках мирно дремала настоящая фея. Некто, притворявшийся Стеллой, выглядел просто ужасно: его лицо таяло, словно восковая маска, оставляя за собой чёрный след, а его конечности были вывернуты в разные стороны, но при этом ему удавалось уверенно ступать и держать девушку на руках. Отражение оставило тело спящей феи в ванне и включило воду, несколько раз неудачно прокрутив кран и оставив на нём пару царапин, после чего двинулось к зеркалу. Воспоминание исказилось, показывая уже проснувшуюся в наполненной ванне Стеллу. Следующее искажение продемонстрировало Магу эпизод, в котором фея обнаружила тёмные остатки своей собственной копии. Как только она коснулась их, отражение расплылось, противно заскрежетало, не позволяя Думану толком рассмотреть то, что произошло. Но вот изображение прояснилось, и в ванной уже стояла копия. Странно пошатываясь из стороны в сторону, она двинулась к двери, а после скрылась в комнате. Понимая, что больше не выцепит из этого воспоминания ничего, Маг продолжил просматривать уже другие. Так, изучая память зеркала, он просматривал каждое мгновение его существования. Кроме последних двух они друг от друга мало чем отличались. Каждое утро и каждый вечер в них мелькала Стелла: она умывалась, принимала ванну, красовалась, плакала… - Что? – Думан быстро вернулся к одному из воспоминаний, чтобы убедиться в том, что он только что увидел. Стелла плакала, всматриваясь в отражение. То и дело она утирала слёзы и пыталась аккуратно проделать то же самое с потёкшей тушью. Но стоило ей хоть немного привести лицо в порядок, как она тут же заливалась слезами опять. - Откуда это воспоминание? – Маг внимательно рассматривал девушку в отражении, пытаясь примерно определить момент времени, когда оно здесь появилось. Его взгляд скользнул на порванное грязное платье, в которое она была одета. Этого было достаточно для того, чтобы понять, когда это произошло. Это была та самая ночь, когда фея сбежала из замка и вернула себе воспоминания. Прижав ладошки к груди, Стелла сильно сжала ткань платья в области груди, словно чувствовала сильную боль, но ничего не могла сделать с ней. Возможно, так и было. Фея закусила нижнюю губу, от чего на ней показались кровавые капли. Было видно, как она старается сдержать крик. Обеспокоенный Маг присмотрелся к отражению, выискивая на теле девушки какие-либо ранения, которые могли бы послужить её рыданиям, но ничего не заметил. - Глупое воспоминание… - голос Стеллы из отражения раздался так неожиданно, что Думан непроизвольно вздрогнул. – Глупый Маг… Глупая я… Всё встало на свои места. Догадка Думана подтвердилась – Стелла правда плакала от боли, но не от физической. Маг понимал, что причиной этой боли является он сам, и потому, больше не в силах смотреть на душевные страдания феи, он переключился на другие воспоминания. Прошло достаточно много времени. Стелла по-прежнему находилась под воздействием заклинания Мага, в то время как он сам до сих пор просматривал память зеркала. Думан успел узнать о том, что за всё время своего существования зеркало сменило как минимум восемь хозяек. Это казалось Магу более чем странным, поскольку период между сменой фей был очень краток: покрасовавшись перед зеркалом в последний раз, фея покидала комнату, но спустя небольшое количество времени на её место вставала другая фея. Но, появившись перед зеркалом пару раз, пропадала и она. Разумеется, феи могли просто менять комнаты, но в таком случае почему они оставляли в ванной все свои вещи и не возвращались за ними позже? Куда они пропадали? Что с ними становилось? Чем дольше Думан просматривал воспоминания зеркала, тем больше путался сам. Когда Маг окончательно запутался, он уже собирался просто закончить, как вдруг в отражении показалась очередная фея. Откровенный наряд, аккуратно собранные волосы и дерзкий вид сразу дали Думану понять, что она из себя представляет. По щелчку пальцев в её руках появилась яркая помада. Невольно засмотревшись на её формы, Маг не сразу заметил этого. Однако, когда фея наклонилась к зеркалу и принялась что-то чертить на нём при помощи помады, Думан пришёл в себя. Фея выводила какие-то странные символы, отдалённо напоминающие руны. Они складывались в круг, посреди которого она принялась рисовать что-то, напоминающее бутон цветка. Она что-то шептала, и чтобы хоть немного разобрать её слова, Маг напряг слух. - То, чего мне не хватает, у других отнимешь ты. То, чего мне не хватает, другие предоставят в дар. Красота пребудет со мной. Последний штрих, и бутон посреди зеркала расцвёл алым цветком. Но не успела фея насладиться его красотой, как он вновь померк и закрылся. - Ты обязательно зацветёшь, как только получишь в своё распоряжение каждую из этих рун. Фея поднесла тоненький пальчик к одной руне, но стоило ей коснуться её, как палец иссушился и теперь походил на старческий отросток. Но фея не убирала руку, спокойно наблюдая за тем, как по её телу медленно расползаются бледнота и морщины. Так она стояла до тех пор, пока образ прекрасной девы не сменился на образ уродливой старухи с седыми волосами и гнилыми зубами. Но преображение не было закончено, и Думан понял это, заметив, как начинает таять лицо старухи. Кожа медленно стекала с её подбородка на пол, обращаясь в чёрную массу. Местами Маг мог видеть её череп. Несмотря на то, что он сам убил многих фей, это зрелище вызывало у него отвращение. В голове пронеслись слова Стеллы о том, что она видела в своём ночном кошмаре. Теперь-то Думан понимал, что это был не просто кошмарный сон. Это было видение. Паззл сложился. Маг быстро отстранился от зеркала, однако отражение старухи, что медленно обращалась в скелет, никуда не исчезло. Оно смотрело на Думана пустыми глазницами, то и дело покачивая головой из стороны в сторону. - Теперь ты веришь ей? - отражение жутко улыбнулось ему. – Эйн нужно сердце, и тогда она обретёт долгожданную красоту. Отражение расхохоталось, а затем, ударившись о зеркало, разбило его. Осколки разлетелись в разные стороны и только чудом не попали в Мага. При помощи магии Думан быстро избавился от остатков зеркала и, вернувшись в комнату, проверил состояние Стеллы. Та мирно посапывала, и даже звон стекла не смог разбудить её. Маг не решился будить её, ведь понимал, что ночь у неё и без того выдалась тяжёлой. Заняв позицию у окна, он то и дело посматривал в сторону зеркала на дверцах шкафа, терпеливо ожидая, пока фея проснётся самостоятельно.