Братья Диас – история одиноких волков

Суббота, 3 декабря Life is Strange 2 OST: To Our Grandparents Наступило утро очередного тяжелого дня нашей невероятной жизни. Пора в путь, пока Даниел может еще бодро передвигаться. Не так уж и далеко нам идти, за день — два управимся. Но маршрут будет не легким, половина по лесу половина по трассе. Благодаря карте думаю все получится, главное быть на чеку, в этих местах водится много диких зверей. Брат, конечно, теперь силен, но вряд ли сможет справится с животным, совесть потом его замучает. В любом случае, надеюсь нас это обойдет, и мы успешно дойдем да домика родителей Кэрен. Собрав все что у нас было в рюкзак, мы, поев на дорожку, отправились прочь. Братишка слегка упал духом, будет скучать по этому месту, ставшему нам, на некоторое время, теплым убежищем. И я буду… Это неплохие воспоминания, что редкость в наши дни. Надеюсь, впереди нас ждет что-то подобное, не хочу думать пессимистично. Что ж, мы прошли приличную часть пути и скоро должны выходить из леса на трассу, главное не сбиться с маршрута. В лесу холодает, приближается вечер. Думаю, до дороги мы успеем, перед тем как окончательно стемнеет. А по ней идти станет проще, плюсом фонари будут освещать нам путь. Привалом придется пренебречь, и так останавливались не один раз. Когда Даниэль устанет, понесу его на спине. Я справлюсь, главное не свалится по средине пути от недосыпа. Неподалеку от нас, вдруг, послышался треск веток. Словно что-то пробежало в заснеженных кустах. Испугавшись, я оттеснил братика за спину, оглядываясь по сторонам. Шорох продолжился, но уже с другой стороны тропинки, будто зверь окольцовывает свою добычу, загоняя в центр круга. Черт, ну почему именно мы, в лесу полно мелкой живности, а глаза хищника упали на нас. И тут существо наконец выпрыгнуло на середину тропы, перед нами, свирепо оскалившись. Крупная дикая рысь, высотой с рост Даниэла. Брат взволнованно вытянулся вперед, пытаясь разглядеть противника передо мной. — Берегись Даниэль, не высовывайся! — пытался я отгородить его от опасности, но потерял бдительность, за что поплатился. Рысь стремительно прыгнула вперед, заваливая меня, всем телом, на землю. Я удачно отпихнул брата в сугроб, чтобы он не пострадал. Острые когти метались возле лица, но не попадали. Изворачиваясь под ней на снегу, я пытался скинуть с себя тушу. Тут резко одна из лап прошлась в опасной близости от руки, разрывая ткань куртки, лишь слегка задев мою кожу. Вскрикнув от резкой боли, я зажал поврежденное место рукой, ожидая последующий удар. Но все затихло. Взглянув на кошку, я ужаснулся. Тело на до мной зависло в атакующей позе. Скованная невидимыми цепями, рысь воспарила в воздух, позволяя мне подняться на ноги. — Не смей трогать моего брата, животное! — яростный крик Даниэля окатил лесную опушку. Он стоял поодаль, вскинув перед собой ладонь. Рассерженное выражение лица с горящим ненавистью взглядом, уставилось на лесного обидчика. Эмоции брата зашкаливали, подпитывая мистическую силу. Быстро подбежав к младшему, я упал перед ним на колени, обхватывая напряженное тело руками. — Успокойся, Даниэль. Не мучай рысь. Отпусти в лес, она просто хотела добыть себе еды, как и мы… — Она хотела убить тебя! Рассержено воскликнув, он сильнее сжал бедное животное, пытаясь раздавить его как желе. Отстранившись, я взял в руки лицо брата и поймав его взгляд, умоляюще прохрипел: — Хватит, не надо. Я тут с тобой. — посмотрев на меня, младший насупился и проморгавшись застыл в удивлении оглядывая меня. Испугавшись своих действий, он резко прижал свои руки к себе, прекращая поток силы. Рысь, упав, проскулила и побитым котенком, но целой, убежала в глубь леса. Приводя в чувства брата, я не заметил, как случайно оставил кровавый след на его щеке, натекший с раны на плече. Даниэль, почувствовав влагу мазнул рукой по лицу и ужаснулся увиденному. Переведя взгляд на меня, он воскликнул, засуетившись: — Шон, нет! Тебе больно, она тебя задела? Или это я… тебя так — потерянно закончил он. Ручейки слез побежали по его щекам, видимо шок отступил, и вырвались накопленные переживания. — Я так испугался, Шон. Когда она повалила тебя на землю меня охватил такой ужас и гнев. Уткнувшись в мою грудь, братик зарыдал, крепко сжав в своих объятьях. Поглаживая того по спине, я подбадривающе произнес: — Все в порядке. Просто царапина. Она меня лишь слегка задела, это… не твоих рук дело. Состояние брата меня пугало. Такая агрессия создала мощный поток энергии, и тем самым сила стала невероятно разрушительной. Я не переживаю за себя, меня пугает то, с какими последствиями мы можем столкнутся из-за нее. Даниэль ребенок, к сожалению, ему свойственны поступки с горяча. Надо найти способ контроля. Ждать пока он повзрослеет естественным путем, я не могу. Откинувшись назад, младший стал утирать мокрые щечки ладошками, шмыгая забитым носиком. Ситуация страшная, но меня почему-то умиляет его фыркающая мордочка. Взъерошенный и потрепанный, он похож на воробушка, отбившегося от стаи сородичей. Но под этой невинной оболочкой скрывается такая мощь, что я не завидую будущим соперникам брата. Если таковые вообще будут. — Прости меня! Я не знаю, что на меня нашло. Просто сильно испугавшись за тебя, не смог контролировать… свою силу. — успокоившись, прошептал супер-волк. Оглянув меня встревоженным взглядом, Даниэль аккуратно ощупал пальчиками область у разорванной когтями куртки. — Выглядит вроде терпимо… Может если перевяжем, сможем отправиться дальше. Не хочу здесь находиться, вдруг она захочет вернуться обратно, но уже с подмогой. Встав со снежного покрывала земли, украшенного пятнами моей крови, я снял куртку, чтобы оценить масштаб ранения. Братик охнул, я же не испугался, оно просто слегка ноет. Ничего критичного в этом нет, жить буду. — Точно все нормально, Шон? — взволнованно пролепетал Даниэль. Подойдя вплотную, тот стал осторожно дуть на порезы, обхватывая мою руку ладошками. Эта невинность когда-нибудь сведет меня в могилу, нельзя быть настолько милым. Но мне приятно, что братик заботится обо мне… его поддержка значит многое для меня. — Волчонок, успокойся. Это всего лишь наружные повреждения, моему здоровью ничто не угрожает. — произнес я, и с улыбкой добавил. — К тому же шрамы украшают мужчин, придавая им сексуальности. Резко отстранившись, младший, покрывшись румянцем, пихнул меня в бок. — Тебе то, перед кем красоваться, мачо? — буркнул тот, отходя в сторону. Закатив глаза, я оторвал от футболки лоскут, обматывая им участок руки. Одев верхнюю одежду, я схватил рюкзак и взъерошив волосы ворчуна, пошел по тропинке вперед. Даниэль засеменил следом, вскоре обогнав меня. Надеюсь, мы скоро дойдем, этот день меня порядком вымотал. Хорошо брат не устал и идет довольно бодрым шагом. Оглядываясь назад, я рад, что мне удалось предотвратить убийство. Мой брат, так сильно любящий разных зверюшек, не смог бы простить себе это. И, признаться честно, я испугался Даниэля. В тот миг даже не смог понять, кто это стоит в облике маленького мальчика. Хотел бы я донести до него что правильно, а что нет. Но как, если сам постоянно переступаю закон? *** Life is Strange 2 OST: Reynolds Household Мы дошли. Наконец-то! Весь маршрут затратил намного больше времени, чем я изначально планировал. Под конец пути пришлось нести Даниэля на спине три с лишним километра. Никто не остановился, чтобы помочь нам, и я даже не знаю плохо это или хорошо. Обжигающий холод преследовал нас на каждом шагу. Из-за снежных сугробов, покрывающих лесные тропинки, наши ноги, обутые в простые кроссовки, быстро окоченели, промокая насквозь. Брату было особенно тяжело, периодически он задыхался от кашля, от чего мы несколько раз останавливались на привал и разводили костер. Рана, оставленная рысью, периодически ныла и кровоточила. Как бы я не храбрился, но это сказывалось и на моей выносливости. И вот, после дня изнуряющего передвижения, впереди нас, у очередной автомобильной трассы, показался знак, с обозначением сельского пункта. «Бивер – Крик приветствует вас!». Думал, это уже никогда не случится, и я просто неверно вспомнил расположение дома. Но вот он! Стоит с ухоженной территорией, украшенный рождественскими безделушками. По моим воспоминаниям, пока мама была еще с нами, я часто гостил у ее родителей. Они казались мне милыми и заботливыми, возможно даже чересчур. Надеюсь, меня выслушают, а не сразу сдадут копам. Действительно, об этом я не подумал, теперь нервничаю еще больше. Супер. Подойдя к входной двери, я стал поправлять одежду на брате и расчесывать его спутанные волосы, приговаривая: — Клэр, твоя бабушка, обожает чистоту. Помню я принес снежок в квартиру, дедушка едва смог ее успокоить. А Стивен, очень изобретательный, вы обязательно найдете общий язык. Главное не переживай, я с ними поговорю. — Мне кажется из нас двоих, переживаешь больше всего именно ты. — заметил Даниэль, автоматически поправляя на мне одежду. С улыбкой, он нерешительно коснулся моей щеки ладонью. Столкнувшись с моим удивленным взглядом, тот быстро залился румянцем, оправдываясь. — Ресничка упала. — Ага, как-же. — даже не хочу думать, к чему эти порывы нежности. Главное он не огрызается на меня, с остальным разберусь по мере необходимости. Возможно, брат просто переживает, вот и жмется к единственному родственнику. Все же здесь он находится впервые. Повернувшись лицом к двери, я нервно вздохнул. Переживать не к чему, в любом случае назад я уже не поверну. Мы явно не в лучшей форме и скрыть наш измотанный вид не получится. Поэтому собравшись с мыслями, я прервал наши жалкие попытки почистится и позвонил в звонок. Дрожь прошлась по всему телу, я чувствовал себя будто заяц перед охотничьим ружьем. Наконец послышались приближающиеся шаги, сопровождаемые громким старческим брюзжанием: — Стивен, опять. В который раз за день! Эти разносчики уже… — Дверь приоткрылась, и мы застыли с нервными улыбками на лицах. Раздражение на лице бабушки, сменилось на удивление, а потом и вовсе на улыбку. — О... Господи, Стивен! Подойди, посмотри кто к нам пришел! Ох, Шон, как же ты вырос, а это, должно быть, милый братик Даниэль, да? Клэр открыла дверь, впуская нас и оглядывая, качая головой в беспокойстве. Из гостиной послышался шум и к нам вышел, прихрамывая на одну ногу, дедушка. Они практически не изменились с того раза, когда я у них гостевал. — Ого… Как вы, черт возьми, тут оказались? — в шоке высказался мужчина, с сомнением осматривая нас. — Дорогой, я прошу, не выражайся при детях! — смирила строгим взглядом бабушка. Вдруг Даниэль опять зашелся в кашле. Стуча кулачком по груди, пытался остановить приступ. Схватив его за плечи и прижав к себе, я почему-то испугался, что нас могут выдворить из-за его болезни. Будто мы провинились, придя к ним в таком неподобающем виде. Как попрошайки, решившие погреться ночью у знакомых. Но Клэр, резко засуетившись и хлопнув в ладоши, проговорила: — Ох, ты заболел, Даниэл! Срочно в ванну и кровать, сейчас принесу лекарства. — я выдохнул, вроде не злится. — А с тобой Шон мы еще поговорим. Жди в гостиной. Мда, рано радовался. Сухим, из этого разговора, мне не выйти. Пройдя в комнату, сел за обеденный стол. Уютная обстановка контрастирует с моим внешнем видом, на фоне чего я чувствую себя не в своей тарелке. Наверное, это не удивительно, что стало так неловко здесь находится. В доме, тепле, где витает запах свежей выпечки и чего-то невероятно вкусного. Как будто снова дома, вот только чувствую себя совершенно чужим. Живот сводит от голода, сто лет не питался нормальной едой. Глупо с моей стороны, но я надеюсь, мы сможем здесь провести хотя бы одну ночь. Не выгонит же она нас сразу на улицу, тем более пока Даниэль не поправится. В данном случае, это наш козырь. Я услышал шаги и приготовился к разговору, но Рейнольдсоны видно захотели сперва переговорить между собой и решить, как поступить с нами. Странно, как бы они не старались, я прекрасно слышу почти каждое слово. Будто решили меня запугать перед выяснением причины появления в их доме. Либо у меня слишком хороший слух. Недели краж в супермаркете дают свои плоды, как бы плохо это не звучало. — Стивен, ты думаешь будет верным решением оставить их на время у нас? — прошептала с беспокойством Клэр. — Ладно Даниэль, он ребенок. Но Шон, возможно убийца. Как подумаю, что он будет рядом пока мы спим и… Класс! Уже маньяк даже для бабушки. Видно, теперь я буду встречать лишь призрение и страх в разговоре с любым человеком, кто знает о знаменитых Братьях Диас. Мы же беглые преступники, черт возьми. — Дорогая, не будь так категорична. Мы не знаем наверняка, что тогда произошло. Никто не знает. Но я с тобой их родственники, мы обязаны хоть чем-то помочь в их нелегком положении. — возразил хриплый голос дедушки. — Ладно… Ты прав, я думаю… Наконец, они зашли в комнату, садясь за стол напротив меня. Натянутые улыбки меня раздражали, лучше бы не любезничали, если им это так противно. Ощущаю себя как перед допросом, неужели так будет всегда? Призрение, страх, кочевой образ жизни? Ни что не длится вечно, и эта погоня закончится рано или поздно, правда? Сможем ли мы с братишкой сделать счастливый конец или наша цель так и не реализуется? — Ну давайте, спрашивайте, что вас волнует. — прошептал я, решая разорвать это неуместное ожидание. — Ладно, Шон, теперь поговорим серьезно. — с укором взглянув на меня, сказала Клэр — Тебе очень повезло, у младшего простая простуда. Но если бы вы замешкались, даже не знаю, во что бы она переросла. С твоей стороны, старшего брата, безответственно изнурять так Даниэля. — Я знаю, Клэр. И я сильно сожалею. Но у меня не было иного выбора! Все что оставалось, это отправится к вам… за помощью. — ответил я устало. Нет ни сил, ни желания с ней перепираться. Сцепив руки в замок, я стал ожидать самого главного — вопросов о наших похождениях. Что тогда с нами произошло? Почему мы скрылись от полиции? Чем вызван взрыв, возле нашего дома? Стивен, переглянувшись с бабушкой, неуверенно начал: — Понимаю, вам через многое пришлось пройти. Мы до сих пор в шоке от того, насколько долго вы продержались одни, сами по себе. Но… Шон. Почему ты решил скрыться? Своим поступком ты спровоцировал еще больше подозрений в свою сторону, сбежав, будто преступник. Где смысл? — с возмущением закончил дедушка. — Страх был моим мотивом. — уткнувшись лицом в ладони, тихо сказал я. — Просто испугался, у меня на глазах убили отца… Даниэль лежал без сознания, вокруг разруха и только я один очнулся. Копы бы даже не стали разбирается. Меня в тюрьму, а брата в приют. Я не мог позволить этому случится… — Но ты не знаешь наверняка что бы они решили, — прервала Клэр. — Теперь и младший в это втянут, ты понимаешь? Бежать вечность не получится... Мои руки безвольно упали на стол, прервав укорительную речь. Не хочу слышать, это и так каждый день проигрывается у меня в голове. Одни мысли об этом. Но… не могу же я так просто сдастся, хоть и жутко вымотался от всей этой беготни. — Я понимаю, правда. Вам сложно в это поверить, но муки совести съедают меня каждый гребаный день. — прохрипел я, закрыв глаза. — Но это уже случилось, мы в бегах. Я должен думать сейчас о брате, и я не могу его оставить. Отец просил его оберегать. Мне сложно, я… Клэр внезапно положила свою кисть на мою, став аккуратно поглаживать, успокаивая. Я не заметил, как из-за своей пламенной речи, мои эмоции медленно вышли из-под контроля. По щекам скатывались слезы, и падая, они ударялись о поверхность столешницы, образуя маленькую соленую лужицу. Видно, день и правда вымотал мои нервы. — Хорошо, все хорошо. Можешь не продолжать. Мы поняли тебя. Если честно, я уже обговорила ситуацию со Стивеном, и мы решили оставить вас тут. — хрипло произнесла бабушка, устало протирая платочком очки. — Думаю, на данный момент, это лучший выбор из всех возможных. — Знаешь…— продолжил дедушка, задумчиво взглянув на меня. — Когда мама вас бросила, отец запретил нам видится с вами. Я его не виню… Но вы по-прежнему являетесь частью нашей семьи, и мы это докажем. С неуверенной улыбкой я взглянул на их лица, не веря, что можно хоть на время забыть о проблеме питания, сна и воды. Нас не собираются выгонять, как дворовых собак? Сможем поспать на нормальной кровати? Если так, то я рад, но… — Правда? Вы не боитесь, что, связавшись с нами, столкнетесь с полицией? Кстати, они вам звонили? — неуверенно уточнил я, заранее догадываясь об их ответе. — Господи, еще как… Но мы в первую очередь переживаем за вас. Правда, чтобы здесь находиться, нужно соблюдать осторожность — ответил подбадривающе Стивен. — Бивер-Крик — городок маленький, и слухи здесь разносятся быстро… Шорох со стороны лестницы, ведущий на второй этаж дома, привлек наше внимание. «Домовой», увидев, что его заметили, вышел из укрытия к нам, радостно вопрошая: — Ура! Нам можно остаться? Реально? — не унимался Даниэль, нетерпеливо подпрыгивая на месте возле меня. — Шон, представляешь, там на верху огромная модель железной дороги! Я с улыбкой осматривал брата, радуясь, что ему стало намного лучше. В тепле и после душа он, волшебным образом, переродился, растеряв всю усталость и неуверенность. — Ты почему спустился? Молодой человек, тебе нужно отдыхать! — наигранно строго сказала Клэр, в душе радуясь посвежевшему Даниэлю. Я бы тоже принял ванную с огромным удовольствием, но живот проворчал раньше, напоминая о неимоверном голоде. Видно, это было настолько громко, что все обернулись ко мне, обеспокоенно оглядывая. — В общем, да. Вы с Шоном поживете пока у нас, а дальше посмотрим. — переведя взгляд на меня, бабушка продолжила. — Вижу ты проголодался, иди пока в ванну на втором, Даниэль тебя проводит. А я приготовлю что-нибудь поесть. Как закончишь, спускайся вниз на кухню. — скомандовала уверенно та, направляясь медленным шагом на кухню. Оглянувшись на младшего, я устало улыбнулся. Может жизнь начала налаживаться? *** Jack Symes - Maggie Cassidy Это был самый лучший вечер за последний месяц. Мы наелись до отвала, чуть ли добавку не просили. Так спокойно, что мысли отступили, оставляя только приятную тишину. Я понимаю, это лишь на время, но не жалею, что мы пришли. Даниэль под присмотром, и я могу не следить за ним каждую секунду. Пока не решим отправится дальше на юг, долго сидеть у них на шее не получится в любом случае. Предки и так многим рискуют, оставляя беглецов у себя. Жутко неловко видеть настороженные взгляды, пронизывающие меня насквозь. Но я понимаю их настороженность, несмотря на родство, они нас совершенно не знают. К чему доверять незнакомцам? Поэтому просто постараюсь не обращать на это внимания. Нам с Даниэлем выделили гостевую на втором этаже с выходом в ванную. Мягкая кровать, шкаф и теплая батарея — что еще нужно для счастья? Братик, не мешкая, запрыгнул на матрас, проверяя его мягкость: — Шон! Залазь ко мне! Я думал в отеле самая мягкая кровать на свете, но эта в сто раз круче. — восхищался, в который раз за день, младший. Я сам ужасно рад таким условиям. Выйдя из душа, впервые осознал, каким грязным я был и как не ценил принятие ванны, когда она у меня была в… нашем доме. Вряд ли мы туда хоть когда-то вернемся. Все наши вещи, наверное, уже забрали в полицейский участок на сбор улик, а само здание стало местной достопримечательностью с дурной славой. Отвратительно. Сев на край кровати я оглянулся на брата. Прошло чуть больше месяца, а младший изменился так, как будто прошли года. Кончено на характер это время не повлияло, из-за своей новой силы он просто стал еще более взрывной. В прямом смысле. Но вот внешне серьезно осунулся, вытянулся, приобрел некую болезненность. Все же ребенку в таких условиях труднее выживать, чем мне. Я тоже изменился, но, думаю, в лучшую сторону. Стал выносливее, сильней, менее легкомысленным. Психологическое состояние, пожалуй, не в лучшей форме, но… это мелочи. — Клэр вроде очень заботливая и добрая. — начал вдруг Даниэль. — Да и Стивен кажется тоже. Надеюсь, у нас тут все будет хорошо. — И что гораздо важнее, ты сможешь выздороветь. — повернувшись, отметил я, доставая фляги из рюкзака. — Отдохнуть и набраться сил. Ты же понимаешь… что на долго мы не сможем здесь остаться? Брат, устало откинувшись на подушки, обреченно согласился: — Я знаю, Шон. Просто радуюсь тому, что у нас пока есть. Кстати, как думаешь, это комната нашей мамы? — неуверенно прошептал Даниэль, боясь разозлить меня. Я обычно не упоминаю о ней. А младший часто спрашивает, так как не знал мать совсем. Кэрен ушла от нас, когда ему стукнул год. С того дня я забыл о беззаботном детстве и многие обязанности по дому легли на мои плечи. В том числе забота о младшем, когда отец на работе. Упоминание Кэрен в наших разговорах приводило к нешуточным ссорам, от чего Даниэль сейчас неуверенно жмется ко мне, задавая волнующий вопрос. — Не, она жила в другой. Насколько я помню. — спокойно ответил я. Не зачем сейчас ругаться. Я в любом случае не могу ему запретить интересоваться собственной мамой. Особенно в доме, где та провела все свое детство. — Хотя это давно было. Ты к чему это? Даниэль тихо продолжил. А тем временем я, потушив свет, лег к нему в кровать. — Может найдем ее старые вещи или фото? Я о ней совсем ничего не знаю. — с просьбой во взгляде протараторил он. Вздохнув, я постарался выразится как можно понятнее и мягче. — Чувак… Надо сосредоточится на том, где мы сейчас. И куда держим путь — заверял я младшего. — Мама давно бросила нас и даже не пыталась как-либо связаться. Она сделала свой выбор, нам тоже пора сделать свой. Перестать оглядываться назад. Даниэль, покивав головой, замолчал, переваривая услышанное и решая, соглашаться или нет. Так и не определившись, он, фыркнув и развернувшись, прижался ко мне, залезая в объятья. Зевнув, он пролепетал: — Поздно. Давай спать. — с начала я даже не понял, о чем он. Поздно делать выбор или он про время суток? Но только я захотел уточнить это, послышалось тихое сопение, а руки брата крепче сжали меня в тиски. Прицепился как маленький клещ и заснул. Ладно, надо и мне хорошенько отдохнуть, пока можно это сделать в комфортных условиях. — Спокойной ночи, hermano. — прошептал я, утыкаясь носом в макушку младшего и вдыхая приятный аромат чистых волос. *** Воскресенье, 19 декабря Novo Amor – Haven (Instrumental) Прошла неделя с момента, как я с Даниэлем пришел в дом Рейнольдсонов. Несмотря на множество правил, о которых Клэр объявила в первый наш день, здесь классно. Даже не так. Прекрасно! За еду и тепло мы платим уборкой, помощью на кухне и во дворе. В нашем положении это лучший вариант. Сидеть и не высовываться. Да, от интернета и социальных сетей надо отказаться, но мне в любом случае там делать и нечего. В общем, я рад, что пока мы с братом можем жить в комфорте и уюте. — Шон, пошли завтракать, давай к нам! — прокричал брат. Стремительно пересекая двор, тот подбежал ко мне. Пока выдались спокойные деньки, я решил порисовать в блокноте. Приятно схватить карандаш и погрузится в себя, не обращая внимания на внешний мир. Редко, в последнее время, удавалось заняться хобби, потому мне так непривычно вернутся к этому. Тишина маленького поселка завораживает, погружая в легкое спокойствие. Рисование в такой атмосфере лишь в радость. — Вау, Шон, это так здорово! Хорошо, что ты возобновил практику. — восхищенно произнес Даниэль, подходя и кладя хрупкие руки на мои плечи. Встав позади меня, он увлеченно рассматривал изображенный фрагмент двора, со слепленым нами ранее, снеговиком. Не знаю, может это не особо интересно получилось, но я последнее время фанат простого. Плюсом, захотелось запечатлеть наше с братом творение. Вчера мы весело провели вечер за созданием снеговика-супергероя в красном плаще из тряпки. Странно, почему никто не представлял их в роле снежного героя, из-за того, что жара его главный враг? Блин, о чем я думаю вообще? — Ничего особенного. Пойдем есть. — ответил смущенно я, захлопывая скетчбук и вставая с лавочки у дома. Потирая ладони друг о друга, я старался согреть порядком замершие пальцы. Снега становится все больше, рождество наступает нам на пятки. Даже не знаю, как, при таком раскладе, мы соберемся дальше. Праздники не дают пуститься во все тяжкие, откладывая дату отбытия еще на неделю. Даниэль побежал впереди меня, нетерпеливо садясь за стол на кухне. — Шон, ну наконец-то пришел. Тебя не дозваться пока ты рисуешь, пришлось посылать за тобой брата. — проворчала Клэр, увлеченно готовя завтрак на плите. Мм, запах жареных блинчиков божественный. У нее действительно получаются кулинарные шедевры. — Ага, засиделся. Может помощь нужна? — вежливо поинтересовался я, привставая со стула. Мне до сих пор неловко просто сидеть, пока бабушка готовит для нас. Чувство, будто эта моя обязанность, а не её, так и не проходит. Это хорошо, в любом случае рано или поздно мы уйдем и все возобновится. — Нет, не стоит, я закрытыми глазами с этим уже справляюсь. — смеясь ответила бабушка, раскладывая по тарелкам блюдо. — Но за предложение, спасибо. Ты сильно повзрослел, и я не про возраст, если ты понимаешь. — тихо закончила она. Кушали мы молча, изредка перекидываясь простыми репликами. Удивительно приятное чувство, завтракать в кругу семьи. Правда длилось это не долго, я с братом умял порцию очень быстро. Теперь мы с едой не церемонимся и съедаем все что дают. Помню, как расстраивался, когда папа готовил яичницу, считая ее склизким и отвратительным на вкус блюдом. Сейчас… я лишь грустно улыбаюсь, вспоминая свою избалованность. Как только бабушка, встав из-за стола, отошла убрать пакеты с соком в холодильник, тарелки Даниэла взмыли в воздух. Видно, он решил таким «эффектным» и глупым способом сложить посуду для последующей мойки. Шикнув на него, я нахмурил брови, строго взглянув, а ему по барабану. Сидит лыбится, ребенок. Громко отчитать я его не могу, на шум может обернутся Клэр и все увидеть, поэтому просто наблюдаю за полетом «летающих тарелок». И вот керамическая посуда стоит стопочкой — все обошлось. Но серьезного разговора Даниэлю не избежать. В этот момент к нам вернулась хозяйка дома, прихватив десерт в виде пирога с яблоками. — Ого, ну вы и быстро управились! — удивленно взглянула на нас бабушка, взяв в руки стопку, отправилась к мойке. Я, подорвавшись, решил помочь. Но Клэр меня заверила. — Сиди, сиди. Попробуй пирог, я что, зря старалась? Действительно, решение, принятое мной, было как никогда верным. Даниэль не должен мучится, ведь у него есть полное право спать и есть в нормальном доме, а не быть со мной и вести кочевой образ жизни. Переведя взгляд на младшего, я с недоумением заметил задумчивое выражение лица. Рассеяно, помешивая чайной ложкой напиток, он уставился в тарелку, так и не притронувшись к выпечке. Потянувшись к его руке, я замер в нерешительности. Чего это с ним? Обиделся на меня? — Бабушка, можно тебя спросить кое о чем. Про запертую дверь… на втором этаже. — тихо начал младший, осторожно выглядывая из-под челки. Клэр, перестав мыть посуду обернулась на нас. Я знал, что именно скрывает эта комната, но брат не спрашивал у меня на прямую, а я же решил благоразумно молчать. — Ничего такого, Даниэль. Просто куча различных старых вещей, в общем хлам. Само помещение нам без надобности, вот и сделали из него кладовую. — расплывчато ответила хозяйка, чересчур усердно протирая помытые тарелки кухонным полотенцем. — Но зачем запирать кладовую на ключ? — не унимался братишка, удивленно воскликнув. — Там столько всего навалено, что даже зайти туда опасно, не споткнувшись об что-нибудь. Особенно тебе там делать нечего. От того и закрыли, ясно? — нервно ответила Клэр, расставляя утварь по своим местам. В край обидевшись, Даниэль сложил руки на груди и пробурчал: — Херня это все! — в сердцах ругнулся он. Мда, еще один факт того, что я плохо влияю на младшего. Надо самому следить за языком, что бы брат не перенимал вредных словечек. — Даниэль, не ругайся! — осадил его я, опережая бабушку. Пусть лучше на меня обижается, чем на других. В первую очередь это моя вина, что он не следит за речью временами. Та, взглянув на меня с укором, покачала головой и отвернулась обратно к мойке. Остынув, младший, стушевавшись, тихо произнес, виновато взирая на меня: — Извини меня, Шон. Опять вспылил, забыв обо всем… Я, оглядев его строгим взглядом и нахмурившись, произнес: — Да, именно это ты и сделал, брат. В следующий раз думай, прежде чем что-нибудь сказать. Понял? Расстроенно кивнув, он, встав из-за стола, направился в гостиную на диван. Да, иногда я с ним строг, но по-другому он не послушал бы. Его неуправляемость в поведении, порой, выводит меня из себя. В горле запершило от неприятного разговора, захотелось выйти во двор и вдохнуть морозного воздуха или покурить. Жаль последнее в данном месте не сделаешь. Стены кухни стали будто сдавливать меня, заставляя чувствовать себе совершенно неуместно среди этих красивых рамочек и цветочных горшков. Все это точно не по мне, этот уют и стерильная чистота нервируют. Переведя взгляд на Клэр, я уточнил. Зачем скрывать то, что в принципе большой беды не сделает? — Может, тебе стоило сказать ему, что это была комната Кэрен. — А тебе стоило бы научить его следить за языком. — раздраженно парировала она. Несколько минут, мы просто молчали, пытаясь утихомирить свои чувства, да бы не произошла очередная ссора. Обреченно выдохнув, бабушка спокойно продолжила. — Шон. Сейчас это просто комната, там ничего нет… Прервав ее оправдания, я, чтобы достучатся до истины, настойчиво проговорил: — Хорошо. Но зачем на ней висит замок? Стояла бы открытой, никто бы не обратил на нее внимания — запнувшись, я задумчиво добавил. — Будто ты что-то скрываешь. Подойдя ко мне и повесив полосатое полотенце на спинку стула, она устало произнесла, положив мне ладони на плечи: — Там нет никаких секретов. Шон, мы просто хотим жить дальше, не оглядываясь назад. — мысленно согласившись с ее речью, я кивнул. Продолжив, Клер отошла к выходу из кухни. — Пока в моем доме живете, соблюдайте, пожалуйста, мои правила, хорошо? Не хочу, чтобы вы вляпались в еще большие неприятности. — Хорошо, Клэр. — ответил я, вставая со стула. — Вот и славно. — помолчав с минуту, я уж было собрался идти за Даниэлом, как вдруг бабушка окликнула меня. — Совсем забыла. Сегодня воскресенье и мы со Стивеном собираемся в церковь. Поможешь мне кое в чем? Поставить стирку и прибрать все игрушки Даниэля по дому, м? Конечно. Всё же обязаны ей крышей над головой. Да и мы семья, было бы слишком эгоистично жить не помогая ничем. Они же покрывают нас — преступников. Если б я только мог сделать хоть что-то, чтобы мы не оказались в такой ситуации. Но сейчас уже не изменить ничего, надо было раньше головой думать, решая померится силами с очередным придурком. Лучше просто плыть по течению, не ввязываться ни во что и радоваться любой помощи извне. — Одежда лежит в бельевой корзине в ванной комнате на втором этаже — продолжила Клэр. — Без проблем. — кивнул я, соглашаясь со всем. — Спасибо большое, Шон. — приобняв меня за плечи, она, накинув теплое шерстяное пальто и попрощавшись, вышла из дома. За ней засеменил дедушка, показавшийся из своей мастерской спустя пару минут. Кинув мне напоследок одобряющую улыбку, тот пикнул сингалкой, заводя автомобиль. *** Закатные лучи окрашивали нашу комнату в золотистый цвет, пока я прибирал игрушки на полках Даниэля. Клэр со Стивеном еще не вернулись. За время их отсутствия я вытер от пыли практически все, а стиральная машинка обрабатывает уже второй поток белья. Так странно, но чем больше я убираюсь, тем легче мне становится. Будто чисткой дома я хочу привести в порядок свой разум, избавив его от груза прошлого. Брата я работай не напрягал, пусть отдохнет пока может. Он вроде резвился во дворе, надо бы позвать обратно, чтобы снова не простудился. Откинув тряпку в умывальник и умыв лицо, я направился вниз. Так приятно находится в доме одному, в тишине, без вечных расспросов на ухо. «А что? А почему? А зачем?» Но одновременно с этим, я счастлив что у меня есть брат, весёлый, наивный ребенок, моя семья. Не хочу его никуда от себя отпускать. Вот такой парадокс. Выглянув наружу, во двор, я удивился, не найдя резвящуюся фигуру супер-волка. Вроде недавно из окна его видел, а теперь как будто испарился. Оглядев территорию и проверив каждый кустик, и не найдя младшего, я зашел обратно в дом. Может он спрятался от меня или решил помастерить что-нибудь в дедушкином кабинете. Зайдя в мастерскую, я внезапно услышал шум со второго этажа. Что это за звук? Неужели братишка решил пробраться в закрытую комнату матери. Ну почему он у меня такой непослушный. Я что, мало его предупреждал о последствиях своих действий. «Его эгоизм, когда ни будь меня доконает.» — бурчал я, твердой походкой поднимаясь наверх. Я был прав. Даниэль, собственной персоной, пытается взломать дверь с помощью суперсилы. Удачно, что я успел вовремя, и дверь лишь слегка треснула в месте у замочной скважины. Увидев меня, он резко отпрыгнул от нее, виновато смотря на меня из-под челки: — Шон!.. Прости, просто мое любопытство меня в конец извело. Мне так интересно узнать, кем именно была моя… мама. Я знаю тебе о ней больно вспоминать. — на этом моменте я захотел перебить речь брата, заверив его в обратном. — Не перебивай, брат. Я же вижу твои глаза, когда заходит речь о ней. Просто… ты хотя бы знал ее, я же даже не видел в живую. — Но от этого и больнее, когда знаешь в лицо того, кто тебя предал. — спокойно проговорил я, всматриваясь в лицо Даниэля. И подумав с минуту, добавил — Но ты же теперь не отстанешь, да? Эмоции сменялись со скоростью света, и вот он уже скачет радостно вокруг меня: — Ура! Я верил, что ты согласишься. Давай теперь найдем ключ или я сломаю засов с помощью способностей. Испугавшись последствий, я помотал руками, прерывая идею брата на корню: — И что? Взорвешь дверь или случайно стену выломаешь? Давай по старинке, не помнишь куда она положила ключ? — замерев в недоумении, младший вопросительно уставился на меня. — Ну ты же видел ее сегодня утром? Колись давай, Шерлок. Воскликнув, брат хлопнул себя по лбу: — Точно! В карман жилетки, думаю в ее комнате она должна висеть. Поищи, а я спущусь и покараулю у входной. — предложил дельную мысль супер-волк. Кивнув, я направился на поиски. Мы можем быть отличной командой, когда захотим. *** Life is Strange 2 OST: New Dawn Даниэль был прав, и уже через пару минут мы стояли в комнате Кэрен, осматривая каждый уголок. Какие-то вещи я вспоминал, а что-то видел в первые. Наверное, прошло минут десять, а братик все скачет из стороны в сторону, пристально изучая каждый предмет. Удивительно, но ненависть я не испытываю, находясь здесь меня одолевает лишь тоска. Тут мое внимание привлек лист, явно свежей бумаги. Подойдя и развернув его, понял, что это напечатанное письмо, отправителем которого является… — Шон, что-то полезное нашел? —спросил младший, подходя ко мне. Застыв от неверия, я прошептал: — Письмо. Свежее письмо, написанное нашей матерью. Брат, расширив глаза, удивленно уставился на меня. Я продолжил, осознав написанное: — Родители Кэрен пытались скрыть именно это! Если честно, я их не виню. Её «переживания» ничего не меняют, если бы было не все равно, приехала бы. — с горечью прошипел я, отдавая письмо брату. — Может она испугалась за нас, просто не смогла добраться до этой деревни вовремя? — неуверенно предложил Даниэль, вчитываясь в строчки сообщения. Схватив его за плечи, я резко встряхнул, рассержено заверяя: — Не надумывай себе. Я знал ее лично, ей на нас все равно, Даниэль. — Но, вдруг она передумала… Пригвоздив брата строгим взглядом, я холодно произнес: — Она никогда нам не писала с того момента как ушла. Ни одной весточки на дни рождения, ни открытки на рождество. Тишина, будто и не было матери у нас никогда. Поверь мне, hermano, люди которым не все равно, так не поступают с родными детьми. — устало закончил я, прижав расстроенного брата к груди, крепко обнимая подрагивающее тельце. Послышался шум, и к нам в комнату завалились старшие, причитая: — Ох нет, господи, что вы тут делаете!? Боже, как же не вовремя. Дело запахло жаренным. Но и они от нас скрывали то, что мы в праве знать. Клэр тем временем продолжила: — Вы, я гляжу, обшаривали наш дом, пока мы были в церкви? — ее возмущению не было предела. — Нам нужны были ответы. — твердо начал я. — И это все что вы можете сказать? — вопила бабушка, нервно хватаясь за сердце. Не выдержав ругани, Стивен решил вмешаться: — Дорогая, успокойся! — беспокойно прохрипел старик. — Нет, Стивен! — осадила мужа Клэр, недоуменно взирая на нас. — Они перешли все границы! Мы же ясно просили не заходить в эту комнату. Даниэль вскипел, выходя вперед меня, решив защитить свою позицию: — Но у меня есть право здесь находится. Я же ее сын! На что бабушка, воскликнув, произнесла: — Это больше не ее комната! Нечего тут смотреть! Пора бы вам научится соблюдать правила… Так больше продолжатся не может, надо показать из-за чего мы здесь, и спросить, почему Клэр это скрывала. — Мы кое-что нашли. Любопытное письмо — начал я, потрясся им перед собой в воздухе. — Ага! — вторил мне брат. — Письмо от нашей мамы, отправленное сюда совсем недавно. Она написала, что хочет увидеть нас! Увидев замешательство на лицах старших, я спокойно продолжил: — Но… Вы даже не решились нам об этом сообщить, хотя письмо напрямую касалось именно меня с братом. Раздраженно убрав мешающие пряди волос с лица, бабушка прохрипела: — Она нам больше не дочь. А вам — не мать. Нет смысла с ней связываться. Одно письмо не изменит того, как она со мной поступила… со всеми нами. — подойдя, она выхватила письмо из моих рук. — Её здесь никто не ждет. — Но не вини хотя бы нас, за любопытство… — парировал я, подходя ближе к Карэн с тревогой разглядывая расстроенного Даниэля. — Правда, я лучше ее знаю, она не изменилась. Ее просто мучает совесть. — устало защищалась хозяйка дома, грустным взглядом смотря на нас. — Не хочу это слушать. — не выдержал Стивен, поспешно удаляясь из помещения. Если честно, я бы тоже хотел убраться от сюда, избегая бессмысленного разговора. Не думаю, что мы сможем прийти к согласию после такого. Утаивать от нас то, что по праву нам принадлежит, прикрываясь прошлым. Это так подло, еще и нас обвинять… Подойдя ближе, Клэр успокаивающе положила руки нам на плечи. — Слушай, Шон. Жизнь сильно потрепала вас обоих за месяц. И… мы с очень многим смирились. Но… вы рылись в наших вещах, в личном имуществе… Теперь ясно что вы нас не уважаете. Мы можем пойти в тюрьму просто помогая вам! — раздосадовано причитала бабушка. — Где ваша благодарность? Вам придется изменить свое поведение, если хотите продолжить оставаться в нашем доме. — О, теперь ясно почему мама не захотела оставаться с вами. — не выдержал ее давления. Я сам любитель правил, но это уже слишком. Для семьи их не должно быть. Достаточно лишь уважения и честности, чтобы жить в согласии. — Её задолбали ваши, чересчур часто упоминаемые, правила. Прервал нашу перепалку звук упавшего предмета и вскрик дедушки. Немедля ни секунды, я с Даниэлем побежал вниз, к источнику шума. — Стивен! Ох, дорогой, нет! — испуганно пролепетала Клэр, садясь рядом с пострадавшим. На него упал шкаф. Еле как пытаясь его сдержать Стивен оперся о него руками, пытаясь оттолкнуть. — Все же надо было его починить. — хрипло сказал дедушка. — Моя лень когда-нибудь сведет в могилу. Осмотрев ситуацию, я понял, руками не помочь, сил моих тут недостаточно. Но вот кое-кто другой с этим справится. Скомандовав жестом Даниэлу, я решил действовать. План прост: супер-волк помогает, я делаю вид что поднимаю. Никто не о чём не догадается. — Ох, слава Богу. Спасибо вам, ребята — со слезами на глазах, благодарила Клэр, поглаживая руку Стивена. Все обошлось, и дедушка не пострадал, мы пришли вовремя. И все благодаря братишке. Только мы все успокоились, прозвенел дверной звонок. Ох нет, я нутром чую — полиция. Видимо у меня уже внутренний радар на копов выработался. Клэр, заглянув в окно, оторопела. Растеряно, взглянув на нас, она прошептала, мотая головой: — Мальчики… Нет, не подумайте, мы бы не обращались к ним… Схватив бабушку за плечи, я аккуратно обнял, шепча: — Знаем. Не переживайте, я верю вам. Просто нам, как всегда, не везет. Простите что навлекли их сюда. — удручённо взглянув, я предложил. Сам же, даже не представляю, как они вышли на наш след. Может кто-то из соседей увидел… Мы были не осторожны. — Если меня с Даниэлем найдут тут при обыске, запишут вас в сообщники. Нам лучше уйти. Сейчас. Клэр, обняв нас вдвоем, тихо согласилась: — Соберите вещи и покиньте дом через заднюю дверь. Я пока их заговорю. Удачи вам… О, Господи… — расстроено плача, сокрушалась бабушка. — Если бы мы могли сделать большее для вас. Хотела бы я, что б вы вдвоем остались тут, с нами… в тепле. Стивен, поднявшись крепко стиснул нас в медвежьи объятья, поддержал: — Заботься о брате, Шон. Мы увидимся при первой возможности, хорошо? Кивнув, я, вытерев влагу со щек побежал наверх, оставляя брата ждать меня во дворе. Сбирая рюкзак, я опять мысленно прощался с этим местом, с теплом и ощущением безопасности. В глазах щипало. Больно осознавать, что надо опять скитаться, продумывая каждый шаг. Бежать вперед не оглядываясь. Иногда я думаю, может было бы лучше сдаться, оставив Даниэля в надежных руках. Но так просто, даже не поборовшись за наше счастье, было бы слишком трусливо и глупо. Раз уж идем, надо сделать это до конца. Надеюсь, это верное решение… *** — Шон, как думаешь, мы еще встретимся с дедулей и бабулей? — удручённо спросил брат, с грустью рассматривая свои руки. Мы скрылись через ближайший лес, и на нашу радость, встретили железные пути. Думаю, это станет отличной возможностью пересечь пол штата, не затратив и доллара. Надеюсь, родственники смогли выкрутится, не выдав наше расположение. Не хотелось бы что бы из-за меня у них появились проблемы с полицией. Это будет нам уроком, не сближаться с людьми, такое решение принесет лишь разочарование и боль от не сбывшихся надежд. Не надо впутывать в наши дела неповинных. Мы, как магнит для неприятностей, и в итоге прилетает всем. Присев на поваленное бревно, мы решили дождаться какого-нибудь поезда, чтобы, запрыгнув на него, доехать в новое место. По карте этот путь пройдет на юг, так что мы в плюсе. Осталось только привести чувства в норму… как всегда. — Не знаю, супер-волк. Но будем надеется на лучшее. — всматриваясь в даль, заверил я. — Сейчас двигаемся дальше… Прости, что опять так вышло, что мы бежим… Взяв мою подрагивающую от напряжения ладонь в свои руки, братик спокойно произнес: — Не твоя вина, что они опять нас нашли. И… что отца тогда пристрелили. — тихо добавил он, ласково поглаживая мою кожу, исписанную множественными шрамами. — Но… куда мы теперь держим путь? Может наведаемся к матери? Нахмурив брови я перевел взгляд на брата, аккуратно сжимая рукой его ладошку: — Не думаю, что она нам реально поможет, не сдав копам. — помолчав с минуту, продолжил. — Я понимаю, что тебе хочется к единственному родителю, который у тебя остался. Но… мы же решили, что создадим новую жизнь в родном городке нашего отца, в Пуэрто-Лобос. Единственная цель, которой я живу, обеспечить тебе свободное будущее. Просто верь в меня. — Шон, я тебе верю. Не могу по-другому, ты же заботишься обо мне и любишь. Пойду за тобой куда позовешь. Пока нужен тебе, я буду рядом, несмотря ни на что. — заверил меня Даниэль, прижимаясь ко мне боком. Ох, что за откровения, редко когда младший так высказывается по отношению ко мне. — Я позабочусь о тебе тоже. Оттолкнув его в сторону, я весело просмеялся: — Ооо, вот этого мне не надо. Я сам послежу за собой, мамочка. — мне прилетел тычок маленьким кулачком в бок. Вдруг я услышал шум, и оглянувшись вперед, увидел скорое приближение грузового поезда, перевозящего, по-видимому, строительные материалы. — Давай, братик. Потом подуешься, побежали! — скомандовал я, подбегая к путям. Ох, первый раз запрыгиваю на едущий транспорт, страшно жуть. Подхватив на руки подбежавшего Даниэля, я приготовился. В такие моменты меня почему-то не одолевает, стыд или опасность. Мне становится, наоборот, легко. Будто чувство свободы полностью поглощает мой разум, скрывая страхи где-то в глубине сознания, оставляя лишь смелость и желание действовать. Думаю, именно это и называют счастьем.