Who am I offending now?

I can see you standing, honey.

With his arms around your body, laughing

but the joke's no funny at all..

Я вижу, как ты стоишь, милая,

Когда его руки обнимают твоё тело,

Смеёшься, но шутка ни капли не смешная…

Нью-Йорк, США

13 сентября, 2009

      Драко знал, что в конечном счёте ему придётся увидеть Гермиону Грейнджер. Это было неизбежно, реально, и вовсе не из-за недостатка стараний с его стороны. А он старался — старался вычеркнуть её друзей из своей жизни (что, конечно же, пошло наперекосяк, когда Пэнси Паркинсон — его лучшая подруга, стала встречаться с Гарри Поттером — её лучшим другом), пробовал переехать в магловский Лондон (что опять же не сработало, как он и подозревал, когда не смог починить чёртову плиту и чуть не сжёг квартиру), он даже пытался переехать в Америку (что исключило присутствие Грейнджер, но не помогло стереть воспоминания о ней). Но ничего из этого не сработало. Драко знал, что так и будет, однако какая-то упрямая часть внутри него твердила, что если он приложит достаточно усилий — попросит усерднее — то сможет устранить Гермиону Грейнджер навсегда.       Знал, что ему придётся увидеть Гермиону Грейнджер снова. Просто не ожидал, что это случится так скоро — трёх лет слишком мало, чтобы забыть такую великолепную ведьму. Даже два года в чёртовой Америке под палящим солнцем, где он трахался с красивыми девушками, считавшими его акцент привлекательным, не смогли стереть Гермиону Чёртову Грейнджер из памяти.       Он знал, что ему придётся увидеть её снова. Просто не хотел, чтобы это было так — с лёгкой руки Пэнси Паркинсон. Он мог ей отказать, конечно, но если не хотел, чтобы она приехала в Нью-Йорк и прокляла его яйца, у него не было иного выбора, кроме как посетить свадьбу Избранного. И если откровенно, Драко не хотел пропустить такое важное событие лишь потому, что боялся встретить Гермиону Грейнджер.       Он знал, что ему придётся увидеть её снова. Просто не ожидал, что это будет так. Когда её последние слова до сих пор звенят в ушах.       Ничего не получается — у нас ничего не получается.       Он знал, что ему придётся увидеть Гермиону Грейнджер снова — просто желал избежать этого. Навсегда.

—

I can see you staring, honey.

Like he's just your understudy, like you'd

get your knuckles bloody for me

Вижу, как ты смотришь, милый,

Словно он твой дублёр,

Слово ради меня замараешь руки.

Лондон, Англия

13 сентября, 2009

      — Грейнджер, — Пэнси звала её уже третий раз за утро, возвращая к жизни, вытаскивая из мыслей. — Порядок? — Гермиона кивнула, вкалывая очередную шпильку в волосы Пэнси, заставив ту зашипеть. — Да чёрт подери, женщина. Какого хуя? Ты пытаешься убить меня в день свадьбы?       — Я… Прости, Пэнси, — промямлила Грейнджер, её лицо покраснело, когда она увидела свои трясущиеся руки. — Это просто… Мне нужно на воздух. Дафна, закончишь причёску за меня? — и даже не дождавшись ответа, всунула шпильки Дафне в руку и спешно покинула комнату, судорожно глотая воздух и успокаивая нервы.       Гермиона знала, что в конце концов придётся увидеть его снова, но это оказалось неожиданным, словно бладжером в грудь, когда она просматривала список гостей.       — Драко Малфой придёт? — спросила она у Гарри дрожащим голосом, получив самый жалостливый взгляд из всех, что дарили ей друзья.       — Он друг Пэнси. Я не мог сказать ей «нет», Гермиона. С тобой… всё будет в порядке?       Гермиона сказала «да». Или что-то в этом роде. Она не могла вспомнить, была слишком поглощена прошлым. Их прошлым. И теперь пыталась избавиться от этого.       Дыши, — призывала она себя. Она должна. Знала ведь, что придётся увидеть его снова. Конечно, знала. Её лучший друг встречается с его лучшей подругой — они обречены встретиться. Это было просто… просто. Три года — долгое время, почти настолько же долгое, как их отношения. Достаточно для того, чтобы заставить себя забыть о нём в своей рутине. Забыть, что раньше просыпалась рядом с ним. Что раньше она была не просто «Гермиона» — они были «Гермиона и Драко». Только в комплекте. Достаточно времени, чтобы пойти дальше, не вспоминая его на регулярной основе.       Но даже близко недостаточно, чтобы увидеть его. Встретиться со своим неудачным прошлым. А она не привыкла к неудачам. Не привыкла получать замечания, которые не заслужила; дела, которые в конечном итоге не оказались успешными; недостатки, которые не уничтожила. Но не могла стереть этого человека вместе с воспоминаниями, или могла?       Она знала, что ей придётся увидеть Драко Малфоя снова. Просто хотела избежать этого. Навсегда.

      —

And it took you five whole minutes

to pack us up and leave me with it

Holding all this love out here in the hall

Тебе потребовалось целых пять минут,

Чтобы собрать то, что было между нами, и отдать мне,

Выставив с этой любовью в коридор.

Лондон, Англия

13 сентября, 2009

      Он страдал от смены часовых поясов и определённо собирался пропустить предсвадебный ужин. Несмотря на то, что Пэнси настаивала, чтобы он использовал международный портключ, Драко обнаружил, что самолёт — лучший выбор. Это дало ему время подумать и тщательно подготовиться к встрече с Гермионой Грейнджер, а также собрать в кучу всю тоску, горечь и панику и вернуть туда, где им самое место: на задворки подсознания. А ещё это дало ему повод пропустить ужин и, следовательно, избежать встречу с Грейнджер в этот вечер.       Прочищая себе путь через толпу маглов настолько спокойно, насколько мог, будучи в паршивом настроении, прерываясь на мрачные мысли, он выискивал глазами Тео. Тео, лучше всех знакомый с магловскими технологиями среди его друзей, взял на себя труд подготовить гостевую комнату в его квартире, — которую они делили, прежде чем он съехался с Гермионой, — для Драко и забрать того с аэропорта. Он мог поехать в Малфой Мэнор, если бы не сжёг тот дотла.       Два года назад, перед тем как полететь в Америку, он поджёг своё поместье и смотрел, как то горит. Никто на самом деле не знал, кто это сделал, однако все поняли. Она уж точно. Он не мог оставить его стоять, это запятнанное поместье хранило слишком много воспоминаний. Он не мог позволить заразному месту существовать, да и к тому же хотелось что-нибудь сжечь, потому что не мог поступить так же с проклятыми воспоминаниями. Он смотрел, как оно горит, а потом сел на самолёт.       — Драко! — Теодор выкрикивал его имя, выискивая глазами Драко и размахивая длинными конечностями, пытаясь привлечь его внимание. Малфой вздохнул, признательно кивая и шагая к Тео. — Что-то ты долго, приятель.       — И я рад тебя видеть, Нотт, — проворчал Драко, получив беззаботный смешок от Тео. Прошёл год с тех пор, как он видел друга в последний раз, когда тот навещал его в Америке. Прошло два с тех пор, как он ступал на британскую землю. Он старался не зацикливаться на этом, не позволять себе думать, что эта сцена была слишком знакомой, до сих пор содержащей слишком много воспоминаний. Постарался сосредоточиться на Тео и на том, как тот постригся — ну или не постригся. Тот собрал длинные волосы в пучок.       — Тоже по тебе скучал, Малфой, — огрызнулся Тео, идя в сторону выхода. — Я понял, что ты будешь слишком уставшим, чтобы аппарировать, поэтому купил машину.       — Ты водишь?       — Получил права шесть месяцев назад, — пожал плечами Тео. — Вождение расслабляет. А ещё это очень удобно.       — Я знаю. Я ведь тоже вожу.       — Представляешь, наши предки наверняка перевернулись в гробу из-за этого разговора, да? Я буквально чувствую, как Авраам Нотт разрывает мои барабанные перепонки своим истерическим криком.       — Абраксас Малфой, наверное, рыдает, — ухмыльнувшись, пожал плечами Драко.       — Да у тебя ещё и американский акцент появляется. Честно, Малфои бьются в истерике в загробном мире.       — Ну и пусть, — сказал Драко, стараясь говорить с акцентом, чем вызвал взрыв смеха у Тео.       — Очень мило, — усмехнулся он, когда они поместили вещи Драко в багажник и уселись на свои места. — Уверен, что не хочешь пойти на ужин? Пэнси заказала два самых изысканных блюда. Мерлин в курсе, что я не знаю названия ни одного из них.       — Я очень устал, — объяснил Драко. — Предпочёл бы пропустить.       — Потому что устал или потому что Грейнджер там? — спросил Тео, а из-за упоминания Гермионы во рту пересохло. Он не ожидал, что она всплывёт в разговоре вот так сразу. Тео заметил тишину, повисшую между ними, и попытался её заполнить. — Блейз захотел пропустить ужин, хотел встретиться с тобой.       — Правда? — спросил Драко, но голос предал его, показывая, насколько удивлён он был. Тео пожал плечами, не отрывая глаз от дороги.       — Он так сказал, — ухмыльнулся Тео. — Но я думаю, он просто отчаянно хотел пропустить ужин. Пэнси последнее время на взводе. Предсвадебный мандраж, но сказать честно, она стала сумасшедшей.       — Насколько я знаю, нельзя ругать невесту в ночь её предсвадебного ужина.       — Насколько я знаю, мне насрать, — огрызнулся Тео, привычка, которую он перенял у Драко со времён Хогвартса. Малфой усмехнулся.       — Пэнси бы вырвала тебе язык, если бы знала, что ты только что сказал, — пожал плечами Драко.       — Тогда как насчёт того, чтобы не говорить ей? — Тео взглянул на Драко, в его глазах мелькнуло озорство. — Я очень люблю свой язык, ты же знаешь, — Драко усмехнулся, благодарный за то, что Тео увёл тему от Грейнджер, но как только они остановились напротив его — ранее их — квартиры, сердце Драко пропустило удар, а в горле снова пересохло. Это уже слишком. Ему стоило снять комнату в отеле. Стоило пойти куда угодно, но не сюда.       — Драко, — голос Тео снова вырвал его из мыслей, он заставил себя оторвать взгляд от здания и посмотреть на Тео. — Это просто здание. Это ничего не значит, — Драко попытался кивнуть, позволить словам Тео проникнуть в голову. Это должно было убедить его. Но не убедило. Это не просто здание. Здесь они впервые поцеловались, здесь впервые сказали «Я тебя люблю», здесь была их первая ссора, здесь она устроила ему вечеринку-сюрприз в честь дня рождения. Это было не просто здание.       — Я понимаю, — сказал он. Солгал. Он не понимал. Просто знал, что ему уже гораздо труднее, чем ожидалось. Он не должен был приезжать.       Ничего не получается — у нас ничего не получается.

—

Лондон, Англия

2 июля, 2004

      Её глаза сфокусировались, она зажала между пальцами прядь волос, наматывая её на палец и совсем не обращая внимания на Драко, смотрящего на неё. Улыбка тронула его губы, когда он посмотрел на девушку — свою девушку.       — Над чем работаешь? — спросил он, откидываясь на спинку стула, касаясь своими ногами её, заставляя покраснеть, даже не оторвавшись от страницы.       — Пытаюсь прочесть биографию Ньюта Саламандра в третий раз, убедиться, что не пропустила ни одной важной детали, которую можно использовать для программы регуляции магических существ, — сказала Гермиона, надув губы и посмотрев на него. — Но кое-кто не даёт мне сосредоточиться.       — Я польщён, что так сильно на тебя влияю, Грейнджер, — ухмыльнулся Драко, вставая со своего кресла и двигаясь к ней мучительно медленно, заставив её закусить нижнюю губу и покраснеть ещё больше. — Но я могу и не отвлекать тебя, если ты дашь мне то, что я хочу, — его голос был низким и глубоким, когда он наклонился к ней и позволил словам коснуться мочки её уха. Она стала дышать глубоко, а пальцы сжались.       Вот что я с ней делаю — только я. Моя девочка.       — Драко, — выдохнула она его имя, когда он задрал ткань её юбки, мягко скользя пальцами по нежной коже, рисуя незамысловатые фигуры на внутренней стороне бедра. Она тихо застонала. — Да, любовь моя? — выдохнул он. Его язык коснулся мочки её уха, сорвав имя с губ. Драко ухмыльнулся.       — Что ты хочешь? — глубокий вдох, а затем высокий дрожащий голос. Драко отстранился так, словно ничего не произошло, и посмотрел на неё самым невинным взглядом. Она надулась, больше не чувствуя его тепла, щёки её зарделись, а сама она готова была заключить с ним сделку.       — Позволь мне удовлетворить тебя, — ухмыльнулся он. — Тебе даже необязательно прекращать читать. Я буду под столом.       Она посмотрела на книгу в руках — свою единственную настоящую любовь — и снова на Драко. Задумчиво облизнула губы, а потом те превратились в тонкую полоску, словно она составляла список всех «за» и «против» в уме. Он улыбнулся девушке напротив, когда взгляд её наконец сменился решительным.       — Ладно.       — Ладно?       — При условии, что ты будешь действовать быстро и тщательно, — бросила она вызов с улыбкой.       — О, мне очень нравится быть скрупулёзным, — принял вызов Драко, отодвигая стул, чтобы встать на колени между её ног, раздвигая их. Его руки мягко коснулись ткани трусиков. — Что я получу, если буду очень, очень скрупулёзным, Гермиона? — он вздохнул, когда заметил её реакцию на имя.       — Что-нибудь, — пробормотала она, когда он прижался открытым ртом к её бедру, стягивая трусики вниз, видя, насколько она влажная.       С ухмылкой он позволил языку приблизиться к ней на дюйм, но так и не добрался до клитора, проведя влажный след вдоль бедра. Гермиона зашипела, руки её старались удержать книгу из последних сил, а сама она пыталась не закрыть глаза.       — Не забывай о правилах, — прорычал Драко, касаясь дыханием её кожи. — Продолжай читать.       — Я… Драко…       — Когда родился Саламандр? — с угрозой спросил Драко, позволяя кончикам пальцев скользить по кругу, но не входя в неё. Она со свистом выпустила воздух сквозь зубы. — Грейнджер, ты знаешь ответ?       — Я… Драко, пожалуйста, я… — у неё перехватило дыхание, когда кончик его языка завис над клитором. Облизывая его, пальцами он выводил круги на внутренней стороне её бедер. Её мышцы были напряжены и уже сокращались.       — Ты ведёшь себя очень плохо, Грейнджер, — игриво прошипел он, отстраняясь и глядя на её раскрасневшееся лицо невинными глазами. — Ты портишь игру. Отвечай на вопрос, любовь моя. Каких тварей ты собираешься освободить?       — Прямо сейчас только себя саму, — ответила она, в голосе прозвучала досада. — Перестань, Драко, пожалуйста, — захныкала она, сморщив нос.       — Мне нравится, когда моя женщина умоляет, — прошипел он, чувствуя знакомое, восхитительно болезненное подёргивание в штанах, прежде чем опуститься к ней, проникая первым пальцем. Он провернул его, а затем добавил второй, услышав нетерпеливый стон Гермионы, когда убрал пальцы, проникая в неё языком. Её бëдра мелко подрагивали, а тело резко вздрогнуло, но он удержал её на стуле. Раздался громкий стук, когда она уронила чёртову книгу и схватилась за его пальцы, показывая, что оргазм уже близко.       — Драко, — простонала она его имя, пытаясь сжать ноги, но Драко не позволил ей это сделать, удерживая их, дразня её кожу языком, в то время как его пальцы проникли глубже. — О, Драко, — гортанно простонала она, задыхаясь от ощущений. Драко ухмыльнулся, отстраняясь, и облизнул свои пальцы, не спуская глаз с Гермионы.       — Быстро, — протянул он. — И тщательно. Очень, очень тщательно, — она кивнула, лицо её всё ещё горело. — А теперь моя награда, Грейнджер.       — Что? — выдохнула она. — Чего ты хочешь?       — Переезжай ко мне, — сказал он, уверенность медленно улетучивалась, сменившись нервным узлом, затянувшимся внизу живота, когда он посмотрел на неё. Она вскинула голову, её глаза были широко открыты в замешательстве.       — Что?       — Давай… будем жить вместе. Мне так надоело, что Тео мой сосед по комнате, а у тебя прекрасная и почти пустая квартира, которую ты ни с кем не делишь. Я могу быть очень быстрым и тщательным каждый раз, когда ты читаешь, — пояснил Драко, стараясь говорить небрежно и не позволить нервам омрачить его уверенность.       — Ты… Мерлин, ты уверен? — Гермиона запнулась, её глаза блестели от возбуждения и жара оргазма. Драко сжал губы и уверенно кивнул, делая вид, что снова облизывает указательный палец, наслаждаясь выражением лица Гермионы. — Да! Хорошо, давай… жить вместе, Драко.

—

Лондон, Англия

5 февраля 2006

      — Сегодня ночью меня не будет дома, — холодный голос Драко эхом разнёсся по тускло освещённой гостиной, пока Гермиона читала книгу, даже не оторвавшись от неё, чтобы взглянуть на Драко.       — Хорошо, — только сказала Гермиона, не глядя на него. Он ждал другого ответа — может быть, вопроса. Куда ты идёшь? Она должна была спросить. Но она продолжала читать, не обращая внимания на Драко. Он хотел накричать на неё — спросить, в чём, чёрт возьми, проблема. Что он делал не так? Ей было плевать на то, что…       — Я иду к Тео, — добавил он, надеясь на ответную реакцию.       — Хорошо, — повторила она снова, как заевшая пластинка. Челюсти Драко сжимались и разжимались, а руки жаждали что-нибудь сломать. Но вместо этого он развернулся на каблуках и вышел, хлопнув дверью.       Ничего не получается — у нас ничего не получается.       Может быть, ему стоило обратить внимание на знаки.

—

Second, third and hundredth chances

Balancing on breaking branches

Those eyes add insult to injury…

Сотни шансов понапрасну,

Их исход был сразу ясным,

Сыплют соль на рану глаза твои.

Лондон, Англия

13 сентября, 2009

      В третий раз за ночь Гермиона замерла, уверенная, что видела Драко. Когда высокий мужчина развернулся, Гермиона поняла, что это был не он. Потом она заметила, что его светлые волосы были клубничного оттенка, в то время, как волосы Драко были едва белыми. А затем поняла, что не было, наверное, абсолютно никакой причины перепутать этих двоих, кроме чёртовых нервов. Гермиона поняла, что ждала появления Драко Малфоя. Может, он и не появится — надеялась, что не появится.       — Миона, — позвал её Рон со спины, заставив подпрыгнуть от неожиданности, повернувшись к нему лицом, раскрасневшись и запыхавшись. — Вау, немного на взводе?       — Пустяки, — сказала Гермиона. Это и было пустяком. Может, он и вовсе не появится. Может быть — она надеялась, что так и будет. — Я просто немного нервничаю, и всё.       — Тебе бы выпить, — улыбнулся Рон, предлагая ей свой стакан. Она благодарно приняла его, прижимая тот к губам и глотая. Горькая жидкость обожгла её горло, заставив вздрогнуть. — Вот это да, это было быстро.       — Нервы, Рональд, — огрызнулась Гермиона, прижимая стакан к его груди, пока он не взял тот, а потом отошла от Рона. Где, чёрт подери, Драко Малфой? Она сделала ещё один глубокий вздох, растирая виски, стараясь не думать о последней свадьбе, на которой была, — Невилла и Луны. Драко был с ней тогда, около четырёх лет назад. Она закрыла глаза, и воспоминания о той ночи заполнили её сознание.

—

Лондон, Англия

21 июня, 2005

      — Может хватит? — прошипела Гермиона, когда рука Драко в пятый раз за вечер поправила галстук. Он был обеспокоен, это было очевидно, но это всё равно бесило Гермиону до предела, то, как он извивался рядом с ней, как ребёнок, а не взрослый, в конце концов. Она фыркнула.       — Будет лучше, если я прокляну яйца Уизли? — возразил Драко. — Он пялится на тебя, как ебаный ястреб.       — Мы с Рональдом просто друзья, — вздохнула Гермиона, качая головой. Она устала разговаривать с ним на эту тему раз за разом. И уж точно не на свадьбе Невилла и Луны, ради Мерлина. — Боги, Драко. Ты можешь просто пережить ночь без драк… пожалуйста? Хотя бы раз?       — Хотя бы раз? — тон его звучал раздражённо, он закатил глаза, пока окружающие аплодировали первому танцу жениха и невесты. Гермиона пропустила его из-за Драко — ещё одно упущение из-за слизеринского гада, как она полагала. — Я сбился со счёта, сколько раз я терпел эти твои «одну ночь», только потому, что ты просила об этом. Теперь я даже не могу поправить свой чёртов галстук?       — Иди к чёрту, Драко, — прошипела она, вставая с места и уходя.

—

Лондон, Англия

13 сентября, 2009

      — Он не придёт сегодня, — тихий голос Гарри прервал её мысли, и она развернулась на каблуках, чтобы встретиться со своими лучшими друзьями. — Пэнси только что сказала мне. Он прилетел из штатов сегодня… сказал, что устал после перелёта.       — Он прилетел сюда? На самолёте? — спросила Гермиона, не в силах скрыть удивлëнный тон. Гарри лишь пожал плечами, выглядя невозмутимо.       — Он не придёт, — повторил он снова. Гермиона только кивнула.

—

Париж, Франция

11 марта, 2004

      — Это было необыкновенно, Грейнджер! — воскликнул Драко, голосом походя на восторженного ребёнка, словно копировал Тедди Люпина, глаза его сверкали. — Маглы гениальны, я тебе говорю! Металлическая коробка, летающая над странами без магии! Чертовски гениально!       Гермиона засмеялась. Он был таким милым.       — Ты надо мной смеёшься? — спросил Драко, слегка надувшись, внимательно на неё глядя. Она покачала головой, наклоняясь ближе.       — Я тебя обожаю, Драко Малфой, — прошептала она, прежде чем поцеловать его в губы.

—

I think I've seen this film before and

I didn't like the ending…

You're not my homeland anymore,

So what am I defending now?

You were my town, now I'm in exile, seeing you out

I think I've seen this film before

Кажется, я уже видел этот фильм,

И мне очень не понравилась концовка

Ты больше не моя родина,

Так кого же я сейчас защищаю?

Ты была моим городом, теперь я в изгнании, провожаю тебя до двери,

Кажется, я уже видел этот фильм.

Лондон, Англия

14 сентября, 2009

      — Ну, боже мой, разве ты не выглядишь восхитительно, Малфой? — подначивал Тео, заставив Драко закатить глаза, пока он изо всех сил старался выровнять галстук, поправляя официальную мантию. — Не будете ли вы так любезны составить мне компанию в качестве моего спутника, милостивый сэр? — этот болван пытался имитировать французский акцент, заставив Драко поморщиться, пока он слушал Тео.       — Да иди на хуй, — прошипел Драко, наконец удовлетворённый тем, как мантия на нём сидела, отходя на шаг от зеркала. Он проспал большую часть дня, лелея свою смену часовых поясов и тошнотворный страх, погрузившись в сон без сновидений. Тео разбудил его — подвергшись проклятию в процессе — два часа назад, бросив его в чёртов душ и крича, чтобы он собирался, потому что никто из них не заслуживал смерти от руки Пэнси в столь раннем возрасте. Его заставили, конечно.       — Драко, — его серьёзный тон вырвал Драко из мыслей, а серые глаза сфокусировались на Тео. — Ты уверен, что готов к этому?       — К чему? — Драко не был идиотом — он знал, к чему. Но, притворяться идиотом помогло ему выиграть время, чтобы поломать голову и придумать достаточно убедительный ответ.       — Ты реально хочешь, чтобы я это сказал? — прорычал Тео. — К тому, чтобы встретить Грейнджер снова.       — Если Уизли может регулярно видеть её, то я точно выдержу один вечер, — ответил Драко, пытаясь звучать небрежно. Тео, однако, мог видеть насквозь его чушь.       — Уизли не был в неё влюблён — не так, как ты — и Уизли не переезжал в чёртову Америку, только чтобы избежать встречи со своей бывшей девушкой, поэтому склоняюсь к тому, что ситуация не очень-то и похожа, — насмешливый тон Тео действовал ему на нервы.       — Дело не в ней, — невозмутимо ответил Драко. — Это ночь Пэнси. Дело не в ебаной Грейнджер.       — Ебаной Грейнджер? Ты планируешь…       — Завали, блять, ебало, Нотт, — прорычал Драко. — А теперь активируй камин, или ты настолько же безнадёжен в этом, как в умении захлопнуть рот?       — Дерьмовое настроение, я понимаю, — проворчал Тео, направляясь к камину. — Но не говори, что я тебя не предупреждал.       — Я здесь из-за Пэнси, — повторил ещё раз Драко, прежде чем шагнуть в камин.

—

      — Я уже и не думал, что ты появишься, — сказал Блейз, как только они заняли свои места в третьем ряду, Драко пытался не смотреть в сторону первого ряда, увидев Гермиону рядом с кланом Уизли.       — Это свадьба Пэнси, — невозмутимо ответил Драко, когда Тео бросил взгляд на Блейза.       — Ты понимаешь, что я имею в виду, — вздохнул он. — Я не думал, что ты готов…       — Это свадьба Пэнси, — прервал Драко Блейза холодным взглядом. — Я здесь ради своей подруги детства. Конечно, я ни за что не пропущу это.       Он не лгал. Не пропустил бы. Пэнси натерпелась достаточно дерьма, поэтому, когда она сказала, что влюбилась в Мальчика-Который-Не-Мог-Просто-Свалить-Из-Жизни-Драко, он не сделал язвительного замечания и не потащил её проверять голову. Он поздравил её и пожелал всего наилучшего, потому что Пэнси этого заслуживала. Всего самого лучшего. Это свадьба была вовсе не о нём и его смехотворной личной жизни.       — Ты можешь признать, что ты не… — начал Блейз.       — Я не собираюсь ни в чём признаваться, — холодно огрызнулся Драко на своего друга, вставая. — А теперь тише. Невеста идёт к алтарю.

—

Хогвартс, Шотландия

30 декабря, 2003

      Воздух был холодный, а ночной ветер продувал, казалось, до самых костей. Нос Гермионы покраснел, и она постоянно им шмыгала, прикрывая пушистыми перчатками, когда смотрела на него.       — Прости, не думала, что это займёт так много времени, — сказала она, прижимая книги к груди. Она была там, чтобы забрать несколько книг для своего последнего проекта в Министерстве, и поскольку забыла сделать это раньше, отправилась туда в канун Нового года.       — Знаешь, Грейнджер, ты ведьма, вполне способная накладывать Согревающие заклинания, — сказал Драко, подойдя к ней, и вместо того, чтобы наложить заклинание самому, накрыл её нос губами, целуя кончик. Она улыбнулась, когда он отстранился, а её лицо покраснело ещё больше.       — Но у меня есть ты, чтобы согреться, — просто пожала плечами она, взяв его за руку, и переложила книги в другую руку, уравновешивая их. — Это так странно, что в прошлый раз, когда мы здесь были, всё было разрушено, а сейчас… всё то же самое.       — Он эволюционировал, Грейнджер — вылечил сам себя, — предположил Драко, остановившись как вкопанный, когда она споткнулась, развернувшись к нему лицом. — Как и мы.       Гермиона хмыкнула, когда Драко наклонился к ней очень близко.       — Почти полночь, — сказал он, голос его был едва ли громче шёпота.       — Да…       — И мы здесь.       — Знаю. Мы должны пойти домой, — и в противовес словам не сделала ни одного движения, чтобы отстраниться или пойти в Хогсмид, откуда они могли бы аппарировать. Они оба знали, что не смогут вернуться в Лондон до Нового года.       — Думаю, мы должны поцеловаться, — сказал Драко как бы между прочим, приблизившись к ней так, что их носы соприкоснулись, а лбы прижались друг к другу.       — Зачем?       — Почти Новый год, я хочу поцеловать свою девушку. Это традиция, — объяснил Драко, бормоча слова в её кожу. — Ты же знаешь, как мы, чистокровные, чтим традиции.

—

Лондон, Англия

14 сентября, 2009

      Она пришла со спутником — это первое, что заметил Драко. И если откровенно, он не собирался смотреть на неё. Не хотел уделять ей даже взгляда. Он был здесь не ради неё — не ради того, чтобы быть жалким придурком и размышлять о девушке, что бросила его три года назад. Но она пришла со спутником. Он не знал этого парня — он был из Хогвартса? — но стоял рядом с Гермионой, что-то бормоча ей в ухо, когда она откинула голову назад и начала смеяться, как будто от этого зависела вся её грëбаная жизнь. Драко пытался не зарычать на эту сцену, как голодный волк, и отвёл взгляд, выпивая свой стакан шампанского залпом.       — Думал, дело не в Грейнджер, — сказал Тео, заставив подпрыгнуть на месте, когда тот подкрался к нему. — И всё же не хватает одного взгляда, чтобы заставить беднягу упасть замертво.       — Дело не в Грейнджер, — пожал плечами Драко, решив больше не смотреть в ту сторону. — Я просто… Я случайно посмотрел в их сторону. Не то чтобы здесь было много знакомых лиц.       Тео только хмыкнул, как будто не поверил ни единому слову, и всё же Драко пытался притвориться, что так и было — но с треском провалился.       — Он не её парень, — ни с того ни с сего выдал Тео, пожав плечами и хлебнув из стакана. Драко приподнял бровь, глядя на него. — Это Чарли Уизли — брат Уизела.       Точно, он должен был догадаться по большой копне рыжих волос на голове недоумка. Но был слишком занят, сжимая зубы, чтобы заметить хоть что-нибудь, кроме того, насколько близко они друг к другу стояли.       — Я не понимаю, как это меня касается.       Тео посмотрел на него равнодушными карими глазами, словно глядел в чёртову душу.       — Да, я тоже, — сказал он в итоге, стараясь выпрямить спину — безуспешно. Он постоянно сутулился. И добавил: — Пошли, шафер сейчас будет произносить речь.       Драко кивнул, бросая взгляд в их сторону в последний раз. Аура лёгкости вокруг Грейнджер рассеялась, сменившись задумчивым выражением лица, когда Чарли Уизли коснулся её плеча, что-то сказав ей, она кивнула и тоже ушла. Драко отвёл глаза.       Дело было не в Грейнджер.

—

I think I've seen this film before and

I didn't like the ending…

I'm not your problem anymore,

So who am I offending now?

You were my crown, now I'm in exile seeing you out.

I think I've seen this film before

So I'm leaving out the side door

Кажется, я уже видела этот фильм,

И мне очень не понравилась концовка

Я больше не твоя проблема,

Так кого же я сейчас обижаю?

Ты был моим венцом, теперь я в изгнании, провожаю тебя до двери,

Кажется, я уже видела этот фильм,

Потому выхожу с чёрного хода.

Лондон, Англия

14 сентября, 2009

      — Вот так я встретил Гарри Поттера — ребёнка в большой одежде и сломанных очках, но у которого было достаточно денег, чтобы купить чёртов поезд, и который поделился со мной шоколадом, — сказал Рон, улыбаясь Гарри. — Что касается его жены, я не могу сказать, что она произвела лучшее первое впечатление, — его заявление вызвало смех у их бывших однокурсников со времён Хогвартса, пока Слизерин чуть ли не рычал, когда Пэнси закатила глаза. Гермиона улыбнулась толпе, пока её глаза не остановились на определённом ком-то.       Драко Малфой.       Здесь, сидел между Теодором Ноттом и Блейзом Забини, выглядя изумлённым и скучающим одновременно, в то время как Тео что-то пробормотал ему, вызвав его фирменную ухмылку. Он покачал головой, лишь слегка ослабив галстук. Это зрелище заставило Гермиону чуть ли не подавиться напитком. Всю ночь Гермиона старалась не думать о том, что он здесь. Старалась удержаться от того, чтобы обвести толпу взглядом и найти его. Она даже пыталась не думать о нём до такой степени, что всю ночь думала только о нём. И, если честно, это приводило в ярость, то, насколько она была зациклена на том, кого не видела последние три года.       Он так сильно отличался от того, кого она раньше любила, и в то же время был так сильно на него похож. Его кожа была более загорелой, а волосы коротко пострижены и завиты сбоку. Он по-прежнему носил сшитые на заказ костюмы с золотыми запонками. Черты его лица стали более глубокими, а контуры тела более острыми. Он изменился внешне больше, чем когда-либо, выглядя как статуя со своим свободным галстуком и великолепно сидящим костюмом. Гермионе пришлось физически заставить себя отвести от него взгляд, прежде чем это стало бы напрягающим. Он по-прежнему был Драко Малфоем, но таким другим. Она не знала, как себя чувствует по этому поводу.       В конце их отношений ей было так трудно вспомнить причины, по которым она любила его раньше. Всё, что раньше вызывало симпатию, стало раздражать, каждая вредная привычка лишь усиливало это, вызывая желание рвать на себе волосы. После их расставания, когда она, свернувшись клубочком, лежала под простынями, стараясь заснуть в попытке сбежать от разбитого сердца, она помнила только хорошее. Теперь она помнила всё. И этот мужчина кардинально отличался от человека, что подарил ей те воспоминания.       Она осмелилась взглянуть на него ещё один раз, обнаружив, что его серые глаза смотрели на неё в ответ. Они оба замерли, сверля друг друга взглядами. Сердце Гермионы набатом стучало в ушах, пока они смотрели друг на друга. В его глазах не было ни раскаяния, ни мольбы, как будто он снова затеял драку. Словно был готов к бою.       Она не была.       Она так чертовски устала бороться. Вздохнув, она отвела взгляд, уставившись на Рона, пытаясь не отставать от смущающих воспоминаний о том, как Рональд застал Гарри и Пэнси, занимающихся этим на его диване, заставив толпу хохотать, а Гермиону скривиться.       Она до сих пор могла чувствовать его взгляд, прожигающий в ней дыру.

—

Лондон, Англия

14 февраля, 2006

      Лицо Гермионы покраснело, сердце бешено колотилось в груди. Она знала, что в последние несколько месяцев всё было непросто. Может быть, их медовый месяц закончился, и теперь им нужно было бороться, чтобы всё было хорошо. Она была готова бороться. Ещё раз взглянула на красное бельё в своей руке, прежде чем хихикнуть про себя и раздеться.       Она не ожидала, что Драко запомнит такой магловский праздник, как день святого Валентина, но она помнила и хотела сделать его особенным для него, поэтому купила смехотворно дорогое — и откровенное; честно говоря, почему они брали так много денег за такое мизерное количество ткани? — нижнее бельё, надев его перед тем, как Драко вернулся домой.       Она взглянула на себя в зеркало, выглядя довольной тем, как выглядела, как кружева обтягивали её изгибы, мало что оставляя воображению, но при этом делая её впечатляющей. Она улыбнулась, надев свою обычную свободную пижаму, и вышла из комнаты, устроившись в кресле, пытаясь забыть, насколько кружево неудобное, и читать, пока Драко не вернулся домой.       Время близилось к полуночи, когда её взгляд потускнел, а разочарование взяло верх, когда она поглядела на часы. 23:14. Где, чёрт возьми, Драко? Обычно он возвращался домой к десяти часам. Она раздражённо выдохнула и направилась в комнату, стараясь не думать о своём безмерном разочаровании, прежде чем дверь дома со щелчком открылась, заставив её повернуться на каблуках, поняв, что слёзы на глаза наворачиваются.       — Мне очень жаль, я опоздал. Работа… — начал Драко, но остановился на полуслове, глядя на её раскрасневшееся, расстроенное лицо. — Гермиона?       — Ты всё испортил! — прорычала она, не в силах сдержаться. Она не должна была винить его. Он не знал о её планах. И точно не был виноват, но она не могла справиться с болью, потому что он забыл. Потому что она пыталась сделать хоть что-то, но и это пропало даром. Что он не подумал о том, чтобы написать ей записку, отправив ту с совой, чтобы сказать ей, что он может опоздать. Она злилась на себя за эту попытку. Она захлопнула дверь их комнаты, ожидая — надеясь, — что он придёт и спросит, что случилось. Что придёт, утешит её, извинится.       Она ждала — секунды складывались в минуты, минуты — в часы, но единственный звук, доносившийся из гостиной, были передвижения Драко, прежде чем, наконец, всё стихло. Она осторожно встала и на цыпочках направилась к двери. Часы показывали 00:49. На столе рядом с диваном, на котором Драко спал, стояла пустая бутылка из-под виски, а рядом с диваном валялась его одежда.       Ничего больше.       Он не пришёл. Напился и заснул.       Гермиона изо всех сил сдерживала слёзы. «Это было разумно», — сказала она себе, он пытался дать ей пространство и справиться с замешательством и шоком, и всё же предательские слёзы покатились по её лицу, когда она вернулась в комнату. Она сорвала с себя штаны и уставилась на своё отражение в зеркале. Набор, который делал её сексуальной всего несколько часов назад, теперь выглядел нелепо. Она сняла ткань со своего тела, бросила её на пол в ванной, прежде чем вытащить палочку.       — Инсендио!

—

Лондон, Англия

14 сентября, 2009

      Все аплодировали, когда Гарри подошёл и крепко обнял Рона, они оба всхлипывали, держа друг друга в объятиях. Гермиона пропустила речь. Она вздохнула, пытаясь присоединиться к толпе, аплодируя, пока её взгляд был прикован к Драко Малфою.       Он до сих пор не отвёл взгляда.       Почему не отводил? Она больше не была его проблемой — его маленькой куклой, которую он мог разочаровать. Он был никем, и она была никем, и она была настолько сыта по горло думать, что они были чем-то большим. Что это что-то значило. Они были просто незнакомцами, что очень хорошо друг друга знали.       Почему он не отводит взгляд?

—

So step right out,

There's no amount of crying

I can do for you.

Уходи, нет мерки слёз,

Которые я мог бы пролить по тебе.

Лондон, Англия

14 сентября, 2009

      — Пэнси, никогда не думал, что скажу это, но поздравляю со свадьбой с чёртовым Избранным, — сказал Драко, ухмылка затронула его губы, когда он крепко обнял Пэнси и пожал руку смеющемуся Гарри Поттеру. Кто ж знал? Пэнси Чёртова Паркинсон вышла замуж за Гарри Грëбаного Поттера, и Драко Чёртов Малфой пожимал руку этому долбаному мужчине! Словно кошмар пятнадцатилетнего Драко!       — Спасибо, что пришёл, Малфой, — сказал Поттер, склоняя голову с улыбкой, пока он смотрел на Пэнси с любовью и нежностью в глазах, заставив сердце Драко пропустить удар. Он тоже раньше так смотрел на — нет. Дело было не в Грейнджер.       — Мальчику-Который-Не-Переставал-Меня-Донимать-В-Хогвартсе должно быть запрещено быть настолько счастливым, — проворчал Драко, получив удар в плечо от Пэнси.       — Это мой муж, придурок, — сказала она, её глаза сверкнули на слове «муж», а Гарри лишь дьявольски улыбнулся, прежде чем наклониться к Пэнси и коснуться её губ. Пэнси хихикнула, положив ладонь на руку мужа, прежде чем посмотреть на Драко, смягчившись. — Но на самом деле, Драко. Для нас очень очень много значит твой приезд, пребывание в Америке и всё такое.       — Кто ты такая и что сделала с Пэнси Паркинсон? — спросил Драко, приподняв бровь. — Пэнси, ты прислала мне письмо-кричалку, угрожая, что отрежешь мне яйца, если я не приду, и, цитирую, хватит валяться в грëбаной дыре на другом конце земли, как чëртов психопат! А теперь ты меня благодаришь? — Гарри издал долгий смешок, заставив Пэнси сердито взглянуть на него, прежде чем попытаться изобразить перед Драко лучшее в её репертуаре выражение лица чистокровной леди.       — Я вышла замуж, Драко. Ты тоже должен попробовать, — сказала она, пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица, и разразилась смехом, качая головой. — Или, может быть, Гарри сказал мне перестать ругаться и поблагодарить тебя за то, что ты пришёл.       — Определённо, второе, — пожал плечами Драко, улыбаясь ей.       — Не помешаю? — спросил тихий голос, улыбка Драко намертво застыла на его лице, став заметно напряжённой. Гермиона Грейнджер с её прекрасными манерами, невинными карими глазами и мягким, блять, голосом. Гермиона Грейнджер, стрелявшая на поражение. Гермиона Блядская Грейнджер, что вырвала сердце из его груди и выбросила на свалку.       — Вовсе нет, — сказал Гарри, а глаза Пэнси тем временем обеспокоенно метнулись в сторону Драко.       — Поздравляю, Пэнс. Ещё раз, — пробормотал Драко, его голос стал ледяным до такой степени, что он и сам вздрогнул. — Думаю, Тео меня ищет. Так что, если позволите, — он даже не стал ждать ответа, незамедлительно уходя.       Дело было не в Грейнджер.       Ничего не получается — у нас ничего не получается.

—

Нью-Йорк, США

23 ноября, 2007

      Он не мог заставить себя подняться с кровати. Год назад всё рухнуло, и теперь он позволял себе оплакивать этот день — не вставать, свернуться клубочком под простынями и попытаться проспать выходной день. Слёзы выступили у него на глазах, когда он крепко обнял себя, слушая гудки машин вдалеке.       Город был чертовски живым — он двигался и ползал, оставляя Драко позади. Он шагал вперёд, а Драко не мог найти в себе силы покинуть свою грëбаную кровать. Он ненавидел себя. Ненавидел Америку, Англию и грëбаную Гермиону Грейнджер.       Слёзы выступили у него на глазах, он чертовски устал, и мир не ждал, пока Драко его догонит. Слёзы текли из его глаз, и он чертовски устал.

—

Лондон, Англия

14 сентября, 2009

      Слёзы выступили у него на глазах. Кто, блять, плачет на чёртовой свадьбе? Невеста, возможно. Определённо, жених. Но не Драко, блять, Малфой. Он запрокинул голову, возвращая их обратно. Он блядски устал плакать…

—

All this time,

We always walked a

very thin line

Всё это время

Мы шли по очень тонкой грани

Лондон, Англия

14 сентября, 2009

      Гермиона не собиралась подходить к нему — не собиралась искать его и не хотела начинать разговор. Ну что она могла сказать? Но в эти дни она делала так много всего, что не хотела делать.       — Драко, — выдохнула она, когда нагнала его, заставив повернулся к ней с каменным лицом и суровым взглядом. Она ожидала именно этого, держа подбородок высоко поднятым. — Привет.       — Что ты хочешь? — его голос был холодным, не прощающим ошибок.       — Я хотела поздороваться, — пискнула Гермиона, ненавидя то, как по-детски нелепо звучал её голос. — Давно не виделись.       — Да, давно, — небрежно сказал Драко. — И прости, если не хочу ворошить прошлое, Грейнджер, — дрожь пробежала по её спине. Она не знала, было ли это из-за прохлады сентябрьских ночей или из-за того, как он говорил. Не последнее, надеялась она. Он больше не мог иметь такую власть над ней. Драко колебался пару секунд, прежде чем снять пальто и молча передать его Гермионе. — Надень, Грейнджер.       Гермиона не знала, почему приняла его, но она это сделала, накидывая на свои обнажённые плечи — Пэнси настояла, чтобы она надела фиолетовое платье без рукавов. Она мгновенно согрелась, вздохнув.       — Спасибо, — выдохнула она. — Сейчас только чёртов сентябрь, не должно быть настолько холодно.       Глухой смех вырвался из горла Драко.       — Это Англия, Грейнджер. Ты должна знать, что погода здесь ужасная.       — Я полагаю, в штатах намного теплее, да? — сказала Гермиона, пытаясь поддержать вежливый разговор. И это было хорошо — они двигались вперёд.       — Полагаю, что так. Зимы не такие холодные, а лето — настоящий ад. Буквально температура как в аду, как я себе его представляю, — пожал плечами Драко.       — Мерлин. Ты такой драматичный, — сказала Гермиона с лёгким смешком, и лицо Драко окаменело, заставив Гермиону почувствовать, что она перешла черту.       — Да, так и есть, — невозмутимо ответил Драко. — Качество, которое многие презирают, — Гермиона вздрогнула от этих слов, выглядя ошеломленной. О да, она помнила. Помнила, как сказала это, и помнила, как он выглядел, когда она сорвалась. Гермиона осторожно сняла пальто со своих плеч и вернула его Драко.       — Спасибо за пальто, — пробормотала она, голос её дрожал. — Было… приятно увидеть тебя сегодня. Наслаждайся, — и, не дожидаясь ответа, ушла, ощущая слабость в ногах.

—

Нора, Англия

3 апреля, 2004

      — Кажется, куда бы я ни посмотрел, везде одни Уизли. Они дублируются или что-то вроде того? — усмехнулся Драко, склонившись к уху Гермионы, заставив её нервничать. Было достаточно сложно привести сюда Драко и не нервничать, когда её предполагаемый парень только и делал, что подвергал её стрессу. Они впервые обедали здесь, и он был чертовски драматичен.       — Ради Мерлина, Драко! Ты так драматизируешь! — Гермиона нахмурилась, рявкнув на него, а он выглядел так, словно его бладжером в грудь ударило, Джордж и Рон, находившиеся в пределах слышимости, обернулись, чтобы посмотреть на них в замешательстве. — Извини, я не хотела… — пробормотала она, медленно приближаясь к Драко, чтобы переплести их пальцы.       — Всё… хорошо, — он глубоко вздохнул, пытаясь скрыть гневный румянец. — Я слишком остро отреагировал. Наверное, драматизировал, — он отстранился, взглянув на Уизли позади девушки. — Я выйду подышать воздухом, хорошо? Простите меня, я всего на секунду, — и после этого ушёл.

—

You didn't even hear me out

You never gave a warning sign…

All this time,

I never learned to read your mind

Cause you never gave a warning sign

Ты даже не выслушивала меня,

Ты никак не предупреждала.

За всё это время

Я так и не научился читать твои мысли,

Потому что ты даже не предупреждала.

Лондон, Англия

14 сентября, 2009

      Его руки тряслись, пока он пытался найти Тео. Ему нужно было обратно домой. Ему нужно было, чтобы кто-то отвёз его в чёртов аэропорт, потому что ему нужно было, блять, домой. К себе домой. Подальше от блядской Грейнджер, что была так похожа на себя прежнюю, но в то же время оставалась незнакомкой.       — Драко, что…       — Где Тео, Блейз?       — С Пэнси, — ответил Блейз, и как только слова вылетели из его рта, Драко оттолкнул его, шагая в их сторону.       — Драко, — поприветствовала его Пэнси снова с растерянным лицом. — Что-то не так?       Драко стиснул зубы и сделал глубокий вдох. Дело было не в Грейнджер.       — Вовсе нет, — он попытался выдавить улыбку. — Мне просто нужно, чтобы Тео отвёз меня в аэропорт, — он не мог аппарировать в магловский аэропорт, а ближайших магических мест, куда можно было бы аппарировать, не знал. Ему нужно было, чтобы его подбросили. — Кое-что случилось… с работой в штатах, и мне нужно успеть на следующий рейс.       — Ты уверен? — Пэнси надулась, её взгляд скользнул в сторону брюнетки, но Драко лишь покачал головой.       — Мне очень жаль, Пэнс. Поздравляю ещё раз со свадьбой. Передай Поттеру, что он счастливчик, — поспешно сказал он, глядя на кивнувшего Тео.       — Я отвезу его и вернусь к торту, Пэнс, — сказал Тео, ставя свой стакан. Драко кивнул, оставив пальто — Грейнджер к нему прикасалась. Он не мог его взять. Он не мог взять ничего, на чём был её отпечаток. Это было блядски слишком.       Нужно было уходить. Это убивало его. Блядски его убивало.

—

Лондон, Англия

23 ноября, 2006

      — Тебе не надоел этот замкнутый круг? — спросила она, её руки ощутимо тряслись.       — Какой круг? — прошипел он.       — Кричать, ссориться и плакать, — прикрикнула Гермиона, слёзы потекли по её лицу. Он ненавидел это. Он так блядски это ненавидел. Он хотел подойти к ней и целовать её, пока она не перестанет плакать. Он хотел, — нет, ему было нужно, — чтобы она прекратила плакать. Это сводило его с ума, заставляя задыхаться от гнева, клубящегося в груди. ПЕРЕСТАНЬ ТОГДА, БЛЯТЬ, ПЛАКАТЬ, — хотел крикнуть он. Почему она плакала?       — Ты имеешь в виду, совершать ошибки и делать вещи, которые я, блять, ненавижу, чтобы провоцировать меня, и плакать, когда я злюсь? — холодно спросил Драко, его голос эхом пронёсся по комнате. То, как её тёплые карие глаза превратились в холодную, влажную грязь, когда он посмотрел на неё, заставило его понять, что он сказал что-то не так.       — Ты меня не слышишь, — сказала Гермиона, её подбородок дрожал, а голос звучал сломленно. У них было так много ссор — слишком, блять, много ссор, чтобы сосчитать, — но ни разу ещё её голос не звучал так устало. Так, словно она сдалась. — Ничего не получается — у нас ничего не получается, — с этими словами она покачала головой, направляясь в их спальню. Драко словно придавило к месту, когда холод начал морозить его изнутри.       Когда он, наконец, снова вспомнил, как ходить, то ворвался в спальню. Внезапно открытая дверь заставила её вздрогнуть, но не настолько, чтобы перестать запихивать вещи в чемодан.       — Какого хрена ты делаешь? — осталось без ответа. Ничего. — Грейнджер…       Он остановился, когда заметил слёзы, беззвучно стекающие по её лицу. Молча — как будто ей надоело. Тихо — как будто это было последней каплей. Безмолвно — как будто она и не слышала его.       — Грейнджер, что ты делаешь? — его голос был механический, почти безэмоциональный, когда он понял. Она покидала их дом — их квартиру. Она покидала его. Ей надоело.       Нет. Она не могла этого сделать. Ну и что, что они ругались? Ну и что, что ссорились? Каждая, блять, пара ссорится время от времени! Она не могла бросить его — он бы позволил ей причинить себе боль. Позволил бы разорвать его в клочья, если бы это означало, что она будет его. Она не могла уйти. Не могла…       Но он делал ей больно. Он смотрел на неё, а она поняла, что её сердце разбивалось каждый раз, когда он входил в комнату. Она плакала. Из-за него. Он стал причиной этого. Это всё был он.       — Грейнджер… Гермиона… — по-прежнему без ответа. Радиомолчание. — Ты… тебе необязательно уходить, — наконец сказал он. — Я уйду.       С этими словами он взял пальто и вышел, хлопнув дверью, но не раньше, чем услышал громкий удар, за которым последовали прерывистые, яростные рыдания, эхом отдающиеся в их доме. А потом закрыл дверь в последний раз.

—

Лондон, Англия

1 декабря, 2006

      — Я всё взял, приятель, — голос Тео эхом разнёсся по его комнате без мебели. Он только кивнул, не отрываясь от земли.       — Сожги их, — приказал холодный голос Драко.       — Драко…       — Блять, сожги их.

—

Нью-Йорк, США

16 сентября, 2009

      Он вернулся домой — Америка была его домом. В Англии он больше не чувствовал себя в безопасности. Это было изгнание. Быть так близко к знакомому и всё же никогда не быть в состоянии удержать мимолётное мгновение. Так что он сел на первый же рейс и полетел домой. В Америку. Покидая своё Изгнание.

—

All this time

I never learned to read your mind

(You never learned to read my mind)

I couldn't turn things around

(You never turned things around)

'Cause you never gave a warning sign

(I gave so many signs…)

За всё это время

Я так и не научился читать твои мысли

(Не смог научиться читать мои мысли),

Я ничего не смог изменить

(Ты ничего не изменил),

Потому ты даже не предупреждала

(Предупреждала столько раз)

— Exile, Taylor Swift