Право на любовь

На следующий день Итон объявился в офисе ровно в семь. Рабочий день был окончен, но актёра без лишних вопросов пропустили, а когда Мэтт вышел из кабинета, то опешил, потому что его секретарь и новый возлюбленный вели непринужденную беседу. Квин сидел на краешке стола в полоборота к Ли и что-то рассказывал, бурно жестикулируя. Артур же улыбался во весь рот, игриво крутил в руках карандаш и смотрел на актёра взглядом, полным обожания. И это обожение буквально искрилось, ослепляя недовольного Джеймесона. Итон выглядел просто потрясающе: в белой рубашке, расстёгнутой до ложбинки на груди, небрежно закатанными рукавами, в чёрных кожаных брюках, куртку с красными вставками и надписями от которых держал в руках. Чёрные волосы, уложенные назад, открывали широкий покатый лоб. Нет, сиял определённо этот парень, а совсем не взгляд Ли. Странное чувство раздражения от такого тёплого взаимодействия этих двоих кольнуло в груди, но Мэттью, который пообещал себе не судить о книге по обложке, постарался отогнать его прочь. - Не припомню, чтобы у нас была назначена встреча, - вместо приветствия сухо бросил гендиректор, сунув руки в карманы брюк. Квин при виде "любимого" резво поднялся с места и расплылся в довольной улыбке. "Любимый" едва сдержался, чтобы не дёрнуться в сторону. - Господин Джеймесон сегодня выглядит просто потрясающе! - Итон сделал шаг навстречу и непринуждённо поцеловал Мэтта в щеку, демонстрируя натуральную радость от встречи. - Здравствуй, милый. Я скучал. Внутренний беззвучный вопль был не без труда подавлен гендиректором, который в ответ лишь вымученно улыбнулся. Всё. Хватит. Достаточно. Пора прекращать это представление и молить отца Кристы о помощи в восстановлении репутации. Пусть этот актеришка катится отсюда восвояси и больше никогда не попадается на глаза. Да, будет сложно быстро поставить компанию на ноги, возможно, даже придётся начинать новый бизнес с нуля, ведь кресло руководителя полагается освободить, а мерзкий старикашка будет злобно смеяться, что всемогущий Джеймесон не вытерпел даже сутки. Поэтому мужчина выдохнул и спокойно спросил: - Что привело тебя сюда? - У меня сегодня нет съёмок, поэтому я приготовил ужин, чтобы угостить своего возлюбленного, - нежно ответил Итон, глядя на гендиректора щенячьими глазами. - Давай просто поедим вместе и немного поболтаем о том, о сем. Перспектива совсем не радужная, и Мэттью хотел решительно отказать, но встретился с суровым взглядом Артура и решил промолчать. - Нужно заехать в банк на подпись документов, а потом я свободен, - это прозвучало слишком безразлично для разговора возлюбленных, поэтому с опозданием, скрипя зубами, Мэтт добавил: - С удовольствием приму приглашение. И вообще, корчить любовь, когда не наблюдается зрителей, совсем не обязательно. - Думаю, обязательно, господин гендиректор, - сухо вставил Артур. Он всем видом демонстрировал недовольство. - Вы лицо своё видели? Да там чёрным по белому написано, что вы кроме отвращения ничего не испытываете. Через два дня конференция, а вы от своей любви шарахаетесь! Так что привыкайте. - Но на конференции всё будет иначе! - возмущению Джеймесона не было предела. Как посмел секретарь отчитывать босса? - Да, там у вас не будет шанса на второй дубль, - Ли надменно постучал пальцем по циферблату наручных часов, намекая, что рабочий день окончен, и он больше не секретарь. Итон примирительно улыбнулся, протягивая руку гендиректору, но тот проигнорировал жест. - Тогда едем на моей машине, - он широкими шагами зашагал к выходу, а Квин лишь пожал плечами, прощаясь с Артуром. Актёр догнал Мэтта лишь у самого лифта. Несмотря на откровенную холодность со стороны своего парня, выглядел он счастливым. Неужели этому учат на уроках актёрского мастерства? Как можно оставаться таким спокойным, когда тебя игнорируют? Что нужно употреблять, чтобы улыбаться невзирая на время, место и обстоятельства? Этого Джеймесон понять не мог. Даже ему, человеку с огромным опытом в торговле, с трудом удавалось сохранять хладнокровие и действовать обдуманно в условиях жёсткого противостояния, а у этого парня всё получалось так естественно и непринуждённо, словно он был слеп, глух и до смешного глуп. Когда двери лифта закрылись, Мэттью с вызовом уставился на Итона. Актёр продолжал мило улыбаться, не предпринимая попыток завести разговор. - Ты реально от этого кайфуешь? - раздражение в голосе не скрывало заинтересованности, поэтому Квин улыбнулся ещё шире. - Я веду себя как кретин, игнорирую твои попытки сблизиться, принимаю в штыки любые добрые жесты, так почему не злишься? Итон всё с той же довольной улыбкой легонько толкнул Мэтта так, что тот упёрся в стену. Две большие ладони, прошитые плотными нитями вен, легли по обе стороны от гендиректора. Воздух вокруг внезапно накалился так, что шея, туго стянутая галстуком, покрылась испариной. Напряжение обещало разорвать тесную кабину лифта. Квин наклонился к самому уху напуганного Джеймесона и прошептал одними губами: - Я всегда добиваюсь своего, дорогой мой господин бизнесмен, - горячее дыхание опалило висок, разгоняя по телу мурашки. - Вам нравятся игры в недотрогу? Тогда я подыграю. Хотите грубостей? Исполню в лучшем виде. Пожелаете стать частью сексуального меньшинства? Распахну для вас двери. Во рту пересохло, а язык Мэтта намертво прилип к нëбу. Он молча вжимался в стену, пытаясь унять бешеный стук сердца. От осознания того, что этот паршивый актеришка тоже может слышать постыдный звук, лицо мгновенно заливалось краской. Квин нежно повёл носом от щеки к виску своей жертвы, не пытаясь, однако, коснуться трепещущей кожи. Каждая клеточка его тела была так напряжена, что вены вздувались повсюду: на лице, шее, руках... А Мэттью просто не мог понять, откуда взялась неконтролируемая паника: это страх или что-то другое?... Когда двери лифта распахнулись, гендиректор с силой оттолкнул засранца и пулей выскочил на подземную парковку. А смех, летящий в спину, предпочёл игнорировать. Из головы вылетело всё: где стоит машина, куда нужно ехать и зачем, что делать в сложившейся ситуации, он знал лишь одно: человек позади слишком страшен, чтобы вести войну открыто. Сжимающие ключи от авто руки дрожали. - Предлагаю поехать на моём байке, - нежный шёпот вновь опалил раскрасневшееся ухо. - Там жуткие пробки. Ужин успеет остыть до нашего возвращения. Большая сильная ладонь сжала запястье гендиректора и потянула в сторону выхода. Напряжение достигло такого масштаба, что не было сил ни возражать, ни сопротивляться. Возможно, если просто согласиться, то ничего плохого не случится. А Квин тем временем бодро вывел своего спутника на парковку у здания, где оставил мотоцикл. Блестящий чёрный монстр как нельзя лучше соответствовал владельцу: мощный, внушительный и рисковый. В каждой линии читалась агрессивная грация, от которой захватывало дух. По телу тут же потекло острое желание прикоснуться, почувствовать себя частью этой необузданной силы. Мэтт никогда не бредил байками или авто, считая их просто средством передвижения, но глядя на эту красоту, понимал, почему актёр сделал такой выбор. А Итон тем временем ловко оседлал машину, накинул куртку, которую всё это время держал в руках, и поманил пальцем гендиректора. - Нет, - Джеймесон энергично покачал головой. - Я настроен на долгую жизнь, не хочу садиться на байк незнакомца. - Я прекрасный водитель, - широко улыбнулся Квин. - А теперь и твой партнёр. Придётся мне доверять. - Ты уверен, что я буду жить? - насмешка в голосе, невольная, но хорошо различимая, стёрла улыбку с лица актёра. Он тяжко вздохнул, снял с руля шлем и протянул спутнику. - Залезай, иначе я буду оскорблён до глубины души. Хотя, думаю, уже обижен, потому что ты не видел ни одного моего фильма. - Я занятой человек, не люблю бесполезно тратить время, - парировал гендиректор, хотя особой связи не увидел. - Глянь на досуге, мне будет приятно, - Квин резким движением ухватил собеседника за руку и потянул на себя. Водрузил шлем на его голову и заставил сесть позади. - Держитесь крепче, господин бизнесмен, не хочу потерять вас по дороге. От язвительных слов по спине пробежал холодок.