Мальчики не плачут

Громкий и звонкий хлопок. Но тело поражает боль лишь через несколько мгновений. Удар, сильный удар по лицу. Он это заслужил, накосячил, сделал что-то неправильно и теперь получает наказание. Алан и сам прекрасно понимает, что заслужил все это. В ушах стоит неприятный писк, который глушит крики отца. Хоть какой-то отдых на пару секунд. В глазах неприятно щипит, вот-вот подступят слезы, в горле застрял ком. — Ну-ну, заплачь ещё, - послышался голос отца с ноткой издевки. Вместо желаемого плача из горла выходит лишь что-то на подобии тихого скулежа. Алан прикрывает рот рукой и осторожно встаёт на ноги, подрагивая всем телом. Во рту стоит неприятный привкус железа. Кажется, он разбил губу, а может и ещё что похуже. Ничего, в следующий раз будет знать, как показывать себя жалким и ничтожным. В свою комнату парень вваливается не так скоро. Все тело невероятно сильно ноет, глаза стоят на мокром месте. Но нет, плакать нельзя, плачут лишь женщины и слабые ничтожества вроде него. Так говорил ему отец с самого рождения и для Алана это было главное правило. С подобными мыслями организм окончательно дал отбой и вся комната постепенно стала тёмной. Утро для Алана начинается всегда одинаково. Обычные сборы, заклеевание вчерашних ран и синяков пластырями, сборы на учёбу. Вчера он был слаб, но сегодня он отыграется на тех, кто действительно жалок и ничтожен. Вот вам и представлен один из дней главного задиры старшей школы в небольшом городке. Тут его жизнь похожа на рай, его здесь боятся, его уважают, ему не скажут что-то не то и не заставят чувствовать себя жалким и ничтожным. Это его маленький мирок, а он в нем король, так было и так должно было быть всегда. Вот только, после появления в его жизни Монти Гатора, вся его репутация покатилась куда-то вниз. Сначала драка, где Алан потерпел поражения. Потом несколько неудачных попыток вернуть всю свою прежнюю славу, которые лишь усугубили ситуацию, а затем наступила та самая черта, за которую пришлось переступить, желая вновь сесть на трон. Что чувствовал на тот момент Алан, держа под собой напуганного до слез Санни? Безразличие, немного радости и приятное ожидания того, что его репутация вот-вот сможет восстановиться. Он готов был пойти на все, лишь бы больше никогда не чувствовать себя слабым, плачущим ничтожеством. Он не чувствовал отвращения за свои действия, совесть заглохла ещё очень давно, остались только жестокость с садизмом и больше ничего. Рука скользит под футболкой, на лице стоит ухмылка. Плевать он хотел на эти глаза, полные страха. Когда-то давно, ему было так же страшно, он тоже кричал, но хоть кто-то ему помог? Этот мир устроен очень просто - либо ты жертва, либо ты хищник, а иного и не дано. Вот и выбирай, что тебе делать, прятаться в кустах или устраивать охоту. План проходил просто идеально, однако что-то пошло не так. Резкий оглушающий звук сзади, и тишина. — «Явился все же», - пронеслась последняя мысль в голове Алана, прежде чем все погрузилось в темноту. — Н-ну зачем было сразу вот так ударять? А вдруг он того...- первое, что удалось услышать парню после небольшого времени пребывания в кромешной темноте. Сразу видно, кто пищит, конечно же Санни - мелкий маленький истеричка на подпевке у Монти. Удивительно даже, что он не ушёл. Неужели, совсем жить надоело? — Да не "того" он, пульс есть. Я не сильно же двинул, - послышался ещё один голос рядом. Монти, тупой Монти Гатор, если бы не он, то сейчас бы Алан не оказался в таком дурацком положении. Надо бы как-нибудь засунуть его клюшку для гольфа в его противную зеленую жо... — Монти, смотри, он очнулся! - радостно воскликнул Санни, обнимая аллигатора за руку. — Вот и отлично, пошли отсюда. А ты, если слышишь меня, придурок, то запомни, ещё одна такая выходка и ты труп! - рыкнул Монти напоследок, поскорее уходя с Санни прочь. Поднялся Алан на ноги лишь через некоторое время. Голова трещала, сильно тошнило, а его так называемые "приятели" куда-то смылись, как собственно и Монти с Санни. На душе стало как-то паршиво, он опять проиграл.

***

— Почему Алан такой злой и отвратительный? Я просто не понимаю, - тихо вздохнул Санни, помешивая ложкой суп, сидя за столом на кухне у Монти. — Да придурок он, который перешёл сегодня все возможные границы. Не понимаю я тебя, почему ты его жалеешь, - хмыкнул Гатор, тоже как-то оттягивая с поеданием супа. — Не в этом дело. Да, то, что сегодня произошло, не прощается, но я просто стараюсь понять его мотив. Что я ему такое сделал? Или он просто не любит таких как я? - непонимающе, говорил парнишка, понурив голову. — Иногда и мотива не нужно для таких, как он, - вмешалась в разговор Себек, сидя неподалёку, — Причин для такого поведения много, начиная с отсутствия внимания со стороны родителей, заканчивая банальной избалованностью. Конечно, иногда бывают исключения, например, абьюз в семье или ещё, что похуже, но, что конкретно у вашего Алана, я не знаю, - вздохнула девушка, впихивая ложку супа в рот Монти. Санни поднял взгляд на Гатора и как-то встревоженно произнес: — А что если у Алана действительно проблемы в семье и он просто вымещает свою агрессию, боль и обиду на кого-то ещё? — И что с того? Неужели, ты считаешь, что это оправдывает его действия? - закатил глаза Монти. — Нет, это ни в коем случае не оправдывает его, - замотал головой Глиттер. — Просто теперь можно понять его возможный мотив. И попытаться разобраться во всем этом. Каждый ведь может стать хорошим, если только попытается. Мне кажется, Алан может быть добрым и совсем не жестоким. Монти смотрел на друга с лёгкой улыбкой. В этом был весь Санни, даже заклятого врага он был готов сделать своим другом. За это он так его и любил. На следующий день, Алан пришёл в школу ко второму уроку. На его шее красовался большой пластырь, а на лице ещё несколько поменьше. Опять подрался? А может, проблемы ещё хуже? Целый урок, Санни не сводил с того глаз, стараясь понять, что же приключилось с Аланом. В какой-то момент, мальчик взял в руки ручку с блёстками и написал записку, кинув ее на парту к хулигану. «Встретимся в туалете через пятнадцать минут.» Алан удивлённо поднял брови. Его вызывают на стрелку? Санни приглашает его драться? Или же будет бить его дружок Монти, а он рядом стоять? Мыслей было много и ни одна не похожа на другую. Дождавшись перемены, парень поднялся со своего места и неуверенно пошёл в сторону уборной. Прошлым вечером, отец был довольно сильно пьян и решил поиграть в хорошего папочку с ним. Отсюда и платыри по всему телу. Силы нашлись прийти в школу лишь ко второму уроку, а его встречают очередной дракой. Алан не уверен в своих силах сейчас, хочется плакать от беспомощности и желания, чтобы все наконец-то от него отстали. Он хочет побыть один, уже нет этого стремления доказать отцу, что он достоин ласки, любви и заботы с его стороны. Уже ничего из этого не хочется. Плевать на все, лишь бы Алана оставили в покое. Дверь в уборную открывается с противным скрипом. В коридорчике между дверьми с кабинками стоял Санни. Никаким присутствием Гатора поблизости и не пахло, хотя, он спокойно мог сидеть в засаде в одной из кабинок, как последняя крыса. Сердце сильно колотилось, он не готов сейчас к драке, он вновь проиграет и опустится на самое дно. И все будут издеваться над ним даже тут, где, казалось бы, живёт хоть одна надежда на спокойное существование. Санни тепло улыбнулся, завидев Алана, а парня это ещё сильнее напугало. Тот тут же поднял руки, прежде чем Санни не успел даже и слова произнести. — Я не хочу драться сегодня! Если ты так хочешь размазать меня со своим дружком по всему кафелю, то сделай это, будь другом, завтра или послезавтра. А сегодня я не хочу и не готов, - тело предательски подрагивало, все это походило на начало нервного срыва. Этого Алан и боялся, как огня - заплакать перед своими врагами. Санни переменился в лице, улыбка сменилась обеспокоенностью с долей сочувствия. — Что? Нет, мы..я не хотим тебя бить, я просто хочу поговорить. Скажи, что с тобой, откуда в тебе столько агрессии? Тебе..нужна помощь? - с волнением затараторил Глиттер. Конечно, такие вопросы могли вызвать только больше злости и не дали бы никаких ответов, но почему-то Алан окончательно устал от всех этих распроссов и закрыл лицо руками. — Ты понятия не имеешь, что происходит у меня в семье! Тут никто мне не поможет. Лучше отвали от меня, если уж так хочется геройствовать! - оттолкнув Санни от себя, Алан быстрым шагом пошёл к последним кабинкам. Хотелось сорваться, дать волю эмоциям, но что-то до сих пор не давало ему это сделать. Слова отца не выходили из головы. Заплачешь - слабак и трус. Ну хоть здесь он может не облажаться? Видимо нет. Как он и предполагал, одну из кабинок покинул Монти и зашагал вместе с Санни к так называемому "убежищу" хулигана. Парень уже не слышал ничего вокруг себя, поэтому даже не заметил, как не закрыл за собой дверь и его застали всего сжавшегося на полу с первыми мокрыми дорожками на щеках. Заметил присутствие посторонних он не сразу, но, как только увидел, сразу же попытался спрятать от них свое лицо. — Уйдите, придурки! У меня аллергия на таких, как вы! Глаза слезятся, - жалкое оправдание, но какая-никакая попытка. Санни покачал головой и аккуратно опустился на пол, положив руку на плечо задиры. — Алан, но слезы - это абсолютно нормально. Все мы плачем время от времени, даем волю эмоциям и это хорошо. — Нет! Мальчики не плачут! Никогда! А если и плачут, то они полные слабаки и жалкие создания! - вскрикнул Алан, копируя слова отца слово в слово. — Дурак, у эмоций нет гендера, а тот, кто тебе это внушил, видимо, сам тот ещё истеричка, - подал голос Монти, наблюдая за всем этим. Алан сдался. Не было сил спорить от слова совсем. По щекам наконец-то потекли такие долгожданные и желанные слезы. Он дал волю эмоциям, толи от усталости, толи от какой-никакой опоры на слова Монти и Санни. За слезами пошли и долгие всхлипы, а затем и вовсе тихий и жалобный плачь. Потом он пожалеет, что излил свою душу и так долго сидел и плакал рядом со своими врагами, но сейчас он лишь наслаждался шансом выпустить все негативные эмоции без остатка. Санни заботливо улыбнулся и нежно притянул Алана к себе, заключая в тёплые объятия. Они были такими нежными и приятными, что даже не хотелось отталкивать парнишку от себя. Неужели, все что нужно было для ощущения тепла и чувства, что на тебя не всем плевать, так это просто заплакать? Алан крепко вцепился в Санни, утыкаясь в его плечо, лишь бы он не отпустил, но Глиттер и не думал расжимать руки. Возможно, теперь все будет иначе. Может именно этот случай дал начало новой дружбе. Но одно Алан запомнил уж точно - мальчики могут плакать.