Я приду за тобой

Гарри стал похож на зомби, о чем Снейп не замедлил ему сообщить сразу же, как только переступил камин его дома. — Вы вообще спите, Поттер? — в своей излюбленной манере, на которую Гарри уже давно не обращал внимания, спросил он, — Что за круги вокруг глаз? Думаете, за очками не видно? — Не думаю. Не сплю, — коротко ответил Поттер и опустился на диван. — Рад видеть вас в добром здравии, профессор. Что привело вас ко мне? — Не замечаю особой радости, Поттер, — Северус насторожился. — Простите. Я сейчас не очень-то могу радоваться, на самом деле. — Почему? Поттер тяжело вздохнул, зябко обнимая себя за плечи. — Мы расстались с Драко, — он сказал это как можно спокойнее, но голос всё равно дрогнул. Северус кивнул и огляделся — старый, пыльный особняк был, казалось, просто пронизан тоской. — Как вы здесь живете, Гарри? Это же не дом, а… Даже слов подобрать не могу. Склеп. Собирайтесь! Идем ко мне. — Я не… — Я не спрашиваю, понятно? Если хотите — можете идти как есть, но я бы посоветовал переодеться. Гарри оглядел себя — старая растянутая футболка с прорехой на боку. Обрезанные до колен джинсы. Босой. Он вздохнул. — Ладно, минуту, — спорить не было сил, и он отправился наверх, переодеваться. Вернулся он и правда очень быстро, уже в обуви, и даже в рубашке, но всё равно выглядел, как и раньше — измученным и несчастным. Северус хмыкнул, шагнул в камин первым, и вскоре они уже устроились с бокалами вина у камина в его доме. Гарри заметил недопитый бокал. — У вас были гости? Малфой? — Вы имеете в виду Драко? — Гарри кивнул. — Да. — Ясно, — Поттер опустил голову и уставился на свои кеды. — Почему вы закрыли от него дом, Гарри? — мягко спросил Северус. Поттер вздохнул и ответил не сразу. — Потому что я боялся, что он… что я… Он мог прийти, или написать, позвать, а я… я бы не выдержал, вернулся, а это снова мучение, снова понимать, что я ему на самом деле уже давно надоел, и терпит он меня ради… не знаю, — Гарри прорвало и слова сами текли из него, принося облегчение. — Я ведь с самого начала знал, что не нужен ему. Что он наиграется и уйдет. И знал, что будет очень больно. Но я надеялся… Мне хотелось верить, что я сумел пробудить в нем хоть немного чувств. Ну, пусть не влюбленности, но хоть… интереса? А потом я всё думал — почему он просто не уйдет? Зачем он мучает меня и себя? Если я надоел, если ему нужен Забини, или еще кто-то такой же, как он, чистокровный, аристократ — то зачем я?.. Неужели ему просто нравилось унижать, топтать мои чувства? Я ведь не скрывался, с самого первого дня рассказал ему, что люблю, давно, со школы еще. А он тогда еще перевёл разговор на другую тему и так ничего и не ответил. Профессор, вот вы — его крёстный, вы хорошо его знаете. Скажите, зачем ему это? Снейп тяжело вздохнул. Он понимал, что в школе Драко прикрывал свою детскую, а потом уже и не очень детскую, любовь к Поттеру всеми этими придирками, оскорблениями, чтобы ни одна живая душа не догадалась об истинных чувствах. Лорд убил бы их всех, только заподозрив, что Драко влюблен в Поттера. А перед этим хорошенько поиздевался бы. Тогда поведение Драко было оправданным. Но после войны, судов… После всего того, что сделал для него Гарри? Даже Северус нашел в себе силы поговорить, извиниться, выслушать извинения, решить старые проблемы одним махом, и теперь они вполне нормально общались. И Снейп даже уважал Поттера за его жажду творить добро, за то, что тот ни разу не воспользовался званием Героя, за… Да много за что. В первую очередь за то, что тот оказался настолько не похож на своего отца. А Драко почему-то продолжал вести себя так же, как и в школе, за исключением буквально небольшого промежутка времени, когда они с Поттером только начали жить вместе. — Я не знаю, Гарри, — Северус тяжело вздохнул. — И я не должен говорить о чувствах Драко. Это он должен об этом с тобой поговорить. И он хочет встретиться с тобой. Поверь, он очень переживает… — Нет. — Нет? — Северус удивленно посмотрел на Гарри. Конечно, тот уже говорил, что не хочет встречаться с Драко, но Снейп не думал, что всё настолько серьезно. — Нет, сэр. Я не могу встречаться с ним. Это… больно. Я вообще думаю, что лучше всего мне уехать. Время поможет залечить боль… Я надеюсь. — Не поможет, — Северус не хотел отпускать его. Только не в таком состоянии. — Наверное, вы правы, как всегда. Вот только здесь мне еще больнее… Драко не спал. Поначалу он собирался лечь и даже взял в руку фиал с зельем, но задумался, и так и сидел, не раздевшись, с фиалом в руке, на кровати, когда услышал голоса в соседней комнате и понял, что там сейчас его крёстный разговаривает с Гарри. Он вскинулся, хотел сразу выйти, но дверь оказалась заперта. Тогда Драко кинулся искать свою палочку, чтобы снять запирающее, но замер, прислушиваясь. Они говорили о нём! Драко уселся на пол у двери и приставил ухо к замочной скважине. Каждое слово Гарри резало его как ножом. Его боль передалась Драко, он чувствовал её каждой клеточкой своего тела. Горячие слёзы потекли по щекам, а он и не заметил этого. Ему хотелось выйти, утешить своего Гарри, сказать ему наконец, как он любит его, как он по-настоящему дорожит им. Попросить прощения. Нет, не так — вымолить прощение у своего самого лучшего, нежного, ласкового любимого. Драко вспомнил их самый первый раз. Гарри тогда зацеловал его всего. Кажется, на его теле не осталось местечка, где бы не побывали губы Гарри. Драко извивался, дрожал, забыл, что ему было страшно вначале, потому что Гарри, его Гарри, был таким нежным, таким страстным, так загнанно дышал ему в ухо, прося, умоляя потерпеть. Он обещал быть нежным и был таким, растягивая Драко так долго, что тот уже сам рычал и насаживался на пальцы, прося большего. Он кричал Гарри, что он не девушка и не сломается, что хватит нежничать с ним, а сам буквально плавился от этих сильных рук, так ласково касающихся его, так нежно и трепетно ласкающих его тело. А потом Гарри сцеловывал его слёзы и ждал, терпел из последних сил и не двигался, лишь бы дать Драко привыкнуть к себе, уменьшить боль, насколько это вообще было возможно. И после, когда они оба были уже на пределе и рука Гарри скользила по его члену в такт толчкам, он шептал ему: «Кончи для меня, любимый мой, кончи сейчас, хочу видеть, как ты кончаешь, пожалуйста, для меня…». И Драко от этого шёпота накрыло волной, перед глазами замелькали разноцветные круги, и он выгнулся, сильнее прижимаясь к Гарри и чувствуя, как горячее разливается у него внутри… А потом сам терпел эту муку, не двигаясь, замерев, давая Гарри привыкнуть, переждать боль. А тот горячился, притягивал к себе Драко и целовал, целовал… А потом снова шептал ему слова любви, пока они оба, обессиленные, взмокшие, но такие счастливые, лежали рядышком и пытались прийти в себя. А теперь его Гарри там, за дверью, говорит, что не может видеть Драко. И он знает, что сам в этом виноват. Но неужели поздно? Неужели действительно поздно и ему уже не поверят? Драко рванул ручку, совершенно забыв про палочку. Дверь дернулась. Гарри повернулся, осмотрел комнату и перевел взгляд на Снейпа. — Кто там? — тихо спросил он, уже догадываясь, что услышит в ответ. — Я отправил его спать, он… Он выглядел так, будто не спал недели три. Даже дал ему зелье, но, видимо, он не послушал меня… — То есть, он слышал всё, что мы тут говорили? Вы знали о том, что он подслушивает, так ведь? — Гарри выглядел слишком спокойным, и это заставило Северуса нахмуриться. — Я не знал, что он не спит, — твердо сказал он, — Но, возможно, это к лучшему, что он всё слышал? Теперь он знает о твоих чувствах больше, чем ты мог бы ему рассказать, поговори вы лицом к лицу. — А я хотел этого? Кто вам сказал, что я хотел сейчас поведать Драко Малфою о своих чувствах? Разве мало у него было поводов издеваться надо мной? Хватит, — он остановил жестом пытающегося что-то сказать Северуса. — Я ухожу, а вы тут сами… — Гарри! — крик из-за двери заставил Поттера вздрогнуть. — Гарри, пожалуйста! Крёстный, да открой эту чертову дверь, он же сейчас уйдет, и я… — раздался удар, затем еще один. Поттер с непониманием посмотрел на Снейпа. — Вы закрыли его там специально? — Нет, просто закрыл, чтобы он мог спокойно поспать… — Снейп махнул палочкой, и дверь распахнулась, а оттуда едва ли не кубарем вылетел Драко, который в этот момент явно пытался выбить дверь плечом. — Вы забыли, как колдовать, Драко? — Снейп язвительно приподнял бровь, но крестнику было плевать, он видел перед собой только Гарри. — Гарри, послушай! Я вовсе не хочу издеваться, я искал тебя, я хотел поговорить… — О чём? Разве ты еще не всё мне сказал? — Гарри, ты… — Маггловский выкормыш? — Нет… — Гриффиндорский придурок, не умеющий вилку в руках держать? — Гарри, ну пожалуйста! — взмолился Драко, но Поттеру было так больно, что хотелось поделиться этой болью, сделать больно в ответ. — Пожалуйста, что? Научись вести себя в обществе? Причеши свою лохматую тупую башку? Купи себе приличную одежду? — Я… Гарри, я… Прости меня! Пожалуйста, прости меня! — Драко кинулся было к Поттеру, но тот отшатнулся. — За что? За правду? У меня действительно непослушные волосы, но твой парикмахер вполне с ними справляется. И да, я еще путаю бокалы для разных вин, но я умею вести себя в обществе настолько, насколько мне это необходимо, чтобы не опозориться самому и не опозорить того, кого я любил, — Драко вздрогнул, но Поттер неумолимо продолжил. — И да, я гриффиндорец, но для большинства людей это звучит синонимом верности, честности, смелости и доброты. А то, что меня растили магглы — так это не мой выбор, Малфой. Не я выбрал быть сиротой и видеть только пинки и тычки со стороны людей, которые могли бы и получше относиться к родному племяннику. Но они действительно растили меня. Так за что именно ты решил извиниться? Драко в ужасе смотрел на него и не знал, что ответить. Как сказать ему, что он сам не знает, почему говорил всё это. Что на самом деле он давно уже влюблен в него, что быть с Гарри было его самой заветной мечтой, и что потерять его практически равно смерти. Ведь он не поверит… Гарри ждал, но Драко молчал, и Поттер повернулся к Снейпу. — Прошу прощения, профессор, за этот ненужный разговор. Я не хотел этого, — он шагнул к камину, и тут Драко сорвался. Он не мог его отпустить. Гарри снова спрячется от него или вообще уедет, как собирался, и Драко тогда его уже не найдет. Он кинулся к Поттеру и вцепился обеими руками в его рубашку. — Я никуда тебя не отпущу, слышишь? Можешь ругаться, язвить, орать, можешь даже ударить меня, но больше ты не спрячешься, клянусь! Гарри попытался оторвать его руки от своей одежды, но не смог. Тогда он просительно посмотрел на Северуса, но тот только покачал головой — вмешиваться в их спор он явно не собирался. Он только сочувственно посмотрел на обоих и вышел в другую комнату. Когда за профессором захлопнулась дверь, Драко снова заговорил. — Гарри, ну пожалуйста, выслушай меня! Не хочешь говорить здесь — пойдем домой… — Домой? У нас больше нет общего дома, Малфой. Ты забыл? Драко замотал головой. — Это твой дом, Гарри. Наш дом. Пожалуйста, прошу тебя, не говори так. Я ничего не менял там, ничего не трогал. Он пустой без тебя, холодный. Вернись ко мне, прошу! Я знаю, что наговорил кучу гадостей. Знаю, что не в первый раз. Я сам не знаю, что со мной творилось, но теперь… Гарри, я не хочу здесь. Пойдем домой! Поттер тяжело вздохнул. — Малфой, это ничего не изменит. Там или здесь — я не хочу говорить с тобой. Мне больно видеть тебя! Я хочу покоя… — Драко, — тихо сказал Малфой и Гарри непонимающе посмотрел на него. — Меня зовут Драко. Гарри, пожалуйста! Драко… — Малфой… — Гарри растерянно посмотрел на него. Он и не заметил, что неосознанно перестал называть его по имени. — Драко! — он уткнулся в лоб Гарри, притягивая к себе как можно ближе и не замечая мокрых дорожек от слез на своих щеках. — Драко… — Хорошо, Драко. Это ничего не меняет, — снова вздохнул Гарри, но Малфоя словно солнце осветило. Он улыбнулся и стал жадно покрывать поцелуями лицо Гарри, не давая ему отстраниться. — Гарри… Мерлин мой, Гарри, как я соскучился… Я так испугался, что больше никогда не увижу тебя… — он шептал это в перерывах между лёгкими поцелуями, не решаясь прижаться к губам, боясь, что Поттер оттолкнёт его, не ответит, — Пожалуйста, пойдём домой. К нам домой. Прошу. Умоляю, — он сделал попытку встать на колени, но был подхвачен сильными руками. — Ладно, пошли. Я выслушаю тебя и уйду. Возможно, тогда ты успокоишься. Драко радостно дернулся к камину, довольный хоть такой уступкой, но тут же неуверенно обернулся на спальню Снейпа, где осталась его палочка. Гарри проследил за его взглядом и вытянул руку — палочка Малфоя тут же прилетела на его зов, и он молча отдал ее благодарному хозяину. Они шагнули в камин, и Драко сам, торопясь, назвал их адрес, боясь, что Гарри все же сбежит к себе. И буквально выкатился из камина, удерживая Гарри за руку. — Садись, — потянул он Гарри к дивану, на котором тот с удивлением увидел свой старый свитер. — А я все удивлялся, куда он мог деться, когда не нашел его в своих вещах. Почему ты не выбросил его? — Поттер ласково провел рукой по букве "Г". — Я не мог. Он… — Драко смутился и покраснел, — он пахнет тобой, — тихо закончил он. Гарри удивленно посмотрел на него, но промолчал. Он присел на краешек дивана и оглядел комнату. — Итак, что ты хотел мне сказать? Драко стоял перед ним и не мог выдавить из себя ни слова. В горле пересохло, и он только пытался сглотнуть вязкую слюну. Гарри поднял на него глаза. — Малфой, если ты хотел что-то добавить, то самое время. Я не буду тут сидеть до утра. Я хочу домой, меня там… — Ждут? — хрипло выдавил из себя Драко. — Кто? Поттер хмыкнул. — Кто? Ты ревновать меня вздумал? Драко только нахмурился. Воображение живо нарисовало ему чье-то тело, раскинувшееся на постели, и Гарри, склоняющегося к нему… Он резко дернул головой, сбрасывая морок. — Кто, Гарри? — Успокойся. Я не умею так быстро находить замену любимому, — Поттер опустил голову и сцепил пальцы в замок. — Бутылка огневиски меня там ждет. И Кричер. Драко облегченно прикрыл глаза. Гарри не изменил ему. Он до сих пор… Вот только то, что Поттер говорил о своей любви в прошедшем времени, уверенности в себе не прибавляло. — Гарри, послушай. Я очень виноват перед тобой, и я это уже говорил. Я вел себя неподобающе… — Драко говорил и чувствовал, как скатывается в привычные чопорные слова, и как Гарри каменеет, закрывается от него, не верит. Малфой замолк, прошелся по комнате. А потом вдруг вцепился в свои волосы, коротко взвыл и бросился перед Гарри на колени. Тот от неожиданности отпрянул, но Драко только придвинулся ближе, прижался, обхватил руками за талию и уткнулся лицом в своего героя. — Прости меня. Я так люблю тебя, давно, сильно люблю. Я боялся признаться, я привык прятать свои чувства под маской, — шептал он куда-то в живот Гарри, но тот не останавливал его. Сидел, как каменный, и, казалось, даже не дышал. — Вначале нельзя было, чтобы отец и слизеринцы догадались, потом чтобы Темный… Волдеморт. Я так привык, что прятал их и потом, когда уже не нужно было. Когда ты сказал мне, что любишь, я чуть с ума не сошел. От счастья. А раскрыться так и не смог. И когда ты со мной… Когда я тебя… Мерлин, я такой идиот! Я встретил Забини. Мы поговорили. Напились, вообще-то. Он наговорил мне кучу гадостей, а я, придурок, вместо того, чтобы послать его и бегом бежать к тебе, я повелся, как… Тебе нужно было сразу мне морду набить, а не терпеть. Я заигрался, забыл, как это было, когда тебя не было рядом. Но я не могу без тебя. Правда не могу. Есть не могу, спать. Я понимаю, что я эгоистичный ублюдок, что веду себя как маменькин сынок и ничего один не могу, что повелся на… Гарри, это все ерунда! Я просто подыхаю без тебя, и если ты… Я прошу, умоляю — не бросай меня… — он сорвался на рыдания и замолчал, всхлипывая, стараясь успокоиться и боясь, что этим еще больше сейчас оттолкнет Поттера. Тем более, что тот так и сидел, не двигаясь, замерев каменным изваянием. Так прошло несколько минут, Драко понемногу пришел в себя. Ему было очень страшно, но сидеть так и дальше было невозможно, и он осторожно поднял голову, решившись взглянуть на Гарри. Тот сидел, закрыв глаза, закусив губу и сжав кулаки. Он был бледен, а дыхание его было настолько поверхностным, что казалось, он вовсе перестал дышать. — Гарри… — тихо позвал Малфой, и Поттер открыл глаза. Взгляд, которым он посмотрел на Драко, едва не заставил того отшатнуться. — Что же ты раньше не понял всего этого, Малфой? — хрипло спросил Поттер, легко сдвинул Драко и поднялся. — Если ты закончил, то я, пожалуй, пойду. Рад был повидаться… — Нет! — Драко обхватил руками его колени. — Нет, Гарри, нет… Пожалуйста, не уходи. Пожалуйста, не бросай меня… Гарри… Поттер присел рядом с ним на корточки и обхватил руками лицо, заглядывая в глаза. — Драко, ты не в себе. Опомнишься и пожалеешь, что наговорил все это мне. Возьми себя в руки. Ты же потом проклянешь меня за то, что сейчас в ногах валяешься. — Не прокляну. Я… мне не стыдно, я только не хочу, чтобы ты уходил… — Малфой, послушай крестного. Выпей зелье для сна и выспись. Давай ты подумаешь хорошенько, придешь в себя, и тогда мы… — Нет! Ну ты же снова запрешься от меня, и я тебя не увижу! — Не буду я запираться, — устало выдохнул Гарри, — просто выспись. И я… Мне тоже не помешает. Давай через недельку… — Что? Ты собрался неделю спать? Гарри! Я закрою камин и никуда не выпущу тебя! Хочешь спать — спи. Спальня ты знаешь, где. Не хочешь со мной — хорошо, я лягу в гостевой. Или тут. Или на полу у твоей двери — чтобы ты никуда не ушел. Гарри, ну пожалуйста, останься. Я клянусь не надоедать тебе, я буду тише омута… — Тише воды, — автоматически поправил его Поттер. — Вот-вот. Поттер тяжело вздохнул. Это была пытка — видеть Драко таким и не обнять, не сцеловывать слезы, не пытаться успокоить. Ему казалось, что сердце его разорвется — так пекло и болело в груди. Но еще он не мог заставить себя поверить. Он ведь хорошо знал Малфоя: стоит тому понять, что он одержал очередную победу, как все начнется снова. — Ладно, — решился наконец он и поднялся, поднимая за собой и Драко, — хорошо. Я останусь и буду спать здесь. Я лягу в гостевой, и не спорь, — он жестом остановил попытавшегося что-то сказать Малфоя, — и я надеюсь, у тебя найдется выпить. Драко засуетился, как-то совершенно несчастно поглядывая из-под мокрых ресниц и не решаясь предложить поужинать. Виски плеснулось в бокалы и выпилось залпом, как вода. Вторую порцию Гарри взял с собой в спальню. На пороге он обернулся на тенью следующего за ним Драко. — Выпей зелье и ложись. Я не уйду, обещаю. Утром попробуем поговорить спокойно. Малфой кивнул, и Гарри закрыл дверь. Драко еще какое-то время постоял в коридоре, прислушиваясь к тихой возне в комнате, совсем уж собрался было постучаться, но рука безвольно упала, и он, вздохнув, поплелся к себе. А на рассвете его разбудил стук в окно — отцовский филин принес письмо, в котором Люциус срочно требовал Драко прибыть в мэнор по важному делу, и отказ не принимался. За полгода, пока Драко жил с Гарри, родители понемногу восстановили правое крыло, и сейчас шел ремонт левого. Драко вздохнул, оделся, быстро нацарапал записку Поттеру и трансгрессировал. Гарри, проснувшись утром и не найдя Драко в спальне, пожал плечами и отправился к себе, не заходя на кухню, где на столе одиноко лежала записка. Что ж, все и так было понятно — за ночь Малфой успокоился, одумался, вспомнил все, что вчера наговорил, и чтобы не встречаться с Гарри, сбежал. А раз так, то и Гарри тут задерживаться нечего. Он только захватил свой старый свитер и исчез в камине.