ｓｃｒｅａｍ

Минхо прекрасно понимает, что его оставили без выбора.. С теми ли он вообще связался? Лежа под неподъемным гнетом собственных мыслей, он смотрит в потолок, будто видит там то, что поможет. Как его маленькая сестренка стала фанатом такого кошмара? Сатанист говорит, что любое украшение на теле насмешника указывает на то, что этот человек также повинен в гордыне.. Сколько слов скрывается в разуме, который не держит ни единого при себе? Ли знает, что Хенджин многого не договаривает. Им не удавалось поговорить по-человечески, чему, в общем-то, Минхо даже рад. Он не выдержал бы такого давления. Будучи ни на процент не суеверным, он чувствует то, какая энергетика исходит от вокалиста.. она принуждает. Заставляет подчиниться и идти за каждым его шагом по пятам, будто бы собственное сознание отсутствует напрочь. Может, оно действительно отсутствует? Парень закрывает лицо руками, дабы наконец перестать так безжизненно оглядывать просторы недалекой поверхности. Нужно привести себя в порядок до тех пор, пока сестра вернется с работы - с ней несомненно нужно поговорить. Минхо более-менее собирается с мыслями и поднимается с места, даже не глядя на время: он точно получит выговор за беспричинный прогул. Практически до вечера просидеть в полицейском участке, если его вообще так назвать можно, вернуться домой и ни слова никому не сказать с самого вечера прошлого дня. В его расписании теперь переломано все. Но со стороны входной двери раздается стук. Далеко не звон домофона, а именно стук, что очень настораживает и без того до ужаса тревожного Ли. Мы тупо существуем между воспоминаниями и воображением, между призраком утонувшего прошлого и призраком невидного с берегов будущего.. мы воскрешаем пережитые страхи и придумываем новые угрозы - от того не можем разобраться в себе, глупо путая реальность и вымысел. Может, Чэвон наконец нашла ключи от своей квартиры, которые она постоянно теряет то в шкафах, то в сумках, и решила зайти самостоятельно? Тогда почему же она не откроет и эту дверь? Парень поворачивает замок, по привычке не спрашивая, кто пришел, потому что приходить к ним домой некому - у Минхо никогда не было людей ближе сестры, в то время как у нее чуть ли не каждый второй на улице является знакомым или даже другом, как этот мерзкий Ян Чонин. - мать моя женщина, да он реально открыл,- звучный голос разносится чуть ли не по всему подъезду, а следом за ним летит приглушенный смех кого-то другого: от неожиданного количества шума Минхо теряется, лишь минутой позже ощущая, как эти трое, вроде как, вваливаются прямо в узкий коридор их квартиры. - ну привет, истеричка,- Вермут улыбается так ярко, что хочется ему заехать кулаком прямо по переносице, да.. вот незадача, он трезв. В довершении всех бед Ли недостаточно изводить себя тревогами сегодняшнего дня — он принимается размышлять над тревогами дня вчерашнего и в конце концов начинает бояться самого страха, который коварно подкрадывается, активно множится и ширится. - какого..- как и всегда, Минхо просто не в силах подобрать подходящих или, как минимум, цензурных слов: его буквально отталкивают от двери дальше, дабы он не мог быстро среагировать и закрыть ее вместе с нежеланными гостями. - тише, мы в адеквате,- Джисон мимолетно шепчет тому ни капли не успокаивающее предупреждение, пока Феликс закрывает за ними дверь и хмурится от напряжения в узком помещении.. их квартира совершенно не создана для таких, как dession - грубые, самолюбивые и, пожалуй, не особо аккуратные. Хенджин невольно стукается локтем об угол, а Джисон язвительно улыбается ему в ответ на вылетевшее ругательство. Минхо вновь оказывается в состоянии, которое даже гневом не назвать. Пульс его увеличивается, будто бы пришлось бежать несколько километров от дома до какой-то иной точки. Тело становится практически неконтролируемым, потому что Ли хочется сбежать и пусть даже оставить эту квартиру таким, как они. Но.. Чэвон? Нужно дождаться ее, он просто не имеет права свою сестру оставить. - валите отсюда,- его холодный тон провоцирует в Феликсе новый поток ненависти к всему живому, Джисона вновь выводит на несдержанный смех, а Вермут попросту останавливается вблизи к Ли и взглядом беспрерывно изучает его черты лица. - прости, детка, нам нужно переждать истерики лидера,- Хван мягко прикасается к его щеке тыльной стороной пальцев и вновь улыбается уголками губ. Так пленительно, что Минхо автоматически замирает. Он чувствует морозящий кожу изнутри холод, контрастный с внешним видом самого Вермута. Черная кожанка поверх красной, в цвет его волос водолазки, а на шее жемчужные, правда наверное ненастоящие бусы вместе с массивной цепью серебряного отлива. Почему они одеваются постоянно не по погоде - Ли не известно, да и знать-то не особо хочется. Феликс в белой безрукавке из ткани и в черной кожаной, такой же без рукавов. На шее его - несколько полос цепей, слабо заметные следы от чужих страстных поцелуев и, возможно, рук. Минхо догадывается, кому принадлежат эти следы, практически рефлекторно вжимаясь в стену, лишь бы Хенджин больше не прикасался. Джисон вообще в синей шапке, но в одном только черном свитшоте без надписей и рисунков - образ его разбавляет почти такая же цепь на шее, как у остальных. Минхо никогда не понимал этого наполовину подросткового стиля в одежде, смотрится довольно несуразно. - тут миленько,- Хан вступает наконец в разговор, сумев подобрать что-либо помимо смеха. Почему-то.. он всегда так легкомысленно относится к жизни, прямо-таки с приторным юмором. А юмор — это жизнь. Это состояние. Никак не шутки.. Это искры в глазах. Это влюбленность в собеседника и готовность рассмеяться до слез, правда вот с первым порой не удается встретиться. Он же, этот Джисон, и проходит на кухню, словно у себя дома. Садится на то место, где был Хван во время зашивания руки. Феликс недолго наблюдает за действиями Хенджина, будто бы собираясь его контролировать - нет, Енбоку совершенно никакого дела до того, что старший сделает с Минхо. Пусть хоть убьет. - так вы и вправду хорошо знакомы,- Джисон смотрит в их сторону, пока Феликс направляется вслед за ним. Встает у стены и укладывает руки на груди, потому что желание бороться с внутренней агрессией, как минимум к смазливому Хану, полностью отсутствует. Феликс никогда и не был знаком с этим понятием. - я хочу знать, кто такой Хвиджун,- Минхо произносит довольно тихо, но сквозь мертвенную тишину квартиры это слышно всем присутствующим: Енбок с Джисоном переглядываются, а стоящий все так же напротив старшего Хван с рукой возле его лица резко задерживает взгляд на чужих глазах. - тебе не безразлично?- Хенджин удивительно спокойно реагирует. Просто неподобающе странно видеть его.. с чем-то человеческим в образе. Нет тех красных линз, в которых он сидел на месте Джисона с окровавленной рукой - Минхо опускает взгляд как раз на нее, скрытую плотным рукавом куртки. - нет,- Ли хотелось бы сказать гораздо больше. Если Чонин знает, что Хенджин так или иначе замешан в смерти своего брата, почему не может с ним связаться напрямую? Почему сейчас приходится смотреть в глаза этого Дьявола и видеть, как кровь плывет в его белках - на самом-то деле, его глазные яблоки абсолютно чисты. У Минхо, кажется, начинаются сомнительные видения на этот счет. Хван неспешно отрывает взгляд от прижатого к стене вплотную парня, задерживая руку навесу над его плечом, и смотрит в сторону знакомых ему парней. Сколько же трудностей они прошли вместе? Ведь все они, все пятеро замешаны в том, что Хвиджуна больше нет - Хенджин уверен, что он здесь не причем, потому что.. ..потому что помешан. Был, есть и будет. Он возвращает взгляд к глазам напротив и опускает руку на чужое плечо, первым попавшимся осознанием толкая его в ближайшую комнату - дверь даже закрыть не пытается, проявляя настоящее равнодушие к окружающей их среде. - Хенджин, прекра..- Минхо не успевает договорить. Его больно резко толкают на кровать, что, к счастью, оказалась в его комнате - страшным было бы оказаться в комнате сестры с кучей лиц этого Вермута вокруг. Того, кто нависает над напряженным телом вновь и закрывает ему рот рукой. Давит так, что первое мгновение Минхо даже вдохнуть нормально не имеет возможности. - слушай сюда,- удивительно, каким образом до сих пор Хван обходится без оскорблений.. неужели ему не хочется снова назвать кого-нибудь шлюхой? Ему нравится чувствовать себя сильным до такой степени, что тело внизу не может и пальцем шевельнуть. - не смей произносить его имя, пока он не позволит,- голос змеиным тоном скользит к барабанным перепонкам Минхо, а кислород так вынуждено давит на грудную клетку, что Ли и забывает о его необходимости. Газ становится настолько тяжелым, что вес Хенджина не ощущается никак - тот опускается к шее старшего, словно кровопийца втягивая носом запах его кожи. - скоро это произойдет,- Вермут варьирует к шепоту, такому непередаваемо ласковому и нежному, что Ли непринужденно расслабляется. Шепот соблазна сильнее голоса разума, совести и долга.. Минхо кажется, что именно этот шепот звучит в каждом. Если он велит броситься в омут страстей - все это сделают. Минхо это сделает первым. Хенджин ведет неприкасаемым изучением носом выше, едва задевая кончиком край чужого уха и из под полуприкрытых век убеждаясь в том, что под ним действительно тот Минхо, который не выходит из головы уже который день. Он так похож на того, кто вытащил Хенджина из пропасти, и на того, кто обратно в нее и затащил. - поддайся, Минхо..- а Ли уже, кажется, окончательно перестает слышать. Хван так незаметно пробирается пальцами под его домашнюю футболку, которую он еле успел по приходе домой заменить испорченную кровью вещь, что тело начинает покрываться далеко не мурашками, а каким-то горячим и никаким глазом не заметным пламенем. - я нуждаюсь в тебе..- Хван продолжает. Осторожно прикасается губами к его скуле, не смеет даже большего сделать.. Минхо не может просто поверить, что это именно тот Хенджин, который сам удивительно податливо вел себя в отеле. Феликс стоит на проходе в комнату, руки так и не убрав от груди. Что ему стоит молча смотреть на то, как Хенджин в очередной раз.. нет, между ними возникло что-то другое. То, что Енбоку хочется вырезать собственноручно, срезать поочередно каждый сустав и пройтись меж костями и горячей плотью острейшим из всех лезвием. Джисон подходит к нему со спины, приторно-изнеженно прикасаясь к его талии под кожанкой, а следом выбираясь из под нее и одной линией проводя по его гладкому, ничем не скрытому предплечью. - плохие вещи делаешь, Енбок,- Хан еле заметно ухмыляется, что Феликс слышит в одном только тоне его голоса. Вермут их нарочно игнорирует, практически питаясь восхождением Минхо - второй уже никого не слышит, он лишь поддается рукам вокалиста. Слабо извивается телом и замирает, позволяя Хенджину начать неотрывно оставлять на его шее спонтанные поцелуи - то возле кадыка, то рядом с сдвинутым воротником футболки. - куколд ебаный здесь только ты,- сквозь зубы проговаривает младший, отчасти даже сморщившись от чужих касаний. Джисон всегда двигается с такой вопиющей похотью, что не заметить ее может один только дурак, живущий вразрез с обществом. - ну же, тебе нравится, когда я за вами наблюдаю,- верно подмечено, Хан далеко не раз наблюдал за совокуплениями вокалиста с Феликсом, чего для удовлетворения ему было более чем достаточно.. разве можно посчитать это адекватным? Они все давно забыли об этом понятии, даже раньше создания их милой музыкальной группы. - убери руки,- Ли говорит немного спокойнее, все-таки подозревая, что Хван слушает. Возможно, даже замечает в одном только кухонном освещении, разлившемся по коридору. Пока прикасается пальцами к ребрам Минхо и выбивает из него напряженный, довольно-таки шумный выдох. - его не остановить,- констатирует очевидный факт Джисон, но невольно ловит на себе взгляд Вермута через плечо: предупреждение. Обычно худшее происходит без предупреждения - это, так сказать, первобытный импульс из глубины. Хенджин пускает в дело новые фишки, пробуя на вкус кожу Минхо. Ведет по ней языком так медленно и вкрадчиво, что сносит крышу собственной жертвы моментально. Джисон устало выдыхает куда-то в плечо Феликсу, не смея двинуться своими действиями дальше, чем так и оставить руку на его предплечье. Если Ли не хочет, значит не хочет - и плевать ему на чужое мнение, если оно не сходится с его собственным. - ты так открыто выражал неприязнь ко мне, и что с тобой стало?- Хенджин говорит тихо. Его чары действуют просто неописуемо - Минхо хотел понять, почему он ощущает такую эйфорию в близости с Вермутом, но.. так и не понял. Это что-то далеко за пределами человеческого восприятия. Неужели он так легко сдастся? - ты ненавидишь меня,- это будто худший на свете гипноз. Он совсем не по рабочим техникам, без использования какой-либо психологии, но почему-то.. так сладок. Минхо приклеивается к его влиянию так плотно, что касания Хвана кажутся чем-то необходимым: он в них нуждается, как в обычном кислороде. - ты засыпаешь с мыслями обо мне..- Хенджин уголками губ ухмыляется и опускается ниже, губами задевая край футболки и в итоге руками задирая ее выше: Ли приоткрывает глаза, вновь встречаясь с тем же потолком. Сейчас он выглядит совершенно не таким, каким его удавалось видеть около часа назад. - сволочь..- Хан раздражительно кидает в ответ бессмысленный монолог вокалиста, наконец отрываясь от тела Феликса, а тот и с места не сдвинулся. Не посмел взгляда увести, потому что понимает - даже сейчас Хенджин старается доставить удовольствие тому, кто на самом деле и понятия не имеет о настоящих желаниях Хвана. - он его в ничто превратит,- Джисон тихо усмехается, а после возвращается на кухню. Ему ничего не стоит открыть холодильник и взглядом пробежаться по продуктам, будто бы действительно будет что-то есть. Нет, точно нет. Где угодно, но не в человеческой квартире, которая не принадлежит ему самому. - замолчи,- Минхо впервые подает голос, сжимая в одной из рук одеяло под собой: он не хочет, но тело млеет. Говорится, что мы, люди, считаем самой умной собаку, послушно выполняющую любые наши команды.. Интересно, согласны ли с нами другие собаки? - почему? Ты не хочешь слышать правду, которую так прекрасно скрываешь?- Хенджин прямо-таки скользит к сдавливающему все внутренности Ли тону голоса, не позволяя от стыда даже посмотреть на себя. Хвану совершенно не нужен взгляд этого парня.. ему нужно кое-что другое, такое непохожее на обычные человеческие качества. - ты играл с огнем, а теперь будь добр, наслаждайся свободой, пока можешь,- и Вермут будто бы ныряет с головой в увлечение его телом. Языком прикасается к ребрам, так самовольно играя с каждой косточкой по отдельности - если бы не тонкий слой кожи, Хван раскрыл бы собственными руками его легкие и счистил бы с них лишнее мясо. - ты..- Минхо мимолетно приходит к дорожке осознания, но та моментально сворачивается в прозрачный рулон и пропадает с его поля зрения: он гортанно стонет, когда Хенджин мокрыми поцелуями спускается прямо по центру живота к паху. Омерзительно. Настолько, что настоящему Ли просто противно наблюдать как бы со стороны за тем, что происходит - так извиваться под вокалистом, которому хотелось выбить трещины на черепе. Минхо унижен, но ему это, черт возьми, нравится, потому что стоять против этой энергетики.. нет, он не силен настолько. Любой человек, сосредоточенно понаблюдавший за собой несколько минут и ясно увидевший, как сменяют внутри друг друга беспокойные, глупые, тревожные мысли, уколы телесного дискомфорта, непонятно откуда приходящие импульсы воли, отчаяния и надежды, свободно играющие телом и рассудком в футбол, уже знает про жизнь все. Феликс поджимает губы и щурится, потому что слишком странной кажется картина перед ним. Вроде ничего необычного, Хенджину никогда не будет стыдно делать подобное на глазах у кого-то, а мнение Минхо остальных не особо интересует. Феликс достает из кармана телефон, несколько секунд бестактно изучая выключенный экран - такой ровный, без расколов или пузырей воздуха под защитным стеклом. Удивительная аккуратность - то, что обычно никак не идет в ногу с dession. А Хенджин не останавливается. Расстегивает его брюки, многозначный взгляд поднимая в сторону одновременно ничего не выражающего и выражающего так много лица Минхо, но не продвигается дальше. Ему нравиться мучить. До последнего. - до первого крика,- шепотом произносит Енбок, когда Минхо поднимает руку и опускает ее к чужому затылку: средь ярко-красных прядей мелькает пять переплетающихся с ними пальцев, а на телефоне открывается камера: Феликс предупреждал, что идет по собственным целям и что влияние остальных ему не нужно. Он справится сам. Даже с такой мелочью, как "нажать на кнопку записи видео". Хван чувствует привкус его кожи, заряжаясь изнутри чем-то внеземным от этого ощущения. Минхо.. почти как Хвиджун. Хенджин никогда не видел в собственном брате себя - да, близнецы, но.. Хвиджун - это кто-то, ни капли не похожий на Вермута. Минхо всем нутром ощущает, что даже нематериальной душе Хван не позволяет сдвинуться с места. Он стягивает его брюки немного ниже и без лишних предупреждений прикасается губами к головке сквозь ткань серых боксеров.. почему Хенджин даже не удивлен, что даже белье у Минхо банальное? С черной резинкой и мелким шрифтом нашитой надписью на ней. Хенджину не нужно спрашивать, где Минхо нравится - его тело будто бы целиком стало эрогенной зоной, к которой прикасаться просто запрещено. Он пальцами пробирается под ткань боксеров снизу, вынуждая старшего заметно вздрогнуть. А Феликс даже через экран гаджета замечает каждый резкий вдох, каждое мимолетное движение.. Контекст жизни у каждого разный. Когда случается что-то нежелательное, условно скажем плохое, тяжелое, люди часто теряют полную картину из вида.. Иногда полезно остановить поток грустных и тяжелых мыслей и заставить себя все обратить внимание на весь контекст - часто оказывается, что все не так плохо. Ли старается себя убедить в том, что Хенджин ему - никто. Они не проходили вместе этот путь, тот первоначальный буллинг в интернете, не изнывали от усталости и продолжали вместе идти вперед, буквально за руки.. Нет, это совсем не про обесценивание негативных чувств и событий. Это про то, как собрать себя, несмотря на обстоятельства.. В жизни все важно, прямо-таки как в хорошем рисунке важна каждая деталь. Что-то может не получаться, болеть, тормозить, неприятно удивлять. Важно уметь собраться, уметь создать в своей жизни такой общий контекст, в котором жить и радоваться будет все-таки возможно. Как долго ты будешь себе это повторять, Ли Енбок? Джисон на фоне затих, оно и к лучшему.. его флирт с каждым встречным иногда выводит из себя. Ну как, иногда, Феликс его ненавидит так же, как Хван Хенджина перед собой. То, как он заставляет Минхо заскулить. Стягивает его брюки окончательно и принимается за белье, нисколько не разглядывая орган - разве ему впервые видеть такое? Он члены видит чаще, чем собственных родителей, а у Минхо вполне подходящий его стандартам. Черт, а Ли ведь и не осознавал, насколько взаимодействия с парнем могут быть приятными. Он едва ли не готов подорваться с места, когда Хван заходит слишком далеко, но вновь.. замирает. Чувствует, как чужие увлажненные слюной губы прикасаются к плоти без ткани, стянутой на крепкие практически от природы бедра. - тихо,- Хенджин не готов сегодня вновь окунуться в котел криков, шума и в целом реальности: сколько раз он хотел от нее спрятаться, закрываясь табаком, редко прибиваясь потоком жизненных волн к наркотикам и, на крайний случай, устраняя мысли болью. Проводя языком вдоль одной из выступающей от притока крови вены, Хван вновь смотрит на него: Минхо запрокидывает голову и убирает руку от чужих волос, явно понимая, что и сам поддается соблазну слишком уж просто. Держаться - главный жизненный принцип, который регулярно ломается под неопровержимым гнетом обстоятельств. Феликс невольно морщится. Ему и без того противно прикасаться к мужским половым органам, а здесь еще и член парня, из которого хочется вырезать все внутренности. Он в трансе. Они. Хенджин и Минхо, окутанные странным воздухом, им же и давятся. Хенджин вновь проводит языком по губам, придерживая пальцами член старшего у основания и охватывая наконец розоватую головку. Ли задерживает дыхание, переставая так безучастно разглядывать потолок. - Хенджин..- его голос звучит несколько жалобно, что можно даже заметить издевательскую усмешку со стороны Хвана, когда он берет немного глубже, скользит языком при движении и выпускает орган изо рта. - я остановлюсь,- он щурится, будто бы не видит лица Ли, но прекрасно понимает: все это глупая и практически детская игра. Выиграть можно и безо всяких шансов на успех, проиграть можно с любыми козырями - в случае Вермута козыри и победа на руках у него одновременно. - остановись,- Минхо подозрительно напряженно выдает ответ, сжимая пальцами ткань одеяла под собой. Хенджину хочется смеяться - какой же этот парень сумасшедший. Он молча мажет языком по уретральному отверстию, а после берет разом практически целиком - Минхо словно впадает в каменную конвульсию, чувствуя нестандартную узость чужого горла. Феликс останавливает запись, опуская руку с телефоном на уровень собственных ребер. А ведь Хенджин их пытался сломать. Ни раз сжимал так, что иногда на концертах трудно было стоять на ногах с прямой спиной - синяки были сравнимы с настоящими, до рвотного рефлекса мерзкими гематомами. Вермут не останавливается. Он начинает неторопливо двигать головой то вверх, то вниз, в ритм набора расслабляя горло - опыт позволяет делать все так, чтоб на уголках глаз невозмутимого Минхо скопилась соленая влага. Он в целом на вкус, как самая настоящая соль.. падает на раны так же болезненно. Енбок разворачивается и приглушенными шагами ступает по коридору к кухне. Джисон, как и предполагалось, вновь завис в телефоне, ни капли внимания не уделяя тому, что происходит в соседней комнате. - наскучило?- не поднимая взгляда, он улыбается уголками губ.. а Ли встает прямо перед ним, одним движением руки выбивая из его телефон. Хан не то чтоб удивился, но предмет с громким звуком падает в ноги, а взгляд Феликса удушением хватается за шею. - малыш, он тебя разозлил?- Джисон говорит тише, хотя совершенно не боится того, чтоб Хван услышал. Пусть хоть глотку вырвет, каждому из них будет безразлично. Ведь.. в рок приходят воодушевленными, а уходят невозвратно переломанными. - еще слово - я тебе переносицу выбью,- сквозь зубы проговаривает Енбок, незаметно для себя срываясь на других. Они никогда не говорят о том, что на самом деле чувствуют.. им будто не нужно. Будто они все и так догадываются. Парень хватает пальцами старшего за щеки, больно сжимая челюсть и слабо притягивая к себе. Закидывает одно колено на край его стула справа от самого Хана, впиваясь ядовитым поцелуем в его сухие губы. Хенджин и не замечает, что зрителей не остается. Он водит языком, делает вакуум - использует все, что умеет, не разбрасываясь темпами и стабильно сохраняя нейтральный.. такой умиротворенный, что Минхо едва ли держится от просьбы двигаться быстрее. Достаточно одной только смены декораций, и все сразу может измениться — начиная ходом времени и заканчивая бурным потоком эмоций. Хван ведет свободной рукой по внутренней части его бедра, вынуждая Минхо резко попробовать свести ноги. И.. он сдавливает Хвана так, что по его телу впервые за вечер пробегает волна нарастающего возбуждения. Да, возможно ему хотелось бы, чтоб Ли прямо-таки придушил его своими бедрами.. слишком уж быстро он их расслабляет по-новой. Хенджин чувствует, что старший близок к концу. Делает движения немного интенсивнее, пальцами той самой свободной руки вырисовывая хаотичные узоры на его коже - Минхо изгибается так, что, кажется, сквозь тишину слышен прорвавшийся хруст позвоночника. С его уст срывается глубокий стон, а Хенджин вбирает член прямо до основания. Тело Ли вздрагивает, он вновь хочет сжать бедра - в этот раз Вермут не позволяет. А раз Вермут не позволил, совершить желаемого Минхо просто не в силах. Их энергетики.. Ли, похожий на загнанного в угол раба, и Хенджин с пропитанной человеческой кровью короной на голове. Хван поднимает голову, когда Минхо изливается прямо в чужое горло - Вермут чувствует, как медленно густая сперма тянется по языку и все-таки принуждает глотнуть. - а мой член ты так и не увидел,- он ухмыляется, демонстративно скользнув языком по губам. Минхо, кажется, вот-вот задохнется. Его дыхание прямо-таки выбилось, его тело ослабло от столь быстро накатившего оргазма, а разум.. остался где-то на языке Хенджина. Ли трудно признать, но невозможно не признать то, что он видит перед собой, на этом белом потолке его ухмылку. Той, которой Хван ухмыляется сейчас где-то на уровне паха старшего.. мерзкая, пугающая и на контрасте манящая.

***

Чонин легко глотает крепкий алкоголь, стоит только официанту принести бутылку и разлить ее содержимое по стаканам. Сынмин не пьет, но за компанию осторожно покачивает в руке точно такую же емкость с янтарным, слабо светящимся в сумерках бордового помещения напитком. Они вновь оказались в борделе, правда в этот раз Чонин не заказал ни одной девушки для собственных игр - сегодня, кажется, он не в настроении, что значит довольно многое. Раз: он прикончит официанта. Два: он прикончит телохранителей Кима. Три.. прикончит Хенджина, потому что речь о нем идет уже около часа. - он копия Хвиджуна. Может словить его и перекинуть дело на отсутствие подтверждения личности убитого?- Сынмин немного щурится, потому что ему самому идея кажется бредовой. Детективный роман может оказаться весьма запутанным, но, как только поймешь мотивы самого автора, все становится довольно просто. Так и с преступлениями. - он принес его в жертву,- Чонин ставит пустой бокал с оставшимся только льдом на столик, а сам взглядом остается где-то извне. Какое-то полнейшее отсутствие от осознания, что разгадка лежит прямо перед носом.. Яна унижает факт, что дело не закрыто в первый же день. - склонность к сатанизму не значит, что они помешаны на Сатане,- один из ближних к Сынмину телохранителей выдает собственное предположение, в ответ получая такой взгляд Чонина, что по одному расширению его зрачков можно понять: для него телохранители не более, чем слуги на собачьем поводке, а голос таким подать обычно разрешают редко. - мне нужен каждый из доступных в интернете ритуалов. Найдите, суки, самый извращенный,- Ян на срыве. Никто обычно не видит в нем и капли агрессии, но сейчас что-то неприятное льется по его крови вперемешку с тромбоцитами и действующим алкоголем. - если эта тварь не поддастся сразу, я выведу его натуру на чистую воду,- его голос затихает. Сынмин не целиком слышит предложение из-за доносящейся музыки, но вполне понимает: Чонин не собирается останавливаться на имеющемся, он доведет игру до самого конца. До логической точки, с которой он сам будет официально считаться победителем.

***

- ребят, послезавтра выезд в Сеул, будьте готовы,- менеджер напоследок после бессмысленного разговора кидает информацию, а следом за тем закрывает дверь в номер. И вновь dession собираются в номере лидера, потому что в других сидеть просто неподобающе - развратом так и пахнет, а Чанбину это не впервые кажется отвратительным. Он похотлив, но не до такой степени. Уровень Хенджина довольно явно противоположен уровню Чанбина. - да блять,- Чан несдержанно пинает ножку стула, не ощутив и потока боли. Он не пьян, но все эти тревожные разговоры заставляют нервы шататься из стороны в сторону. Джисон усмехается, Хенджин недовольно закатывает глаза, а Феликс.. смотрит в потолок. Прямо так, как смотрел недавно Минхо. Они вернулись под утро, оставив Ли в убивающем одиночестве - правда, он бы сгорел заживо от стыда, если бы не уснул практически сразу после ухода тройного хаоса. - нас СунХи ждет вечером, не расслабляйтесь,- Крис садится на край кровати, на которой так элегантно разлегся до сих пор одетый Енбок. Он и вправду все меньше и меньше ощущает себя частью этой группы, словно.. вырвали что-то ценное.