ｓｃｒｅａｍ

- тебе было бы славным посодействовать нам, Хван Хенджин,- Сонхва держит того за скованные полицейскими наручниками даже на гипсе запястья, будто бы тот способен чистый металл разорвать голыми руками. Внутри Вермута пылает такая бешеная ненависть. К этому чертову Яну. Он вбивается в доверие даже к тем, кто по правде-то и доверять не умеет в достаточных количествах. Самое большое заблуждение в жизни – верить людям. Человек зачастую существо крайне слабое, а порой и глупое.. к тому же нередко эгоистичное и корыстное. Поэтому, доверяясь большинству людей вокруг, следует готовиться к большим разочарованиям. - суки,- сквозь зубы язвит Хван, резко дергая плечом в тщетной попытке высвободиться из оков. Но куда он денется в полицейской машине? Напротив сидит охладевший к ситуации Чонхо, рядом с ним какой-то хорошо вооруженный сотрудник в маске.. в спереди, иначе говоря справа от вокалиста водитель за решеткой. Уже здесь возникает чувство тупейшей безысходности. - чтоб вас всех дьявол погреб..- немного тише, словно в некоторой боязни добавляет Хенджин. Ему.. кажется, что его вера здесь не спасет. Если раньше Дьявол им руководил и вынуждал отбрасывать каждое сомнение, воспитал в нем дичайшее существо, то сейчас.. - вот ты и попался, сатанист,- Чонхо улыбается с каким-то скрытым смыслом за спиной, а Пак коротко вздыхает. Хван поджимает губы, потому что не может сдержать своих эмоций. Лучше б он остался с Минхо. Лучше б он никому не показывал, где Минхо живет.. смог бы спрятаться под его теплым крылом. Не даром говорят, что ангелы зовут это небесной отрадой, черти — адской мукой, а люди — любовью.

***

Девушка оглядывается по сторонам, когда идет наравне с Джисоном за каким-то широким, но не особо высоким мужчиной в строгом одеянии. По длине этого серого коридора, который по ощущениям бесконечен, не встретилось ни единой живой души.. не удалось даже звука распознать. Темнота нагоняет тревожность. Тишина образует тяжкий комок в черепе. И малейшие намеки на форму или мысль, мелькающие в подобном мраке, стремительно вырастали и крепли, захватывая ее с собой целиком.. Над тьмой нельзя одержать победу. Не похоже, что тьма хочет убить Чэвон.. точно не сейчас. Она будет терзать ее, долго выжидать. И когда Ли ослабеет, тьма ударит наверняка. Сполна. - нам еще долго?- по-детски неожиданно спрашивает Хан, потому что ему видимо так же осточертело идти без какой-либо цели. Мужчина дает короткий отрицательный ответ - Джисон лишь немногозначно брови поднимает и краем глаза глядит на Чэвон, которая в свое время взглядом уперлась под ноги. И в самом деле, они останавливаются возле.. лифта? Как необычно. Вроде бы они на первом этаже, но кнопки внутри говорят о том, что это третий. Значит, в этом здании есть подземные этажи. Хана это вынуждает ненадолго напрячься, ведь.. под землей они не сбегут. Лифт бесшумно опускается на первый этаж и отворяет свои двери. С потолка сквозь нависшую вновь тишину закапала вода. В разных местах капли ударяли по-своему: одни напрочь глухо, другие звонко и отдавали эхом, а если задержать дыхание и прислушаться, можно былом бы различить ритм. Круг света без видимого источника скользил по отдаленным стенам, едва заметно разделенный расстоянием.. Любопытство пока еще побеждало боль и усталость. Если здесь и были однажды склады с оружием, то наверняка именно на этом этаже. Есть ли сейчас здесь что-то подобное? Мужчина проходит дальше, мучительной тягой даже не объясняя, куда и зачем. От пространства становится не по себе - весь этаж без единой стены.. здесь нет ничего, кроме каких-то разбросанных редко тряпок, обломков мебели и... ..капли крови. Чэвон останавливается, чуть было не наступая в свежую лужицу красной, слегка потемневшей жидкости. Ее глаза расширяются от вопиющего ужаса, а рука прикрывает губы по давней привычке. Хочется громко и пронзительно закричать, но она держится. Джисон останавливается вместе с ней и напряженно глядит за направленностью ее глаз. Не подает никаких знаков переживания и, аккуратно взяв старшую за талию, обводит ее чуть поодаль увиденного следом за мужчиной. - как же долго вас ждать пришлось,- голос Чонина металлическим звоном пробегает по прозрачности воздуха. Сам дьявол олицетворяет не природу, которая вокруг людей расположилась, а природу, которая внутри них.. бесконечно свирепое и хитрое дочеловеческое существо, которое все еще находится внутри, запечатанное в подсознательных подвалах психики. Джисон сравнивает шаг с мужчиной и останавливается, когда оказывается метрах так в двух от Чонина. Черт, он и вправду привел сестру Минхо.. сюда. Переживает ли он? Заметил ли он наступление ночи, проведенное в одиночестве? Наверняка. В таком даже сомнений быть не может. - Чэвон-и, милая..- нежным голосом произносит Ян, вызывая знакомый поток мурашек на ее спине. Как совсем юная девушка.. рядом с ним она ощущает такое блаженство, что словами не передать. Но после недавних их встреч наравне с этим чувством в ее душе появился сомнительный испуг. Кусочек ненависти. Хан замечает тело за спиной Чонина, безжизненно развалившееся на бетонном полу, и реагирует моментально - не позволяет Ли пройти ближе, пока она не заметила, и загораживает ее своим телом, будучи вполне удобно выше нее ростом. Чонин это несомненно замечает. Ухмыляется по-своему, не вызывая никакого доверия с самого попадания сюда. Мужчина рядом стоит неподвижно, руки удерживая по швам и в целом походя на некрасивую и невостребованную покупателями куклу. - ох, вы в прятки поиграть хотите,- Чэвон единственная не особо понимает подобного жеста Джисона, но не подает виду и опускает взгляд себе под ноги, стараясь выровнять ритм собственного дыхания. Ян сокращает расстояние между ними на несколько шагов,- ..давайте. На этом этаже. Парковка, точно. Это напоминает подземную парковку в торговых центрах, ибо только сейчас Хан замечает множество широких колонн вокруг.. их даже посчитать нет возможности. - Чонин, что за глупости,- Чэвон тихо вздыхает и еле сдерживает улыбку. Порой так хочется окунуться в беззаботное детство и не пребывать в такой жуткой растерянности.. для чего она здесь? Почему она вновь оказывается в какой-то пугающей до дрожи ситуации? И вновь с Чонином. С тем, вкус чьих губ она помнит и до сих пор. Поцелуи всегда несут особую информацию.. в каждом поцелуе сокрыт свой секрет, своя правда, свое собственное желание. Есть жадные и страстные поцелуи, но они, как правило, относятся к разрушительной энергии - бурей сносят рамки и вдребезги разбивают порядок, оставляют после себя множество осколков. Есть поцелуи нежности, когда каждая минута имеет значение, когда каждый миг важен, когда хочет этим поцелуем отдать все свое тепло, весь свой свет.. Такие поцелуи порой болезненны, но это не как боль, к которой многие привыкли. Эта боль, когда уже не знаешь, как еще показать всю значимость. Когда ты позволяешь своей внутренней Вселенной пролиться наружу, будто чернилам, заполняя все мелкие трещинки и скол того, к кому она обращена.. А есть такие поцелуи, которые как правило самые невинные по ощущениям, но смысла в них больше чем в любом другом человеческом контакте. - почему же?- парень медленно и бесшумно подходит к Джисону, несколько секунд смотрит прямиком на его зрачки и, делая небольшой шаг в сторону, наконец может взглянуть полноценно и на Чэвон. Ту, ради которой пришлось затянуть в это дерьмо dession целиком. - зачем ты нас позвал?- Ли поднимет взгляд от ног Яна выше. Замечает его сцепленные за спиной руки, а следом и слабую, довольно теплую улыбку на лице. Все тот же блонд в волосах.. самый красивый цвет, который только удавалось видеть. - не думаю, что нам дадут поговорить наедине,- несколько обреченным тоном отвечает Ян и вновь смотрит на Джисона, якобы намекая. Когда Хан вообще успел стать таким человеколюбивым? Пару месяцев назад ему бы и в голову не пришло мысли представить последствия. А сейчас вынужден, потому и качает головой в молчаливом отрицании. - ну вот,- Чонин настойчиво вздыхает и мягко прикасается одной рукой к ладони девушки,- ..иногда я думаю, что уже испытал в жизни все чувства, которые должен был испытать, и мне никогда больше не пережить что-то новое. Старшая поджимает губы, стараясь прислушаться к каждой нотке в голосе Яна. Она хочет, но просто физически не способна ему не доверять. Даже после того, как он отреагировал на новость о ее положении. - ты не можешь контролировать все, что с тобой происходит, но ты можешь контролировать свои чувства,- почти шепотом произносит она, не осмеливаясь поднять взгляд к глазам напротив. Это слишком серьезный для нее шаг. А вот для Чонина.. это как на спор играть. Он пальцами той же руки касается ее подбородка, аккуратным воздействием принуждая девушку поднять голову, а, соответственно, и взгляд. Она утопает в его глазах слишком быстро. А он не видит нужды в словах, едва удерживая игривую улыбку в уголках своих губ и наклоняясь чуть ближе.. ближе к ее губам. ..Чэвон чувствует, как знакомый давно жар приливает к ее лицу, когда она закрывает глаза и отвечает на его нежный поцелуй. То, чего ей всегда не хватает. Чувствует, как шею сзади секундой позже пронзает резкой и невыносимой практически болью. Острое ощущение не позволяет быстро сориентироваться, оторваться от чужих губ или хотя бы пискнуть - тело слабеет, а сознание торопливо утекает из ее власти. Джисон даже среагировать не успевает, когда замечает в спрятанной до последнего за спиной руке Яна шприц с какой-то жидкостью внутри. А тот в свое время свободной ловит падающую Чэвон и в коем-то веке расплывается в эгоистичной, совершенно обычной для него ухмылке. - ты..- Хан готов подорваться с места, наброситься прям на детектива, но под влиянием тяжелой ауры мужчины рядом застывает холодной каменной статуей, наблюдая за этим сумасшествием. - тихо,- монотонно произносит Ян, выбрасывая шприц прямо на пол и без особого труда поднимая Ли на руки,- ..пропофол ей не навредит. Это синтетический внутривенный седативно-снотворный анестетик,- Джисону, честно говоря, подобные термины не знакомы, но хотя бы стало ясным, что она просто под эффектом наркоза. Но.. зачем? Для чего Ян это сделал? - пошли,- спокойно выдает блондин и направляется в сторону лифта, не вызывая ни капли доверия. Теперь-то уж точно Хан пожалел о том, что согласился на подобную авантюру. - какого.. ты творишь вообще, Чонин?- без истерик, но со слабым переживанием проговаривает Джисон. Ян останавливается, не пройдя и трех метров, но даже не поворачивается лицом к старшему. - хочешь поваляться рядом с Чаном?- вопрос звенит в ушах Джисона, заставляя мышцы в единой судороге сжаться. Неужели то тело позади - это...? - двадцать семь ножевых, но он выжил,- то равнодушие, с которым Ян произносит каждое слово, пугает гораздо сильнее его безумства. Никто и никогда не видел серьезность Чонина в подобном виде. Страх везде и всюду. Мы родились в нем, вышли из него и следуем в него.. Он всегда видоизменяется и проявляется в абсолютно разных сферах нашей жизни. Порой мы даже не подозреваем о том, что боимся - выдаем такое состояние за совершенно другое, к примеру, иногда положительное, потому что оно влечет за собой некую реакцию, которая часто помогает в решении той или иной проблемы. Но сейчас Хан действительно начинает не на шутку бояться. - заберешь его живым и целым, если сделаешь то, что я скажу,- Чонин не желает слушать или тем более продолжать разговор, так что в темпе побыстрее направляется к тому же лифту.

***

- незаинтересованность в наличии адвоката.. интересно,- Сонхва стоит напротив сидящего на стуле Хенджина. Его привели в комнату допроса, где находиться оказалось еще более некомфортно, чем в полицейской машине. Тишина выедает все внутренности с такой скоростью, что Хвану просто хочется выплюнуть легкие прямо на пустой деревянный стол перед собой. - ну слушай, в таком случае,- Пак опирается руками о противоположный Хвану край стола и неотрывно наблюдает за его горящим в глазах желанием подорвать здесь все к чертям собачьим,- ..в допросе нет необходимости. На тебя собраны абсолютно все возможные доказательства. Нашли свидетелей. Теперь решение суда определит, на сколько жизней ты сядешь. - многие вещи, которых на воле человек в упор не замечает, в тюрьме обретают неожиданную ценность. Сломанная авторучка превращается в тату-машинку.. Пластмассовая расческа в заточку. Из горстки подгнивших слив и куска хлеба получается почти вино — не сразу, но через недельку-другую уже можно пить. Из порошка для приготовления шипучки — краска, из вентиляционной шахты — телефон. Из двух вставленных в розетку бумажек и карандашного грифеля — зажигалка,- полицейский с такой простотой говорит о странных деталях жизни за решеткой, что на мгновение Хенджин себя ощущает уже приговоренным к пожизненному. Но молчит. С такими правильными, как Пак, разговаривать бесполезно. - идем,- Сонхва наконец выпрямляется и кивает в сторону железной двери. Вермут несколько секунд щурится, как будто бы это поможет понять, куда именно его пригласили, а затем поднимается. Почему.. такое спокойствие нахлынуло? Неужели он уже смирился? А будет ли Минхо скучать? Этот вопрос сейчас больше остальных колышет душу вокалиста. Он направляется следом за полицейским по коридору к просторной комнате, обрамленной с одной только стороны вместо стены решеткой. Там уже расположились на неудобных лавочках пару человек - какой-то грязный пьяница с улицы, явно не раз проблевавшийся по дороге сюда на собственную куртку.. а напротив него нервно ковыряющий заусенцы на пальцах мужчина лет тридцати. Подозреваемый? Так сразу и не понять. Хвана практически заталкивают туда, как только снимают наручники. Сломанная рука неприятно ноет, тепло напоминая Вермуту о свободе.. о тех временах, когда dession действительно веселились на сцене. Это очень важный момент — признать, что весь мир свободен.. все имеет право быть таким, какое оно есть. До тех пор, пока не дадите всему миру свободу соглашаться или не соглашаться с каждым, пока не дадите каждому человеку свободу любить или не любить, одобрять или не одобрять, смотреть на вещи так же, как другие, или все же по-другому — до тех пор, пока не дадите миру причитающуюся ему свободу, сами никогда не освободитесь.

***

Чонин натягивает на руки силиконовые перчатки, непрерывной линией проводя взглядом от ног девушки вплоть до ее макушки. По телу девушки, лежащей на операционном столе. Честно, последний раз здесь только Хенджин был, но с той минуты все давно прибрали и привели в чисто медицинский порядок. Никто и предположить не может, кому именно принадлежит честь создания древней медицины. В основе этой древней науки была светлая идея, просто блестящая мысль гениального человека. Из рук гения эта идея перешла в руки бездарных совершенно людей. И те в соответствии со своими возможностями свели ее до своего уровня, до степени шарлатанства. Правильная идея была опошлена до такой степени, что разобраться в ней не представлялось возможным. Джисон изо всех сил старается скрыть панику от осознания, что.. он участвует в чем-то, в чем явно останется его же вина. Ян без угрызений совести расстегивает ее легкую кофточку, под которой ничего не наблюдается - лишь красивое, стройное женское тело. Одними пальцами проводит вниз по ее груди, другой рукой потянувшись к столику с хирургическими приспособлениями. Пилы, распаторы, троакары и иные инструменты. От одного их вида у Хана рвотный рефлекс срабатывает.. учитывая, что он никогда в жизни не боялся крови, органов и в целом подобной тематики. Не зря же на их концертах всегда какой-то хаос с животными головами или перерезанием частей тела. Чонин берет самый обычный, остро заточенный скальпель и протягивает его Джисону. У того душа в пятки прямо-таки падает. Да с таким грохотом, что аж на секунду Хану показалось, будто бы он оглох. - я заберу всю твою вину, если вырежешь чрево внутри нее,- таким темным языком заговорил Ян в плиткой покрытых стенах слабо освещенного помещения. Вокруг будто бы кутает тьма, ибо здесь никого больше, кроме них, нет. Ни души,- ..знаешь, что такое лапаротомия?- продолжает Чонин, когда старший берет скальпель в руку, но не может даже подойти достаточно близко. - ах да, у тебя времени мало, ибо она может в любой момент проснуться,- сквозь речь вбрасывает Ян и отходит к шкафчику позади себя, доставая оттуда какие-то зажимы,- ..это вариант операции по удалению матки, который используется при больших размерах матки или при подозрении на опухолевый процесс, так как врач имеет возможность провести ревизию всех органов в малом тазу,- Джисон слушает, но напрочь не понимает, зачем Чэвон.. вырезать орган. Зачем Чонину это нужно. Продать? Как-то неоригинально в его случае, тем более зная его успех в жизни. - послеоперационный период после этого вида операции протекает наиболее тяжело, реабилитация самая длительная из возможных,- Хана ужасает осознание, что в процессе.. Чэвон может что-то почувствовать,- ..это происходит, потому что во время вмешательства рассекают переднюю брюшную стенку. Заживление мышечных тканей сопровождается длительной болезненностью, что ограничивает подвижность женщины и может вызвать ряд осложнений,- Чонин возвращается на место и слабо, вполне безучастно улыбается. - режь,- блондин приказ кидает тем же тоном, кивая прямиком на нижнюю часть живота старшей. Джисон делает глубокий вдох, стараясь внушить себе необходимость этого.. он же будет абсолютно свободен, да? Где же гарантия, что Ян в самом деле способен избавить Хана от мерзкого чувства вины? - режь,- голос Яна давит морально гораздо сильнее, чем что-либо другое. Джисон пытается освободить себя от лишних мыслей, потому что.. так будет проще. Лучше бы он был сейчас под тяжелым наркотиком и не воспринимал реальность совсем. Он подходит ближе к Чэвон, крайне аккуратно укладывая руки на край стола. Чонин просто не хочет марать руки.. ведь подобное деяние - грех, а таким же помешанным на вере в тьму грешить лишний раз не стоит. Ян спланировал убийство Хвиджуна, потому что Хенджин доверял ему на тот момент больше остальных. Ян слишком гениален в свои молодые года. Он просто не для этого мира. Хан осторожно прикасается кончиком лезвия к месту поблизости с тазовой костью девушки, задерживая тот на несколько секунд. Ей точно не будет больно. Она не должна так скоро очнуться от обычного наркоза. Многие уже осознают разницу между духовностью и религией. Они понимают, что наличие системы убеждений и верований — набора мыслей, к которым относятся как к абсолютной истине, — не делает человека духовным, какого бы свойства она ни была. Закрыв глаза, Джисон прислушивается к собственному дыханию и чувствует на себе пристальный взгляд напротив. Чонин.. ждет. Нельзя заставлять людей ждать. Сильнее надавив, но даже не пустив кровь, Хан резко отрывает скальпель от тела Чэвон и вонзает лезвие себе прямо в шею. Скоропостижно чувствует привкус крови на языке и практически давится ею, отшатываясь назад от странной и тугой боли.. словно голова вот-вот отвалится. Он промахнулся. Попал не в сонную артерию, разрез которой мог бы стать для него смертельным. Капли летят на пол, струятся по его рубашке вниз, впитываются в ткань и, кажется, просто отвратительно пахнут. - а это ты зря, Хан-и,- Чонин разочарованно усмехается и обходит операционный стол, приблизившись именно к Джисону. Резким движением выдирает с его тела скальпель, усиливая кровопотерю и некоторое время рассматривая неглубокую рану,- ..жить будешь, скотина,- язвительно бросает тому в ответ на бездействие и слабо толкает к стене, следом за тем поворачиваясь обратно к Чэвон. - моей девочке будет больно из-за тебя,- свободной рукой надавливая той на ребра, а другой беспощадно разрезая нижнюю часть живота горизонтально относительно тела. У Хана плывет перед глазами, а ноги постепенно слабеют.. он опирается спиной о стену, улавливая остатки равновесия, а следом слышит довольно громкий хруст костей - Чонин надавил настолько, что, видимо, сломал Ли пару ребер. Хочется кричать от безысходности, но Джисон и слова из себя выдавить не может. Их все равно никто здесь не спасет. Они обречены навечно.

***

- как Дьявол вечен, так Он и един. Каждый Бес сам себе господин. От всего Дьявол меня укрывает. Да не за то, что добротою страдает. А за то, что мое дело, да Его - верно! Кто дело так ведет, тот под крылом Его живет. Так и я живу, да колдовство свое вершу. Любо, дорого живу. Ни одна стрела, да коса в меня не попадет.. - что ты там бормочешь, ненормальный?- пьяница еле собрал слова в единое предложение, подняв голову и кое-как сфокусировавшись на красивом шатене рядом с собой. Хван уселся на полу, дабы не прикасаться к поверхностям, на которых вот такие отбросы раскладываются. Не до такого Вермут падет. Он непонимающе поднимает взгляд на источник звука. Они уже несколько часов сидят в следственном изоляторе - самому Хенджину сказали, что он здесь только до организации суда по его делу. Как смешно вышло. Он даже не хочет слушать перечень тех статей, которые он нарушил.. здесь хоть голову снеси - никакого проку не будет. - я тебя сейчас..- мужчина пытается подняться с лавки и беспечно валится лицом прямо в пол, своей небрежностью лишь забавляя вокалиста. С человеком точно должно быть что-то не так, если вы видите его пьяным в восемь утра.. Для всего остального всегда запросто можно найти объяснения. Хотя откуда Хвану знать, сколько сейчас времени. У него ведь даже никаких личных вещей с собой нет. А если б и были, их бы давно забрали.

***

Минхо просыпается в холодном поту. Это все было про сном? Почему он так быстро уснул, не желая спать вообще? Ибо мир основан и построен на смерти, и в реальности смерти нельзя ни сомневаться, ни бояться.. Смерть — это мрачный сон, но никак не кошмар. Кошмар заключается в отсутствии у человечества сострадания, той же фатальной склонности человечества к пыткам. - Чэвон, ты дома?- он вылетает из своей комнаты, как будто спешит на работу или праздник.. такое себе сравнение, конечно. Сейчас ни того, ни того не хочется. - Чэвон?- повторяет Минхо, когда не слышит ни единого шороха вокруг. На улице еще раннее утро, часов так девять, но мир наверняка не спит. Погода все так же нагоняет серости в их маленькую квартиру, пока Ли заглядывает во все комнаты подряд. И.. оставляет комнату сестры напоследок. Наверное, она спит. Парень аккуратно касается ручки двери и заглядывает внутрь с дичайшей тревогой на сердце. Где Хенджин? Где, черт возьми, Чэвон? Долгие муки проходит душа, пока годами, иногда десятилетиями, камень за камнем, медленно воздвигает свой могильный холмик, сама в себе приходит к чувству вечной потери.. наконец смиряется перед силой произошедшего. Нет, о какой еще потере может идти речь? Минхо наспех накидывает куртку и выбегает из квартиры, но резко останавливается. Может, он вновь на себя накрутил? Может, Чэвон ушла на работу? Ей стоит позвонить. В прежней спешке парень возвращается в квартиру, хватает с тумбочки в своей комнате телефон и ищет знакомый номер из малого количества других. Гудок.. второй... и мучительный третий. То, чего Ли боялся больше всего. А, быть может, она просто занята? Четвертый.. пятый. Это просто ужасно: звонок или отсутствие звонка означает разницу между любовью и просто дружбой, между счастьем и очередным попаданием в окопы безжалостной войны, причем чувство, которое возникает при этом, с каждым разом становится тяжелее.. - Минхоша,- спустя секунду молчания, которую Ли даже заметить не успел, крепко сжимая руку в кулак, до самого побеления костяшек,- ..как мило ты записан у нее,- умиротворенным голосом Чонина, помимо которого слышна одна только мертвая тишина. И дождь звонко смеется, явно довольный тем, что еще один смертный попал под его влияние.. Ведь все эти муравьишки, названные в совокупности человечеством, под дождем — как и всегда, смертны.. их жизнь похожа на песок в бесконечных часах вечности. Каждая жизнь — это песчинка, которая тихо скатывается из одной части часов в другую, безвозвратно исчезая в сотнях таких же.