Другая сторона

Тёплый июньский вечер. Задёрнутые шторы, мягко освещённая комната и включенные на телевизоре новости. Этот вечер мог бы быть вполне спокойным. Но ключевое слово «мог бы». У пиковых вспыхнул очередной конфликт, спокойно вместе они ведь никак не уживутся. Пик не хотел, чтобы в одной с ним геометрии, в одном помещении находились младшие. Вару не хотел слушать Пика, а Эмма обоих не переносила. И ведь практически на ровном месте: Вару выкрал шлем от мотоцикла Пика и написал ядовитой зелёной краской на чёрной футболке Эммы «Ущемлёнка». Последние уже час пытались неосторожно убить Вару со свидетелями всеми возможными и невозможными способами. Куромаку массировал переносицу, шипел, складывал очки и клал рядом с собой, закрывая глаза, прибавлял громкость, но пиковые были во сто крат громче и непреклоннее. В деревянную дверь с громким и неприятными хрустом вонзился кухонный нож для мяса в сантиметре от головы Вару. Эмма скучающе зевнула: ─ Опять промазала. Твоя очередь, имбицил. ─ Пик невольно скривился и показал даме средний палец. ─ Заткнись уже, женщина. ─ ответил он, запуская дротик в ту же несчастную дверь. Вару вновь ловко увернулся и расхохотался, всё больше взвинчивая и напрягая пиковых. Куромаку устало закатил глаза. ─ Пиковые, потише. Не мешайте другим. ─ сделал он пятидесятое замечание за прошлые полчаса. Все пиковые как один закатили глаза. ─ Тупая зелёная хмарь, отдай мой шлем. ─ процедил Пик, окончательно вызверившись. Вару показал тому язык и скрестил руки на груди. Бессмертный. Эмма тихо хихикнула, и король опалил её всепоглощающим безумно злым взглядом. ─ Рогатая злая мявкалка, хватит пищать здесь. ─ хмыкнул Вару. ─ Это такая игра? ─ Пошёл нахуй, блять! Сейчас языком своё дерьмо с моей футболки будешь вылизывать! ─ завелась Эмма. Куромаку начало казаться, что до этого переломного момента всё было довольно чинно и благородно. ─ Сейчас это будет вылизывать Пик, он же у нас псина. Пусть хоть какую-то пользу принесёт. ─ пожал плечами Вару и хрустнул суставами тонких пальцев. ─ Блять, это стоит пятьдесят тысяч, но мне похую, я кину это тебе в еблет, если ты, блядь, будешь продолжать издеваться над нами и заводить эту ебучую шарманку! ─ наконец потеряв терпение, выпалил Пик на одном дыхании, сорвавшись с места наперевес с большой металлической колонкой для музыки. Вару поспешно скрылся на винтовой лестнице, с которой неторопливо спускался Феликс, сбил его с ног и укатился в общую комнату своей масти под громогласный крик Пика, что доносился ему вслед. Феликс, конечно, не ожидавший такой наглости, споткнулся, пошатнулся и едва не упал, вульгарно ругнулся и продолжил свой путь. Эмма молниеносно поднялась вслед за старшим и младшим мастёвыми.

* * *

─ Что-то пиковых не слышно. ─ спустя уже около двух часов, подозрительно прищурился Феликс. Хелен лучезарно улыбнулась и беззаботно махнула рукой, вставая из-за стола. ─ Похоже, поубивали друг друга. ─ прохрипел Куромаку, делая очередной глоток свежего чая с лимоном. Заметив, что дама червей собралась уходить, он поднял брови: ─ Ты куда? ─ Пройду проверю, как они. ─ вполоборота ответила она, уже тихо ступая по ступеням. Прошло уже около пяти минут, и Феликс, коему не сиделось на месте, решился подняться вслед за червовой. Не вернулся и он, и Куромаку, обозлившись и чувствуя себя максимально глупо, словно непоколебимо чеканя шаг на помощь деду и бабке из «Репки». Он застал червовых за дверью комнаты пиковых. Те с мобильниками в руках без вспышки и звука фотографировали что-то, что Куромаку за их спинами не видел. Растолкав последних, он не смог сдержать усталой улыбки. Пик и Эмма лежали на разных сторонах двуспальной кровати, а на длинном, широком и высоком изголовье кровати мирно сопел Вару, испачканный в зелёной краске. На его щеке алел совсем ещё свежий след от пощёчины ─ властолюбивый Пик всё же настиг неугомонного. Естественно, через час они проснутся и вновь начнётся бесконечный круг ада, но сейчас пиковые находятся в полной гармонии друг с другом, а главное, тишине, и это, конечно, не может не радовать.