Страх наказания

В один из пасмурных дней, когда у всех детей и подростков были каникулы, Америка сидела в Санктуме перед телевизором, и от скуки смотрела какое-то шоу. В этом теле-шоу было двое людей с ребенком; отец ребенка кормил его кашей с ложечки, пока мать разогревала еду для них, при этом они о чём -то непринужденно болтали. Америка не слышала разговор, она сосредоточилась на родительском обращении отца с малышом. Она неожиданно размечталась, и на месте ребенка представила себя, а на месте отца ребенка, Стивена. Америка была девочкой из другой Вселенной, и о ней никогда не заботились таким образом; дети из её Вселенной начинают есть сами, почти сразу после того, как были отлучены от грудного молока матери. Она, теперь захотела чтобы Стивен накормил её с ложечки точно так же, как ребенка, но не знала как сказать. Просто дико захотелось чтобы он проявил этот акт заботы; таким образом она хотела приобщить его к отцовству по отношению к себе, но она была уже слишком большая девочка, чтобы он вел себя с ней таким образом. Ребёнку на экране было от силы года два, и поэтому девочка не знала как сказать. Она и сама не понимала, что в этом желании таилась жажда к его вниманию. Однако, Чавес знала, что попроси она у него это, он бы точно закатил глаза и строгим голосом ответил что это подростковая блажь. После потери родителей ей было тяжело справиться с отсутствием внимания и заботы, но вряд ли взрослый и серьёзный мужчина может это понять. Девочка долго думала как сказать чтобы не прозвучало глупо и наивно. Она даже подумала притвориться больной, но до этого никогда не обманывала Стивена, и не хотела даже начинать. Его доверие много для неё значило, гораздо больше чем её сиротливые желания внимания. Она решила сказать как есть. Выключив телевизор Америка положила пульт на стол и пошла в комнату к Стивену. — Привет, — нерешительно начала она. — Здравствуй Америка, как ты? — Спросил Мастер Мистических Искусств, который сидел за ноутбуком. Она заметила что он одет не в свою обычную синюю тунику, а в футболку *самый лучший папа на свете*, которую она подарила ему на день отца, чем довела его до слез, которые он обычно скрывал от всех, кроме Кристин. Америка широко улыбнулась, с теплотой глядя на футболку. — Нормально, — ответила она, — хотела бы кое-что у тебя попросить, но не сочти это за глупость. — Хорошо, Америка, спрашивай, — ответил он, - Я не собираюсь считать глупостью, что бы ты не сказала. — Дело в том что я смотрела телевизор, — начала она. — Там, в одной передаче мужчина кормил своего двухлетнего сына с ложечки. В моей Вселенной никогда такого не было, но мне очень понравился этот акт заботы... — Так и что, — кажется, Стрэндж начал осознавать к чему идёт дело, — ты хотела бы попробовать тоже самое, правда? Америка кивнула. — Да, я понимаю что в моём случае это поздно, но... — Ну хорошо, — к удивлению Америки перебил ее Стивен. - Я тебя понимаю. Сейчас как раз будем ужинать и я постараюсь дать тебе почувствовать себя моей маленькой дочкой. Он по-доброму улыбнулся и девочка облегченно вздохнула. - Спасибо, Стивен, - сказала она. - Ты лучший! *** Они сели за стол и Америка немного засмущалась. Мужчина вздохнул и набрал полную ложку супа, поднося ее ко рту Америки. Девочка почувствовала такое умиротворение и уют, глубоко в сердце, что едва не заплакала. Она подумала, как ей повезло, что она попала к такому понимающему человеку, который без осуждения готов подыграть ей в ее капризах, подарив забытое ощущение детства. Чьи глаза с такой теплотой и доброй насмешкой смотрят на неё сейчас. Он не удержался, и протянув слегка дрожащую руку, погладил ее по голове. Америка Чавес никогда не подумала бы, что кто-то сможет вызвать в ней чувство, словно она знает и любит его с рождения, так же как и он ее. Чувство, словно он ее родной отец.