Вкус гвоздики и уроки рисования

      Следующие два дня пролетели для Мирабель как пара мгновений. Подготовка к празднику отнимала достаточно физических сил у всей семьи Мадригаль, за исключением Луизы, возможно. Всё это время Мира пыталась найти себе дело, занималась чем угодно, лишь бы мысленно не возвращаться к найденной рукописи, но разум всё уводил к странице, исписанной дрожащим почерком её tio. Как к нему попал её рисунок было достаточно очевидным. Но вот остальное… В голове водили хороводы вопросы, на которые у Мирабель ответов не было, и это выматывало девушку ещё сильнее.       Что в это время происходило с Бруно, Мирабель могла только гадать: он старался помочь всем по мере своих возможностей, и, казалось, вел себя также, как и всегда. Но только не с ней. С Мирой провидец практически не разговаривал, отводил глаза, если их с девушкой взгляды пересекались, а то и вовсе мог уйти в другой конец дома подальше от неё, ничего не сказав.       «Он совсем отдалился от меня… Неужели, из-за наброска?! Тогда как понять его рукопись? Что вообще происходит?»       «И почему мне больно?..»       Вздохнув, Мирабель постаралась отбросить грустные мысли и взять себя в руки. Сегодня важный вечер для её семьи и для всего города. Сегодня она повесит портрет бабушки Альмы рядом с портретом дедушки Педро. Сегодня весь город будет поздравлять абуэлу, веселиться и радоваться празднику жизни.       Девушка решила для себя: сегодня она получит ответы на свои вопросы.

***

      Празднование юбилея Альмы было в самом разгаре. И, казалось, продлится всю ночь. Вино лилось рекой, раздавались тосты о здоровье и счастье матриарха, фейерверки распускались в небе подобно самым прекрасным цветам, созданными Исабеллой. Вечер был чудесен. После торжественных речей, сказанных в самом начале, жители полностью погрузились в веселье. Чему Мирабель была несказанно рада.       Она хотела поговорить с Бруно. Девушка знала, что tio будет держаться в стороне от толпы - это давало возможность поговорить без лишних ушей, да и Долорес вряд ли бы услышала их за шумом торжества.       Мира нашла провидца на кухне – видимо, он единственный во всём Энканто предпочёл сегодня кофе самым лучшим винам; даже Мирабель не отказалась от пары бокалов. Девушка, опершись бедром о стол, заворожённо наблюдала за тем, как мужчина плавными движениями молол зёрна, лил воду в турку, грел джезву в раскалённом песке. Бруно выглядел расслабленно, улыбаясь краешками губ. Мирабель как заворожённая следила за руками tio, и сейчас ничто не могло отвлечь её внимания от них.       - Кажется, нужна ещё одна чашка для тебя, artista, - первым нарушил тишину кухни провидец.       - Да… Было бы здорово, tio Бруно.       - Вот, держи. – Бруно протянул чашку с кофе девушке. – Ты здесь стоишь довольно давно. Всё в порядке? Почему ты не со всеми?       - Там немного шумно. – Мирабель вдохнула аромат напитка: нотки гвоздики коснулись кончика её носа. – Я… хотела поговорить с тобой, tio. Но не решилась отвлекать тебя от варки кофе.       - Как видишь, кофе готов. И мы даже его пьём. Скажи, что произошло, – Бруно внимательно обвёл взглядом нервничающую девушку и аккуратно к ней придвинулся.       В этот момент Мирабель поняла, что совершенно не знает, что говорить. С каких слов она начнет ЭТОТ разговор? Не скажет же она, что всё крысы подстроили! И набросок сделали, и рукопись написали…       «Ты ведь не трусиха, Мирабель Мадригаль! Соберись, возьми себя в руки!»       Несколько минут она молча стояла, держа в руках чашку. Аромат кофе и внезапная близость Бруно согревали девушке душу. Santa Maria, как же она по нему скучала.       - Я тебе неприятна? – Слова сами вырвались из губ девушки. – Скажи, tio, почему ты так странно себя ведёшь? Почему ты избегаешь меня?       - Мирабель, я не…       - Ты понимаешь, о чем я. Мы же были с тобой так близки, tio. Но в последние пару лет ты сторонишься меня, ведешь себя так, словно я тебе совсем чужая, – слезы невольно скапливались в уголках глаз девушки. – Я… я ведь… я очень скучаю по тебе… Что я такого сделала?       Dios, она ведь хотела поговорить вовсе не об этом. И уж точно девушка не ожидала ответа Бруно после непродолжительной тишины.       - Я отвратительный человек, Мира...  – взгляд мужчины погас, а голос будто надломился.       - О чём ты? – Девушка заметила, как Бруно сжал чётки, висевшие на его шее, и нервно ухмыльнулся. Разговор определённо не клеился.       - Милая sobrina, ты не виновата ни в чём. Это всё я… Это неправильно, грязно…       - Объясни же, наконец, в чё…       Внезапно губы Мирабель встречают чуть сухое прикосновение. Бруно прижал к себе девушку, делая поцелуй крепче. Мира не старается выбраться из объятий, только от неожиданности распахивает глаза, чувствуя влажное касание к её нижней губе. Она пытается что-то сказать ему, но провидец пользуется моментом и языком проникает девушке в рот, делая поцелуй более горячим, более страстным, греховным и возбуждающим. Мирабель чувствует вкус гвоздики, отчего внизу живота становится жарче, и она отвечает, невольно стонет мужчине в губы, сжимая пальчиками края воротника его праздничной бордовой рубашки. Провидец проводит ладонями по талии девушки, сжимает руками её бёдра, плотнее прижимая к себе. Мирабель задыхается, когда чувствует, как бугорок под штанами мужчины вжимается в её тело. Девушка краем сознания понимала всю неправильность их положения, Бруно, видимо, тоже. Но останавливаться первой Мирабель определённо не собиралась: этот человек сводил её с ума достаточно долго. Особенно руки, что буквально плавили сейчас её тело своими касаниями…       - Tio… - шёпотом простонала Мирабель, когда губы мужчины оторвались от её собственных и оставили влажный поцелуй на её ключице. В этот момент Бруно замер.       Следующие несколько мгновений показались Мирабель вечностью. Провидец поднял затуманенный взгляд на девушку. Его лихорадило, он тяжело дышал, словно загнанный в ловушку зверь, не выпуская девушку из объятий.       - Soy asqueroso... Perdóname, sobrina... Por favor, Mirabel, si puedes, perdóname... - шептал Бруно, прижавшись лбом к плечу Мирабель.       После этих слов Бруно резко отшатнулся от девушки и практически убежал в сторону свой башни, оставив Мирабель наедине со своими мыслями, огнём в теле и привкусом гвоздичной горечи на её губах. Громкая музыка доносилась с внутреннего двора Каситы, но даже она не могла заглушить шум крови в ушах Мирабель.       - Я ведь точно такая же, tio. Мне не за что прощать тебя… - девушка касалась кончиками пальцев своих губ и понимала, что Бруно так и не ответил на все её вопросы.