Идеальная жена

      Асторию с детства готовили к роли идеальной жены. Но не говорили, как влюбить в себя мужа.       Драко с детства готовили к роли Главы Рода. Но не говорили, как стать хорошим мужем.       Поэтому сейчас Астория слышит громкие стоны и крики удовольствия одной из любовниц её мужа. Кто сегодня? Дурочка Бетти или жена одного из министерских работников? Или и вовсе муж этой самой жены, что уже, наверняка, побывала в его постели?       Неважно. Любого из них он выбросит из дома, как только они закончат. Любой из них может пройти мимо неё, сидящей у камина. Посмотреть в её бесстрастное лицо и смутиться. Правильно. Ведь почему-то все думают, что она ничего не знает. А её дорогой муж только и осыпает её рога новыми драгоценностями, задабривая её.       О, она знает. Узнала ещё в Хогвартсе. Как там говорил её муж?       — Мне нужно снять стресс.       И ведь она его даже понимала. Видела, как он задыхался в приступе панической атаки, расцарапывая свои руки в мясо. Но её попытки помочь он отвергал. Сквозь хрипы, приказывая ей уйти.       Слабость Малфоев никто не должен видеть. Особенно те, кого они считают ниже себя.       Она знала, что такое поведение её мужа лишь хорошая копия. Копия с поведения его отца. Нарцисса говорила ей. Малфои никому не доверяют и влюбляются только однажды, но навсегда.       Нарцисса пыталась бороться с разгульным образом жизни Люциуса. Конечно же, ничего из этого не выходило на всеобщее обозрение. Ведь и она была идеальной женой. Но её муж даже не воспринимал её всерьез. Она была его красивым дополнением. Пока он её, наконец, не увидел. Не увидел в ней сильную и верную женщину. И для этого ему нужно было пережить войну и её последствия. Только тогда измены прекратились. Только тогда Люциус полюбил.       Астория видела те взгляды, что бросал Люциус на свою жену. Те мимолетные прикосновения, что дарил ей. Он готов носить её на руках. И делать все то, что Астория называла влюбленной глупостью, но чего безумно хотела получить от своего мужа.       Она знала это, но все равно надеялась. И её надежды не оправдались. Поэтому теперь она знала и ещё кое-что. По-настоящему больно увидеть это только, когда ты надеешься. Когда ты смиряешься, ты не разбиваешься на сотни мелких осколков.       Из спальни больше не доносится стонов. А Астория думает, что не хочет сегодня видеть, кого же покорил её муж на этот раз. Сегодня она готова терпеть только одного любовника её мужа. И если это не он, то она готова и сама уйти через камин. Желательно именно к этому любовнику домой. Кажется, сегодня он должен быть свободен.       Осторожные прикосновения к броши, что подарил ей её муж на их свадьбу, успокаивали. А ведь тогда она ещё надеялась на счастливую семейную жизнь. Наивная.       На лестнице раздаются шаги. А в спину идущему летят слова Драко, пропитанные язвительной колкостью:       — Пока, Потти. Жди, я позову тебя через пару дней, герой.       Похоже, можно не гадать будет ли тот, к кому она собиралась, дома.       Они встречаются взглядом, когда он спускается. Усталый и с блеклой надеждой её, опустошённый его.       — Могу я провести этот вечер у вас, Гарольд?       Слова до того тихие, что, кажется, чтобы их услышать её новоявленный друг должен уметь читать по губам. В ответ она видит ломкую улыбку на его губах.       Сегодня она поздно вернется домой.

***

      Гарольд не был её любовником, как можно было подумать в начале. Хотя были и те, кто причисляли некоторых любовников мужа к её собственным любовникам. Смешно. У неё не было ни одного любовника и ни одной любовницы.       А Гарольд… Он был единственный, кого она не проводила презрительным взглядом. Многие замечали, как Герой смотрит на Драко в Хогвартсе. Как старается привлечь к себе внимание. Как поникают его плечи, когда Слизеринский принц не смотрит на него. Болезненная первая влюбленность. У Золотого Мальчика она была слишком сильной, переросшей из влюбленности в ненужную никому любовь.       Впервые увидев выходящего из спальни мужа Гарри, она не удивилась. Она ждала его. Именно его. Потому что из всех людей, что побывали в постели её мужа, любили его только двое. Она и Гарольд.       Чего она не ожидала увидеть? Опустошенного взгляда сломленного человека.       — Мистер Поттер, — окликнула она его. Тот немедленно остановился, но на неё смотрел все тем же взглядом. — Вы же знаете, что он вас никогда не полюбит? Зачем бить и так сломленного человека? Затем, чтобы отогнать слепца от того, что его окончательно погубит.       Но тот только ломко улыбается, как будто забыл, какого это — улыбаться.       — Знаю, миссис Малфой.       — Тогда зачем?       — Чтобы вспомнить… Вспомнить свою любовь к нему.       Тогда она больше ничего не сказала, позволяя ему уйти.       Но через пару дней пригласила его на чай, когда Драко не было дома.       Таких встреч у них было не две и не три, намного больше. В первые из них они молчали. Затем между ними появились слова. Слова ни о чем. Блеклые с толстым слоем пыли и мха. Цвета в этих словах появлялись редко. Но даже такое общение было им обоим нужно.       Однажды Астория спросила:       — Что значит: «вспомнить свою любовь к нему»?       Гарри долго не отвечал, помешивая сахар в чае.       — Драко был моей первой любовью. Я и не думал, что смогу испытывать такие чувства к кому-либо. Плохие люди из плохого места говорили, что такой, как я, не способен любить. Но за год, что прошел в бегах и сражениях, я будто бы и вправду разучился чувствовать. Когда Драко пригласил меня к себе. Я надеялся, почувствовать хоть что-то… Я любил его так сильно, что мне казалось, эти чувства исчезнут, только когда мое собственное мертвое тело начнет разлагаться.       Она слушала его, закрыв глаза, смотреть на него в этот момент было слишком больно.       — Гарри. Послушай меня. Я прошу тебя, не приходи больше по одному только его приглашению, — она посмотрела ему в глаза. — Я прошу не из желания избавиться от тебя, как от ещё одного любовника моего мужа. Я прошу тебя, потому что ты сломаешься рядом с ним. Он тебя не спасет. Он сам ищет спасения, — она замолчала, переводя дух. — Если бы он смог полюбить тебя, то я бы даже обдумала вариант изменения нашего брачного контракта, включив в него тебя. Но он не полюбит… Я даже не уверена, полюбит ли он меня.       В его глазах она видела понимание. Но также она знала, что он все ещё надеется на спасение. Спасение, что принесет ему Драко.

***

      Всему когда-нибудь приходит конец. Когда Гарри не пришел в первый раз к её мужу, она почти не обратила внимания. Домашний эльф, что говорил ей о всех, кого приглашал Драко, сообщил, что её муж позвал кого-то другого. Но когда это произошло в четвертый раз, она не раздумывая отправилась к Гарри на Гриммо.       Старый ворчливый эльф встретил её с низким поклоном, сообщив, что «глупый хозяин спит, но Кричер позовет благородного гостя хозяина».       Пока эльф сообщал «благородному гостю» о её визите, Астория осматривала дом, в котором царило запустение. Дом будто бы отражал то, что творится в душе его хозяина. Хаос и пустоту. Одиночество и серость.       Прикосновение к броши не позволило утянуть её в воронку гнетущих мыслей.       — Не знал, что благородные леди ходят в гости к любовникам их мужей, — раздался позади неё знакомый голос.       — Не знала, что благородные господа, не сообщив никому о своем возвращении, ходят в гости к любовникам их друзей, — с небольшой улыбкой она обернулась к Тео. Тот хоть и стоял с прямой спиной, выглядел вымотанным, будто бы и не уехал сразу после суда над его отцом из Лондона. Будто бы не спал последние сутки.       — Здравствуй, Астория, — устало улыбаясь, он подошел к ней ближе.       — Здравствуй, Тео. Не расскажешь ли, что ты здесь делаешь?       — Спасаю Героя. По его бормотанию, я понял, что он расстался с твоим мужем. И на радостях решил накачаться наркотиками, — улыбка будто застыла на его лице, а взгляд обеспокоенно метнулся наверх. Туда, где спал Гарри. — И я не уверен, насколько он не нарочно переборщил с дозой.       Астория до боли в пальцах надавила на брошь. Этот идиот…       — Иди к нему. И пришли ко мне эльфа, если тебе что-то понадобится. Позаботься о нем.       — С чего ты взяла, что я буду это делать?       — С того, что я помню, как удерживала твою руку, чтобы ты не бросил Аваду в Воландеморта, когда ты увидел безвольное тело героя на руках лесничего.       — А я помню, как удерживал твою руку от того же, когда Воландеморт приказал Драко подойти.       — Туше, мой друг. Туше… С возвращением, Тео. Ты нужен ему.

***

      С этой встречи прошло три месяца. И только через эти три месяца ей пришло приглашение в дом на Гриммо.       Обстановка в доме изменилась. Казалось, поменялось всего пара деталей, но дом будто бы стал живым. Проникающий в комнаты солнечный свет ласкал своими лучами полы, задерживаясь на новой мебели.       Хозяин этого дома тоже выглядел иначе. Волосы больше не напоминали тонкие стебли засохшей травы. Кожа не казалась покрытой мелом, а в глазах не было пустоты, только рассеянность из-за незнания, что же теперь делать со всеми этими чувствами, что он начинал вновь ощущать.       Тео был рядом. Именно он и завел разговор, рассказывая о своей поездке. Гарри почти не говорил, а когда заговаривал, то его слова будто бы переливались различными цветами.       Было и ещё кое-что. Между двумя этими мужчинами были неуверенные пока взгляды, осторожные прикосновения и улыбки, от которых её сердце сбивалось с ритма.       Уже уходя, она увидела, как расслабляется Гарри, думая, что она их не видит. Как прижимается ближе к Тео, утыкаясь ему в шею. И дышит. Дышит им. Видит, как Тео, прижимает его ещё ближе к себе, будто хочет растворить их друг в друге.       У неё дрожат руки, когда она кидает летучий порох в камин. Она завидует. Она не должна, но то, что она увидела намного интимнее всего того, что происходило в спальне её мужа.       Она завидует. Хоть и не должна.

***

      Рождество она празднует с ними. В теперь уже их доме. И только вернувшись домой, она вспоминает, что впервые забыла надеть брошь, что подарил ей муж. Брошь, что он держит в своих руках, сидя у камина и ожидая её. Она не задает глупых светских вопросов. Она видит все по взгляду серых глаз.       — Ты, наконец, увидел меня? — озвучивает она свою единственную мысль.       — У меня есть ещё шанс? — тихим шёпотом произносят его губы.       — Да, но это будет не быстро. И не просто. Я не Нарцисса, Драко.       На имени своей матери, её муж вздрагивает, но не перечит.       Он, наконец, увидел свою идеальную жену. И для этого не понадобилась война.