ID работы: 12219779

Дыши

Слэш
PG-13
Завершён
49
автор
Размер:
4 страницы, 1 часть
Описание:
Посвящение:
Публикация на других ресурсах:
Разрешено в виде ссылки
Поделиться:
Награды от читателей:
49 Нравится 4 Отзывы 12 В сборник Скачать

*

Настройки текста
Тэхёну знакомо это ощущение — когда в легких заканчивается воздух, и можешь только беспомощно открывать рот, когда мир перед глазами становится мутным, будто смотришь через папины очки, и когда свет вокруг постепенно гаснет. Он помнит это из далекого детства, помнит слезы на глазах мамы и крики бабушки, помнит оглушающий вой сирен и людей с холодными руками. Тэхён отчетливо это всё помнит, как бы не старался забыть, и он думал, правда думал, что приступы остались в далеком прошлом, что он пережил их, как пережил боль роста и ломающийся голос. Но вот он сидит один в пустом зале для практики, прижавшись спиной к холодному зеркалу, и пытается сделать вдох, пока по щекам текут слезы. «Наверное, вот он, конец», — проносится в голове случайная мысль. Тэхёну бы посмеяться над собой — такая нелепая смерть, когда впереди ещё так много всего, он ведь даже школу ещё не закончил, и не целовался никогда, и даже не дебютировал. Он столько всего ещё не сделал. Тэхён сжимает футболку на груди и умоляет свои легкие работать: «пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста», — шепчет мысленно, пока мир перед глазами растекается подобно акварели. Ему вдруг кажется, что где-то вдалеке что-то движется, какое-то смазанное пятно, которое быстро приближается, или может это движется он сам, медленно заваливаясь на бок. Ему всё ещё не смешно — ему страшно, он не хочет, чтобы всё закончилось вот так, он хочет жить, хочет петь, хочет снова увидеть маму и папу, ему столько всего ещё нужно сделать и сказать. «Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста-спасите-меня». Тэхён не сразу чувствует прикосновение чужих рук, не сразу слышит знакомый голос, не сразу понимает, почему мир снова приходит в движение. — Тэхён! Кан Тэхён! — зовет его кто-то. Кто-то, кого он знает. На ум приходят красивая улыбка и холодный взгляд, и смех, и сильные руки, и поджатые в приступе раздражения губы, и морщинка на переносице. Но этого человека здесь быть не может. Этому человеку ведь до него дела нет. — Давай же, Тэхён, давай, — звучит где-то вдалеке умоляющее. Тэхён не знает, что он должен делать. Тьма обступает его полукругом, совсем не пугающая, наоборот, до странности уютная, у темноты горячие руки и запах лавандового мыла. Тьма зовет его по имени и обещает, что всё будет хорошо. И Тэхён ей верит. *** Он приходит в себя медленно, смаргивая марево беспокойного сна, в котором кто-то, чьего лица он не помнит, звал его по имени и крепко держал за руку. Он видит знакомый потолок общежития, беспорядочно сваленную одежду в углу комнаты, заваленный тетрадями и обертками от печенья стол. Тэхён пытается понять, как он здесь оказался, ведь он помнит, как тренировался один, как прогонял десятки раз цепочку движений, чтобы на следующем занятии Ёнджун-хён снова не отчитывал его. А потом… а что было потом? Тэхён пытается сесть и только тогда понимает, что кто-то крепко держит его за руку, уронив голову на одеяло. В этой вихрастой макушке он узнает Бомгю-хёна и не может сдержать ласковой улыбки, а потом разом наваливаются воспоминания о приступе, о страхе, о том, что завтра для него могло и не наступить. Если бы за ним не вернулись, если бы его не нашли, если бы он так и остался один в большом зале… Тэхён мотает головой, пытаясь выбросить из головы эти «если бы», и тогда на ум приходит другой вопрос: а кто его нашел? Он аккуратно, чтобы не разбудить Бомгю, вытаскивает свою руку из крепкой хватки, но тот всё равно поднимает голову и мычит что-то неразборчиво, осоловело оглядываясь по сторонам, пока не упирается взглядом в Тэхёна. — Проснулся? — спрашивает хрипло, откашливается и повторяет: — Проснулся? Тэхён кивает. — Как ты себя чувствуешь? — Тэхён пожимает плечами. У него болит голова, а в глаза будто песка насыпали и грудь сдавливает стальным обручем, но он жив, разве не это сейчас главное? — Ты так нас перепугал! Почему не предупредил никого о приступах? А если бы Ёнджун-хён не вернулся за тобой? — Ёнджун-хён? — тупо повторяет Тэхён, не уверенный, что правильно расслышал. — Ага, — хмурится Бомгю, — всех на уши поднял, вызвал врача и на шаг от тебя не отходил. Еле спать отправили — упирался всё, что с тобой останется, а на самом лица не было, — Бомгю жестикулирует, пытаясь изобразить Ёнджуна, но получается у него не очень, — никогда его таким не видел, — заканчивает тихо. Тэхён хочет и не хочет в это верить, ведь Ёнджуну дела до него никогда не было, только отчитывал всегда и хмурился, стоило им оказаться в одной комнате. Наверное, он просто случайно там оказался и нашел его — убеждает себя мысленно Тэхён, ведь других причин быть не может. С чего бы Ёнджуну специально его искать? С тихим скрипом открывается дверь в комнату и на пороге застывает Ёнджун — бледный, с синяками под глазами и закушенной губой, кончики пальцев, обхватывающие ручку едва заметно подрагивают, и кто-то другой мог бы и не заметить, но не Тэхён. Бомгю оборачивается на звук и тянет недовольно: — Хён, ты должен был спать, — Ёнджун не реагирует на него, не сводя с Тэхёна пристального изучающего взгляда, от которого того в дрожь бросает, а краска заливает лицо. Тэхён готовится к тому, что сейчас Ёнджун начнет его ругать, и не без причины, и внутри скребется чувство вины. Но Ёнджун всё так же молча проходит вперед, хватает Бомгю за плечо и отталкивает в сторону, садясь на кровать. Тот закатывает глаза и уступает место, поднимаясь на ноги, хмыкает и бубнит что-то подозрительно похожее на «идиот-хён», а потом выходит из комнаты, прикрывая за собой дверь. Между ними повисает тишина, которую никто не смеет нарушить. Ёнджун всё так же не сводит с него пристального взгляда, а Тэхён тщательно отводит глаза, стараясь смотреть куда угодно, но только не на него. И оттого прикосновение горячей ладони к щеке становится неожиданностью — Тэхён дергается, сбрасывая чужую руку, и тут же замирает, наконец, встречаясь с Ёнджуном взглядом. Тот смотрит устало и возвращает ладонь, кончиками пальцев чертя невидимые линии на коже, большим пальцем обводит брови, веки, проводит по переносице и легко касается губ. — Ты напугал меня, — почему-то шепчет и наклоняется вперед, утыкаясь лицом в его колени. Ёнджуна сотрясает дрожь, и Тэхёну испугаться бы, позвать кого-то, но он эгоистично хочет продлить это мгновение, растянуть его на минуты, часы, чтобы только они вдвоем вот так. Потому что они впервые наедине, впервые так близко, и впервые он не чувствует пропасти, длиною в километры, между ними. — Прости, хён, — говорит Тэхён ломающимся голосом, и осторожно, боясь, что его в любой момент оттолкнут, запускает руку в чужие густые волосы, наслаждаясь их мягкостью. Пропускает пряди между пальцами, так, как всегда мечтал, — я не хотел. — Не делай так больше, — глухо просит Ёнджун, — если тебе плохо, скажи кому-нибудь, если больно — позови. Только не молчи, Тэхён-а. От ласкового «Тэхён-а» в глазах собираются слёзы, а сердце заходится истерическим стуком, спирает дыхание и на долю секунды ему кажется, что приступ возвращается. Он делает медленный вдох и такой же медленный выдох, чувствуя, как стальной обруч, стискивающий грудь, рассыпается в пыль. — Хорошо, хён, — послушно отвечает Тэхён и улыбается, надеясь, что улыбка не выглядит вымученной, хотя Ёнджун и не смотрит. — Тебе нужно отдохнуть, — тот отстраняется, и Тэхёна остро пронзает ощущение потери, ему кажется, что выйди Ёнджун сейчас за эту дверь, между ними всё снова станет как раньше, снова разверзнется пропасть, которую он не в силах преодолеть. «Останься», — хочет сказать он, но может только молчать. Но Ёнджун не уходит, зевает широко и просит: — Подвинься. Тэхён послушно двигается, не успевая даже подумать. Ёнджун вытягивается рядом на узкой кровати, прямо поверх одеяла, поворачивается к нему лицом и улыбается. — Мне тоже не помешает отдых, — произносит устало и широко зевает, прикрывая ладонью рот. Тэхён кивает болванчиком и укладывается обратно, поворачиваясь на бок и оказываясь лицом к лицу с Ёнджуном. Между ними расстояние в несколько сантиметров, Тэхён может рассмотреть каждую родинку на чужой коже, трещинки на губах и своё отражение в глазах. — Хён… — М? Тэхён не знает, что он хотел сказать: спасибо, что нашел меня, или что остался; или может быть спросить, почему раньше хён всегда был так холоден к нему, а сейчас смотрит с такой теплотой. Но вместо этого он говорит простое «спасибо» и закрывает глаза. Ещё какое-то время он лежит, слушая тихое дыхание Ёнджуна, а потом проваливается обратно в сон. И не чувствует, как тот снова нежно касается его лица, и как шепчет что-то едва различимое, и как обнимает, крепко прижимая к себе.
Отношение автора к критике
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.