Какой еще жук?!

— Эдгр, а если бы я был жуком, ты бы меня любил? В парке не просто жарко — душно. На небе ни облачка, воздух замер в удушающем штиле, так, что дышать больно. В такое пекло народа в центре города мало, и очень жаль становится того сиротливо стоящего паренька у тележки «Мороженое с ЛУбовью», и только Фэнгу удалось вытащить своего домоседа-парня погулять. Такое чудесное лето пропадает, Эдгар, солнце вот-вот успокоится, Эдгар! А Фэнгу всё равно скучно, он поправит край их полосатого пледа в тени дерева и продолжит донимать. — Каким ещё жуком?! — уставшие глаза Эдгара моментально округлились. — Майским! — Фэнг рявкает так неожиданно уверенно, что парень напротив отпрянул, — ну, или долгоносиком… Искренний, немного сиплый смех тут же затрясся в пустом летнем воздухе. Подумать только! Долгоносик! Эдгар хохочет, как давно не хохотал, а Фэнг со всей серьезностью (интересно, у него всегда такие глаза, или он сейчас щурится?) вглядывается парню в красное от духоты и смеха лицо. Искренний гогот сменяется утихающими, давящимися смешками, так, для виду, и тут становится очевидно, что китайчонок не шутит — понятно по неизменному выражению лица, при чем такому, будто он не про реинкарнацию в жука спрашивает, а докторскую степень получает. Ага, по долгоносикам. Фэнг слово «докторская»-то знает только в контексте колбасы. Придётся сыграть по его правилам, тем более это не так сложно. — Признаться, я этих долгоносиков-то не видел, — Эдгар резко затихает, вновь придвигаясь ближе, да настолько, что между лицами парней считанные сантиметры. В итоге переходит на шепот, лишь бы никто чужой (тот мороженщик, к примеру, абсолютно наверняка заинтересовался истерикой мрачного подростка на траве) не стал посвящен в их с Фэнгом разборки. — Покажешь? Азиат храбро принимает брошенный ему вызов, это дело чести, восточный дух жив в нем. Фэнг медленно, но уверенно кивает, не отводя взгляда от глаз Эдгара и тянется в карман. Джинса обеспокоенно шуршит под его рукой, вот-вот что-то случится! Все тут схвачено, парень на два шага впереди и ко всему готов. Бережно закрытый кулак разжимается и на раскрытой ладони бурый малыш: шесть лапок, сложенные горбатые крылья, голова похожа на крохотный жёлудь, смешная боязливая походка туда-сюда (куда бы ему деться?!) и долгий носик. Эдгар позы не меняет, лишь немного опускает голову, пристально смотрит на жучка, изучает, разглядывает. — Думаю да, любил бы, — вот он вердикт! Кроха выполнил свою работу и, как по команде, глухо рыча, улетел в светлое лето. Он еще и летать умеет, ну точно любил бы! Фэнг провожает маленького друга взглядом, покуда может и расплывается в теплой кошачьей улыбке, остается только взять своего Эдика тихонько за руку. — Я, если честно, за жвачкой в карман потянулся.