Кофе или чай?

Несколько дней в школе было спокойно, пока Лев не выдал новый финт. Его обычная рубашка сменилась футболкой, а пиджак — кофтой. В принципе, ему шло. Я даже решила, что после расставания он решил сменить стиль. Парень целенаправленно шел ко мне. Я посмотрела на Веру, которая была удивленна. Без слов, без прелюдий Лев подошел ко мне и затянул в поцелуй. Я слышала смех, охи и ахи, но и слышала рык, который издал Гриша, сидевший рядом. Моя попытка отстранится не возымела успеха. Попыталась еще раз, но уже сильнее оттолкнула, тогда парень оторвался от моих губ и попытался скривить усмешку. — Конфетка, ты идешь сегодня со мной в кино, — от его слов меня передернуло, как от рыбьего жира. А я его терпеть не могу. Так пошло и так неправильно звучало все это. Класс замер в шоке. Даже Гриша выпал в прострацию. Сам Лев был красный, явно смущаясь ситуации. Это он пытается выглядеть крутым? — Лёв? Ты заболел? — я была в ауте. Что, блять, происходит? Николаев вышел из своего состояния и зло сверкал глазами. — Нет, — он попытался опереться на парту, принимая пафосную позу, но немного промахнулся рукой, теряя равновесие. В классе заржали, от чего парень покраснел еще больше. — Ты идешь сегодня со мной в кино, детка, — и это его «детка» звучало совсем неправильно. У Гриши это выходило само собой, он даже не задумывался. Просто такой человек. А тут выдавливание из себя. — Не пойду, — над парнем все еще посмеивались, косо смотря на него. Мне было так его жалко. Гриша просто сидел рядом, в расслабленной позе. — Я твоего мнения не спрашивал, — Лев как-то странно на меня посмотрел. — Прекрати, — я уронила голову в ладони. Что за цирк? Зачем он себя так позорит? Гриша приобнял меня за плечи. Вот этого еще не хватало, но я была не в состоянии, чтобы противостоять этому, хотя бы потому, что это и правда успокаивало. — То есть, Николаеву ты сразу вешаешься на шею, когда он так себя ведет, а меня посылаешь? — и снова злость. — Николаев так себя постоянно ведет. У него это вошло уже в харизму, Лёв. А ты сейчас давишь все из себя, пытаешься показаться другим. Зачем? — Вера встала рядом с нами. Видимо ее тоже шокировало произошедшее. — Оставь девочку в покое. Расстались и все, — она обернулась на ржущий класс. — А вы чего ржете? Сами будто никогда не пытались добиться внимания дорогого человека. Заткнули свои варежки и приготовились к уроку! — не знаю как, но верин окрик всегда действовал отрезвляюще на всех. Ее слушали и не возникали. — Убери свою руку с нее, урод, — Лев не хотел отступать. — Маш, а тебе нравится, что он тебя трогает? Мой поцелуй, который ты долго выпрашивала, отвергла, а потом спокойно сидишь с этим в обнимку. — Львенок, отдохни. Ты и так сегодня герой, — вместо меня ответил Гриша. Снова послышался смех. — Вам непонятно сказали, чтобы вы заткнулись? Парень красавчик! Добивается своего, идет напролом! — и как ни странно, в голосе Гриши я не слышала сарказма. Там было даже уважение. Я изумленно посмотрела на него. — А чего ты смотришь? Парень старается. И нечего тут смеяться. Все мы такие. Но за урода обидно, я все-таки красавчик, — Николаев даже не напрягся после того, как Серпухов его обозвал. Просто поднял на него взгляд и все, продолжая меня обнимать. — Ты! Ты! — у Льва заканчивались слова. Это нехорошо. — Маньяк! Соблазняешь Машу! Вечно к ней пристаешь! Ты просто запудрил ей мозги, вот она меня и бросила, но я уверен, что это ненадолго, — с его словами прозвенел звонок и парень ушел на свое место. Я сразу схватила телефон и стала печатать сообщение Вере: Мария Краснова (Вере Поповой): Мне так стыдно. И очень жалко его. Вера Попова (Марии Красновой): Машка, он старается вернуть тебя, но думает, что проблема в Николаеве. В его голове все выглядит так, что если он станет на него похож, то ты вернешься. Мария Краснова (Вере Поповой): Причем тут вообще Гриша? У нас с ним ничего нет. Вера Попова (Марии Красновой): Он тебя прилюдно обнял, пытаясь успокоить. Это что-то да значит. Если не учитывать того, что знаю я. Григорий Николаев (Марии Красновой): Маш, извини, что так получилось. Мария Краснова (Григорию Николаеву): Ты о чем? Ты повел себя достойно. Не опозорил его. Григорий Николаев (Марии Красновой): А зачем мне это? Я знаю, что ты моя. Тем не менее, у меня вызвало уважение, что он не постеснялся так сделать. Но если он еще раз тебя поцелует, то разговор будет другой. Вера Попова (Марии Красновой): Маш, побесится и устанет. Мария Краснова (Григорию Николаеву): Что это еще за заявочки, что я твоя? Я ничья. Своя собственная. Диалоги затихли. Гриша о чем-то крепко задумался, уходя в себя. Мне тоже было о чем подумать. Лев поступил смело, но очень глупо. Не нужна мне эта крутость. Мне нужно, чтобы человек меня любил, делал комплименты, видел во мне девушку, а не напарника по библиотеке.

***

— Достал! Отвали от нее! Она вернется и забудет тебя! — я вышла в коридор после плотного обеда и увидела орущего Лёву на Гришу, который был не пробиваем, как скала. Просто стоял и слушал. Я даже восхитилась его выдержке. — Ты моральный урод, который пользуется растерянностью девушки! — и, о, Боже, Серпухов врезал Николаеву. Тот даже не шелохнулся, чтобы ответить. Не знаю, что в головах у них обох, но это явно переходило все границы. Лев еще раз ударил, после чего у Гриши потекла кровь из носа. Как из примерного мальчика вылезло ЭТО? Откуда такая агрессия? Я даже и не думала, что он умеет бить. Николаев схватил его за грудки и встряхнул. — Угомонись! Ты что творишь? Побьешь меня и тебе станет легче? Нихрена подобного! Ну, уйду я с дороги. Ты думаешь она вернется? Нет! Поэтому успокойся, идиот! Еще раз ударишь, получишь в ответ. А так считай бонус, ударил самого Николаева и не получил пиздюлей в ответ! — парень отпустил сникшего Льва и пошел в сторону выхода из школы. Я побежала за ним. Когда проходила мимо Льва, то укоризненно на него посмотрела. — Гриша, подожди! — я даже куртку не надела, выбегая из школы. Просто тащила ее в руках. Парень остановился и посмотрел на меня. У него все еще шла кровь из носа, которую он вытирал влажной салфеткой, которую попросил у Веры. Я достала бумажные платки и скрутила их в две трубочки. Подошла к парню и сунула их ему в нос. — Тебе бы полежать, — я за него очень сильно переживала. — А тебе бы надеть куртку, а то заболеешь, — он мягко улыбнулся. Я опомнилась и натянула на себя вещь. — Пойдем ко мне? — предложила я. Родителей дома все равно не будет до вечера. А так хоть кровь отстираю. — Оу, детка, ты возбудилась после того, как меня побили? — парень закинул одну руку на мое плечо. — Давай, пойдем ко мне. До меня ближе. Ты же проводишь больного меня? — Больной он, ага, — усмехнулась и пошла за ним. Оставалось еще три урока, с которых мы ушли. Гриша завел меня в свою квартиру. Обычная, как и у всех. Я сняла обувь и пошла в ванную, чтобы намочить полотенце. Подметила, что щетка одна в стаканчике, как и все остальное. Это странно, но не стала заострять на этом внимание. Вернулась к Грише и вытерла с его лица кровь, потом перешла к рукам. Мы сидели на разложенном диване. — Почему ты его не ударил в ответ? — почти шепотом спросила. — Потому что это неправильно. Он пытался отстоять тебя, только силы у него маловато. Представь, что было бы, если я его ударил. Не бью людей, которые слабее меня. Контроля у меня хватает, чтобы вытерпеть подобное, — парень усмехнулся. — Ай, — он дернул головой, когда я потрогала его нос. — У тебя есть лед? — я встала. Парень кивнул и указал головой на дверь, где, я так понимаю, была кухня. Я прошла туда. Достала из холодильника лед и вернулась. — Гриш, а почему тут нет никаких вещей твоих родителей? — Потому что я переехал от них, когда мне исполнилось 18. Не желаю больше с ними общаться и жить под одной крышей, — он приложил лед к носу и нахмурился, привыкая к холоду. — А откуда квартира? — я даже представить не могла, что он живет один. — Это от тетки осталась. Она записала ее на меня, а сама уехала на другой конец страны. Единственный родственник, с которым мне хочется общаться, — Гриша расслабился, разваливаясь на диване. — Детка, не хочешь посмотреть фильм? Естественно, он будет эротический. Даже, скорее всего, порно, — его улыбка сводила меня с ума. Я улыбнулась в ответ. — Не хочу. У меня и так постоянная эротика в жизни. Называется: «Заебали», — я убрала лед с его носа и осторожно подула. — Не больно? — парень завороженно мотнул головой. Неожиданно он приподнял голову, прикасаясь к моим губам. Я хотела отстраниться, но потом не смогла. Он перевернул меня на спину, целуя в губы, щеки и шею. Забирался руками под мою рубашку, гладя спину. Стянула с него футболку и откинула в сторону. Как же это было круто чувствовать его. Так хотелось, чтобы все перешло к большему. И я прекрасно чувствовала, что у него те же мысли, но Гриша остановился и сел рядом, поднимая меня за собой. Он застегнул каждую пуговку на моей рубашке, которая оказалась полностью распахнута. — Детка, пойдем, я провожу тебя до дома, — он накинул футболку и кофту. Я непонимающе смотрела на него. — Ты слишком сексуальна, я боялся, что не смогу остановится. — Так я и не просила, — обиженно надула губы и пошла в коридор, где меня поймали руки и прижали к стене. — Красавица, поверь, я тебя очень хочу, но не так. Не в приступе жалости. Хочу, чтобы ты понимала, что делаешь, — он поцеловал меня в щеку и улыбнулся. Вот какой же он жук!