На расстоянии любви

Мам, я не виновата, Что так сильно влюбилась, Весь мир перевернулся, Как по нему схожу с ума я! Женя Малахова – Мама

POV Адольф

Все было так замечательно. Казалось самые сокровенные желания имеют место в этом мире. Мои мечты сбылись и теперь мне больше нечего желать. Разве только детей побольше. Но, и как это обычно случается в моей жизни, мои родители портят всю картину. Я даже не ожидал их звонка. Казалось, что раз я ушел и все, жизнь налажена, но как бы не так, про меня так просто не забудут. Нажав кнопку зеленого цвета я мысленно приготовился к раздаче полетов, но вместо этого услышал тихие всхлипы папы и грозное пыхтение на заднем фоне, по видимому, отцовское. Сначала я даже не понял, что происходит, может шутка такая. Но потом убедился, что это не шутка. -Адольф, сынок, где ты? Я ужасно испугался! - папин голос был совсем сорван, судя по всему, он уже давно плачет. Оторвав телефон от уха я увидел сорок пять пропущенных вызовов, и почти все были сделаны за последние дня два, не больше. Видимо, привыкли к моим ночным прогулкам. -Все в порядке, пап, я сейчас в другом городе, - я старался говорить как можно спокойнее, чтобы не спугнуть ни своего омегу, ни родителей. Омеги такие нежные и хрупкие создания. Но трубку у папы забирает отец и в этот момент в моем организме все сжимается. Грозный, строгий, не терпящий отказа голос буквально убивает меня на месте, заставляя поежится. О Господи, что же сейчас будет. -Мелкий сорванец, ты хоть понимаешь, как за тебя твой папа беспокоится? Немедленно домой. А приедешь, тут же под замок и ближайшую неделю ни в школу, ни в магазин. До туалета и обратно. -И тебе тоже привет, отец, - на моем лице появилось некое подобие ухмылки, а руками я нежно прижимал к себе перепуганного Дави. Конечно,мой малыш не привык к таким перепалкам в семье, - во-первых, я никуда не поеду и адреса своего местонахождения тебе не скажу, а во-вторых, у меня здесь мой омега, который предназначен мне самой судьбой, и фиг я его брошу! Под конец мой голос видимо совсем повысился до крика. поскольку я ощутил, как маленькое тельце возле меня сжалось и задрожало. Я бесшумно, нежно поцеловал его в височек и погладил его нежные пальчики. Немного успокоился. Мы оба успокоились. -Это уже нам решать, подходит он тебе или нет. -Отец, как бы ты не старался, Давида я все равно не брошу. Я люблю его. Л.Ю.Б.Л.Ю. И без него мне уже не жить. Как ты не можешь это спокойно принять? -Я не приму это никогда... - тут строгий голос отца прерывается уже более спокойным и мягким голосом папы. Видимо, трубку отобрал. -Сынок, бери своего омегу и приезжай к нам. Мне безумно хочется посмотреть, кого ты выбрал в свои спутники жизни. -Хорошо, пап... И не дожидаясь ответа, я сбросил вызов. Не хочу больше ничего слушать. Они мне противны. Ну, не то чтобы оба, но отец уж точно. Никогда не идет на компромисс. Поэтому, наверное, я больше привязан к папе. Он всегда был со мной честен и справедлив, хоть иногда и бывает слишком прямолинейным, но он всегда указывал на мои недостатки и подсказывал, как правильно нужно сделать. Хладнокровный, но при этом заботливый. Точно бизнесмен. С Дави до дома мы добрались почти без приключений. Попрощались с его друзьями, поймали такси и доехали до дома малыша. В машине Давид уснул, и поднимать в его комнату мне пришлось на руках. Но едва я закрыл дверь нашей маленькой обители, как меня меня застали врасплох. -Он ведь такой маленький, но старается вести себя как взрослый... Обернувшись я заметил как мистер Фольк прислонившись к стене, грустно смотрел на дверь своего племянника. Он ведь действительно его любит. И заботиться о нем, как о своем собственном сыне. Это так здорово. Но моим мыслям не дали продолжаться в том же духе, прерывая их печальным рассказом. У меня даже сердце на секунду остановилось. -Когда малышу Дави было лет пять, его родители погибли в автокатастрофе. Они просто ехали с работы, на улице было сыро после дождя и мелкая морось все еще застилала окна. Какой-то пьяный недоводитель выехал на встречку и произошло лобовое столкновение. Никто не выжил. Мы Дави не говорили. Он до сих пор толком не знает, что там произошло. Мы ему сказали, что родители просто свалились с обрыва. Малыш до сих пор надеется, что его родители выжили и, как это обычно бывает в фильмах, просто потеряли память и за ними кто-то ухаживает. Телевизор он можно сказать не смотрит, поэтому и не знает. Игнат и Михаэль были идеальной парой. Михаэль носил моего брата на руках, а тот в свою очередь родил ему милого омегу, которого они безмерно любили. У меня детей нет, да и быть не может, так что я всю свою любовь отдавал своему младшему брату и его ребенку... Из глаз пожилого омеги полились слезы, а его плечи затряслись в беззвучном плаче. Это все так ужасно, я даже не думал, что пережил мой малыш. Он ведь даже не знает, насколько все плохо. Подождите, но как они тогда жили? Ведь судя по справкам, которые я наводил, торговый центр мистера Фолька приносит не такие большие доходы, чтобы содержать такую квартиру и оплачивать обучение в такой дорогой школе для Дави. Может я что-то пропустил? Хоть я и думаю о таких меркантильных вещах, но в такой момент моя совесть альфы пробудилась. Хоть и пожилой, но все же омега плачет. Я аккуратно положил руки на плечи мужчины и ободряюще улыбнулся. -Мистер Фольк, может, выпьем чаю? Я бы хотел Вам кое-что сказать. Я получил лишь слабый кивок и мы плавно переместились на кухню. Уже в более уютной обстановке я рассказал дяде моего милого о желании родителей. Конечно, сначала я не знал, что мне нужно говорить, но вот позже начал расписывать свои желания, фантазии. О том, как я познакомлю его с родителями, о покупке нашего уютного гнездышка, о нашей свадьбе, о куче маленьких детишек и еще много о чем. И конечно, почти каждое предложение было приправлено "Если Дави согласен", "Если Дави мне позволит" и "Когда Дави вырастет", "Когда Дави закончит школу". Мистер Фольк лишь внимательно слушал мои оживленные рассказы и мечты, мой безудержный поток слов, но когда у меня закончился запас, он, дядя, все же вставил свое слово. -Я, конечно, понимаю твой ажиотаж, но и ты меня пойми. Маленький мальчик, в чужом городе, пусть даже с тем, кто его очень любит. Но я все еще плохо тебя знаю, поэтому не обессудь, но я не могу дать вам обоим разрешения. Прости меня, но, прошу тебя, пойми... -Что значит не можешь дать разрешения?! От этого резкого, громкого вскрика мы оба подпрыгнули на месте и синхронно повернули головы ко входу. Там стоял чуть помятый после сна, встрепанный от неожиданности и до чертиков злой Дави. Но даже злой он выглядел таким милым. Видели как хомячок злиться? А вот я сейчас увидел. И хоть это и выглядит милым, на самом деле это до ужаса страшно. Ведь не известно что он сделает: просто покусает или все же применит изощренные пытки. Но стараясь не обращать внимание на злость в глазах этого маленького бунтаря я не спеша подошел к нему и обнял. -Малыш, ты чего не спишь? - самое действенное в таких ситуациях - отвлекать от изначальной темы. -Попить зашел...и услышал ваш разговор! - видимо поддаваться мы не хотим, но ничего найдем способ. -Чай будешь? Я тут заварил с мятой. Вкусный такой. -Да, пожалуй...- в такой момент я даже рад тому, что мой омега совсем еще ребенок. От сладкого он тоже не отказался и уже минут через пятнадцать половины клубничного торта, купленного дядей, не было. Но на этом он не остановился и, видимо вспомнив, причину своего бурного появления решил продолжить тему. -Дядя, почему мне нельзя поехать с Адо?.. - Его голос был такой тихи и тоскливый, слышны были даже слезки. Но к большому моему счастью слез не было. Совсем не знаю, что мне делать если он заплачет. -Дави, малыш, ты же еще совсем ребенок. И Адольф со мной согласен, правда ведь? - Я лишь кивнул с надеждой взглянувшего на меня мужчине. -Но я хочу поехать! -Дави, успокойся, мы поедим, как только тебе будет хотя бы лет шестнадцать. Не раньше. -Но это слишком долго! Я еду с тобой и точка! Я хочу познакомится с твоими родителями! -Нет. Я завтра еду домой один. Дня через три-четыре вернусь обратно. Но пока ты не подрастешь, мы никуда не уедем из этого города. Я не могу пренебрегать желанием твоего дяди. -Ты меня совсем не любишь! Дядю значит слушаешь, а меня не хочешь! -Я люблю тебя, но ты должен меня хоть немного послушать, - объятия чуть сжались, голос стал чуть тверже, - ты слишком маленький, чтобы ездить без взрослых. -Но ты же взрослый! Ты же старше меня! -Даже если я взрослый, я все еще несовершеннолетний! Я не имею права брать тебя с собой без разрешения твоего дяди и не буду, пока ты не подрастешь! Как ты этого понять-то не можешь?! -Так и знал, что я тебе не нужен! Давай, езжай к этой своей блондиночке, а про меня можешь совсем забыть! Я ведь ничтожный маленький карапуз, которому никогда не понять такого взрослого как ты! На этом ужасном моменте он со слезами на глазах вылетел из кухни, по пути всхлипывая и рыдая. И что мне теперь делать? Злость, гнев, обида, все это кипит во мне и грозиться выйти наружу, как лава из вулкана. Я не хотел его обидеть. Я просто хотел его защитить, а он... -Мистер Фольк, простите за обиды, но мне пора. Скажите Дави, что я его очень люблю. Боюсь он меня даже слышать не хочет. Еще раз простите. И я вышел из дома не услышав ответ омеги, хотя он вроде что-то сказал. Ну не важно. Сумку-рюкзак я забрал, так как она лежала в коридоре. Куда идти я знал, но вот как туда идти я не помнил. Машин почти нет, на дворе время два ночи, и даже фонари уже отключили. И вот, светя себе дорожным фонариком, я пытаюсь найти путь до проезжей части, где можно было бы поймать попутку и доехать до вокзала. Так не хочу возвращаться домой, но родители ждут, да и пути назад нет. Ох, ну и неделька. И почему эта вода течет по моим щекам?