Почему ты уходишь?

Сегодня ночь вновь укрывает нас. В комнате темно, но это совсем не мешает мне видеть искру в твоих глазах. Ты прижимаешься ко мне всем телом, прерывисто дышишь куда-то в ключицы, оставляя там очередной влажный поцелуй. Твои всегда холодные руки блуждают по моему телу, вызывая волну мурашек каждым прикосновением, но это только сильнее распаляет меня. Ты снова целуешь меня так горячо, как умеешь только ты. Сегодня ты снова вырываешь из меня стоны, а сам выдыхаешь мое имя и слова любви. А завтра утром ты соберёшься и уйдешь, словно ничего не было. Время перевалило за полночь. Сколько сейчас? Час, два ночи? Впрочем, какая разница. Я не сплю, хочу посмотреть на тебя, запомнить твой образ таким. Твои удивительные янтарные глаза закрыты, дыхание тихое и ровное. Наверняка видишь какой-то хороший сон. Такой растрёпанный и милый, так похож сейчас на маленького котенка. Ты такой чертовски очаровательный, когда спишь. Да и когда не спишь тоже. Иногда хочу, чтоб ты был только мой. Но каждый раз ты куда-то уходишь. В этот раз я не отпущу тебя просто так, Сяо. Этой ночью я так и не уснул. Все смотрел на тебя и думал, как бы остановить время. Утро наступило быстро, даже слишком. Хотелось бы растянуть эту ночь, чтобы подольше побыть рядом с тобой. Но как только наступило шесть часов, ты проснулся, будто по будильнику. Открыл глаза, потянулся и только потом заметил меня. Я продолжаю смотреть на тебя наивно-влюбленно, а ты одариваешь меня тяжелым, мрачным взглядом. Видеть тебя таким невыносимо. Казалось бы, что изменилось? Всё тот же человек, всё так же рядом, но нет тепла, которое ты дарил буквально пару часов назад. Сейчас ты другой, чуждый мне и совсем не родной человек. – Зачем ты встал рано? – от короткой фразы веет холодом. – А зачем ты уходишь? – мой голос слегка дрожит, а в интонации сквозит обида. Я даже не попытаюсь скрыть её. – Мое дело - куда я ухожу, – сощурив глаза, безэмоционально сказал ты. Скрываешься. Ну да, ничего нового, в этом ты не изменился. Я перед тобой, как открытая книга. Ты точно знаешь, что сказать, чтоб получить то, что хочешь. Знаешь все мои реакции наперед и пользуешься этим. Я не знаю о тебе почти ничего. Даже раньше, когда ещё все было в порядке, ты говорил достаточно мало, а я неосознанно выложил почти все про себя. – Нечестно, – совсем тихо, но уверен, что ты услышал. В моих глазах начали появляться слезы. Ненавижу свою ранимость. Сейчас я не вижу твоего лица, отвернулся, лишь бы лишний раз не показывать свою слабость. – Это нечестно, понимаешь? – повторяю уже громче, но из-за эмоций голос срывается. – Почему ты можешь знать все обо мне, а я даже не могу узнать, куда ты вечно уходишь? Да и почему уходишь? Мы же не расставались, почему ты постоянно уходишь от меня? Все же было хорошо, мы дарили друг другу любовь и тепло. Ты даже улыбался мне! Для всех мрачный, ты улыбался мне! Что же случилось, почему ты внезапно охладел? Всхлипы начали вырываться и скрывать слезы становилось сложнее, но какая разница, если ты и без того знаешь, что со мной происходит. Я все ещё не вижу твоего лица, но эти глубокие вдохи и выдохи... Ты переживаешь? Что же, давай повспоминаем. – Помнишь наши ленивые вечера за просмотром фильмов? Ты, кажется, не любишь мелодрамы, но всегда сидел рядом со мной и в итоге засыпал. У тебя очень мягкие волосы, кстати, их так приятно перебирать, – слезы успокоились, налетели воспоминания. – Помнишь, как я заболел из-за того, что выперся на мороз в одной толстовке и плюхнулся в сугроб? Ты прям такая строгая мамочка был, ухаживал за мной. А потом заболел сам. Так и лежали вместе, лечились вместе, помнишь? А прогулку под дождем? А пьяные посиделки, которые никогда не заканчивались без происшествий? А кофе на балконе? Встречу рассвета вместе? А... – Венти, прекрати, – я вздрагиваю от неожиданности. Я был в таком воодушевлении, что даже забылся на момент. Наконец поднимаю взгляд на тебя и в упор встречаюсь с твоими. В уже привычной пустоте мелькнуло что-то новое. Выражение твоего лица лишь на долю секунды изменилось. Что это, боль, жалость, сожаление? А может мне привиделось? Ты встаёшь с кровати, поднимаешь с пола мятую футболку и спешно одеваешься. – Подожди, – я практически падаю с постели, когда стараюсь ухватить тебя за руку, что получается. – Почему ты уходишь? Объясни мне хотя бы это! – Я не буду тебе этого объяснять. Венти, успокойся уже, – ты почти раздражённо выдергиваешь ладонь из моих рук. – И зачем ты только так рано встал... – Я не спал, хотел видеть тебя дольше, – тихо говорю, в надежде зацепить хоть какую-то струну твоей души. Не получилось. – Я так любил тебя. Ты любил меня, кажется. Ты никогда не говорил, что что-то не так. Что изменилось, Сяо? Ты вздрогнул, когда я произнес твое имя. Весь сжался будто, но стараешься держать маску уверенности и отчужденности. Тебе неприятен этот разговор, это видно. Молчишь. Боишься сказать лишнее или нечего сказать? – Я разлюбил тебя, – стараешься сказать это искренне, но получается так себе, честно говоря. Или ты не умеешь говорить искреннее? Эта ложь бьёт больно, а ты всегда знал мои слабые места. Но ложь ли это? – Тогда почему ты снова и снова приходишь ко мне? Я боюсь услышать твой ответ, но, кажется, сейчас от него зависит вообще всё наше настоящее и будущее. Но ты молчишь. Вот так, просто смотришь в глаза, рассматриваешь черты моего лица и молчишь. – Сяо, – ты снова вздрагиваешь, и на момент я вижу в твоих глазах прежнее тепло, с каким ты раньше смотрел на меня. Сейчас, даже в непроницаем маске холодности, ты вновь похож на маленького беззащитного котенка. Теперь я точно вижу, что слова про отсутствие чувств были неправдой. Остаётся только вопрос, для чего ты всё-таки уходишь? – Венти, я не могу сказать, – из последних сил ты держишь свою маску. Только не уходи сейчас, не срывайся, когда все почти прояснилось. – Ты любишь кофе с двумя ложками сахара, не разбавляя? – совершенно невпопад, спрашиваю я. Ты сбит с толку, брови в удивлении вздымаются вверх. Киваешь в знак согласия, а я направляюсь на кухню. – Омлет или блинчики? – Ты это к чему вообще? – недоуменно спрашиваешь, а я и сам не знаю ответа. Наверное, захотел ощутить нашу прежнюю рутину. – Давай омлет. – Хорошо, сейчас приготовлю, – улыбаюсь тебе и иду к холодильнику за продуктами. Через некоторое время омлет был готов. Ты стоишь в проходе, скрестив руки на груди и наблюдая за моими действиями. Почти как в старые добрые. Приглашаю тебя за стол, и завтрак протекает в тишине. – Ты знаешь обо мне не так мало, как тебе кажется, – задумчиво сказал ты, держа в руках кружку кофе. Я заинтересованно поднимаю на тебя взгляд. – Может и так, но я по-прежнему не понимаю, почему ты уходишь от меня, – я упертый, это факт. Рано или поздно ты сдашься. Я уже видел, что твоя маска безразличия дала трещину. – Я уже сказал. Я разлюбил тебя. Это всё, – никак не получается посмотреть в глаза. Тебе всё равно? Или ты боишься, что я что-то разгляжу? – Сяо, прекрати это, – смотрю прямо на тебя, стараясь вновь увидеть того тебя, которого смог хотя бы ненадолго вызволить из лап холодного незнакомца. И вот оно, твоя маска начинает ломаться. – Ты врёшь мне. – С чего бы мне врать? – снова скрестил руки. Защищаешься, значит. Что ж, я на верном пути. – В том-то и дело, что я не понимаю, для чего ты это делаешь. Прекрати, слышишь? – и откуда только спокойствие во мне? Встаю, чтобы убрать тарелки в раковину. Когда я развернулся обратно, ты уже тоже встал из-за стола. Растрёпанные, торчащие в хаотичном порядке черные волосы, не по размеру большая мятая футболка, то, что ты решил потянуться, параллельно зевая, – всё это складывалось в один сплошной образ домашнего Сяо, к которому я привык, но не видел очень давно. Такой родной. Желание обнять перебарывать весьма сложно, а тут в целом и незачем. Я в пару шагов оказываюсь возле тебя и осторожно обвиваю руками вокруг талии, оставляя нежный поцелуй в затылок. – Ты чего? – ты замер от неожиданности, даже, кажется, не дышал какое-то время. Я замираю вместе с тобой и просто наслаждаюсь моментом. – Ты это прекрати. – А почему? Мы не расставались, ты всё ещё мой парень, я твой парень. И вообще ты мне всё врешь, – утыкаясь в шею, говорю я. Спустя, наверное, минуту ты поворачиваешься ко мне лицом и осторожно обнимаешь в ответ, прижимая к себе. Твоя маска пала. – Ты же любишь меня. Любишь же? – Люблю, Венти, люблю, – выдыхаешь это признание и сжимаешь меня в руках крепче. – Если бы ты знал, как сильно я тебя люблю, ты бы расплакался. Я сейчас и без того расплачусь. Так трогательно обнимать тебя днём, с незатуманенным возбуждением разумом. – Почему же всё-таки ты уходил от меня? – Идиот я, Венти. Решил, что со мной что-то не так, раз в парня влюбился, а не в девушку. Начал вести себя с тобой, как мудак, чтоб отлучить тебя от себя. Приходил по ночам, когда сильно ломало без тебя, уходил утром. Казалось, что так не причиню боли. Эгоистично. Ошибся, – совсем тихий, почти неловкий всхлип послышался рядом с моим ухом. – Прости меня, Венти. Пожалуйста, прости меня. – Ты больше не уйдешь? – я отстранился из объятий и посмотрел в твои глаза. Искреннее сожаление о прошедшем и такая любовь были во взгляде, что не простить тебя было невозможно. – Никогда и ни за что, – ты мягко улыбнулся, и мое сердце застучало быстрее. Ты такой красивый. Такой мой. – Пока смерть не разлучит нас? – банальная фраза из какой-то там мелодрамы. Ты закатываешь глаза и улыбаешься сильнее. – Пока смерть не разлучит нас. Ты берешь мои руки в свои и переплетаешь пальцы. Твои руки все ещё холодные, но теперь с тобой тепло. С возвращением, мой родной Сяо.