ID работы: 12222615

наша юность.

Слэш
PG-13
Завершён
58
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
4 страницы, 1 часть
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
58 Нравится 3 Отзывы 8 В сборник Скачать

(〃▽〃)

Настройки текста
Примечания:
сяо любит необычное. Любит рассматривать штрихи на картинах, читать непопулярные книжки, статьи, информационные посты в новостной ленте. Любит кофе с тремя ложками сахара, кислые мармеладки и карамельный попкорн. Каждый месяц подкрашивает отрастающие корни на некоторых прядях, подводит глаза красными тенями, носит, со слов отца, балахоны, и обязательно кучу безделушек сверху. На белой подошве его чёрных кед перманентным маркером криво выведены строчки какой-то английской песни, а на шнурках висят бусинки, булавки, скрепыши и вообще всё, что может висеть. На полках в его комнате аниме-фигурки, пустые баночки от энергетиков и связанные двоюродной сестричкой плюшевые игрушки, на кровати — дакимакура с Тогой, а на стенах бесконечное количество плакатов: из журналов, купленные в интернет-магазинах, нарисованные им самим или кем-то из его близких. итер необычный. Для младшего Ли уж точно. Маленький, глупый на первый взгляд, невозможно милый в объёмных толстовках или свитерах, но с тёмным, изломанным прошлым настоящим. Улыбается солнышком ласковым, смеётся тихонечко и тучи души грозовые за глазками-звёздочками прячет. На уши цепляет булавки вместо серёжек, на пальцах поблескивают кольца бисерные, а на правой кисти — партак, неаккуратными линиями выведенный. Сяо честно не знает, кого или что пытался изобразить горе-мастер, но кривые линии складываются в подобие кошки мультяшной — подобную он видел в «Сейлор Мун», кажется. Итер любит солёный попкорн, шоколадный пудинг и котов. И, возможно, совсем чуть-чуть рисовать на полях лекционных тетрадей однотипных людей с эльфийскими ушами и уставшими глазами. Его уголок в общажной комнате.. неуютный. Пустой, холодный, чужой, не итеровский совсем будто. На кровати, застеленной тёплым сиреневым пледом, скромно ютится длинный чёрный плюшевый кот, счастливо жмуря нарисованные глаза, а на столе стоит рамка со старой, потёртой местами фотографией. А ещё у Итера есть ключик от двери, ведущей на крышу серого трёхэтажного здания, где он прячется от людей и своих мыслей, но об этом никому знать не стоит, кроме мадам Пин, тепло улыбающейся мальчишке каждое утро. Сдружились эти двое из-за глупого совпадения, так, как начинают какие-либо взаимоотношения герои однотипных историй — в тот день стало ясно, что закупаются они в одинаковых магазинах, и Итер с недосыпу спутал свою куртку с точно такой же курткой Сяо. Тогда брюнет, весь такой неразговорчивый и тучный на первый взгляд, лишь тихонько посмеялся, удивив собеседника, и протянул руку для знакомства. Та оказалась неожиданно тёплой и мягкой, в отличии от небольшой и холодной ладони Виэто. В солнечный понедельник февраля Сора узнал, что Сяо старше на два года, поступил в колледж после одиннадцатого и учится на ту же специальность, что и блондин. Итер любит слушать людей. Их голоса порой рассказывают больше, чем те хотят, и это, вообще-то, даже полезно иногда. Интонации в словах, противоречащие содержанию предложения, не дают Соре стать обманутым — ложь он не любил с самого детства. Обводимый вокруг пальца собственным отцом, что постоянно вешал лапшу на уши его матери, он, убедившись не раз на примере этого человека, что выдумки ни к чему хорошему не приводят, ненавидел обманы всем своим крохотным сердечком. Однако голос Алатуса был чист — так же прозрачен, как голос любимой Люмин — его хитринки никогда не замышляют ничего плохого, они есть и только. Ему бы сказки читать для детишек малых, думается Соре, и невольно засыпать под голос из трубки телефона, что вещает о каких-то маловажных событиях вроде сожжённого его сестрой ужина или вновь не приехавшего вовремя отца, становится нормой — как и шутки его соседа в общажной комнате про жениха. Они понимают, что влюблены, когда спустя почти год, на семнадцатое день рождения Виэто, сидят на последнем этаже какого-то падика. Они пьют дешевое вино, курят какие-то сигареты с кнопкой, слушая на фоне музыку из плейлиста именинника — что, противореча веселому образу юноши, оказывается серой, холодной и нескончаемо грустной — и Сяо прокалывает Итеру септум самой крупной швейной иглой, что он смог найти в своей квартире, а тот лишь хохочет устало как-то, когда вместо толстой железки друг впихивает в болезненный прокол подкову. Кровь стекает по губному желобку, губ изгибы очерчивая, и Сора, не позволяя ей убежать дальше, слизывает её под пристальным взглядом кор ляписа. А потом Ли целует его — жадно, сладко, слизывая остатки жидкого киноваря с губ, и прижимает худенькое тельце ближе к себе, словно пытаясь под рёбра спрятать, в клетку из своих собственных костей вместо лёгких, совсем как в кино или книжках, которые читала и смотрела мать младшего. Вот только всё, что было на страницах романов бульварных, на них же и осталось. Как и мать младшего, чьё лицо можно найти только на фотографиях в семейных альбомах, ну, и на могильной плите. Оторвавшись друг от друга, они смотрят в глаза напротив, изучая своё отражение в них, и вдруг понимают, насколько хорошо им вместе. Новой привычкой Ли становится забирать младшего с подработки. Тот устроился в кафе рядом с их колледжем, и после пар сразу направлялся в уютное помещение. Ему несказанно повезло с хозяйкой — та не только приняла его без опыта работы в подобной сфере, но ещё и сама обучила всему, что могло понадобиться мальчишке. Приятным бонусом стало то, что стажировки практически не было — через два дня после окончания обучения юноша был трудоустроен официально, а мисс Лиза совсем скоро стала воспринимать его как своего племянника, позволяя ему некие вольности: взять лишний выходной, что не влиял на его зарплату, или усадить где-нибудь Сяо и отлучаться к нему, когда посетителей не было или они были обслужены. Однако Итер, будучи достаточно ответственным человеком, первым бонусом не пользовался вообще, однако от второго предложения отказаться не мог и не хотел, оттого довольно часто ловил на себе тёплые взгляды брюнета, тихонечко сидящего в дальнем углу заведения. Спустя год их отношений Сяо решается познакомить Сору с отцом. Чжун Ли мягко улыбается, смотря изучающим янтарём на неуверенно переминающегося с ноги на ногу мальчишку, спрятавшегося за спиной его сына, и приглашает на чашечку вкуснейшего чая. Заваривает свой самый любимый, разливая напиток по чашкам, и задаёт вполне себе адекватные вопросы, с умилением наблюдая, как его ребёнок помогает подобрать подходящие слова Итеру, ободряюще сжимая чужую ладошку под столом — этого он видеть не должен, однако наклонившись за упавшей чайной ложечкой, что столкнул со стола локтем, краем глаза замечает замок из рук парней. Он одобряет их отношения, хотя те в этом и не нуждались, а после приглашает возлюбленного своего сына остаться у них. Виэто тогда смущается сильно, противится, но всё равно остаётся, сообщая соседу по комнате, что сегодня его не будет. Венти тогда засыпает его голосовыми сообщениями и всякими сообщениями с вопросами, лезущими в его личную жизнь, однако Итер успешно игнорирует их все, греясь в объятиях своего парня.

***

Сидя на лавочке, в один из выходных Итера, в отдаленном уголочке парка, у заброшенного, заросшего сорняками фонтана, брюнет тянет на себя мальчишку, ноги чужие на свои колени забрасывая. Сора ёрзает на месте, задницей холод старой древесины ощущая, и глаза медовые уводит, за челкой отросшей прячет. Сяо губами по пальцам слишком тонким мажет, дует на костяшки сбитые легонько, ко лбу своему утягивая. Итер смущается слегка, лицо бледное, кляксами красными покрытое в вороте олимпийки чужой пряча, и бурчит что-то про антисанитарию. Брюнет смеётся глухо, хрипло от сигарет, и взгляд пронзительных глаз на личико любимое поднимает. Мальчишка тянет ладошку свободную — холодную такую, мертвецу подобную — к волосам чужим, и наблюдает, как пальцы тонут в густых патлах. Те мягкие, словно у кота породистого, статного, королевского как минимум, которого вычесывают по графику и моют самыми дорогими котячьими шампунями. Сяо урчит довольно, зверьком приласканным к ладошке льнёт и пальцами к бокам чужим тянется — заползти под кофту, пробежаться по рёбрам и ухватиться чуть ниже, до отметин сжимая, лунки кровавые на бледной коже оставляя. А Итер и не против, лишь вздрагивает слегка от чужого тепла и улыбается, веки смыкая. Хочется сидеть так вечность, две, если судьба позволит, но время, знаете, скоротечно, и всему рано или поздно приходит конец. — Может,— Ли тычется носом в шею бледную, растягивая последний слог,— Останешься у меня сегодня?— шепчет Сяо, рукой выше ведя, к пространству между лопатками. На спину надавливает слегка и тело податливое к себе прижимает, щекой щеки касаясь,— Отец не против, знаешь ведь, да? Итер выдыхает тяжело, обреченно почти, вновь глаза уставшие ресницами светлыми прикрывая. Знает, конечно знает. Чжун Ли не раз намекал и открыто говорил, что мальчишку всегда видеть рад, и мягкая улыбка на устах мужчины тому подтверждением была, как и тёплый янтарь, плещущийся в глазах азиатских. — Знаю,— произносит и замолкает, обдумывая что-то, пока пальцы с макушки вниз сползают, на загривке останавливаясь. Сяо мурчит, кажется, и Сора теряется в очередной раз, слыша такой звук, снова убеждаясь, что в чём-то Ли с котами похож,— Ты мурлычешь. — Это упрёк?— младший чувствует усмешку партнера щекой, в которую тот ткнулся носом, а после и губами, оставляя фантомный след на бледной коже. Брюнет отстраняется, ёрзая на скамье, и вновь утягивает в объятия парня,— Не соскакивай с темы, хитрец. Останешься? Мальчик мнётся. Заламывает пальцы, губу прикусывает, и безумно хочет сказать да, лишь бы не возвращаться в холодные стены общежития, где Аякс постоянно шутит непонятные анекдоты со времен динозавров, а Венти пытается подсадить его на что-то по жёстче, чем сигареты — Итер честно не знает, что там в его — Венти — самокрутках находится. Но что-то вязким комом встаёт посреди горла, не позволяя дать согласие. Сора назвал бы это нечто совестью — ведь он не заслужил жить в чужой квартире днями, есть за счёт доброжелательного мужчины, спать в одной кровати с возлюбленным и быть любимым в общем. сяо бы назвал это дуростью.

***

В тот же вечер на той же скамье их застаёт дождь. Покидая облюбованное ими местечко, они бегут по старой аллее прямиком к автобусной остановке, считают мелочь, найденную в карманах широких джинс, и тихо хихикают на задних сидениях старенького автобуса. Они выходят на одной остановке и Сора уже тянется за прощальным поцелуем, чтобы разойтись в разные стороны — Ли через дорогу и направо, до ларька с красной черепицей и выцветшим баннером рядом с ним, а Виэто налево и по прямой, до корпуса их колледжа, за которым и находится общежитие. Однако у Алатуса другие планы — он хватает младшего за руку и тянет к светофору, едва-едва успевая перебежать на зелёный. Итер дуется, когда Сяо чуть ли не силком тащит его в уютную квартирку в десяти минутах ходьбы от учебного заведения, которую делит с отцом, мнётся перед входом и в сотый раз краснеет, когда слышит заботливый голос мужчины. — Добро пожаловать домой.
Примечания:
Отношение автора к критике
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.