Мой любимый господин.

Бечено.       Я сидел в своей комнатке на Тисовой улице и хмуро смотря в одну точку, размышлял. Многое произошло за этот учебный год. Очень многое. И подумать было над чем. Четвертый курс. Турнир «Трёх Волшебников». Смерть Диггори и возрождение Волан-де-Морта. Как-то всё это странно… Всё то, что там произошло. Вновь вернувшись на летние каникулы к ненавистным родственникам, я размышлял над произошедшим каждый божий день, и это вгоняло в смятение всё больше и больше. Ещё и эти кошмары… Но не они меня волновали, а кровавые глаза, которые преследовали во снах и даже на яву. И я бы не сказал, что они пугали. Больше ужасало странное чувство, от которого некуда было деться. Ещё и друзья не пишут, даже зная, что произошло. А ведь их поддержка была сейчас так необходима… Хотя это пока не так уж и важно, хоть и обидно. Но не до этого. Сейчас я пытаюсь понять себя и своё отношение ко всему произошедшему. Странности при возрождении Тома не дают покоя. Не понимаю почему, но мне показалось, что мой злейший враг не такой уж и сумасшедший, как было при столкновении с его тенями. Он был недоволен тем, что Седрика убили, и это меня сильно шокировало. Том запретил это делать, но было слишком поздно. Во-вторых, это его общение с ближним кругом и их эмоции. Странно, хоть я и не эмпат, но тогда отчётливо почувствовал от людей под масками облегчение и радость. Не было страха, отчаяния или чего-то подобного. Да и тёмный маг ни разу не воспользовался круцио. Вёл себя вполне адекватно и даже, можно сказать, дружелюбно. Кажется, Том был рад видеть свой ближний круг, хоть и отчитал тех за бездействие. А то, что тот просто отпустил меня? Это совсем сбивает с толку. Только прошипел, чтобы я не мешался ему под ногами. Тогда не пострадаю. Но разве Том не пытался неоднократно меня убить? Он явно спал и видел, когда сможет уничтожить меня. Это было его главной целью. Так почему отпустил? Почему не попытался убить, как тогда, в младенчестве? Зачем оставил жизнь?! И странно, что я про это не рассказал профессору Дамблдору. Было такое чувство, что нельзя этого делать. Ни в коем случае нельзя. Что вообще происходит?! Почему я так себя веду? Почему промолчал? И самое главное, почему, когда я столкнулся с взглядом восставшего Тёмного лорда, в груди стало очень спокойно, а сердце сжало печалью и теплом. Почему не было ненависти?! Он убил моих родителей, навёл ужаса на весь магический мир, заставил меня испытать столько страха и горечи… В конце концов, именно из-за него я жил у ненавистных родственников! Но почему мне было с ним так спокойно?! Почему, когда я взглянул в эти кровавые глаза, по телу поползли странные мурашки? И это было далеко не из-за страха… Слишком много вопросов. И даже сейчас… Я хочу быть ближе, хоть и борюсь с этим. И похоже, мне плевать на его отвратительную внешность. Эти глаза… Как только вспомню о них, тело всё немеет, а сердце начинает отстукивать дикие ритмы. Я, кажется, сбрендил… Может это всё из-за ритуала воскрешения? Хвост явно что-то напутал, так как на секунду я заметил его ужас и панику! Мордред! Чувствую себя слишком странно… Это же Волан-де-Морт!!! Мой личный враг, причём самый ненавистный! Но почему я хочу вновь посмотреть в эти притягательные и опасные глаза? Он вёл себя слишком адекватно для психопата… И как я приметил, Упивающиеся были счастливы. Мне казалось, что они должны были быть в ужасе. Ведь сбрендивший Лорд им тоже успел сильно навредить. А тот момент… И я, прикрыв глаза, как будто снова оказался там, на кладбище. Привязанный крепкими путами к надгробию.       Поговорив со своими людьми и выслушав счастливые и радостные приветствия, Том подошёл ко мне. — Гарри Поттер. Прости, я совсем забыл про тебя, — прохладно сказал Тёмный лорд и, чуть помолчав, с иронией продолжил. — С твоей помощью я вновь обрёл человеческую плоть. Думаю, что будет некрасиво с моей стороны не поблагодарить тебя за это. Похоже, ты не слишком-то и изменился с наших предыдущих встреч. Такой же самоуверенный, дерзкий и глупый мальчишка. Мне даже немного жаль тебя. Хотя, возможно, я немного помогу. Это всё должно упростить. И мужчина, подойдя почти вплотную, приложил свои пальцы к моим вискам. Я же попрощался с жизнью. Было невероятно страшно, но к этому примешивались непонятные ощущения, что окончательно сбивало с толку. Жар, дрожь и тянущее чувство в груди. Как будто я наконец нашёл что-то, что когда-то оторвали от меня. Такое чувство, что я и Тёмный лорд чем-то связаны. Трудно было понять… А потом резкая боль в голове и странное ощущение защищённости. Но я был слишком испуган и не мог тогда ничего понять. Тёмный маг, отстранившись, довольно хмыкнул. — Даже так? Не подумал бы… Но теперь многое встаёт на свои места. Занимательный ты парень, Гарри. — Что ты сделал, Волан-де-Морт!!! — яростно зарычал я, не понимая уже ничего, а самое ужасное — себя. — Вскоре узнаешь, — покачал тот головой. — И, думаю, после этого ты захочешь со мной пообщаться. А теперь уходи и даже не думай путаться у меня под ногами, Гарри. Я оставлю тебе жизнь, но если ты вновь начнёшь вставлять палки в мои планы, пеняй на себя, — последнюю фразу он прошипел мне в губы. Я с ужасом смотрел на мужчину. А вот сердце… Это напугало в два раза сильнее. Что за хрень, Мордред тебя подери?!       Отойдя немного в сторону, лорд Волан-де-Морт освободил меня. Я же шокировано замер, ожидая чего угодно, но только не сказанного. Но тот не двигался, смотря мне в глаза немигающим взглядом. Я не знал, что мне делать. Даже пошевелиться и то не мог, так как меня всего трясло от страха. Тёмный лорд, вздохнув, начал приближаться. Я, наконец, отмер, поняв, что пора сваливать, раз позволили. Рванув к палочке и призвав кубок, схватил тело Диггори. А дальше перемещение. Но перед этим я ещё раз взглянул в глаза своему кошмару. Но Волан-де-Морт не направил на меня волшебную палочку, а просто смотрел. И его взгляд был странным. Очень странным.       Выплыв из воспоминаний, тряхнул головой. Я не понимал, что произошло. Почему меня не уничтожили? Почему Тёмный лорд сожалел, что Диггори убили?! Кажется, у меня банально едет крыша… Что за игру он затеял?! И что со мной происходит? Ещё и Сириус, Рон с Гермионой… Они не поздравили меня даже с Днём Рождения! Не то, чтобы написать и поинтересоваться моим самочувствием. Честно , очень обидно… И я непонятно с чего начал вспоминать все те четыре года проведённые в Хогвартсе. И тут… — Профессор, долго мы будем подтирать сопли Поттеру? Он уже надоел своим нытьём! Этот идиот ничего не может сделать сам! — резко сказал Рон, поморщившись, и его тон был непривычно холодным. — Спокойно, мальчик мой. Ему сейчас нужна поддержка и помощь. Скоро настанут тяжёлые времена, — мягко произнёс директор. — Вот именно! Только настанут! А парень уже ведёт себя не как Гриффиндорец. Он не похож на своего отца. Слабак! — выплюнул Сириус. — Ты слишком строг к крестнику, Сириус. — А я что, не прав? Альбус, ты сам говорил, что мальчишка должен будет отдать жизнь, чтобы Тёмный лорд был окончательно уничтожен. Ты думаешь, у него хватит духу? Он же слабак! — Если мы его будем и дальше направлять, то да, хватит, — хмыкнула Гермиона. — Мальчишка глуп до неприличия и ведётся на всё, что мы скажем. — Ещё рано об этом говорить, Гермиона. Но Том скоро возродится. И вот тогда вы очень мне поможете. Мы спасём много жизней. Главное — подготовить нашего «героя»! — А деньги? — Как я и обещал, — с тёплой улыбкой сказал старец. — Половина из сейфа Поттера ваша. Главное, чтобы мы избавились от этих двоих. Миру будет тогда легче дышать. Свет победит. Жаль, конечно, но ради этого Поттер должен умереть. — Вы жалеете его?! Мальчишка тёмный! — рыкнул Сириус. — Хоть вы и подавили эту магию, но… Бедный Джеймс! Если бы он только узнал, что его отпрыск… И ради этого отродья Джеймс и Лили отдали свои жизни?! Никогда не прощу эту тварь… — Тихо, тихо. Мальчик в этом не виноват. Но, увы, избавиться от него нужно. Дар может прорваться, и тогда могут начаться неприятности. Да и есть у меня предположение, что когда Том развоплотился, его кусочек души… Нет, об этом ещё рано говорить. Пока я в этом не уверен. Следите за парнем и направляйте. Это сейчас самое главное. Я тоже в этом помогаю вам, как могу. Те кивнули. Я с ужасом попробовал сбежать, чтобы эти предатели не поняли, что я всё слышал, но меня заметили. А дальше обливейт и изменение памяти.       С ужасом вскочив с кровати, застонал и опять рухнул назад. Дыхание было слишком тяжёлым, будто бы я не дышал с пять минут. Ещё и голова кружится… Что это были за воспоминания? И почему я это вспомнил?! Схватившись за голову, ругнулся. Как же больно! И тут я вздрогнул. Ведь в воспоминаниях всплыла фраза лорда Волан-де-Морта о том, что он мне немного поможет. Неужели он имел ввиду это?! Страх и боль захватили сердце. Я же раненным зверем начал метаться по комнате. Не может этого быть! Просто не может… Не верю! Я тёмный?! Но даже если это и так. За что они так со мной? Сириус… Мне и в голову никогда бы не пришло кого-то ранить или убить! Я всегда пытался только помочь! А крёстный каков… Разве это не я его вытащил из рук смерти?! Рисковал своей жизнью, только бы помочь этой неблагодарной скотине!!! А Рон? Разве не я спас его сестру?! Гермиона… Разве это не я побежал спасать её от горного тролля на первом курсе?! Хотя мог просто наплевать и не нарушать правила. Тогда она была для меня ни кем! И теперь они говорят, что я никчёмный слабак? Что трус? Что я тёмный?! А деньги…       Снова сев на кровать, я невидящим взором уставился на свои дрожащие руки. Тёмный, говорите? Так вот что вы обо мне думаете на самом деле, мои дорогие... Вот что лорд Волан-де-Морт имел в виду! Он увидел мою изменённую память. И, возможно, дал всё увидеть и мне. Но как? Хотя он может… Нет, не хочу в это верить! А вдруг это всё происки Тома?! Может, он решил задурить мне голову? Но что-то подсказывало, что это далеко не так. Ведь ему было бы проще просто убить меня, чем вешать лапшу на уши. Тёмному лорду просто незачем всё это делать. Трудно, слишком трудно такое переварить. Ведь сейчас весь мой мир летел в тартарары…       Стерев предательские слёзы, я вылетел на улицу, ничего не видя перед собой. Было слишком паршиво. Хотелось наложить на себя руки, но… Раз я тёмный по вашим словам, то пусть так и будет! Слёзы так и текли по моим щекам, но губы в это время скривились в злом оскале. Теперь мне многое стало понятно. Для тех, кого я любил, я всего лишь чудовище, которое не достойно жизни. А жив только из-за того, что должен уничтожить ещё худшее зло и погибнуть сам. Интересно, тёмный… Что вообще это значит? Что у меня за силы? Как бы узнать… Ничего, я это выясню! А пока нужно немного успокоиться.