It must be you

Маленький Саша всегда обожал сказки. Особенно те, что заканчивались прекрасной свадьбой и жили они долго и счастливо. И те в которых были корабли и путешествия. А лучше все вместе. Его отец, настоящий отец, всегда их читал ему перед сном. Петр был отличным отцом, и воспитывал омегу сына самостоятельно. Отец и сын были всегда вместе.  Саша любил думать о своей жизни, как об одной из таких сказок. Он вырастет, встретит прекрасного принца, которые будет ходить с ним на балы и в театры. Который будет дарить ему цветы и целовать руки. Он думал, что у него будет прекрасная дружная семья. Два ребенка ну или три, он будет качать их в колыбельке и читать сказки, которые его отец читал ему в детстве. Но реальность это не сказка, и Саша понял это, когда его отец умер. Ему было всего одиннадцать лет.  Близкие друзья отца, Василиса и Святогор Волховы, были прекрасные люди, доброй души. Они усыновили маленького Сашу и воспитывали, как родного сына. Именно от Василисы у Саши появилась любовь к готовке. Она научила его всем семейным рецептам. И Саша долгое время убеждал себя, что у него всё хорошо. Что жизнь такая же, как и была. Но, когда Саша понял, что нет, все не так хорошо, было уже поздно… Врачи сначала поставили ему анорексию, а затем и зрение начало сильно ухудшаться. Сашу предупреждали, что если так пойдет он может и ослепнуть. А затем врач поставил в его медицинской книжке бесплодие.  “Как же так?” - Саша спросил потерянно. Тот сказочный мир, о котором он мечтал все детство, как будто разбился на миллионы осколков.  “Господин Романов, ваше здоровье вам не позволяет…” - доктор ответил виновато, “ваше зрение может совсем исчезнуть от шока при родах. Безвозвратно. Да и с анорексией, ваш организм не выдержит. Сначала надо пройти интенсивный курс по восстановлению на протяжение пару лет, а потом думать о детях. Простите.”  “Я понял.” - Саша ответил как-то пусто и безразлично. “Я все понял.” Александр вышел на трясущихся ногах из больницы. Все его мечты рассыпались на глазах, и видимо так и останутся сказкой навсегда, где-то там далеко. А жесткая, серая реальность укутала его с головой. 

* * *

“Сашенька,” - Василиса поправляла пиджак приемного сына, “сегодня важный день. Я понимаю, что после смерти твоего папы ты еще до конца не пришел в себя. Но сегодня прием у нас дома и будет много гостей. И мы представим тебя, как нашего сына.”  “Да, Василиса Ярославна, я буду вести себя хорошо.” - Саша улыбнулся.  “Ох, я знаю тебе сложно, но можешь называть меня мамой, а Святогора папой.” - женщина поцеловала мальчика в щеку, “хоть мы и никогда не заменим тебе Петра. Я просто хотела сказать, чтобы ты получил максимально удовольствия от вечера. Ты же всегда такой замечательный мальчик.” Василиса была замечательной, и Саша потом все же начал называть ее и Святогора мамой и папой. Хоть Петр всегда оставался его единственным и любимым отцом. Саша огляделся, приемный зал был красиво украшен, и было много гостей. В основном партнеры по бизнесу Святогора, то есть папы. Александр старался держаться рядом с Василисой, на что женщина посмеивалась и с любовью гладила мальчика по голове.  “Здравствуйте, Московский.” - Святогор пожал руку высокому молодому человеку со светлыми волосами и голубыми, как небо глазами. Которое в Санкт-Петербурге редко увидишь. Саша даже покраснел из-за того, что так разглядывал молодого альфу.  “Господин Волхов, приятно снова вас видеть.” - Московский пожал руку в ответе. “И Василиса Ярославна, вы, как всегда, прекрасно выглядите.” - Московский подошел к женщине и аккуратно поцеловал ее за протянутую руку. “А это кто?” - он заметил красного Сашу, который разглядывал его, “молодой господин. Я Михаил Московский.” - Миша взял руку Саши, и аккуратно поцеловал и ее. На что Саша еще сильнее покраснел. Альфа был прекрасен собой. От внешности, до запаха свежего леса.  “Вы с женой, Камалией, как всегда, прекрасны.” - ответила Василиса. С женой? Сашу одернуло. Он посмотрел на красивую даму с длинными черными косами, в дорогом черном платье. Ох, значит Михаил женат… Эта мысль почему-то очень расстраивала Сашу.  “Как и вы.” - Михаил наигранно улыбнулся. “А теперь не могли бы мы, Святогор Рюрикович, поговорить о работе?”  В тот вечер Шура решил, что хотел бы альфу, как Михаил Юрьевич. Ведь он был настоящим принцем. 

* * *

Хм, и почему же Шура сейчас вспомнил их первую встречу с Михаилом Юрьевичем? Ах да, он видит его сейчас на этой частной вечеринке. И скорее всего он и правда видит его, и это не кокаиновые галлюцинации. Ведь даже под самым забористым кокаином, Миша не может быть таким красивым, как в реальности. А еще Саша сумел найти лекарство от этой серости и реальности мира: наркотики и алкоголь. Лучше лекарства просто и не придумать. Много наркотиков и ведра алкоголя. Только он вряд ли проживет так, хотя бы до двадцати пяти. Но какая уже разница, похуй на все. Возможно увидит отца наконец-то.  Вспоминая Мишу, они не виделись наверное уже год. Михаил часто приезжал по работе к Святогору и так они встречались с Сашей. Встречались, виделись. Глазами видели друг друга. Саша усмехнулся, между ними никогда ничего так и не произошло. А кому нужен больной, бесполезный наркоман в качестве партнера?! К тому же у Миши была красивая жена. Красивая жена и трое детей. А Шура сводил концы с концами. И сколько бы приемные родители не отправляли Сашу в рехаб, все возвращалось на круги своя. Ему действительно было их жалко, они замечательные люди. Но Шуре было слишком больно, чтобы воспринимать этот мир на трезвую голову.  Миша прошел мимо Шуры к бару и что-то заказал. Ох, у Саши мир почему-то начал поворачиваться влево. А нет, не мир, а Саша начал. И не поворачиваться, а падать. Падать прямо на Мишу.  “Ух, извините.” - произнес Миша, не понимая кто решил на него упасть. Поэтому из вежливости он просто поднял человека. Тут каждый третий был пьяным, а каждый четвертый под кайфом. По этому Московскому не хотелось особо с такими связываться.  “М, Мишенька, ты можешь не извиняться.” - Саша не особо волновался, что он там говорит.  “Вы меня знаете?” - Миша наконец то разглядел человека перед ним, “Александр Романов?” “Да, я. Как хорошо, что вы меня не забыли.” - Саша повис на Мише, обвив того руками и глубоко вздохнув. Запах Миши был лучше любого наркотика. Если вместо кокаина он мог бы нюхать Мишу, Шура бы не отказался.  “Ты чего тут делаешь? Да еще и в таком состоянии?” - Миша был очень удивлен. Сашу Романова он знал, как самого прилежного и порядочного омегу в высших кругах. А не вот это…  “В каком? Я в таком состоянии всегда.” - Саша немного отстранился и посмотрел в глаза Миши, а затем рассмеялся, “и мне так охуенно, Миш. Так охуенно. Ты бы знал. А тут ты. И мне стало еще охуеннее.”  “Ладно все, Саша. Давай я тебя отведу от сюда. Мне совесть не позволит оставить тебя тут одного в таком состоянии.” - Миша одним глотком выпил то, что ему принес бармен. И аккуратно взял омегу за талию, повел к выходу.  “Миша, а ты куда меня ведешь? Ты ведь меня не бросишь?” - Саша схватился поудобнее за Мишу, “а я знаю, ты решил воспользоваться тем, что я одинокая, невинная омега. Я бы тебе отдался хоть здесь и сейчас. Хочешь?” - он захихикал. В обычном то состояние Саша никогда такое не сказал бы, его учили лучше. До свадьбы ни-ни. Но ради Миши наверное можно было. Хотя у него же жена… Получается что, Шура будет второсортной любовницей?! Да если честно, его сейчас и любовницей никто не возьмет, если только такие же зашоренные наркоманы с Думской…  Думая о всем об этом Саша не заметил, как они оказались на улице. Свежий воздух ударил в лицо, что заставило Сашу хоть немного, но прийти в себя.  “Так ты можешь стоять?” - Миша остановился, “мне надо ключи достать.”  “Нет!” - Саша сильнее сжал Мишу за шею, “ты же обещал меня не бросать.” - парень начал хныкать. “Саша, Сашенька я тебя не бросаю. Я хочу ключи достать от машины.” - Миша попытался разжать медвежью, и откуда в этом худом теле такая сила, хватку. Но не рассчитал, и Саша шлепнулся на асфальт.  “Ох ты ж блять, Саша.” - Миша подскочил к омеге. Шура начал плакать уже в голос. Ему было стыдно, он был просто жалким. Точно, как законченные наркоманы из подворотни. Ему было стыдно, что он тут валяется на асфальте под кайфом и плачет. А Миша, который по сути ему ничем не обязан, пытается помочь.  “Саша, все давай. Я отвезу тебя к себе, а завтра решим, что дальше.” - Миша аккуратно поднял омегу на руки, парень был ненормально легкий и худой для своего роста и возраста. Насколько Московский помнил, ему всего было девятнадцать. “Сашенька, ну не плачь.” - он аккуратно положил омегу на переднее сидение своего авто и вытер слезы с лица, сняв его очки.  “Ну все хватит. Давай успокаивайся. Саша ты меня понимаешь?” - Миша пытался хоть как-то привлечь внимание омеги. Шура немного успокоился, отлично мир теперь весь расплылся в приятном тумане, это его глюки или кто-то забрал очки? Он же был с Мишей! “Миша?” - Саша резко подскочил на кресле и замотал головой.  “Да, я тут.” - Миша повернул аккуратно его голову. А он оставался такой же красивый, хоть и нечеткий.  “Ты меня не бросил, нет?” - Саша прошептал.  “Нет, мы сейчас поедем ко мне домой тут. Чтобы ты пришел в себя.” - Миша ответил. Судя по голосу он улыбался.  “Хорошо, Миша, делай со мной все, что хочешь.” - Шура ответил, ложась назад на кресло. А дальше он не особо помнил, что происходило с ним. 

* * *

Саша резко подскочил на кровати. Голова просто раскалывалась, и по этому он со стоном лег назад.  Но не на долго, потому что кровать в которой он лежал, была ему незнакома! А еще он был только в какой-то футболке, которая была ему явно велика. Саша снова подскочил.  ‘Черт, черт, черт.’ - пронеслось у него в голове. Из всего, что с ним могло произойти во время наркотических похождений, он больше всего боялся именно, того, что его кто нибудь изнасилует. Потому что если его убьют, боли уже не будет, никогда. А если его тронут вот именно так, то с такой навалившейся болью он точно не сможет больше жить. А покончить с собой у него сил не хватит.  Он увидел очки на прикроватном столике и надел их. Шура встал на трясущихся ногах, и чуть не упал. Вся его правая часть тела ужасно болела, особенно нога. На бедре был огромный синяк, а на руке были ссадины. Он вроде бы припоминал, что упал. Но… Омега медленно, хромая, пошел смотреть, где же он. И с каждым шагом назревала паника. Саша не знал, где он. И зайдя на кухню он увидел самого Михаила Московского!  “О, спящая красавица наконец-то проснулась.” - сказал Миша. Он сидел за барной стойкой и что-то писал. На столе стояла кружка кофе.  Сашу накрыли вчерашние воспоминания, он был в очередном клубе. До этого он опять снюхал кокса, возможно больше, чем обычно. А еще раньше Шура в очередной раз пропустил сессию в рехабе. В клубе он увидел Мишу, и Миша ему помог. Увел оттуда, а не прошел мимо.  “Ой!” - Саша понял, что стоит в одной футболке перед альфой. И не просто альфой, а который ему нравился уже долгое время. И по этому он начал натягивать футболку, как можно ниже. При этому его худые и бледные ключицы оголились, на что Саша еще раз ойкнул, и попытался уже их как-то закрыть.  “Ну что ты там делаешь? Я же тебя ночью и переодел в одну из своих футболок.” - Миша сказал, сжалившись над Романовым.  Саша на это покраснел еще сильнее и закрыл лицо руками. Какой позор. Какой позор на всю жизнь! Зато футболка пахла Мишей…  “Ну, Саша ты чего? Вот сейчас я узнаю Александра Романова, которого всегда знал. А не того обдолбанного парня из клуба. Как же ты так умудрился?” - Миша спросил.  “Как-то так…” - Саша ответил.  “И когда бросать собираешься? Ты слишком молод, чтобы губить себя таким образом.” - Миша ответил.  Шура уже более серьезно посмотрел на Мишу, “Михаил Юрьевич, врать я вам не хочу, а правда вам не понравится.”  Миша нахмурился на это, а затем вздохнул и сказал, “иди умывайся. Я заказал нам обед. Ты вон какой худой. Чтобы все съел.”  Саша послушно закивал головой на это.  Уже во время обеда, Миша сказал, что позвонил Сашиным родителям и сообщил, что с ним всё хорошо. Василиса очень переживала за сына. А еще он лично проконтролировал, что Саша съел весь обед.  Так они провели день в приятном комфорте, смотря телевизор. Пока Миша не спросил, “если хочешь, можешь сегодня остаться. Если нет могу отвезти тебя домой.”  “Ох, точно. Я же, наверное, помешал вам с госпожой Камалией. Извините.” - Саша опустил голову. Миша рассмеялся, “не переживай. Мы с Камалией уже, как год развелись. Она уехала домой, в Казань.”  “Извините тогда.” - Шура ответил из вежливости. Но в душе стало как-то спокойнее.  “Не извиняйся. Любовь прошла… Но мы остались хорошими друзьями. Иногда я ее навещаю. У нас же еще дети есть, вот езжу с подарками к моим мальчикам.” - Миша ответил.  “Ну, тогда я воспользуюсь предложением и останусь у вас еще на ночь.” - Саша сказал.  Миша на это улыбнулся.  Оказывается Саша спал этой ночью в кровати Миши. На что омега в очередной раз покраснел. Какой позор. Он не привык, на трезвую голову, быть таким распущенным.  На следующий день, когда Саше все же пришлось уезжать домой. Миша заставил, именно что заставил, его пообещать, чтобы Шура бросит все это. И попойки, и наркотики, и шатания по рандомным клубам в таком состоянии. А еще он сказал, что обещал не бросать Сашу. Когда тот плакал в вечер их встречи. И по этому в дальнейшем будет проверять Сашу. Ходит ли тот к врачу и следит ли за здоровьем. И впервые Саше стало как-то легче. Может мир и не такой серый, как ему казалось? 

* * *

В течение следующего месяца Миша постоянно писал Саше. Спрашивал, как у него дела. Ест ли он нормально. Ходит ли к врачу. И Саша все это исправно делал. И в конце месяца мог получить себе звездочку-награду, ‘месяц без наркотиков’. Впервые за долгое время.  А потом ему пришло сообщение: сегодня вечером мы идем с тобой в Александринский театр. Я заеду за тобой.  Саша сначала не поверил, и по этому перечитал раз пять. Но все верно, Миша пригласил его в театр. У Шуры аж, дыханье сперло и сердце застучало. Он и Миша идут в театр! Вместе! Надо было срочно собираться.  С тех пор Миша его постоянно водил в разные театры и музеи. И даже на книжный вечер, посвященный Есенину. Хоть по выражению лица Миши было понятно, что Есенина он читал последний раз в школе. А еще оказалось, что Миша терпеть не мог театры. И Саша узнал об этом уже позже, когда Миша уснул на одном из представлений.  “Ну я люблю что-то современное. Более энергичное. Мюзиклы например. Мама Мия смотрел?” - Миша ответил. На что Саша мысленно поморщился. Как его любимый балет можно было сравнивать с какой-то Мамой Мией?!  “Святогор Рюрикович.” - Миша вошел в кабинет, “вы, наверное, знаете зачем я тут.” Святогор ждал Михаила и по этому перешел сразу к теме, “знаю, Михаил Юрьевич. И поэтому не буду долго тратить времени. Вы хитрый и циничный человек. И не боитесь использовать людей.”  “Хорошего мнения вы обо мне, Святогор Рюрикович.” - Миша скрестил руки на груди. “Не перебивай.” - Святогор ответил, “но! Саша без ума от тебя. Я давно не видел мальчика таким счастливым. Таким живым. Наверное, со смерти Петра… И Саша все явно решил уже для себя.”  “Да, я пришел просить благословение. Хочу взять вашего сына в мужья.” - сказал Миша серьезно.  “Как я уже говорил, ты мне, как человек не особо нравишься. Но Саша любит тебя. И я не буду мешать вашему счастью. Петр был бы счастлив, узнав, что Саша нашел свою любовь. И поэтому даю свое благословение.” - Святогор сказал.  “Благодарю. Я сделаю Шуру самым счастливым человеком на земле.” - ответил Миша. И он обязательно сдержит свое слово. 

* * *

Саша поставил, с заботой, булочки готовиться в духовку. Он улыбнулся, заметив кольцо на правой руке. До сих пор не верится… А еще последнее время он постоянно уставал, чуть ли не засыпая стоя. Хотелось спать ужасно. Надо было бы сходить к врачу раньше положенного срока. Шура раз в месяц ходил в рехаб, чтобы уже навсегда избавиться от любых зависимостей. Надо пойти раньше, может антибиотики и таблетки действовали как-то не так. Потому что раньше он так себя не чувствовал.  “Присаживайтесь, господин Романов.” - сказал врач.  “Московский.” - поправил Саша, улыбнувшись. Врач на него посмотрел и сказал, “поздравляю. Я проведу несколько тестов. Вообще от ваших таблеток не должны быть такие побочные эффекты.”  “Да, вот поэтому я и решил приехать.” - ответил Саша.  Через какое-то время доктор вернулся и сказал, “поздравляю. Вы в положении.”  Саша сначала даже не понял смысла сказанного, “что простите?” “Вы беременный, поздравляю.” - доктор повторил. “Что вы имеете в виду? Мне поставили бесплодие уже давно, я не могу быть беременным.” - Саша начал невольно паниковать.  “Тем не менее вы в положении. Лучше проконсультироваться с нужным врачом, чтобы проверить плод и срок.” - продолжил врач. “Так же вам надо будет продолжить курс вашего лечения, нельзя так просто бросать. Надо будет менять дозу и следить за состоянием. Я вам все напишу…”  Саша особо не слушал больше врача. В голове крутилась лишь одна мысль, он беременен. У него и у Миши будет ребенок! Ребенок! Долгожданный ребенок, на которого Саша даже не мог рассчитывать. Он уже смирился, что вряд ли будет иметь детей когда-либо. Ребенок, ребенок, ребенок…  Саша как в трансе доехал до работы к Мише и поднялся к нему в кабинет. Зайдя он ничего не сказал, а лишь сел на коленки к Мише и расплакался тому в шею.  “Саша? Сашенька? Что у тебя случилось?” - Миша был в недоумение, и гладил Шуру по кудрявым волосам. Кто обидел его Сашу? Запах морского дождя был очень сильным и каким-то концентрированным.  “Ничего, ничего, Миша.” - Саша немного успокоился, “Миша у нас будет ребенок. Мне сегодня сообщили, что я беременный.”  “Что? Но ты же говорил, что не можешь…” - Миша был растерян.  “Я не знаю. Не знаю. Но это чудо. Миша мы будем родителями. У нас будет ребеночек. Маленький такой. Крохотный.”  - Саша снова начал плакать.  Миша крепко обнял Сашу и начал немного покачивать из стороны в сторону. Он сам был ошарашен. “Шурочка, поздравляю. Мы с тобой будем родителями. Саша, прекращай плакать.”  “Но я так счастлив, Миш. Я самый счастливый человек на земле сейчас, Миша. Я так тебя люблю.” - Саша снова отстранился и посмотрел на мужа.  “Я тебя тоже люблю, Шурочка.” - Миша поцеловал Сашу. 

* * *

“Миш, Миша проснись.” - Саша пнул своего мужа.  Миша подпрыгнул и посмотрел растерянным взглядом по сторонам, “ты, что рожаешь?”  “Нет, я хочу, чтобы мы занялись сексом.” - Саша сказал, как ни в чем не бывало.  “Что?” - Миша не понял, зачем его разбудили посреди ночи. “Я хочу, чтобы ты взял меня здесь и сейчас.” - Саша еще раз повторил. Миша, что не понимает, что беременная омега требует любви и заботы в любую секунду. Вот, как сейчас, он захотел, чтобы Миша его трахнул в четыре часа ночи. Так что пусть принимается за дело.  Миша опять лег на подушку и закрыл глаза.  “Эй!” - Саша опять пнул мужа, “мне тебя долго ждать?” Шура приятно поправился, и наконец-то смог набрать нормальный  вес для своего возраста и роста. А еще Мише очень нравилось его хватать за разные округлившиеся места. Неужели альфа передумал?! Омега был недоволен. “Миша, козел, возьми меня сейчас. Или я обижусь на тебя!”  Миша снова поднял голову с подушки и посмотрел на недовольного Сашу, “сейчас что ли?”  “А когда?” - Саша спросил недовольно.  “Ладно, иди сюда.” - Миша перевернулся на спину и поднялся на локтях. Саша довольно отбросил одеяло, снимая свои пижамные штаны. Радостно раздвигая ноги. “М, Саш, ты такой мокрый.” - Миша сказал, трогая омегу. “А я что тут прошу? Все из-за тебя. Твоего ребенка и тебя. Такой сексуальный тут лежишь, спишь. А я страдаю.”  - Саша раздвинул ноги еще шире, придвигаясь ближе к Мише.   “Страдающая Каренина прям. Да понял я, понял. Ладно ты напросился.” - Миша уже проснулся совсем.  “Ох…” - Саша громко и довольно простонал, “ох, хочу так напрашиваться каждый раз.” 

* * *

Саша устало гладил светлую макушку сына. Мальчик был очень похож на Мишу, и Сашу это очень радовало. Он был таким красивым, таким идеальным, хотя еще весь красненький. С закрытыми глазками и маленькими, сжатыми кулачками. Данила, они решили назвать мальчика Данила. Сашино чудо, Сашина мечта, сказка, которая наконец-то сбылась.  В комнату вошли. Саша посмотрел, это оказался врач. Миша пошел принести вещи в его палату, и видимо еще не вернулся.  “Поздравляю.” - сказал врач. “Не хотелось бы вас отвлекать, но у вас написано, что вы долго лечились от наркотической зависимости.”  Саша кивнул, “до сих пор лечусь.”  “Надо будет проверить вашего сына тогда.” - врач начал записывать что-то в свою книжку. “Что вы имеете в виду?” - Шура начал беспокоиться. “Ваше лечение и зависимость могли иметь эффект на ребенка.” - ответил врач.  “Какой эффект?” - Саша сказал, как будто задыхаясь. Он прижал своего сына сильнее к себе. Надо было защитить Даню от всего мира. Его маленького сыночка, его чудо.  “Так, мамочка, не паниковать. Просто вашего сына надо будет наблюдать в дальнейшем. А эффекты могут быть любыми, хронические заболевания, аллергии, позднее проявление второго гендера, проблемы с иммунитетом. Сейчас сложно сказать. Ребенок просто может потребовать постоянного наблюдения.” - врач сказал. Саше не хотелось отпускать Даню никогда. Он, что, мог испортить жизнь своему сыну из-за того, что увлекался наркотиками и не проходил вовремя лечение?!  Хорошо, что Миша пришел в скором времени. И не дал Саше впасть в депрессию сразу после родов. Это было время для любви и семьи, а не для самокопания.  Шура отложил книжку, которую он читал сыну и посмотрел на своего маленького сыночка. Даня лежал в колыбельке, посасывая пустышку. Он был укутан в красивое красное одеяльце. Саша его сам расшивал! Его золото. Сашино чудо.  Омега спустился вниз, где в зале сидел Миша, листая что-то в телефоне. Саша подошел и лег к Мише на коленки.  “Ну ты опять об этом думаешь?” - спросил Миша. “Я не могу просто забыть об этом, Миш.” - сказал Саша, “а что если я нашему сыну испортил жизнь?” “Саша,” - Миша на него серьезно посмотрел, “ты собираешься думать об этом всю жизнь? У нас прекрасный, здоровый сын. Все будет хорошо. Все будет обязательно хорошо.”  Саша закрыл глаза и вздохнул, “я верю тебе, Мишенька. Верю.”

* * *

Миша спешил в больницу, как можно быстрее. К своей семье. То, что Даня забеременел, было шоком. Когда он успел, и самое главное от кого? Надо было узнать все об этом парне. Но больше Миша думал, о том, что его сын вырос. А самое главное, когда Даня успел так вырасти?  Миша тихо зашел в палату, где должны были находиться Саша и Даня. Оба омеги лежали и спали на кровати. Саша обнимал Даню, а Даня Сашу в ответ. Миша улыбнулся сам себе и подошел к ним. Он аккуратно убрал кудрявую прядку с лица Шурочки, и погладил Даню. Миша взял одеяло и укрыл обоих. Его семья. Его любимая семья.