В твоих глазах искры

Ночной спокойный сон Дилюка, прервал звонок от Розарии. Предчувствие чего-то неприятного отбивало все желание брать телефон в руки. Но вспомнив поведение своего брата-сожителя в последнее время, он лениво и нехотя снял трубку. Сонным, хриплым, злобным и громким тоном сказал: -Ты видела сколько времени! — На другом конце провода послышалось радостные крики и оглушающая музыка. На заднем плане слышно нетрезвое пение Венти и других людей. Затем раздался нежный, обеспокоенный, слегка виноватый голос девушки: -Прости, но тут проблемы с твоим братом. Короче, просто забери его. Мы в караоке — не дожидаясь ответа, девушка повесила трубку. Рагнвиндр внезапно ощутил лёгкую дрожь и быстрое сердцебиение, что бы он не говорил, но всегда беспокоится за названого брата. Даже когда они ссорятся, Дилюк чувствует себя непривычно, словно частичку его самого оторвали. Вот и сейчас он ощущает тоже самое, самые ужасные мысли заполнили его голову. Оставаться спокойным в данный момент было нереально, даже для невозмутимого владельца винокурни. Тяжело вздохнул, пересилив лень, парень медленно покинул тёплую постель и в спешке накинув верхнюю одежду вышел на улицу. Маленькие ажурные снежинки украсили собой красную макушку, а прохладный ветерок вызывал здоровый румянец. Дилюк боязливо ускорял ход, приближаясь к пункту назначения. Попутно разглядывая давно изученый, холодный городской пейзаж. Видя нужное здание, у двери которого виделись три фигуры, парень перешёл на бег. Красивая, нарядная Розария сидящая рядом с другом, пытаясь как-то поддержать его. Кэйя, сидящий на корточках с сигаретой в руках и Венти с бутылкой вина и небольшой гитарой за спиной, который гладил парня по голове. Выглядили они так будто, кто-то умер или случилось что-то ужасное. Их состояние сейчас — полная противоположность их обычному состоянию. Никто не смеётся, не поёт песен, нет ни шуток, ни сплетен и даже ни единого простого шуточного упрёка. Их словно подменили. Рагнвиндр это понимал и ускорял шаги, обеспокоенно поглядывая на сидящего на земле парня. Заметив красноволосого двое из них выпрямились, а Альберих вскочил и кинув почти целую сигарету куда-то в сугроб, бросился навстречу к приблежающейся фигуре. Его унылого выражения лица как не бывало, на место вернулась вечно радостная маска. Синеволосый сходу прыгнув на парня, крепко обнял его и громко промурчав: -Братец! — Красноглазый аккуратно подхватил, попутно недавольно буркнув: -не называй меня так! — Дилюк придерживая еле стоящего брата, строго взглянул на его собутыльников. Роза поправила причёску и отвернулась, а рядом стоящий бард, спрятав полупустую бутылку за спину, проговорил: -у нас есть повод… Эээ. Ну.Я поступил на музыкальный- Девушка ткнула его в бок, тихо проговорив: -ты поступил пол года назад — Красноглазый цокнул языком и подхватив Кэйю, развернулся и сказал: -Спасибо, что позаботились о нём — Казалось в его голосе присутствуют нотки сарказма и упрёка. Синеволосый продолжая висеть на шее парня, успевал прощаться с друзьями. Приобнимая парня за талию, владелец винокурни отчитывал Кэйю за плохое поведение. Тот же стараясь прижаться как можно плотнее к теплому телу, пропускал все слова мимо ушей, напевая любимую песню. Пройдя через почти опустевшую улицу, в неловко тишине и тихие напевы грустной песни. Под ногами хрустел мягкий снег, изредка мимо пролетали автомобили на бешенной скорости. -Скажи, Дилюк, а я ведь пугающий? — ни с того ни с сего, проговорил синеволосый, с пугающей усмешкой и радостью в голосе. Дилюк не знал как ответить на неожиданный вопрос и то как его приподнесли, поэтому не задумываясь ответил: -нет конечно с чего бы это! — Они остановились посреди улицы и продолжили непонимающе разглядывать друг друга. Повисла неловкая тишина между парнями и спустя некоторое время, Кэйя медленно отстранился от брата, несмотря на то что тот его крепко удерживал за плечи и руки. Громко рассмеявшись, весело пританцовывая, Альберих прошёл пару метров и плюхнулся в пушистый сугроб. -Вот как! — прошипел он Жгучий холод тут же окутал парня. Дилюк тут же дёрнулся с места и уже думал поднять брата, как вдруг тот начал кататься по снегу, выкрикивая: -хочу к Венти и Розе! Я устал, хочу спать. Хочу пить и петь. Домой- -перестань, заболелешь или отморозишь чего! — обеспокоенно повторял красноволосый, пытаясь вытащить того из сугроба и не намокнуть самому. — отличная идея— язвисто пробормотал парень с повязкой. Руки одетые в перчатки без пальцев крепко сжали пушистый снег, после укладвая толстым слоем на собственном лице. Комментируя свои действия: -если я отморожу лицо, то никто не сможет спорить с тем, что я страшный! — -вылазь. С чего ты взял, что ты страшный?! — -Ну… я сам вижу. По мне видно, что я не местный и это многих пугает. Я ужасный! Это ведь правда? Ты тоже так считаешь? — с ноткой печали расспарашивал Кэйя, кинув взгляд полный надежды в сторону красноволосого. Словно ожидая положительного ответа. Дилюк громко вздохнул и сел в снег напротив него. Обладатель красных глаз потянулся и стряхнул с синей макушки уже тающие белые хлопья. Кэйя ощущал как его лицо начинает гореть, то-ли от огромного количества алкоголя, то-ли от холода, то-ли от тёплых родных рук. Пройдясь горячей ладонью по темным волосам, Дилюк аккуратно потянул светлую прядь. Перекручивая её пальцами, начал говорить: — да. Может ты и не выглядишь как здешние люди, но ты очень даже…симпатичный. Кто вообще тебе наплел такую чушь. Только честно! — он уже начинал злиться, но встретившись с удивлённый взглядом названого брата, резко вскочил на ноги и продолжил: — все вставай, мне утром на работу. А тебе в универ! — На его слова Кэйя вместо того чтоб сделать так как его просят, вновь просмеялся и, раскинув руки в стороны, пытаясь зарыться в белый ковер. -честно? Хмм… холод протрезвляет! — радостно воскликнул он, подкидывая снег над собой. Веселясь в белой холодной ванне, он резко прекратил, чем напугал брата. Громкий смех прервался, пение утихло, даже машины исчезли. Тишина. Дилюк посмотрел на пьяное чудо присыпаное снегом. Он закрыв лицо руками, начал тихо всхлипывать и громко вдыхать воздух носом. Дилюк вновь присел на корточки рядом и убрал синюю прядь с румяного лица, молча, не зная как реагировать или все ещё ожидая ответа на поставленный вопрос. Кэйя продолжал всхлипывать и размазывая влагу по щекам, открыл глаз. Он смотрел куда-то в небо, усыпаное звездами. Кэйя прикоснулся к повязке на глазу и аккуратно трепля ее, усмехнулся и начал говорить: — Честно… — проговорил он так, будто в открытую усмехаясь над братом. Альберих уже и не помнит, когда в последний раз употреблял данное слово в рассказ о себе. Обдумывая свои дальнейшие действия, синеволосый немного помолчал, а затем неохотно продолжил: -Девченки из параллели, сказали, что у меня жуткие глаза. А ведь они ещё второй не видели. Раньше я думал, что у меня необычные глаза, но теперь не хочу, чтоб их кто нибудь видел! — -Даже я- уныло прошептал Дилюк- В ответ Кэйя промолчал немного прийдя в себя встал на трясущиеся ноги. Всхлипнув ещё пару раз, синеволосый стряхнул с одежды остатки снега и протянул руку парню, сидящему на земле: -пойдём домой, братец! — Не выдержав, Дилюк вскочил и сжал протянутую руку помощи. Он начал дрожать от переполняющей его злости и слишком громко выкрикнул: -скоролько раз просил, не называй ты меня так?! — Он сам неожидал от себя такой громкости, даже испугался и почесывая затылок, тихо извинился. Кэйя застыл на месте, не отрывая глаз от лица брата. Глаз не закрытый повязкой, округлился и из него неожиданно потекли слезы. Горячие капли медленно высыхали, оставляя неприятное ощущение от чего Кэйя начал тереть лицо свободной рукой, тоже извиняясь. -Прости! — проговорили они в унисон, после чего усмехнулись. Альберих понемногу трезвел, осознавая ситуацию, но не просто так в раз забыть о нескольких литрах различного алкоголя, выпитых в одиночку, без закуски. Спокойная, лёгкая атмосфера, плавно падающий снег, абсолютная тишина и только они двое. Слишком романтично. Дилюк подошёл чуть ближе и обжигая теплом замерщее лицо парня, стирал горячие капли под глазами. Слегка приподняв повязку для удобства, из-за чего Кэйя отдернулся почти на метр от брата. Дилюк опустил руки, сжав кулаки тихо проговорил: -я ведь его уже много раз видел в детстве! — Кэйя поднял взгляд и увидив поникшее состояние парня, потянулся к своей повязке. В голове всплыми воспоминания из минувших дней. Как мило маленький Дилюк реагировал на необычную внешность нового родственника: -У тебя в глазах искорки! — после которых Альберих прятал глаза. -Такие красивые! — вновь раздался мальчишеский голосок в памяти парня. Немного замявшись синеволосый стянул аксессуар с лица и бросив его на землю, тихо произнёс: -только тебе можно- Дилюк решительно подошёл ближе и охватив прохладное лицо руками, оставил невесомый поцелуй на лбу. Синеволосый не решительно положил свои холодные ладони поверх горячих рук брата и открыв глаза, встретился с тёплым взглядом. -у тебя в глазах искры— лаского проговорил Дилюк, нежно проведя большим пальцем по черному глазу. Альберих не отрывая глаз, продолжал тонуть в алых омутах напротив. Красноволосый мягко улыбнулся и поддавшись вперёд, коснулся губами, мягких холодных губ Кэйи. -Самые прекрасные глаза, из всех что видел! — прошептал он неотстрвняясь. Растянув искренне довольную улыбку, Альберих повернув голову, ластился в чужих руках. Прикрыв свои необыкновенные глаза, чмокнул тепную ладонь и сказал: -как же я люблю тебя — Дилюк пребывал в лёгком шоке и понимал, скорее всего на утро Кэйя не вспомнит этих слов, этого поцелуя, этой прогулки и разговора. Возможно все ещё будет загоняться насчёт внешности и глаз в особенности. Снова будет называть Дилюка братом, тем самым выводя того из себя. Опять уйдёт с утра на учёбу, а после пойдёт гулять с Розарией и Венти. Когда вернётся домой, расскажет очередные приключения их троицы. После поужинает в компании названого брата. А потом возможно уснёт в обнимку с ним же. Всё это возможно если Кэйя все будет помнить и может даже ответит взаимностью. Если сумеет полюбить учёбу и собственное тело. Но сейчас не об этом. Сейчас они вернутся к себе домой и лягут спать, а остальное будет завтра. Возможно.