Кофе с мятным сиропом

Крики. Среди ночи зов природы. Книги. Говорят, до полугода. Нервы. Как канаты, только туже. Первый. Думал, честно, будет хуже. Роднополисы «Пробка»

       Все, она выполнила свой моральный долг, а теперь пора спать, одеяло манило своим теплом. Ноут привычно щелкнул сообщением.        «Нет, я обиделся и теперь собираюсь уйти в недельный запой».        Совершенно ничего не понимая, Яна продолжила бессмысленную переписку.        «Это не смешно»        «Конечно. Это грустно и пьяно, все, я в пучину алкоголя и спокойствия!»        «Артем Юрьевич, не надо!»        Она ждала, когда сообщение окрасится в другой цвет, это означало бы, что его открыли и прочитали, но оно упорно оставалось голубым. Он издевается? Артем всегда отвечал со скоростью авторегистратора. Неужели он действительно собирается напиться до потери сознания? Ну и пожалуйста! Наверняка так проходят каждые его выходные. А ей нужно спать, а не думать о печени и мозге пуделей. Закрыв ноутбук, Яна зарылась в постель и зажмурилась. Несколько минут в попытке уснуть ясно показали: это бесполезно, сердце билось о грудину с внутренней стороны, заставляя мозг работать с большей активностью. Черт!        Она вернулась к компьютеру, до сих пор не прочитано. Вышел! Он издевается! У него на странице висели два номера, недолго думая, она набрала московский. Настя подняла голову, она уже засыпала: - Ты чего возишься?        Яна жестом попросила ее помолчать. Не отвечает. Набрала второй, результат оказался идентичным.        Вредный мальчишка! А кто же он еще? Раз в тридцать лет все еще играет в обиженного сыночка. Может, позвонить его друзьям? Точно! Телефон Артура оказался вне зоны доступа, Катя не отвечала. Недоступные Роднополисы! В справочную и Кремль куда проще дозвониться! Два глубоких вдоха вперемешку с гулкими ударами сердца. Кажется, выбора нет.       Яна вскочила и кинулась к джинсам и футболке. Настя даже приподнялась на постели: - Это что за ночные побеги? Яна! - Слушай, я наделала множество глупостей, и теперь мне надо исправить их. - Я пойду с тобой! – Девушка быстро свесила ноги с постели. - Спасибо, но не надо, я справлюсь. Надеюсь…        Выбегая из комнаты общежития, Яна вновь набирала номер на мобильном, но на этот раз она звонила в приемное. - Алена, привет, Максименко. Можешь мне посмотреть контактный адрес Фетищева? - Конечно. – Пауза напрягала Яну, которая уже ловила такси. – Там не его адрес, он у друга жил, так что… - Мне именно этот адрес и нужен, давай!       Записав в голове данные, она поблагодарила Алену и плюхнулась на заднее сидение подъехавшему автомобилю, продиктовала адрес. Полчаса мучительно пробегали по циферблату. А что, если он уже спит на диване в невменяемом состоянии? Это все из-за нее. И почему она не могла, как обычная девушка, просто порадоваться цветам?       Она почти бегом выскочила из машины, чуть не забыв заплатить. Методом пробежек нашла нужный подъезд, такого везения трудно представить, но вышел мужчина в трениках и накинутой поверх майки куртке с мусорным ведром. Яна резко затормозила и вошла, задержав дыхание. Ее тошнило от страха и скорости. Оказалось, что Артем еще и живет на восьмом этаже, до которого Яна бежала пешком, чтобы не пропустить квартиру. Достигнув двери, она нажала на звонок и согнулась в три погибели, легкие жгло морозом и нехваткой кислорода. - Он перегорит сейчас, отпусти!        Она разогнулась. Дверь открыл Артем, одетый в белую майку без рукавов, открывающую часть подкаченного тела, и бирюзовые бермуды с каким-то совершенно неадекватным рисунком в пальмы. Все это дополнялось домашними тапками. Поняв, кто перед ним, он застыл, одна бровь поднялась, на лице застыло выражение жалости, неверия и желания хлопнуть себя по лбу. Но он был, похоже, трезвым… - Ты чего пришла? - Когда мы перешли на «ты»? - Когда ты побежала за мной на мороз. – Лениво пожал плечами Артем. - Сколько ты выпил? – Требовательно спросила девушка. - Две чашки кофе. Что съесть рассказать? А как часто в туалет хожу? - Я серьезно! Дыхни! Быстро!        Артем наклонился к ней, спрятав руки в карманы, и выдохнул. Ничем таким действительно не пахло, только кофе. Артем улыбнулся, а потом и вовсе засмеялся. - Ты что же меня из пучины пьянки примчалась вытаскивать? А если бы я был с девушкой? - Плохо получилось… - Конечно, все девушки у меня модельной внешности. И одно дело променять красивую девушку на очень красивую, а другое дело – на такую, как ты. - Гàгара, тебе не кажется, что ты переходишь все границы? – Яна успела смутиться, и теперь ей казалось, что щеки у нее горят ярче рассвета перед ветреной погодой, хотя на самом деле она побледнела. - Я Гагàра, к твоему сведению. – Холодно заметил он. - Плевать! Я из-за тебя ехала через полгорода, чтобы полюбоваться на твою самодовольную небритую рожу? Ты меня бесишь!        Артем, наблюдавший такой взрыв впервые, начал получать какой-то странный кайф. В этот момент Яна показалась ему живой. Он посмотрел на нее около секунды, а потом развернулся и направился вглубь квартиры. - Ты куда? Я еще не закончила! – Она вошла за ним в квартиру и захлопнула дверь. - Разуйся! – Крикнул он откуда-то.        Она быстро скинула сапоги, куртку с шапкой, и пошла искать кудрявую причину своего нервного срыва. Квартиру Артем снимал шикарную. Большой коридор выходил в кухню, туда она и пошла. Мужчина стоял у приоткрытого окна и курил, выдыхая дым в щель. - Посмотри, что ты наделала! Я три года не курил!        Не выдержав, Яна подошла и вытащила сигарету из его губ, смяла и выкинула в окно. Рука неприятно ныла от тлеющего кончика, но боли она сейчас не чувствовала. Девушка бросила взгляд на стол, там лежала целая пачка. - Ну-ну. Вижу я! Прекращай! – Яна схватила пачку сигарет и выкинула ее следом. - Ты что творишь, ненормальная?! Это был демотиватор! Там ключи от квартиры лежат!        Он бросился в коридор, а когда вернулся, выглядел таким же злым, как сегодня днем. - Тебе никогда не говорили, что нельзя выкидывать в окно чужие вещи? В твоем медицинском мозге нет такой информации? - Прости, я не знала!        Он прижался спиной к стене и прикрыл глаза ладонью. Его грудь вздымалась от глубокого дыхания, он явно старался не наорать на нее. А ей бы этого хотелось. Сам виноват! Это он ее довел! Яна сжала кулаки, готовая защищаться, но то, что выдал Артем на этот раз, выбило ее из колеи. - Я понял. Это был злобный план. Четко продуманный с самого начала. – Артем посмотрел ей в лицо, темные глаза сверкали в полутьме коридора и кухни. В последней горело только бра. – Прийти ко мне домой, закрыть дверь и соблазнить, да? Если что, у меня не встает на органы! – Он кивнул на Янину майку.        Майка действительно была специфическая: полная топография внутренних органов грудной клетки и брюшной полости. Она обзавелась ей еще на втором курсе и с любовью носила до сих пор. От оценивающего взгляда Артема Яна почувствовала себя чуть ли не обнаженной, и прикрыла себя руками. - Что за чушь ты несешь? У меня такого и не смогло бы появиться в голове!        Неожиданно Артем оттолкнулся ногой от стены, он быстро оказался рядом с ней и чуть толкнул в плечи, она покорно отступила назад, он прижал ее к противоположной стене коридора. - А я передумал! – Плотоядный взгляд пробежал от лица по шее вниз, он касался ее всем телом, от чего она чувствовала пульсацию сосудов, его горячее дыхание и что-то еще, что ее пугало. - Артем… - прошептала она, не в силах даже поднять руки, чтобы его отодвинуть. – Что… пожалуйста, не надо…        Он смотрел ей в лицо, пытаясь поймать взгляд, который девушка исправно отводила, но такие гонки на ловкость не могут продолжаться вечно. Яна замерла, со страхом вглядываясь в его глаза. Они оказались не черными, а карими, цвета кофе с карамелью и корицей. Она тихо выдохнула и почувствовала, как начинает съезжать по стене. Что-то горячее и упругое скользнуло по бедру.       Чертыхнувшись, Артем отступил, подхватив ее рукой, чтобы не села на пол. Как только Яна обрела устойчивость, он отвернулся, и теперь разговаривал с ней, стоя так и повернув к ней голову. Она почему-то заметила, какими правильными волнами у него лежат кудри на шее. - Теперь я должен извиниться. – Тихо сказал он, не поворачиваясь полностью. Яна молчала. И молчание его тяготило. Она издевается? Или в шоке? Да он бы не позволил себе ничего подобного, просто хотел пошутить. Как-то неудачно получилось…        Плюнув на приличия, он повернулся, сложив руки подобно президенту. Яна смотрела на него, чуть сощурив глаза. - А у тебя кудри от природы или ты укладываешься?        Артем сплюнул и пошел на кухню мимо девушки. Она совершенно ненормальная! Или он действительно что-то ей сейчас поломал в нетронутой наивной детской психике, или она по жизни неадекват. - Я точно напьюсь сегодня! – Крикнул он зачем-то. – Не хотел ведь пить, а все равно напьюсь!        В арке кухни появилась Яна. Какой странной она казалась ему с сердцем посередине груди, с легкими на том месте, где у нормальных девушек грудь и декольте, с кишкой на уровни талии. Он достал бутылку коньяка и поставил на стол. - Иди домой, тебе это видеть незачем.        Артем достал себе стакан и принялся открывать коньяк. Девушка молчала. Обогнув его, она полезла в шкаф и поставила на стол еще одну рюмку, а потом уселась напротив. Артем замер. Они сегодня играют в игру: ага, не ожидал(а)? - Девочка, это не кока-кола! - Я знаю. – Отозвалась она. - Ну да, медики в спирте куда лучше простого люда разбираются. – Улыбаясь, проговорил Артем. – Вы, поди, еще колесами не брезгуете? - Тут надо знать, что можно в себя пихать, а что нет. А то наешься, и потом всю жизнь по психиатрам. – Артем вопросительно на нее посмотрел, ему было до жути интересно узнать про чудо-таблетки, но он постарался привести себя в чувство. Он четко задумал напиться. - Уходи! - Нет. Я не дам тебе пить одному, как алкашу. - А как два алкаша пить нормально? – Она кивнула, сохранив на лице серьезный вид.        Артем, пытаясь выглядеть также уверенно непоколебимым, наконец-то совладал с пробкой, Яна подвинула ему рюмку. Он отсалютовал ей бутылкой и быстро поднес ее к губам, глотая горькую жгучую жидкость. - Псих! – Девушка соскочила с табуретки, последняя упала с громким стуком о кафельный пол, и бросилась отбирать у Артема бутылку. Он захлебнулся и закашлял, поморщился. Да он треть выхлебал! – Совсем что ли? Я звоню в скорую! - А сама меня откачать не сможешь? – Усмехнулся он сдавленным голосом, вытирая губы от коньяка. - Я тебя сейчас на тот свет отправлю! Впрочем, за меня это сделает коньяк! Она со стуком поставила бутылку на стол. – Пей!       Артем колебался секунду, потом взял ее рюмку и налил, протянул девушке. Она приняла ее. Налив себе, Артем поднял тост. - За дебильную ситуацию, которая, как я думал, бывает только в сериалах! - Оригинальный тост. – Она выдохнула и в один глоток осушила рюмку, даже не поморщившись. Точно медик.        Бутылка ушла на удивление быстро. И Яна как-то расслабилась, и Артем не особенно напрягался. Кто-то включил музыку, Артем принялся выдавать потрясающие па. Пьяную же Яну припечатало к дивану, она только махала руками в такт музыке и смеялась особенно удачным движениям Артема. Пару раз он чуть не снес фикус. Устав, он упал рядом. - А почему бы не позвонить Артуру или Кате? Они бы нас открыли? – Язык плохо слышался. - Катька в загуле с очередным кавалером. – Артем сполз на ковер, обняв маленькую диванную подушечку. – А Ар… тур с Леной в театр пошел, так что сейчас он, наверное…        Он изобразил не двузначным жестом иллюстрацию к жизни Артура и его девушки.        Яна сползла следом. - У Артура есть девушка? - Есть. – Охотно отвечал довольный Артем. – Они лет 5 уже вместе.       Яна кивнула со знанием дела. Они молча смотрели в окно за балконом. Опять шел снег. Пушистый, блестящий. - Обламал твои надежды? - Я не надеялась. - Ага, конечно, вон губа до самого Выхино. - Гàгара, угомонись! - Я… - но исправлять ее Артему было лень, а вот стукнуть по голове с косичками – нет. - Ты негодяй! – Она схватила вторую оставшуюся подушку и попала прямо по носу выдающемуся герою КВН.       Их хохот терялся в музыке, кажется, заиграли именно песни Роднополисов. - Не крепостные и не гопота! – Запела Яна. - Мы не провинция! Мы не провинция! – Продолжил Артем.        Оба неожиданно остановились. Его рука коснулась ее разгоряченной щеки, и в голове выключился последний свет.