- Тетрадь Смерти. Часть 1. «Чернила жнецов». -

*.*.*

Йокогама. Коноха. 2008 год.

Весна. Долгожданная весна в столь маленькой деревне, как Коноха, решила порадовать жителей невероятными красками и чудными запахами. Утреннее солнце святило ярче обычного, лаская прохожих своими теплыми лучами. Зеленые листья едва выглядывали из-под плотных почек, что создавало невероятную картину природного шутника: листья весело торчали в своих «коконах», как новорожденные бабочки… Сегодня даже ветерок решил стать чуточку теплее после мороза, чтобы подарить нечто сокровенное каждому жителю… Видимо, весна в деревушке, как самый желанный гость: ибо вскоре на дороге послышался веселый скрежет велосипеда. Педали яро сопротивлялись и не желали двигаться дальше, но белые кроссовки все сильнее и сильнее давили на них, не сдаваясь. - Еще, даттебайо, я не проигрывал велосипеду! – радостно, словно сопернику, промолвил хозяин этого несчастного агрегата. Велосипед был покрашен несколько раз… Видимо, хозяин даже пытался на шершавой поверхности старой краски изобразить алого дракона, но у него получилось неважно: нечто, похожее на змееныша, нарисованного рукой ребенка, улыбалось во все свои десять клычков. Черная краска местами потрескалась, чем вызывала сумасшедшее восхищение у каждого, кто посмотрит на велосипед, и в голове родится мысль – «Парень-камикадзе! На этом ездить нереально опасно!». Жалобный скрежет… Педали поддались напору чистых, белых кроссовок и велосипед шумно спустился вниз по крутой улице. - Юху, даттебайо! – радостный возглас парня-камикадзе нарушил спокойствие всей округи. - Он же сейчас упадет! - Бака! Сейчас поцелуешься с воротами Учих! – кричали ему в след, но фанатичный огонек в лазурных глазах блондина не давал ему затормозить. «Еще чуть-чуть подождать!» - думал парень, все ближе и ближе приближаясь к высоким, черным вратам с изображением ало-белого веера. Резина колес жалобно скулила, словно пыталась тем самым остановить упрямого хозяина, педали не слушались, а ноги перестали руководить… - Ес, даттебайо! – радостно воскликнул блондин, остановив велосипед на расстоянии пяти миллиметров от врат. Плотный клуб дыма навис над ним, в спину послышались злые возгласы и проклятья – «мол, доведешь всех до инфаркта, дурак!». В глазах защипало, не давая что-либо видеть, в нос ударила пыль и плавно легла на пшеничные локоны. - Саске! Учиха, даттебайо!!! Я ослеп! И виноват ТЫ!!!! – грозно крикнул блондин и слез с велосипеда, потирая кулаками глаза. Железный конь с шумом упал перед ногами блондина, вызвав еще одну волну пыли, да новый возглас из уст несчастного хозяина, - Вот будем мы вдвоем: слепой скиталец-самурай и его зрячий друг - дурак - оруженосец ходить по бел свету, и просить милостыню, даттебайо! Как, по-твоему: кому больше дадут – слепому или дураку, Саске?!!! Темно в глазах и до сих пор неприятно пощипывает. М-да, переборщил он сегодня с рекордами: обычно ему и десяти миллиметров хватало, а тут решил перебороть сумасшедшего Ли! С таким поведением и не скажешь, что им по шестнадцать… Ворота со скрипом отворились, и блондин услышал грудной, тихий смех, да недовольное фырканье. Озорник, естественно, догадался, кто перед ним стоит и продолжил шутить: - Ох, Саске-Саске… Вот слепой самурай, как долбанет однажды тебе невесть-куда и станешь ты монахом, побреешься на лысо и НИКОГДА больше не увидишь маленьких Сасочных детей! Смех стал чуть громче, а фырканье еще злее. - Вот теперь понимаешь, ока-сан*, почему я не хочу, чтобы он так врывался к нам в дом? Опозорил на всю Коноху! – холодно, с раздражением промолвил, по всей видимости, его друг. - Да, брось, гусоки**! Наруто-кун не со зла же! – весело промолвил женский голос, и блондин почувствовал, как мягкие, заботливые ладони коснулись его рук. Наруто мягко улыбнулся и промолвил: - Как моя мама… - Кушина-сама сначала поругала бы тебя за такое! – ревностно высказал свое мнение Саске и сложил руки у груди, смотря на то, как его мать, бережно вытирает платочком глаза несносного друга. Белая ткань платочка нежно скользнула по правому глазу, вытирая пыль с ресниц. Глаз голубого цвета открылся и посмотрел на улыбающуюся женщину тридцати пяти лет. Черные глаза, столь похожие на омуты его друга, с заботой смотрели на него. «Микото-ока-сан», как ее называл Наруто, стала для блондина второй мамой более спокойной и ласковой, чем его родная мать. Саске был прав: Кушина-сан сначала отругала бы его, но потом с такой же заботой приласкала. Порой, блондин не понимал столь холодного отношения Саске к его матери. Если Наруто мог спокойно обнять свою мамочку, сказать насколько она красива, и надоесть ей комплиментами донельзя, то Саске был холоден с матерью и нарочито вежлив. Но, тем не менее, сейчас, когда Микото Учиха бережно вытирает его пыльное лицо, боясь, что он – Наруто заразится чем-нибудь, Саске недовольно стоял в сторонке, стараясь не показывать свою ревность… - Не поранился? – с беспокойством спросила женщина, сложив руки у груди. Мать и сын были так похожи в этот момент… Те же черные волосы, глаза, белоснежные руки, сложенные у груди. Наруто давно отметил, что Саске внешностью похож больше на мать, нежели на отца, а его старший брат – Итачи унаследовал немного резкие черты лица Фугаку Учихи. Однако, парадокс был в том, что Итачи был столь же добрым ко всем, как Микото-сан, а Саске столь холоден к окружающим, как Фугаку-сан… - На этом баке*** все заживает, как на собаке! – с привычным ему раздражением, промолвил Саске и подошел к Наруто, со словами, - Зажило же, слепой-самурай? - Зажило, дурак-оруженосец! Руки у твоей мамы – волшебные! – радостно ответил Наруто и, шутливо поклонившись Микото-сан, промолвил, - Была бы у Вас дочка, похожая на Вас, Микото-сан, я бы женился на ней! - Да, если б у меня была сестра, то я бы черта с два тебя к ней подпустил! – грозно промолвил Саске, так, словно у него, действительно, есть сестра и он защищает самое сокровенное. Блондин с радостью отметил, что и на эту тему его друг слишком бурно реагирует, поэтому продолжил: - Микото-сан, Вы так молоды! Родите мне невесту! Я начну за ней с рождения ухаживать, кормить, лелеять, учить… А в восемнадцать выйдет за меня замуж, мужчину в полном расцвете сил! - Да, я тебя к ней не только близко не подпущу, но и на расстоянии пушечного выстрела мой дом обходить будешь! Моя сестра должна выйти замуж за почтенного человека, а не раздолбая, как ты! – зло рыкнул Учиха-младший. - А я – почтенный человек, и я достоин твоей сестры! Я буду любить ее!!! – радостно ответил ему Наруто, которого весьма забавляла вся эта ситуация. Сам факт того, что у Саске нет никакой сестры, и не будет никакой свадьбы, не так волновал брюнета, как то, что он – Наруто, его лучший друг заговорил об этом. Да, чтоб девушка-Учиха, ЕГО сестра вышла замуж за Намикадзе?! Не сносить Наруто головы! Да Саске в снайпера запишется, лишь бы Наруто близок не был к сестре. Все дело в том, что Саске, как младший сын четы Учих, с детства мечтал о маленькой сестренке, дабы было кого защищать и лелеять… Но сестры с каждым годом он так и не дождался… Поэтому тема про сестру больная… - Я запру тебя! Будешь жить без рамена! – грозно, с наглой улыбкой, вставил свое последнее слово Саске. Тишина… Сказал, как отрезал… - Неет!!! Рамеен!!! – пораженно промолвил блондин. - Ага, значит, МОЯ сестра не так важна, как рамен? Вот черта с два: так ты доказываешь свою любовь?! – зло воскликнул Саске, взяв за шкирку непутевого друга. - Саске… - тихо прошептала Микото-сан, смотря на то, как ее сын приподнял блондина над землей. Футболка цвета апельсина немного растянулась, белые кроссовки чуть поднялись над землей; голубые глаза зло смотрели в лицо сопернику и кулак поднялся над лицом брюнета, намереваясь того ударить. - Ока-сан, не вмешивайтесь! – грозно прорычал Учиха. Наруто и Саске еще долго бы сверлили друг друга глазами, если бы не уверенные слова матери брюнета: - Саске… у тебя нет сестры – это раз! Наруто-кун, я подумаю над твоим предложением – это два! Сейчас у Вас занятия – это три! Марш в школу! Парни пораженно посмотрели на обычно мягкую женщину, которая, сжав кулачки, стояла перед ними. Неет… Они не посмеют ослушаться. Мама Саске хоть и милая, добрая женщина, но и ее доброта имеет границы. И, видимо, сейчас парни подошли к самому краю этой границы. Поэтому Саске хмуро отошел от блондина, и молча выволок свой велосипед. Ну, вот опять этот дурак испортил ему прекрасное настроение… А ведь все было так замечательно! Отец похвалил, братец обещал ему помочь с английским, мама испекла любимые пирожки… Нет же ж! Нужно было этому придурку все испортить! - Аригато*****, Микото-сан! Я этого баку целым домой приведу! Обещаю! – встав в позу крутого парня и выставив перед собой большой палец правой руки, промолвил Наруто и сел на свой велосипед. - Я верю, Наруто-кун! – радостно ответила женщина и, поцеловав сына в лоб, вошла в поместье. Как только массивные врата закрылись, Саске мигом вытер лоб и раздраженно проехал мимо своего друга. - Саске! Постой! Давай на перегонки? – предложил блондин, опрокинув голову и смотря на светлое небо. - Повзрослей, бака… Так и останешься ребенком! – холодно ответил брюнет и сильней нажал на педали. С сегодняшнего дня он станет взрослым… С сегодняшнего дня он станет большим… *.*.*

2012г.

Карты… Как много значат они сейчас, когда все потеряно… Возможно, это единственное, что осталось от того, прежнего Наруто. Блондин яро тасует карты с одним рисунком: красноокого ворона и алого лиса. Пальцы нервно теребят края, стараясь дать некое умиротворение и мыслей. Что им делать дальше? Сегодня он не сможет уснуть, зная, что сам Каминотогаме взялся за их дело. Этот чертов сыщик! Это чертово дело! Осталось немного… Переборщил… Возможно, но именно это спасало его от пропасти мыслей… Что делать? Скрываться нельзя, беспечно относиться к этому – тоже. Остается одно: войти в игру! Карты вновь тасуются в дрожащих руках. Раз – два… Раз - два… Раз – два… Останавливаются. Первая карта упала на пол… Но блондин никак не реагирует на это и слепо движется к столу, на которой лежит тетрадь его друга. Парень никак не мог понять столь маниакального увлечения этим, не мог понять символа и беспечности действий умного Саске. Если сам Наруто отличался в их дуэте, как бой сила, то Саске был мозгом, сумасшедшим гением с нереально коварными и запутанными планами в голове. Что же делать? Вторая карта ложится на тетрадь и под светом светильника красные глаза ворона сверкают ярче. Черная тетрадь резко открывается и хрустящие, немного помятые листы открывают взору имена… списки… Убийцы… Насильники… Они не знают, кого ищут… Время на расследование ничтожно мало! Единственный выход: убивать всех крыс, чтобы ТЕ САМЫЕ, нужные люди вылезли из своих нор. Третья карта ложиться поверх… В списке Саске десять людей. Осталось десять ничтожных контейнеров мусора, отчет идет, мозайка почти собрана. Четвертая карта дрожит между бледными пальцами и кажется, что алый лис теперь улыбается. Им вернуться только осталось! Вернуться в Коноху… • Ока-сан* - с японского «мама». • Гусоки** - с японского «сын». • Бака*** - с японского «дурак». • Аригато**** - «Спасибо».