Его влияние

      Майкрофт должен был учесть эту возможность, пусть и отложить в дальний угол, но пометку сделать стоило, хотя в то время их отношения казались тонкой нитью, которую можно легко перерезать в нужный момент. На самом же деле, они были запутаннее старых клубков бабушкиных ниток, в которых Майкрофт не мог найти начало и конец.       Ведь когда-то Майкрофт планировал в скором времени все происходящее прекратить. Правда, сейчас он предпочитал дать всему идти своим чередом, может, поэтому и не заметил, как оказался на кухне в своем особняке, пытающимся приготовить яичницу.        Альберт Мориарти имел какое-то странное влияние на Майкрофта Холмса, заставляющее и планы в последний момент менять, и желать того, что до этого казалось абсурдным.        К мыслям, заполонившим всю голову, его привел желток, медленно вытекающий из скорлупы. Майкрофт специалистом в готовке не был, но не мог же он испортить нечто настолько простое, как яичница. Впрочем, единственный, кто в этом сомневался, это чертово яйцо, которое начало подгорать, вероятно, из-за слишком большой температуры.        Майкрофт цыкает, когда случайно задевает кончиком пальца горячий край сковородки, и тихо успевает проклясть всех, кто виноват был и не был, но яичницу, — вполне себе выглядящую съедобно — успешно на тарелку выкладывает.        Он оценивает взглядом результат и довольно качает головой, предполагая, что Шерлок бы не только сжег яичницу, а всю кухню стер бы с лица Земли. Надо бы еще найти подходящий момент, чтобы похвастаться перед братом.         Когда чьи-то руки обнимают его со спины, Майкрофт не вздрагивает, только довольно улыбается.       — Не против яичницы на завтрак?        — На самом деле, — отвечает Альберт слегка хриплым голосом, из-за вчерашнего времяпровождения в соседней комнате, — Я хотел бы тебя.        — О, — тянет Майкрофт, не прекращая заниматься завтраком, — Кто-то называет это милым?        Альберт хихикает и кладет голову на его плечо, внимательно наблюдая за практически профессиональной сервировкой.       — Есть ли что-то, в чем ты плох?       — Я почти сжег ее.        — Выглядит вполне съедобно, — Альберт слегка поворачивает голову, как бы в невзначай касаясь губами мочки уха.        Майкрофт хмыкает — вот так всегда и происходит — если Альберт чего-то захочет, то Майкрофт на встречу с Королевой опоздает, но просьбу выполнит. Хотя никто из них не возражал против такого расклада вещей.        Альберт проводит по его груди, пока вновь не опускается пальцами до поясницы, и ему очень хотелось бы ниже, но Майкрофт разворачивается, меняя позиции. Теперь он прижимает Альберта к столешнице, разглядывая еле видную отметину на шее. Они обговаривали это совсем недавно — никаких следов на открытых местах — им это не выгодно, но в свою защиту, Майкрофт мог бы снять рубашку и показать точно такие же, разбросанные по всей груди, а еще несколько царапин на спине.        Если раньше Майкрофт сравнивал Альберта с котом в шутку, то сейчас очень даже оправдано.        — Я никому до этого не готовил завтраков, — медленно тянется к губам, пальцами проводя по линии челюсти.        — У тебя вся жизнь впереди, чтобы практиковаться.        Майкрофту на удивление нравится эта перспектива на всю жизнь, а еще их сплетающиеся языки и тихие стоны, которые Альберт глушить пытается.        Руки оказываются под одеждой, беспорядочно поглаживают талию, переходя на поясницу и возвращаясь на спину — целоваться с Альбертом, будто бокал крепкого вина пить — разум затуманивается, а внутри эйфория, которую ни с кем другим никогда бы почувствовать не смог.        Альберт отстраняется первым, смотрит затуманенным взглядом, с полуулыбкой такой, что у Майкрофта все внутри переворачивается.  — А еще ты первый, с кем хочется остаток жизни провести. Представляешь, какое влияние имеешь?        Майкрофт снова укус на шее оставляет, пока Альберт подборок поднимает, давая больше места и пытаясь ухватить ускользающее дыхание.        — Разве завтрак, — запинается, — над которым ты так старался, не остынет? — выдыхает он, когда Майкрофт сильно сжимает бедра.        Майкрофт останавливается, поднимает голову и взглядом одаривает, мол, ты правда думаешь об этом именно сейчас? Альберт касается непослушных прядей Майкрофта, поправляет, напоследок смазано целуя в щеку.        — Я же не могу просто спустить в ничто твои усилия?        Майкрофт вздыхает — глубоко и разочарованно, стоит Альберту ловко выбраться из кольца рук.        — Твое коварство не знает границ, — тихо говорит, на что Альберт лишь пожимает плечами.        — Вас разве не предупреждали, мистер Холмс?        Майкрофт улыбается, взгляда не сводя с него — может, если каждое утро будет начинаться так же, то он продолжит давать вить из себя веревки.       Альберт Мориарти вскружил голову самому Британскому правительству, могло ли его влияние быть еще больше?