Мой истинный... Демон?

      Как и предсказывал Джин, я провёл взаперти целую неделю, корпя над заданиями, которые Чимин приносил мне и исправно относил обратно преподавателям. Всю эту неделю Чимин вёл себя подозрительно. Он нервно поглядывал в окно и твердил, что мне следовало бы пойти в университет. Я старался не замечать его странного поведения, но порой мне казалось, что он что-то скрывает, что-то важное. Ещё тогда я написал Хосоку, что не смогу увидеться с ним целую неделю. Он ответил, что всё понимает, но мне показалось, что он сильно расстроен. Я и сам был расстроен и зол на этого альфу, из-за которого мне приходилось отсиживаться у хёна. Сейчас вечер, когда люди спешат домой, чтобы поделиться с любимыми моментами уходящего дня. А есть и те, кто возвращается в пустые стены, где их никто не ждёт. Мне даже жаль этих одиноких душ, лишённых возможности разделить свои чувства с близким человеком, который выслушает и поддержит. Наверное, поэтому многие заводят питомцев, чтобы хоть как-то заполнить пустоту. Тэхён сидит на подоконнике с кружкой горячего шоколада, смотря вдаль и мечтая о будущей жизни с любимым альфой и детьми. Суждено ли ему создать крепкую семью после такого? – Не сиди на подоконнике, отморозишь себе всё, потом как детей рожать будешь? – недовольно проворчал Джин-хён, вернувшись с работы. Я радостно посмотрел на него и бросился обниматься. – Всё-всё… задушишь ведь, – прокряхтел хён, поглаживая меня по волосам. Я закрыл глаза, улыбнулся и уткнулся щекой ему в грудь. От хёна так приятно пахло розами с коньячным оттенком… – Хён… ты что, снова нюхал коньяк? – недовольно поморщился я от ядрёного запаха. Он что, коньяком облился? Джин нервно улыбнулся и отступил на шаг. – Почему сразу нюхал? Ничего я сегодня не нюхал и не пил! Это всё из-за одного альфы! – начал оправдываться Джин, попутно снимая одежду. – А вот тут поподробнее, – ехидно протянул я, глядя на смущённого хёна, чьи щёки алели, как помидоры. – Ну… в ресторане кое-что случилось. Какой-то неуклюжий альфа сломал ножку стола и стула. Пришлось заказывать новые, – возмущённо проговорил Джин, ставя обувь на полку. Я лишь усмехнулся. Что-то он недоговаривает. Не мог Джин так сильно пропахнуть коньяком из-за сломанного стола и стула. – Ты же мне что-то не договариваешь? Ведь так? – спросил я, когда уставший хён зашёл на кухню и включил чайник. – Ну… – протянул Джин, слегка улыбаясь. – Он оказался моим истинным… – тихо произнёс Джин, но я всё равно услышал. – Что!? – удивлённо вскрикнул я, вскакивая со стула. Как такое могло произойти? Хотя хёну давно пора было найти истинного, он уже не молод… ему двадцать четыре! Я радостно подбежал к хёну и обнял его, зажимая нос, потому что Джин был пропитан коньяком так, что дышать было невозможно. – Тише ты, задушишь, – смеясь, ответил он и попытался отстраниться, но я только сильнее его обнял, из-за чего услышал хруст. – Ой… – нервно усмехнулся я, увидев недовольное лицо Джина. – Ну вот… старею, но зато буду самым красивым стариком на планете! – гордо заявил Джин. За это я и люблю хёна – за его непоколебимую самоуверенность. – Хён, что это? Седой волос? – с деланным удивлением спросил я, будто доставая из его волос седой волос. – Что? Где? – испуганно воскликнул Джин и достал зеркальце из кармана, принявшись разглядывать свою шевелюру. Я в это время засунул кулак в рот, чтобы не заржать в голос. Когда Джин понял, что я его обманул, он нахмурился, схватил тряпку и погнался за мной. – Шутить вздумал? – возмутился хён, гоняясь за мной по всей квартире. Я лишь звонко смеялся, глядя на его серьёзное, но в то же время прекрасное лицо. Как он может выглядеть одновременно таким серьёзным и сексуальным? Был бы я альфой, непременно стал бы ухаживать за своим хёном. Задумавшись, я не заметил порог и полетел вниз носом. Джин не успел затормозить и, споткнувшись об меня, тоже рухнул. Мы расхохотались, а я при этом получал тряпкой по голове. – Ай! Всё, хён, сдаюсь! Я больше не буду! – громко смеясь и вырываясь из его рук, проговорил я. Хён, сжалившись, прекратил свои экзекуции и поднялся первым, а затем и я. От шума прибежал Танни и начал громко лаять. – Танни, ты чего, малыш? – спросил я, беря на руки маленький комочек, который принялся облизывать моё лицо и вилять хвостом. – Гулять с ним надо, вот что, – сказал хён, возвращаясь на кухню, потому что чайник давно сеипел. – А мне можно с ним погулять? – с надеждой спросил я, глядя на Джина, который махнул рукой, «А-ля»: «иди уже». – Спасибо! – радостно выкрикнул я и побежал в свою временную комнату, чтобы одеться и наконец-то погулять с Ёнтаном.