ID работы: 12225747

Красные камелии и маки

Слэш
PG-13
Завершён
33
Пэйринг и персонажи:
Размер:
4 страницы, 1 часть
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
33 Нравится 5 Отзывы 11 В сборник Скачать

Любимые цветы

Настройки текста
Эта ночь вроде ничем не отличается от всех остальных до неё. Все вместе мы вышли на очередную ночную охоту. Ты молча идёшь поодаль меня, а Ханьгуан Цзюн скрылся с сумасшедшим из деревни Мо! На самом деле, мне как-то страшно, ведь мы с тобой не обладаем таким мастерством, как Ханьгуан Цзюн, а риск встретить какого-нибудь духа, особенно на горе Дафань после инцидента с непонятной рукой в деревне Мо, вырос процентов на сто уж точно. Но я заклинатель! И вырасту таким же великим, как Ханьгуан Цзюн! Но для начала мне не мешало бы перестать бояться призраков и духов, на которых я охочусь… А вот, например, ты совсем не такой. Ты смелый и умный, ничего не боишься и умело проявляешь свою смекалку. А ещё ты очень внимательный к деталям, ничего мимо тебя не ускользнёт! Я хочу быть похожим на тебя. Точнее, я тоже, безусловно, хорош собой, но не настолько, насколько ты. Я часто нарушаю правила Ордена, а ты, в присутствии меня или других людей, никогда такого не сделаешь. Хотя, может, да что-то ты нарушаешь, я просто не знаю всех правил… Как вообще возможно запомнить их все?! Но мне повезло, всё же. Даже нарушая при Ханьгуан Цзюне, я ещё не получил ни одного наказания. За это надо отдать должное… — Цзин И, не отставай, — мягко произносишь ты, немного ускоряя темп шага, — если будем двигаться так медленно, то никогда не поймаем ни одной твари. — А… Да-да, я сейчас! — срываясь на бег, ровняюсь с тобой и чудаковато улыбаюсь. Ты же приподнимаешь уголки губ мне в ответ, но я не знаю, искренне ты это делаешь или из приличия. И вообще, из-за всей этой чрезмерной вежливости невозможно доверять чьей-то искренности из Гу Су. Пойди угадай, с тобой делятся правдой или обычным выплеском вежливости. Фу! Ой, я снова нарушаю правило Ордена! И, причём, кажется, не одно. Но сделаем вид, что пока я не в Облачных Глубинах, то наказание не действуют. — Не беги, — снова все так же мягко отдёргиваешь меня ты, — остановись, твои одежды, кажется, съехали. Я помогу тебе и поправлю — Да я и сам мог бы… — не успеваю договорить, ведь торможу, а ты медленно поправляешь запáх моего халата. Твои прикосновения осторожны и даже как-то шпарят мою тёплую кожу, ведь пальцы холодны, как у трупа. Никогда не обращал внимания на твои руки, но они действительно бледны сильнее, чем, например, лицо, да и ледяны. Произвольно, я дергаюсь и единоразово тыкаю тебя в щеку. Ты замираешь от подобного действия и хлопаешь глазами, — Что ты делаешь? — ты явно смущён, от этого твой голос стал тише в разы. Я и сам застреваю в этом неловком положении и только открываю рот, молча ещё пару секунд, — Просто, э… — я отскакиваю назад, вырывая из твоих рук свои одежды, самостоятельно запахивая их, а после делаю нарочно самодовольный вид, — просто твои руки очень холодные. Я забеспокоился и подумал, что лицо у тебя такое же. Мало ли ты заболел! Ну и решил проверить… — И что же напроверял? — ты с любопытным взглядом и легкой улыбкой подходишь ко мне, продолжая ставить в неловкую ситуацию. Хотя, ты и сам, наверное, до сих пор смущаешься — Оно… оно тёплое, — быстро тараторю, а после отворачиваю голову и краснею как помидор какой-то. Но по звукам ты просто движешься вперёд, не роняя и слова, словно ты забыл о том, что только что произошло. Я иду вслед, но остаюсь позади, не смею подходить ближе. Но вдруг ты начаешь кашлять, причём достаточно сильно. Я даже подумал, что ты выплюнешь свои лёгкие сейчас. Обеспокоенный, подбегаю и с ужасом замечаю, что на твоей ладони, которой ты прикрываешь рот в приступе, появляется что-то темно-красное — Л-Лань Сы Чжуй?! — только лишь выдавливаю из себя я. Перепугался в тот раз до смерти, ей богу, а ты лишь отмахиваешься от меня другой рукой. Но подобное твое отношение к моему беспокойству меня сильно разочаровывает. Может, я могу как-нибудь помочь, а ты берёшь и просто отказываешься от этого! Очень зря, между прочим… лучше уж поделился бы со мной таким. Заканчивая кашлять, ты сразу же убираешь руку ото рта и смотришь на неё. На ладони остались следы бордовой крови и какие-то лепестки. Это ещё что такое? Ты съел цветок до этого? Зачем? Типа… для храбрости? Вот до чего доводит ваши запреты на алкоголь, что люди для смелости едят цветы вместо одной-второй пиалы вина! — Всё… всё нормально, — до сих пор отхаркиваясь, произносишь ты, а после вытираешь руку о листок дерева. Теперь твои изящные ладони по-прежнему бледны и тонки, уж так они выглядят гораздо лучше, чем в крови. — Уверен? Мне кажется, кашлять кровью — не самый лучший симптом, особенно вместе с цветами… может, тебе лучше спуститься к Ступням Будды? Там тебе поможет хотя бы местный врач. Эй, Сы Чжуй, я же волнуюсь в конце концов! — Не стоит так переживать, Цзин И, — снова отрезаешь ты, уводя почему-то уже измотанный взгляд, — это не смертельно, так что нет необходимости идти за врачом. Тем более, не оставлю же я тебя одного на ночной охоте — Но… — Не нужно никаких но. Лучше просто пойдём дальше, — ты действительно Начинаешь идти вперёд, а я за тобой… не понимаю, конечно, ничего в медицине, но мне отчего-то кажется, что харкать кровью с цветами — на самом деле не есть хорошо. Но если ты так уверен, что ничего смертельного нет, то, может быть, ладно… Вперёди виднеется два дерева китайской сливы… откуда они взялись на горе Дафань?! Странное сочетание жухлых, иссохших веток и палок и внезапно, не пойми откуда взявшихся, деревьев прямо в момент цветения! — Выглядит красиво… — произносишь ты и приближаешься к ним, кладёшь руку на ствол одного из них, склоняя голову, — кажется, они достаточно молоды. — Прям как мы! — я подбегаю к тебе поближе и ударяю по-дружески по плечу, а ты естественно прогибаешься вперёд и улыбаешься мне. Я беру тебя за плечи сначала, а потом показываю большой палец вверх, — Да, ты прав, — изможденно прислоняешься всем телом к стволу дерева, а розовые цветки падают на твои чёрные как смоль волосы. — Китайская слива — дерево изумительно! — вроде бы, ничего плохого не сулит в ближайшее время, — но мне больше все равно нравятся маки… — Я знаю, — ты киваешь головой, смущённо улыбаясь, — я знаю… — Ммм? Откуда? — закрываю ладонью рот, дивясь, а ты лишь склеиваешь ресницы — Неважно. Я просто знаю, что твои любимые цветы — это маки — А какие твои цветы любимые? — спрашиваю даже не из приличия. Мне правда очень интересно — Красные камелии. Они символизируют любовь — Любовь? Да ты романтик, Сы Чжуй, — я усмехаюсь и снова хлопаю тебя по спине. Момент вроде прекрасен и романтичен, но ты, не в укор будет сказано, все портишь. Ты начинаешь снова кашлять, сгибаясь пополам, и я вижу, что на землю ты выплёвываешь сгустки крови вместе с лепестками красных цветов, похожих на маки. Я начинаю беспокоиться за тебя ещё сильнее и нагибаюсь следом, одной рукой обхватывая твои длинные волосы, чтобы ты их случайно не запачкал, ведь у Ханьгуан Цзюна возникли бы вопросы; второй рукой я обнимаю тебя за плечи, чтобы твоё прекрасно худое тело не свалилось на кровяную смесь. Ты же, бедный, весь дрожишь, как осиновый лист, твои плечи трясутся, а колени подкашиваются. Тебе, кажется, совсем дурно, поэтому, когда ты перестаёшь кашлять, я кладу тебя под дерево. Твоё лицо все облилось потом, а лобная лента съехала. Я хочу поправить ее, но, наоборот, срываю к чертям. — Что ты… что ты делаешь?.. — чуть ли не проглатывая язык, спрашиваешь тихо-тихо ты, а я лишь прикрываю ладонью твои глаза, закрывая их и прикладываюсь рядом, положив голову тебе на грудь, — Сы Чжуй, миленький, пожалуйста, скажи, что с тобой… — как-то по-детски лепечу я, волнуясь. О Ханьгуан Цзюн, почему Вы только отошли с этим сумасшедшим в такой момент… Говорят же: «Вы всегда там, где хаос», но почему же Вас нет здесь и сейчас?! — Почему ты молчишь, Сы Чжуй? Я прошу, ответь мне… — я готов уже буквально плакать перед тобой, чтобы ты рассказал мне. Но ты просто кладёшь свою руку мне на спину, — Все в порядке, не переживай, пожалуйста…я буду в порядке… — проговариваешь ты, а я сжимаю твою лобную ленту, прижимаю к груди. По моей щеке действительно протекает одинокая слеза. — Скажи, пожалуйста, как ты себя чувствуешь! Пожалуйста, не терзай меня! — Все тело жжёт изнутри… и горло болит, как будто в нем застряли кучи шипов… — говоришь ты, а начинаю дрожать я. Я ужасно боюсь — Подожди меня здесь! — я встаю и укладываю твою лобную ленту тебе на грудь, а после скрываюсь среди гущи деревьев. Я ищу Ханьгуан Цзюня. Руками раздвигаю ветки, а они продолжают острыми концами бить и резать мое лицо. Кричу его знаменитое имя, но никто не отзывается. Все как будто испарились с этой горы. Я нарушил уже целую дюжину правил, но мне так все равно, если честно. Я просто очень хочу помочь тебе. Но я не нахожу помощи, и мне приходится бежать обратно к тебе. Я переживаю: как ты там? Что с тобой? Ты больше не кашлял? И не плевался цветами? Ты по-прежнему там, у двух китайских слив. Но почему-то ты подскочил на ноги и стоял, снова сгорбившись и оперевшись на дерево. Подбегаю к тебе и хватаю за плечи, — Зачем ты встал?! Тебе лучше было бы лежать дальше! — от моих случайных слишком сильных надавливаний ты тихо скулишь, а я, испуганно ойкнув, отпускаю тебя, — подожди… теперь твои одежды съехали, я должен их поправить, но сначала, — я поднимаю с земли твою ленту и завязываю на затылке. А после хочу поправить твою одежду, но ты почему-то отталкиваешь меня, — Нет, не надо, пожалуйста! — ты впопыхах запахиваешь халат, случайно обнажив ключицу, а сквозь плоть на ней пророс красный бутон мака — Это… это цветы на твоей груди?! — я, как будто прострелянный страхом, округляю глаза, что есть мочи. От этого в них и в рот начинает лезть причудливая челка — Нет, забудь, — ты снова прикрываешься одеждой и спешишь уйти прочь. Но прямо перед кустами, оборачиваешь голову, — Попозже поговорим. В Облачных глубинах, — после этих слов ты скрываешься в темных тенях деревьев. Я склоняю голову, меня буквально трясёт от раздирающих чувств. Сжимаю кулаки, хохлюсь, а после широким рукавом отмахиваюсь и, чуть ли не топая ногами, убираюсь прочь. Два милых цветущих деревца остались наедине друг с другом. Больше мы с тобой не видимся. Ты закрываешься в своих покоях и, прикрываясь непонятной болезнью, не выходишь ни в школу, ни на тренировки. Я подходил к твоей двери и прислушивался, но слышал лишь раздирающий кашель, твои стоны и, кажется, ещё плачь. Да, определено, ты плакал. И слёзы эти были явно не напрасны. А твои стенания режут мне душу, я не могу утихомирить своё волнение. Мне очень страшно за тебя… А ты словно знаешь, что умираешь. В день, когда Ханьгуан Цзюн только уехал в Цин Хэ вместе с молодым господином Мо, вынесли объявление о твоей смерти. Ты задохнулся кровью, а пол твой был усыпан красными бутонами маков. Наш местный врач поведал мне, что ты умер от ханахаки. Я не сильно разобрался, что это, но, кажется, понял в общих чертах. Почему ты только не сказал мне, что влюбился в меня? Почему ты не рассказал мне все тогда у китайской сливы? Почему, Лань Сы Чжуй? Я так не хочу верить, что тебя больше нет. Я хочу снова почувствовать тебя рядом. Я никогда тебя не любил, как юношу, но ты был таким прекрасным другом… Наверное, ты добился бы многого в жизни. Хочу забиться в агонии от плача. Почему ты только не сказал мне… может быть, ты бы остался жив! И сейчас стоял бы рядом со мной и гладил по спине… Я хожу вдоль реки, протекающей рядом с Облачными глубинами. Всматриваясь в воду, вспоминаю дни вместе с тобой: как учились вместе, как ходили на ночную охоту, как лежали под цветущей китайской сливой. Я не собираюсь идти на все эти традиционные ритуалы по погребению, но зато я нахожу на молодом дереве лозу цветущей красной камелии. Тебе бы понравилось… Срывая цветок, осматриваю его. Он на самом деле достаточно красивый, неудивительно, что ты любил такие. Я заслушиваюсь в тишину, из Облачных глубин прорезываются крики о том, что настало последнее прощание с покойным перед закрытием крышки гроба и захоронения. Бросаюсь со всех ног и уже совсем скоро стою у твоего аккуратного гроба. Ты как всегда ухожен и мил. Все цветы, проросшие сквозь твою плоть, обрезали. Твоё лицо, словно белое полотно, спокойно и равнодушно. Твои глаза все ещё открыты, но я думаю, что я могу быть для тебя самым близким. Поэтому я накрываю ладонью твои глаза и закрываю их, как когда-то на ночной охоте. А после кладу тебе в волосы свежий цветок красной камелии. Он придаёт тебе более живой вид, чем парой секунд назад. Я сгибаюсь над тобой и собираюсь уже заплакать. Мне хочется, чтобы мои слёзы смогли тебя оживить… Ты откроешь глаза и встанешь, улыбнёшься мне и обнимешь. И будешь вести себя так, как будто ничего не произошло, ты не умирал… Жаль, что это не может быть реальностью, что мы не в сказке. Меня трясёт над твоим телом. Я готов исцеловать все твоё лицо, лишь бы ты только открыл глаза. Но лишь целую тебя в лоб, а после меня насильно оттаскивают от тебя пара адептов. Я даже не в силах брыкаться. Впервые за очень долго я разревелся под звуки ударов в конг. Мне на плечо кладёт руку Ханьгуан Цзюн, который примчался из Цин Хэ на твои похороны. Видишь, как сильно он тобой гордится. Даже приехал с важного дела. Крышку гроба закрывают. В Облачных глубинах траур. Я больше никогда тебя не увижу. Прощай, Лань Сы Чжуй
Отношение автора к критике
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.