To Fight The Coming Darkness

      Сьюзен вдохнула холодный ночной воздух. Она старалась быть рядом с директором, отчаянно пытаясь понять, как ей относиться к Северусу Снейпу. И Гарри все еще был внутри, разбираясь с бумагами и своей наградой. Этот вечер был для девочки настоящим испытанием и сейчас организм достиг предела. Она чувствовала себя физически и эмоционально истощенной после допроса. Правда, к счастью, аврор принес клятву. Это позволяло не чувствовать себя предательницей доверия Гарри. Другим ее оправданием было то, что чем больше людей узнают о двуличности Профессора Снейпа, тем лучше.       Спустя пять долгих минут парень вышел из здания, держа в руках несколько бумаг. Он все еще был в спортивных штанах, хотя целитель очистил их от грязи и заштопал дырки. Ему также выдали слишком большую для него мантию с аббревиатурой ДМП на спине. Директор внимательно осмотрел своего ученика.       — Дело сделано.       — Были какие-либо проблемы, Гарри?       — Нет, сэр. Клерк был очень любезен и даже позволил воспользоваться его совой для отправки одного сообщения.       — Кому?       — Невиллу.       — Позволь спросить, зачем?       -После того, что Лестрейндж сотворил с его родителями, я решил, что он должен знать. Хотел бы сделать это лично, но сейчас это невозможно. Возможно, свяжусь с ним через камин, когда доберемся до места.       — Это возможно, но лучше подождать до завтра. Теперь же, когда вы возьметесь за это портключ, он доставит вас к нужной точке. Мисс Боунс, вам будет необходимо внимательно прочитать и запомнить написанное на этом клочке пергамента. — он протянул вчерашний выпуск Ежедневного Пророка и тот самый сложенный клочок. Сьюзен почувствовала рывок и, осмотревшись, поняла, что находится на тротуаре в одном из жилых кварталов Лондона рядом с домами под номерами одиннадцать и тринадцать. Раздался еще хлопок. Она обернулась, чтобы посмотреть на прибывшего, и расслабилась, увидев, что это директор. Краем глаза девочка обернувшегося Гарри, который достал палочку и встал в защитную стойку. Запомни — подумала Сьюзен — и никогда не подкрадывайся к нему.       — Простите, сэр, — сказал Гарри, пряча палочку обратно в одолженную мантию. — Постоянная бдительность и все такое.       — Не стоит. Аластор будет доволен. С момента прискорбной смерти Сириуса дом был закрыт для всех. Завещать он мог только нескольким людям: Ремусу, тебе, Тонкс или мне. Мы с ними уже попытались, следовательно, новым владельцем должен быть ты. Что бы вступить в права, нужно положить руку на дверь и произнести: “ Я, Гарри Джеймс Поттер, заявляю права на этот дом по праву наследования Сириусу Ориону Блэку.»       Сьюзен взглянула на кусок пергамента, на которой был написан адрес скрытого дома, и вдруг тот возник перед ней. Отдаленной частью сознания она анализировала сказанное директором. Значит дом принадлежал ужасному убийце Сириусу Блэку. Это окончательно уничтожило остатки ее некогда нормальной, спокойной жизни. До этого вчера ей были наиболее важны результаты СОВ и разговоры с Ханной о мальчиках за чашечкой чая. После же этого вечера она прячется в доме серийного убийцы, а директор школы не слишком то удивлен тому, что учитель пытался похитить ее. И ужас. Абсолютный ужас, навсегда оставивший шрамы на ее душе, который она надеется когда-нибудь забыть.       — Я, Гарри Джеймс Поттер, заявляю права на этот дом по праву наследования Сириусу Ориону Блэку       Сьюзен была готова поклясться, что голос дрогнул при произнесении имени. И это логично, подумала она. В конце концов этот человек пытался убить его. Дверь на мгновение засветилась и медленно отворилась. Первым вошел Гарри, за ним Сьюзен, а затем и Дамблдор. Обстановка была определенно не приятной и гостеприимной. Скорее уж это место понравилось кому-то вроде Панси Паркинсон.       — Где Кричер?       — Финеас смог заглянуть сюда через свой портрет. В последний раз он лежал у портрета Миссис Блэк и не двигался несколько дней. Мертвый или же при смерти. Скоро узнаем.       Как только они вошли на кухню Сьюзен увидела ужасно разложившееся тело домовика, а в следующую секунду ее носа достиг запах гнили. Прикрыв рот рукой, она побежала к раковине и ознакомила ее с содержимым своего желудка. Гарри подошел к ней, чтобы помочь или успокоить. В это время Дамблдор убедился, что Кричер мертв, и испепелил тело. Затем, вздохнув с долей раздражения, он наложил мощное заглушающее на портрет, который еще при первых звуках рвоты стал без остановки кричать и оскорблять всех, и очистил воздух от вони. Последнее очень помогло Сьюзен. Гарри, придерживаясь вековых проверенных традиций, открыл кран и начал убирать волосы с ее лица.       Придя в себя и умыв лицо, она взглянула на Гарри, в его зеленых глазах было искреннее беспокойство. Он ободряюще похлопал ее по спине. Каждая ведьмочка Британии и, вероятно, других стран мечтали провести время с Гарри Поттером. Да даже сама Сьюзен иногда представляла такой вечер. По понятным причинам, его, убирающего волосы с ее лица между приступами рвоты, там не было. Но вел парень себя почти так же культурно и галантно. Хотя из-за ситуации она все равно чувствовала себя совершенно униженной, жалкой.       — Все хорошо, Сьюзен. От запаха и мне стало нехорошо. Была очень тяжелая ночь, ты столько всего пережила.       — Мне. Мне жаль, что твой эльф погиб.       — Нет, не стоит сожаления! Он отчасти виноват в смерти моего крестного. — Это еще сильнее запутало Сьюзен, но, как ни странно, это становилось нормальным состоянием в этом месте. Стоит ей сосредоточиться — задумается о всех ужасах, от который пока получается прятаться. Позже, в одиночестве, она примет боль потери. Хотя бы попробует.       — Гарри, хорошо. Я не знаю, что сказать. Наверное, стоит начать с этого. Спасибо. Спасибо, что спас мне жизнь. Запиши меня в список своих должников яркими красными чернилами. — пошутила она, пытаясь вернуть самообладание, — Но как ты узнал?       В ответ он постучал пальцем по знаменитому шраму на лбу — Иногда я вижу, что он делает. Мы все лучше закрываемся друг от друга, но во время битвы его защита ослабла.       — О. — Это единственное, что могла вымолвить Сьюзен, переваривая информацию. Внутри она думала: ‘’Что, черт возьми я могу сказать. Хорошая идея, Гарри! Давай сделаем шоу о разуме Темного Лорда на магическом радио.’’ С другой стороны, насколько же кошмарные вещи он там видел.       Придя в себя, она продолжила — Гарри, а портключ? Ты действительно сделал его по наитию и без палочки?       — Да. Хотя все еще не понимаю, как. Это немного смущает.       — Вероятно, здесь имеет место определенная теория. — Директор сел за стол — Есть невероятное множество способов обучаться магии. Традиционно, вы читаете книги, затем практикуетесь, осваиваетесь и совершенствуете заклинание. Ярчайший пример — ваша подруга Мисс Грейнджер. Более редкий случай — это люди, инстинктивно разбирающиеся в магии. Подозреваю, Гарри, ты именно такой человек. Пользуясь портключами, ты запомнил чувства, запомнил воздействие магии. А затем, в нужный момент, желая добраться до мэнора Боунсов, воспроизвел их. Я попрошу кого-нибудь позаниматься с тобой аппарацией, правда сначала попробуешь просто сделать движения, без инструкций. Если моя теория верна, твое тело само подстроит магическое поле, что значительно сократит время, необходимое для освоения навыка. Думаю, следует попросить Минерву определить, сможешь ли ты стать анимагом. После определения формы, мы сможем превратить тебя специально, и после пары повторений, опять же, если теория верна, ты овладеешь анимагией невероятно быстро.       — Вы знали кого-то обучавшегося так? — Гарри был не против зарыть топор войны, а именно это и предлагал завуалировано директор. Иронично, эта теория также объясняла тот Круциатус для Беллатрисы Лестрейндж в Министерстве Магии.       — За последнее время только я пользовался этим. Были похожие случаи в далеком прошлом, и все эти люди были великими магами.       — Получается, вы анимаг? А какая у вас форма? — Спросила Сьюзен, желая поучаствовать в разговоре.       — Козел. Не слишком полезен в использовании, разве что для вовлечения брата в неприятности и успешной маскировки на случайной ферме. Мне не приходилось трансформироваться уже несколько десятилетий. Однако, у любой способности есть применение. Прежде чем отмахнуться от ненужной, казалось бы, формы, стоит знать, что даже от козла мне досталось чувство равновесия. В молодости я был неуклюж почти как юная Нимфадора и анимагия изменила это.       С новой информацией некоторые воспоминания из прошлого заиграли новыми красками. Истории о его брате, попавшем в какую-то историю из-за козла. Случайная фраза профессора Флитвика о старом козле и, наконец, подарок Хагрида директору на рождество — блок козьего сыра. Впервые за вечер Гарри увидел намек на искринки смеха в глазах Дамблдора.       — Я буду рад обучиться всему этому, сэр. Как вы сказали ранее, нам нужно использовать любую возможность.       — Хорошо. Надеюсь, мисс Боунс сможет позвать сюда своего домового эльфа. В противном случае доступ в некоторые комнаты может быть слегка затруднен. Я также попрошу твоего старого друга Добби помочь вам. В прошлые разы он успешно кормил Клювокрыла. Завтра приедет Билл Уизли и усилит щиты дома. Сейчас, на мой взгляд, они в относительном порядке, но предосторожность не помешает. И, как только получится, я обеспечу как минимум одного постоянного охранника. Также семья Уизли хотела бы поселиться здесь, как и твоя подруга мисс Грейнджер, но она за границей и вернется только через пять дней. Но, прежде всего, мне нужно официальное разрешение на использование твоего дома в качестве штаб-квартиры.       — Конечно, сэр, но ограничьте своих людей первыми двумя этажами. Я хочу немного свободы. — Гарри не смог удержаться от постановки хоть какого-то условия. Ему было все равно, поднимутся орденцы наверх или нет. Это было напоминание Дамблдору, что между ними все не так гладко, как могло бы показаться.       — Принято. — очевидно, скрытое сообщение Гарри было громким и ясным — Теперь, я покину вас. У вас обоих была очень трудная ночь. Встречаться со смертью лицом к лицу всегда больно. Если вы захотите с кем-то поговорить, возможно с деканами, мы можем это устроить. И должен предостеречь вас от такого бессердечного отношения к убийству. Этот путь ведет только во тьму и одиночество.       Когда Директор встал, чтобы уйти, Гарри холодно спросил. — Сэр, вы как-то сказали, что смерть — лишь очередное приключение. Я не думаю, что потеряю много сна из-за того, что отправил туда Рудольфуса.Я пытался оправдывать себя тем, что не убил Квирелла, потому что он был одержим, что в дневнике не было шестнадцатилетнего Волдеморта. Оглядываясь сейчас назад, понимаю, между теми убийствами и сегодняшним нет разницы. Я был убийцей с первого курса, и продолжу им быть в будущем.       — В каком-то смысле ты прав, Гарри. Единственная разница между необходимостью и желанием убивать — твоя совесть. Спокойной ночи. — С этими словами директор исчез, оставив их одних.       Сьюзен была в шоке от очередной раскрытой в маленькой перепалке однокурсника и директора тайны. Никто не знал, что случилось на первом курсе с преподавателем защиты. Слухов было больше, чем вариантов карточек в Шоколадных лягушках. А вот о Тайной Комнате большинство слышало, но полную историю знали лишь в близком кругу Гарри. Понятно было лишь одно, директор относился к своему студенту как к собственному внуку. Возможно, когда-то так оно и было, но сейчас диалоги между ними диалоги сводились к едва скрываемой ругани. Сьюзен решила, что раз ей суждено быть в этом безумном «Мире Гарри Поттера», то нужно узнать все про отношения Гарри с другими людьми. Возможно, Гермиона, когда приедет, поможет ей распутать этот клубок отношений. Они вместе работали над проектом по Древним Рунам и, пускай и не были даже близкими приятелями, могли иногда перекинуться парой слов. Следовало еще подойти с вопросами к младшей Уизли. Но для этого следовало подружиться с ней, или, по крайней мере, запомнить ее имя. Иначе это было бы невежливо и бесконтактно. Они встречались только на собраниях ОД и сказали за все время друг другу слов меньше, чем пальцев на одной руке. Сьюзен сосредоточилась и мысленно позвала свою эльфийку. Через полминуты раздался слабый хлопок и появилась Трикси. Рядом с ней парили два чемодана и омут памяти тетушки. В одном сундуке была одежда, в другом книги. Трикси спросила, есть ли место, чтобы сохранить ценности из разрушенного дома. Гарри сказал маленькой эльфийке, что она может использовать незанятую спальню и даже запечатать ее, не допуская незваных гостей. — Мисс Сьюзен в хорошо защищенном месте. Трикси пришлось сильно постараться, чтобы добраться сюда. Трикси надеется, что здесь хозяйка в безопасности. — Я тоже. — Тихо сказала Сьюзен Гарри протянул ей сливочное пиво из холодильника. Она с благодарностью взяла бутылку. Мелькнула мысль попросить что-то более крепкое, но была быстро отброшена. Гарри уже видел, как ее рвет. Попытка напиться точно опустит ее в глазах парня на самое дно. Тут Сьюзен резко остановила поток мыслей. Почему ей вдруг стало важно, что подумает Гарри? — Трикси подготовит комнату для мисс Сьюзен и ее друга — воскликнула эльфийка и подхватила чемоданы и исчезла. — На третьем этаже есть пара спален, обычно одну я делю с Роном, а другую используют Джинни и Гермионой. — сказал Гарри уже в воздух. Джинни! Так звали ту девчонку. Ещё один кусочек пазла встал на место. — Гарри! Я очень не хочу оставаться одна, не после сегодняшней ночи. — Ну если ты… Хорошо. — Гарри выглядел несколько неловко. — Расслабьтесь, мистер Поттер. Я вижу, что вы идеальный джентельмен. — сказала Сьюзен, наслаждаясь смущением парня. — И это не означает, что ты обязан будешь сводить меня в розовый кошмар Мадам Паддифут. В глазах Гарри загорелся лукавый огонек — Как я понимаю, вся школа уже знает о моем ‘свидании’ там? — Вероятно. Я была там с Эрни, Ханной и Джастином и видела большую часть своими глазами. И, к несчастью этой девушки, уже вечером все сплетницы Хогвартса обсуждали ее слезы. — Эрни? Серьезно? — спросил Гарри скептически. — Эй, давай не трогать мои ошибки молодости! — Нет, серьезно, что ты в нем нашла? — Ну, если тебе настолько важно знать, то он уверен в себе и вообще нормальный парень. И хорош в трансфигурации. — И почему же вы тогда перестали встречаться? — Слишком самоуверен. Еще зазнается и понимает, что очень хорош в трансфигурации. — Сказала она, впервые за эти несколько очень долгих часов улыбнувшись. Гарри хихикнул. — Оглядываясь назад, я задумывался, из-за чего свидание с Чжоу пошло не так и как можно было бы все исправить. И лучшим вариантом оказалось — не ходить на это свидание вовсе. — Возможно ты прав, но не думаю, что у вас получилось бы хоть что-то. — Почему это? — Гарри попытался скрыть обиженные нотки. Безуспешно. — Она требовала все внимание, а у тебя были всегда более важные дела. Я не слишком знаю Чжоу, но она выглядит как требовательная личность, ищущая человека, который будет вечно нахваливать, восхищаться ее умом, красотой и каждым движением в квиддитче. И, в отличии от ее желания быть лучшей, ты ищешь покоя и тишины. Так что с самого начала это выглядело как полная катастрофа. А ещё она очень ревнива и искренне считала, что между тобой и Гермионой что то есть, хотя последняя очевидно неравнодушна к Рону. Кстати, ты делал ставки на день, когда они начнут встречаться? — Симус пытался втянуть меня в это, но так как я их лучший друг, пришлось отказаться, это было бы неправильно. А ты поставила? — Да, на 28 августа. Думаю прямо перед началом учебы у Рона кончится терпение. Я хотела поставить на твоё день рождения, но его не было в вариантах. Точно не хочешь? Победившему достанется уже более 100 галлеонов! — Не люблю эти глупые тотализаторы. Одному Мерлину известно — какие есть на меня. — О парочке мне точно известно. Сколько ты поймаешь снитчей за год, сколько раз ты окажешься в больничном крыле и, конечно же, сколько баллов снимут с тебя на Зельеварении. И с какой девушкой начнешь встречаться, куда без этого. — Тотализатор на следующую девушку? Даже не знаю, хочу ли я узнать подробности. — Скорее нет. — Я пожалею об этом, но расскажи, в чем суть? — У разных девушек разные коэффициенты и шансы. — Например? — За Гермиону и Чо даже денег не дадут, слишком много людей думает, что ты либо помиришься с Чо, либо Рон и Гермиона поссорятся, и она убежит к тебе. У сестры Рона тоже высокие шансы. Весь большой зал видит, как она пялится на тебя. Парвати идет на повышение из-за рождественского бала. — Сьюзен явно наслаждалась видом заливающегося краской Гарри. — А ты на кого поставила? — На Ханну. — Она же встречается с Джастином, даже я об этом знаю. — Да. Это была наша шутка. Поставили друг на друга. И у нас обеих абсолютно стандартный коэффициент — двадцать пять к одному. — А у кого наибольший? — Панси. Сто пятьдесят к одному. Ты ее ненавидишь, а она маленькая шлюшка Драко и выглядит как изуродованный мопс. Даже у Миллисенты Булстроуд лучшие шансы. По крайней мере у нее неплохой характер. — Да? Никогда даже не разговаривал с ней. — Неудивительно, с учетом резни между вашими факультетами при каждом удобном случае. Но Милли хороша в рунах и очень умна. Большинство считает ее тупой из-за внешнего вида. — Буду иметь в виду. — Не жалеешь, что спросил? Только не говори никому. Не хочу, чтобы все винили меня в испорченном веселье, когда ты внезапно влюбишься в Ханну. — Не сильно, но напомни мне проклясть Симуса в Хогвартсе. А лучше напоминай об этом каждую неделю. Они рассмеялись и допили свои напитки. Эльфийка Сьюзен вернулась и сообщила, что комната готова. Гарри вежливо попросил ее покормить гиппогрифа на чердаке.Трикси согласилась и сказала, что утром приготовит завтрак. Список странных вещей Сьюзен пополнился еще одним пунктом, и, когда ребята стали подниматься по лестнице, спросила об этом. — У вас правда Гиппогриф на чердаке? — Да, помнишь Клювокрыла с третьего курса? Который еще напал на Малфоя, когда тот полез к нему. — Разве министерство не приказало его казнить? -Верно. Правда мы спасли его. Как нибудь расскажу. — Ох. Сколько приключений вы все пережили и при этом держитесь абсолютно нормально       — Есть такая китайская поговорка — Не дай бог жить в эпоху перемен. Но я учусь принимать перемены, а не сражаться с ними. Вот мы и на месте. Ванна за углом. Если хочешь, завтра познакомлю тебя с Клювиком. Думаю, вы подружитесь. — Спасибо. Если ты не против, завтра я хотела бы воспользоваться тётиным, ох ну, думаю, теперь моим омутом памяти. Хочу увидеть твои приключения. Раз уж эта мразь охотится за мной — я хочу знать о нем все. Сможешь показать? — она посмотрела прямо на него с решимостью в глазах. Гарри замер. Сьюзен просила показать некоторые очень личные вещи. Вещи, которые мало кто видел из близких, не говоря уже о малознакомых людях. Но глубоко внутри он понимал, что она заслуживает правды больше всех. — Хорошо. Я покажу, что смогу. Там есть некоторые вещи, с которыми я бы не хотел сталкиваться, но будем разбираться с проблемами по мере их поступления. Согласна? Сьюзен улыбнулась и обняла его — Спасибо тебе. — Она сдавлено посмеялась и отправилась в ванную. Гарри остался стоять на месте в шоке. Объятия Сьюзен были такими мягкими и осторожными. Это было так непохоже на Гермиону или миссис Уизли. Они обычно пытались сломать ему ребра и позвоночник. Он вошел в комнату и сел на кровать, в глубине души мечтая о повторении таких приятных объятий. Гарри уснул гораздо раньше возвращения Сьюзен. Минут двадцать Сьюзен просто стояла под горячими струями воды, пытаясь прийти в себя. Она была в шоке, когда осознала прямо там, обнимая его, на что согласился Гарри. Она читала статью в Придире. Знала что Гарри придется показать ей смерть Седрика и возрождение Волдеморта. Может быть она даже узнает правду о василиске со второго курса и о событиях в Отделе Тайн. Сьюзен знала насколько Гарри ценит свои тайны, насколько он скрытен. Она проклинала себя за то, что буквального потребовала от него показать худшие события своей жизни, раскрыть душу. Как она могла быть настолько грубой, настолько отвратительной. Чувства вырвались на свободу и слезы полились рекой. Минут десять она сидела на краю ванной захлебываясь слезами. Вспоминала как сильно грустила когда на третьем году обучения её бросил парень, как мама сидела рядом с ней на кровати и успокаивала, говоря что не заканчивается жизнь на каком то парне с Когтеврана. Чувство вины и низости накатывало на нее снова и снова, заставляло обновлять заглушающие чары и с новой силой заходиться рыданиями. Она была уверена, что вскоре все будут передавать ей соболезнования и помногу раз говорить, насколько ее тетя была прекрасным человеком. А о маме не скажут ни слова, словно она была ничтожной и ненужной. Так она и продолжала плакать пока, казалось, в организме не кончились слезы. Вернув себе, насколько возможно, нормальный внешний вид, она вышла из ванной и вернулась в спальню. Трикси оставила ночнушку и халат на кровати с отвратительным логотипом Пушек Педдлз на одеяле. Она выключила свет, Гарри уже спал. Боясь, что он проснется, но осознавая, что вернувшись в ванну она снова начнет рыдать, Сьюзан переоделась в темноте. К счастью Гарри крепко спал. Сьюзан проскользнула под одеяло и свернулась калачиком. Она была истощена, но не могла заснуть. Хотелось бы чтобы директор оставил немного зелья сна без сновидений, но, видимо, эта ночь будет долгой С другой части комнаты послышался слабый стон. В бледном свете луны из окна она увидела, как Гарри бьётся в подобии судорог. -Сириус… Нет! Сириус! Прости меня! Седрик! Уходи отсюда! Спасайся! Беги, нет нет! Это моя вина! Страшные крики повторялись снова и снова. В идеальном мире она бы встала и обняла, была бы рядом, чтобы спасти его от боли. Но идеального мира не существует. Слезы начали снова застилать мутной пеленой глаза от вида мечущегося героя магического мира, не способного убежать от прошлого. Она еще сильнее сжалась и накрыла свою голову подушкой, пытаясь заглушить крики, молясь о том, чтобы сон наконец-то пришел к ней. В голове крутилась злая ирония: в журнале Ведьмополитен была статья о фантастическом свидании с Гарри Поттером. Одним из самых популярных мнений было, что провести ночь с Гарри — предел всех мечт. Однозначно именно об этом мечтают ведьмочки, подумала она и провалилась в сон.       За много миль от того места, где Сьюзен безуспешно пыталась заснуть, фигура сидела на кровати, тщательно нанося крем на грудь и левую руку. Вейловское снадобье было очень эффективно. Еще эффективнее оно становилось при добавлении крови вейлы, которая его готовила. Немногие зельевары решались на этот шаг, но откажешь ли Темному Лорду. Со стратегической стороны, события сегодняшней ночи — ничья. Самый опасный для него человек в министерстве — мертв. Он еще надеялся, что Северус и Рудольфус смогут выполнить миссию и захватить девчонку Боунс. Но интуиция подсказывала ему, что стоит ожидать провала. А ей он научился доверять уже очень давно. Корил себя, что снова переоценил свои силы, возьми с собой он Питера и Беллу, не был бы так истощен к моменту прихода Дамблдорова щенка. Его укус все еще отдавался болью. Темный Лорд продолжал раздумывать о своих врагах. Мальчишка не смог ничего ему сделать в Министерстве Магии. Он выглядел сломленным и избитым, пока Дамблдор защищал его своей невероятной трансфигурацией. В этот раз парень бросился в бой абсолютно один и был внезапен. Никто не мог предугадать это. Элемент неожиданности позволил ему применить это страшное проклятье. Это было впечатляюще, но тот же Разрушитель Боунс нес куда больше угрозы. Открыв третий флакон, Лорд поморщился как от приторного запаха, так и от мыслей. Этот мальчишка даже не совершеннолетний. Волдеморт достиг своего положения отнюдь не недооценивая противников. Напротив, обычно его недооценивали в те далекие года. Эти идиоты, что сидели на своих тронах и мечтали о лаврах Гриндевальда, во всем доверяли своим прислужникам. Дважды он отыгрывал роль лояльного помощника, чтобы войти в ближний круг двух темных магов и уничтожить изнутри. Леди Арреван умерла вместе со своими тремя ближайшими лейтенантами на балкончике своей виллы в Ницце под ласковыми лучами заката. Судорожно пытаясь вздохнуть воздух, который никогда не дошел бы до легких из-за яда, подмешанного в напитки. Она снова и снова применяла заклятие воздушного пузыря, как будто оно могло бы спасти ее. Воспоминание об последних агонизирующих вздохах карги позволяет вызывать патронуса-василиска по сей день. Горазд более прямолинейным способом был убит Темный Лорд Кристобаль. Волдеморт просто сломал его, в прямом смысле. Он помнит эту битву, как будто она была вчера. Войдя в комнату после сражения, сразу получил круцио от одного из телохранителей. Крепкий норвежец Свен держал его под проклятьем боли, пока Юрий Кристобаль убивался по поводу смерти своего тупорылого племянника Пауло. Он был одним из трех погибших в той битве, не считая сотни работников турецкого министерства погребенных под зданием. Хвастун шел посреди улицы, как будто фамилия Кристобаль могла защитить его от проклятий умирающих в этом аду людей. Как минимум три бомбарды, костелом и несколько хорошо сделанных копий разорвали его тело. Пауло Кристобаль умер, даже не успев упасть на землю, да и падать было нечему. После этого Волдеморт укрыл остальных чарами невидимости и переместил к своей группе. С ним был подающий надежды молодой выпускник Дурмстранга — Антонин Дорохов. После быстрого сигнала Долохову все сконцентрировали огонь на несущих колоннах здания. Прикрывающаяся их группа, ведомая черноволосой ведьмой Миша Перез, поставила антиаппарационный барьер. Она безумно засмеялась, когда здание начало разрушаться под потоком заклятий. Работники начали осознавать, что силы Кристобаля не собираются штурмовать министерство. Им нужно не это. Многие попытались сбежать через двери, но под плотным огнем команды Миши навсегда оставались на ступенях. Еще парочка попыталась улететь на метлах через окна верхних этажей. Волдеморт набросил на них то самое проклятье, которое использовал Квирелл на Поттере на первом курсе. Первый успел улететь из зоны видимости, а второй цеплялся за метлу секунд двадцать перед тем как упасть на землю с высоты шестого этажа.       — Быстрее Антонин! Пока они не поняли. — С этими словами Волдеморт сконцентрировал все свои силы на разрушении здания. Менее чем через минуту здание накренилось, пошло трещинами и, наконец, со страшным грохотом обрушилось. Темный лорд прикрыл лицо, стараясь не вдыхать пыль. Он подал сигнал, что бы добили выживших и отправился ко второму командиру. Она начала с ним тихий диалог.       — Миша, — сказал он, стараясь не кашлять — каковы потери?       — Флиес мертв, Месснер скоро присоединится к нему. Остальные слегка задеты или целы. Полагаю ты видел, что произошло с Пауло.       — Да. Но это лучше, чем если бы это животное продолжало плодиться. И не пришлось убивать его самому.       — Старик это так не оставит. Он будет мстить.       — Сегодня будет только одна месть — моя. Все тут были бы уже мертвы, следуй мы оригинальному плану. Штурмовать министерство в открытую в середине дня. Как оригинально и разумно!       — Ты знаешь, кому принадлежит моя верность, Том — Любой другой человек был бы уже мертв, используй он маглловское имя Волдеморта. Миша была исключением. Между ними не было ни секретов, ни лжи, никаких масок. Только животная похоть и амбиции. — Мы с Антонином перекроем коридор. С тебя смерть старика и его питомцев.       — Я знаю, как он справляется с неудачами и буду готов. Зелья позволит мне атаковать сразу, после снятия круциатуса, пусть и не защитит от боли. Внезапно и смертоносно. Так и не станет еще одной жалкой пародии на темного лорда.       — Удачной битвы, мой настоящий повелитель.       Эти слова повторялись в его голове, пока он сопротивлялся боли. Рейтер, второй телохранитель, даже не достал палочку. Ожидаемо. Слишком самодовольными были защитники Кристобаля. И это тоже было частью плана.       Через минуту Свен отменил заклятье. Он вышел вперед и поднял Волдеморта вверх, держа за шею. Зелье уже позволяло ему игнорировать последствия безумной боли. Свен почувствовал, как его жертва борется, но удовольствие замедляло его инстинкты. Кончик палочки уже был направлен прямо в грудь.       — Редукто! — вскрикнул Волдеморт, направив много сил в чары, оставляя обожженную дыру на том месте, где было сердце. Заклятье прошло насквозь и задело ногу Рейнера. Второй телохранитель упал, крича от боли. Юрий Кристобаль оправился от шока и достал свою палочку. Волдеморт прикрылся телом мертвого норвежца. Просунув руку с палочкой в дыру в трупе, он отправил смертельное заклинание в место, где лежал Рейнер. Зеленая вспышка прервала попытки этого беспечного человека встать.       — Да как ты посмел! Секо!       Волдеморт вновь прикрылся трепом Свена от чар и послал в ответ одно из любимых заклинаний — Пронзатель Влада. Хитроумные чары оставляют небольшую рану, потом причиняя адскую боль.       Кристобаль упал, крича. Задета была правая рука. Мужчина был тем еще жирдяем, напоминая Горация Слизнорта. Когда-то могучее великанский телосложение пришло в упадок и поросло жиром. Он бросил аваду в ответ, но из-за боли промахнулся. Даже не близко. Из коридора доносились звуки битвы. Миша и Антонин были на голову выше любого другого солдата Кристобаля, так что Волдеморт не волновался за них. Они точно смогут прикрыть ему спину. Тут его немного отбросило взрывным, спасла защита, которую он надел перед приходом сюда. В ответ темный лорд раздробил бедренную кость старика, снова заставляя его кричать от нестерпимой боли. Прикрываясь от ответного слабого огня, Волдеморт разоружил своего противника и переломил палочку.       — Теперь, перед своей смертью, ты будешь страдать. Круцио!       Тогда ему хотелось мучить Юрия днями, наслаждаться его агонией, но логическое мышление победило, вынуждая отвлечься на битву в коридоре. Он снял круциатус, наблюдая, как тело слабо тянулось к палочке. Будущий темный лорд сосредоточил силы и отправил смертельное заклятье, завершая правление Стамбульского мясника. Затем, отрезав голову и подняв ее левитацией, он отправился в коридор.       Стоило ему поднять голову повыше, как наступила гробовая тишина. Миша и Антонин улыбнулись ему.       — Мясник мертв! Кто хочет пойти со мной, получит награду. А кто не хочет против — бегите или погибнете! Второго шанса не будет. Юрий не против, не так ли? — покивал он висящей в воздухе головой.       На этом воспоминании Волдеморт закончил медитацию. Это был важный шаг на его пути к вершине. В тот день он получил огромное богатство и приобрел много сторонников. Иногда, в минуты сильной задумчивости, сильнейший темный волшебник современности задумывался, что, может, суть жизни не столько в бессмертии, сколько в пути к нему. Щелчком пальцев открыв кран и щедро насыпав целительных трав в ванну, он лег в нее ненадолго. Нужно было привести себя в нормальный вид. Никто не должен видеть его слабости. Он не повторит ошибок Кристобаля. Никто не обманет его, даже Северус.       Иногда он действительно скучал по Мише. Она часто бывала в ванной вместе с ним. По правде, он больше скучал по ее уму, советам, чем по физической близости. Она в открытую презирала те трансформации, что произошли с ним в ходе ритуалов. За пять лет ни разу не разделила с ним постель, но неоценимо помогала своими навыками и знаниями. Погружаясь глубже в воду, Волдеморт вспомнил последний день жизни единственного и самого близкого своего друга.       Это было двадцать седьмое июня 1977 года. День, в будущем названный Постмурской кровавой баней. Он начался как обычный рейд по убийству магглов, но разросся в побоище с приходом большого числа авроров. Пожиратели жаждали битвы. Один из самых кровавых дней в его истории.       Он расправился с парой глупцов, посмевших бросить ему вызов и теперь с улыбкой смотрел на поле боя. Окровавленная Миша стояла, несмотря на повреждения, в вороных волосах пробивались седые локоны. Она смотрела триумфально на своего врага, левитируя маггловский мотоцикл прямо ему на ногу, дробя кости. Аластор Грюм кричал от боли и держался за окровавленную глазницу.       Миша отбросила мотоцикл и возвысилась над поверженным врагом. — Так вот каков конец Великого Грюма. Герой до последнего вздоха!       Кончик ее палочки уже засветился мертвым зеленым светом, когда шею и голову ведьмы окутало перламутровое сияние. С жутким хрустом шея переломилась, извернувшись под диким углом. В глазах еще оставался огонь триумфа, хотя жизнь покинула их. Миша упала на землю, открывая своего убийцу. Это был молодой мужчина с квадратной челюстью, еще стажер.        — Акцио Грюм! — выкрикнул он, смотря в глаза Волдеморта с вызовом.       Темный Лорд швырнул в него убивающее проклятье, но молодая женщина прикрыла его тем самым мотоциклом. Это вызвало взрыв. Дым застлал поле боя и мужчина воспользовался этим моментом, что бы задеть ногу Волдеморта режущим.       — Френк! Портключ! — Секунду спустя все трое растворились в воздухе. Это была первая, но не последняя встреча Волдеморта с Фрэнком и Алисой Лонгботтомами.