Клетка, которая заперта

      Не всем в жизни везёт. Семей, в которых происходит насилие над детьми, слишком много, и в основном ужасные родители чаще всего остаются безнаказанными. Хорошо, если дело ограничивается недостатком любви или невнимательностью, но в некоторых все доходит до физического и в наиболее ужасных случаях до сексуального насилия.       В такой семье рос Алан — главный хулиган школы и просто ужасный задира. Но кто мог знать, что все корни проблемы растут из дома? Подросток с порушенной психикой не мог по-другому себя вести с окружающим миром.       Хартлисс — отец Алана, был непьющим, с первого взгляда очень приятным человеком, который нес большие деньги в дом. Он работал генеральным директором в одной небольшой фирме, и его работа позволяла ему часто работать дистанционно. Мужчина любил природу из-за чего и выбрал коттеджный поселок городского типа в качестве жилья для себя и своей семьи.       Маму Алан очень плохо помнил. Она умерла, когда мальчику было пять лет. Единственные хорошие воспоминания о ней были наполненные нежностью: женщина любила своего сына, защищала от мужа, который прямо на глазах ребенка часто избивал её, а один раз даже насиловал. Мальчик никогда не забудет момент, когда мама плача просила его выйти из комнаты и не смотреть, пока отец больно прижимал её за запястья животом к столу и выполнял супружеский долг.       С самого юного возраста герой боялся Хартлисса из-за чего очень быстро научился определять настроение отца по шагам за дверью, вовремя убирать игрушки и вещи по местам и даже успевать находить за двадцать секунд место, чтобы в случае чего спрятаться. Отец мог разнести всю комнату, мог сломать и испортить все его вещи, ведь в любом случае денег у них было много, и на смену старой сломанной мебели и испорченным вещам очень быстро приходили новые.       Но, когда отец был в чудесном настроении, он мог даже похвалить или погладить сына по голове за что-нибудь. Вспышки агрессии проявлялись только в моменты больших косяков Алана, а иногда из-за плохого настроения старшего.       О матери было говорить нельзя. Эта ситуация навсегда должна уйти в небытие, по мнению Хартлисса…       В тот день на улице был проливной дождь. Маленький Ал, сжимая мягкую игрушку-динозаврика в руках, осторожно выглянул из комнаты, он опять слышал крики из кухни. В те времена мать всячески защищала сына, из-за чего мальчика обходил стороной гнев отца, и мужчина его не трогал. Из-за этого герой чувствовал уже тогда некую вину перед матерью за это и хотел всячески помогать ей, чтобы отплатить за свое неоднократное спасение. И сейчас… Мальчик бесшумно немного спустился с лестницы и сел на ступеньку, наблюдая за происходящим. Он понимал, что надо вмешаться, но что он такой маленький сможет?       — …Потаскуха! — Алан мог видеть, как отец грубо схватил мать за “хвост”, заставляя наклонить назад голову и посмотреть на себя.       — Харт, я прошу!.. Алан… Алан ещё не спит! — сказала испуганно та со слезами.       — Ты сыном не прикрывайся. Ты думала я не узнаю?! — холодный тон и гнев вместе превратили мужчину в настоящего монстра, который заставляли сейчас мать и сына дрожать. — А ты молодец. Воспользовалась моментом. Не думал, что моя жена хоть на секунду включит свои мозги. — женщина взвыла от боли, когда его рука сильнее сжалась, а Хартлесс лишь усмехнулся. — Но увы и ах. Ты, наверное, не знала, но в полиции работает мой приятель. Ты действительно надеялась, что тебе хоть кто-нибудь поверит?       — Отпусти. — она недовольно рыкнула, чувствуя его издевку и собственное поражение. Мужчина неожиданно одним движением отбросил кухонный стол в сторону и бросил ее на диван.       — Надо же, решила характер показать?! Мне начать наш урок заново? — спросил тот с холодным тоном и начал расстегивать ремень штанов. Женщина вздрогнула и с ужасом смотрела на него… — Все же ты глупа, раз думала, что можешь с сыном избавиться от меня. — мужчина уже расправился с ремнем и достал его, после чего нездорово усмехнулся, смотря на нее. — Да ты дура полная. Куда бы ты пошла, скажи мне. — сказал тот с гневом, — К своему братику, который вылез из долгов только благодаря мне, или к своей матери, где я тебя быстро найду? Или ты любовника уже успела найти, чтобы с ним умотать? — издевался с улыбкой тот.       — Какой же ты… Уебок… — говорила со слезами она, — Ты превратил мою жизнь в ад!!! Нет, не только мою! Но и будущую жизнь сына тоже!! — кричала мама на него со слезами.       — Замолчи! — крикнул тот и замахнулся на неё ремнем.       — Папочка!!! — закричал неожиданно Алан, заставляя на себя обратить внимание, и мужчина резко вздрогнул, поворачивая голову в сторону лестницы, — Папочка, п-пожалуйста… — лишь смог с заплаканными глазами сказать ребенок, а его мама резко достала из-под одной из подушек кухонный нож и резко вскочила, замахиваясь на Харта. Началась настоящая потасовка прямо на глазах мальчика…       Хартлисс повалил женщину на пол и начал душить.       — Бу-дь… Кх!.. Т-ты прок-лят… Кхн!.. Дум-ешь… Все… Кх!.. Смо-же.. Дер-ать… Гх! Под кон-ролем?.. — еле-еле смогла прокряхтеть его жена.       — Замолчи, тварь! — он оскорблял её и лишь сильнее и сильнее сжимал руки на шее.       Отец слишком увлекся… Когда он пришел в себя, то понял, что собственными руками задушил свою жену…       — Доигралась. — лишь коротко сказал Харт и очень медленно встал выпрямляясь. Мужчина минуту стоял над её бездыханным телом, а после вышел из дома на крыльцо покурить, пока Алан весь в шоке стоял и смотрел на неё…       — Мам?.. — спросил мальчик, нарушая тишину дома. — Мамочка?.. — но ответа не последовало. Алан очень медленно подошел к ней, роняя игрушку из рук, и сел на коленочки рядом. — Мам. — он потряс ее сначала несильно за плечо. — Мама! — теперь уже сильнее и с каким-то отчаянием. Женщина не открыла глаза и продолжала неподвижно лежать. Алан остановился и в полном ужасе опустился щечкой на ее грудь, ложась на неё и пытаясь услышать, как стучит её сердце. Как-то мама объяснила ему, что у каждого живого существа бьется внутри, как у часов, мелодия “тук-тук”. Алан любил раньше прижиматься к женщине и слушать эту песню сердца, такую родную для него. — Мамочка… — на его глазах появились слезки. — Мамочка… Почему у тебя больше нет “тук-тук” ?.. — он поджал губы и всхлипнул, — Мамочка, пожалуйста… Ответь… Ну ответь!.. — Алан зарыдал. Он не знал, что такое смерть, но её “погасшее” тело, становившиеся холодным, как лед, и отсутствие сердцебиения говорили о том, что он никогда больше не сможет с ней заговорить, никогда не сможет больше её обнять и никогда больше не сможет услышать её мягкий и нежный голос… Когда вернулся отец, то он ничего не сказал сыну насчет матери. Лишь холодно отправил в комнату…       Как уже узнал в будущем Алан, Хартлисс хорошо вымыл её тело и выбросил в овраге. Мужчина приказал держать мальчику рот на замке, иначе грозился поступить с ним так же, как и с его непутевой матерью.       На похоронах отец мастерски играл поглощенного горем от потери жены мужа, а Алан не мог даже заплакать и пребывал по-прежнему в каком-то шоке с этой ситуации.       В тот день он окончательно осознал, что ненавидит отца всеми недрами души. Алан был смышленым мальчиком, и поэтому мысли о скорби быстро сменились мыслями о своем положении. Он боялся Хартлисса, мальчик не хотел быть избитым и встать на место матери в глазах отца. Теперь у него не было защиты, и это заставляло дрожать при мысли о том ужасе, который его ожидает.       И он не зря остерегался за свое будущее… Когда они вошли в дом и отец закрыл за собой дверь, то первой фразой, которую услышал он от мужчины было:       — Ты очень плохо вел себя на похоронах. Надо бы заняться твоим воспитанием… — и на его лице Ал увидел ту противную улыбку, которую обычно отец адресовывал погибшей матери…