Августовская ночь

      Летняя ночь была тиха. Лишь в паре комнат штаб-квартиры Ордена Феникса все еще горел тусклый свет. И в одной из них даже раздавалась едва слышная музыка, что доносилась из граммофона в самом ее углу и звучанием своим сливалась с тихим шелестом древесной листвы за окном. — Обещай, что вернешься живым, целым и невредимым, — прошептала Лили, чуть отпрянув от Джеймса, но все еще продолжая кружить в медленном танце с ним.       До начала новой миссии, ее участие в которой не было предусмотрено, оставалось каких-то семь часов. Но Лили казалось, что даже если бы они с Джеймсом каждый из них прокружили в этом вальсе, что изредка прерывался нежными поцелуями, этого все равно было бы недостаточно, чтобы впору насладиться друг другом на ближайший день или два. — Иначе что — не враги, так ты убьешь меня? — без раздумий усмехнулся Джеймс, заставляя ее нахмуриться пуще прежнего и крепче вцепиться в его плечо. — Ладно, извини, — вздохнул он, пожевав губы и мягко улыбнувшись ей.       Теплый ветерок ворвался в комнату сквозь распахнутое окно, зарываясь в их волосы и забираясь под легкие пижамы. Продолжая улыбаться, Джеймс осторожно убрал руку с талии Лили и заправил спавшую на ее лицо прядь рыжих волос за украшенное аккуратной сережкой ухо. — Обещаю, что постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы на совесть послужить Ордену и не нарваться на лишние неприятности, — сказал он, посерьезнев.       Джеймс не терпел пустых обещаний и сам никогда не давал их. А он, как и остальные орденовцы, каждый день ведь рисковал собственной жизнью и здоровьем в десяток раз больше, чем большинство жителей магической Британии. Продолжая глядеть в его полные доброты и бесконечной любви глаза, Лили почувствовала, как сжалось ее сердце при мысли о том, что каждая новая миссия могла пойти не по плану и разлучить их не на пару дней, а на пару недель. Если не на пару месяцев. Если не навсегда. Проморгавшись, она поникла головой. — Все будет в порядке — не волнуйся ты так, Эванс! — ободряюще сказал Джеймс, ласково поглаживая ее щеку тыльной стороной пальцев. — Поттер, — тут же пробормотала Лили, отводя взгляд в сторону, и приподняла краешек губ. — Что? — вскинул брови Джеймс, по-доброму ухмыляясь тени счастья на ее лице. — Не Эванс, а Поттер, — закатила глаза Лили, улыбаясь чуть увереннее. — Уже как два месяца.       Разумеется, Джеймс не забыл дня их июньской свадьбы — она была уверена в этом. Он ведь не впервые делал такую не иначе как намеренную оговорку — видимо, ему нравилось слышать это напоминание об их женитьбе из ее уст. А Лили, в свою очередь, в удовольствие было так исправлять его.       Прижавшись к его плечу, она бросила быстрый взгляд на колдографию, что стояла на прикроватной тумбочке: облаченная в пышное белое платье, на ней она кружила в танце с Джеймсом практически так же, как и теперь. Все так же нежно они улыбались друг другу. Все та же безграничная и лишь усиливавшаяся изо дня в день любовь читалась в их взглядах.       Музыка притихла — очередная композиция должна была вот-вот смениться другой. Остановившись на месте, вслушиваясь в стрекотание кузнечика где-то за окном и чувствуя, как новый порыв теплого ветерка стал играться с ее волосами, Лили тихо вздохнула. Вновь чуть отстранившись от родного плеча, она прикрыла глаза и уткнулась носом в теплую щеку Джеймса, кладя руки на его плечи и позволяя ему, в свою очередь, приобнять ее за талию. — Мы ведь счастливы. Здесь и сейчас, — вкрадчиво прошептал он, оставляя легкий, чуть смазанный поцелуй на ее щеке. — К чему думать о неприятностях, которых пока что даже нет? К тому же, мы ведь Поттеры — избавиться от нас задачка не из легких, не так ли? — шутливо добавил он.       Лили лишь молча кивнула головой, но все же невольно улыбнулась, ощутив прикосновение теплых суховатых губ к своей нежной коже. Немного отпрянув от Джеймса, она подняла на него взгляд лишь для того, чтобы позволить ему окончательно растопить ее трепещущее сердце своей ответной усталой, но искренней ласковой улыбкой.