Еретик

Пол содрогнулся от мощного взрыва. Двойной стеклопакет осыпался внутрь комнаты, и в окно залетел свежий летний ветерок. - Беги! Это приказ! - Но? Я же поклялась защищать вас! Их всего семеро, мы отобьёмся! Высокая, статная женщина выпихивала в потайной ход упирающуюся зверодевочку. Чернобурая лисичка, с милой острой мордочкой, торчащими ушами и большими сиськами ни в какую не желала спасаться без своей госпожи. - Лира! – женщина схватила лисичку за мордочку, и поцеловала, проникнув языком в пасть – Будь, наконец-то, хорошей девочкой! - Я не понимаю! Зачем! - Так нужно. Ты поймёшь позже, а сейчас, тебя может спасти только полное неведение. - У меня есть зубы, когти и мечи! Я одна могу убить трёх… Женщина захватила её язык своим, вставив в пасть почти половину лица. Тряхнуло снова. К ночной свежести добавился запах гари. - Я могу убить всех семерых. Но после них придут тысячи. Ты единственная, кто может спасти нас всех. - Что за бред? Как я всех спасу, если сбегу отсюда? – кричала лисичка, удирая из замка по потайному ходу. Женщина воспользовалась магией, чтобы прекратить спор со своей телохранительницей. Когда действие заклятья кончилось – через пару секунд и почти сто метров по прямой – она уже не стала поворачивать назад. Замок штурмовали семь сильных магесс, конкретно – инквизитор Катерина и её свита. Лира не понимала, почему Мара не разрешила ей убить их всех в течении целого месяца, что они жили в ближайшем городе и наматывали круги вокруг замка Мары. В открытом бою угрозу представляла только сама инквизитор, но Мара всё равно говорила, что боится, как бы бедная Лира не пострадала. И при этом называла её своей телохранительницей. А иногда – с загадочным выражением лица – душехранительницей. А теперь всё. Сначала Лира осознала, что больше не будет горячей воды. И тёплых комнат с мягкими матрасами. И булочек. Особенно – булочек. А потом она просто села и заплакала. Не будет больше Мары. Вот в это совсем не хотелось верить. Но она ясно дала понять: замок сдаётся, сопротивления не будет. А инквизиция, раз уж решилась на штурм, никого не оставит в живых. Кроме, может быть, рабов, которые стоят слишком больших денег, чтобы их казнить. Куда идти – Лира не знала. Её вела магия Мары, просто указывая направление. Маршрут был причудливым, но Лира этого не замечала, она механически переставляла ноги, убитая горем. Зверодевочка выбежала в лес, и побежала в чащу, оттуда повернула назад, потом в сторону, ещё раз, и ещё. Её путь состоял из нескольких петель, и закончился только через три часа быстрого бега, когда она начала немного уставать. На поляне, где заклинание закончило действовать, было много камней. Самые мелкие были Лире по пояс, а чаще попадались огромные валуны по два – два с половиной метра в высоту. Это были предгорья длинного хребта, что шёл по побережью. Но лисичке хотелось найти глубокую, тёмную норку и спрятаться в неё, чтобы плакать, тосковать по погибшим подругам, и снова плакать. Она быстро нашла промытый в скале грот, и забилась в него носом к стенке. Камень был холодным, а шёрстка Лиры – тёплой, так что до утра её ничего не беспокоило, кроме мыслей о потерянных навсегда любимых. А утром её коснулась чья-то рука.