Verum

На улице стоял октябрь. Кто бы мог подумать, что именно в этот день выпадет первый снег. Когда я вышла во двор, то оцепенела от увиденного. На том месте, где ещё секунду назад лежали опавшие листья, красовались первые белоснежные сугробы. Снег хлопьями падал на землю, создавая поистине сказочную атмосферу. Школьники, позабыв про все заботы, начали весело кататься на санках, лепить снеговиков и играть в снежки. Они выглядели такими счастливыми, такими беззаботными, что хотелось взять и стереть эти улыбочки с их лиц. Непонятно откуда взявшаяся злость начала медленно наступать. Хотя это даже не злость, а зависть. Она завидовала им, потому что у них было что вспоминать и чему радоваться. А у неё нет.

***

В школе Сальваторе началось Рождественское безумие. Именно так она назвала всё происходящее. Повсюду были навешаны украшения, стол ломился от изобилия пряников и печенья, кто-то даже додумался развесить веточки омелы. Со всех сторон разносились песни, Калеб разливал эль, и даже Аларик одел праздничный свитер, присоединяясь к общему веселью. — Они все сошли с ума, — заключила Хоуп и отправилась к человеку, который наверняка разделял её чувства. По дороге в подвал девушка размышляла о правильности своего решения. Отпустить того, кого только вчера с таким трудом удалось поймать. Это безумие. Хотя, как говорится, клин клином вышибают. — Надо же, какие люди. — начал тёмноволосый, как только заметил знакомую макушку, — не думал, что ты так быстро соскучишься по мне. — О Кларки, ты даже не представляешь, как сложно далась мне эта ночь. Я глаз не могла сомкнуть, всё думая о тебе, — съязвила девушка, преднамеренно спародировав голос влюблённой дурочки. Хоуп подошла поближе к клетке, чтобы рассмотреть выражение лица парня. Кларк же, в свою очередь, только вытянул руки вперёд, чтобы схватиться за решётку. — Почему же ты не радуешься с остальными? — они одновременно спросили волнующий их вопрос. — Видешь ли — начал парень, чуть ближе подойдя к клетке — я столько лет живу в этом мире, но ни разу не праздновал Рождества. Я видел, как создавался этот праздник, видел счастливые лица людей в кругу семьи и друзей. Но никогда не чувствовал того же самого. Это нечто непостижимое. У меня никогда не было друзей, а семья, как ты знаешь, не самая дружелюбная. — Но ведь всё можно наверстать? — даже не спросила, а уточнила девушка. — Да, ты права. Вот только когда мне выпадет этот шанс? Шанс на нормальную жизнь? — горько сказал Кларк и посмотрел в глаза Хоуп. — Знаешь, — начала девушка — иметь всё, тоже не всегда хорошо. В любой момент кто-то может отнять это. И у тебя останутся лишь воспоминания о прошлом. О том, что ты упустила и что никогда не получится вернуть, — закончила Хоуп и посмотрела в его глаза. Не тем взглядом, который источает ненависть. Нет. Этот был полон искренности и понимания. Понимания того, что он знает кого это, быть одиноким. И хоть они и разные, но всё же до боли похожи.

***

В этот миг зародилась команда. Команда, которая разгадала тайну Рождественского безумия, победила Крампуса и освободила Санту. Время было около 11. Все обитатели школы вышли на улицу смотреть на фейерверки, которые запустили раньше положенного. Они были для Санта Клауса, который уже собирался уезжать. У него впереди была долгая ночь. — Должен признать, из нас вышла неплохая команда, согласна? — весело проговорил Кларк, завалившись на диван с бутылкой бурбона в руке. Он выглядел уставшим. Его рубашка была пропитана зелёной слюной Крампуса, пиджак отсутствовал, а некогда зачесанные на одну сторону волосы теперь были вразнобой. Девушка не сразу сообразила, почему он выжидающе на нее смотрит. — Да, ты прав, — ответила она и плюхнулись на диван рядом с ним. Повисло минутное молчание и тогда, видимо чтобы разрядить обстановку Кларк протянул брюнетке бутылку. — Я не особо хочу. — протянула она, сосредоточив свой взгляд на бурбоне, чтобы не встретиться с этим насмешливым взглядом. — Я не совсем для этого, — начал он, — Ты можешь использовать свои штучки-дрючки и превратить его в бурбон, который не позволит нам солгать? — во второй раз протягивая бутылку девушке. — Хорошо, — согласилась она и, приняв презент, произнесла, — Verum. Хоуп протянула её обратно и вопросительно выгнула бровь, ожидая объяснений. Кларк ухмыльнулся, открыл бутылку и спросил: — Правда или действие? Из всех возможных игр он выбрал именно эту. Хоть девушка и не хотела признавать, но предложение оказалось заманчивым. Она может спросить что угодно и тот не посмеет солгать. Вместо согласия она взяла бутылку и сделала щедрый глоток. Напиток неприятно обжег горло, но постепенно на место этому пришло тепло. Кларк не отставал, и проделал тоже самое. — Я первая, — быстро проговорила трибрид и взглянула в его глаза, — правда или действие? — Мне нечего от тебя скрывать. Я выбираю правду, — хмыкнул он и перевёл взгляд на озадаченое лицо юной ведьмочки. — Хмм. Мы с тобой часто разговаривали по душам и я хотела узнать, ты когда-нибудь... — Никогда, Хоуп. Я бы никогда не соврал тебе об этом, — довольно резко и неожиданно произнёс Кларк, не дав закончить вопрос. Девушке стало неловко от того, что она сомневалась в этом, но не спросить она не могла. Толи это действие заклинания, толи ей действительно важно было узнать об этом. — Теперь моя очередь, — произнёс он и сделал небольшую паузу, чтобы отпить бурбона. — Правда. — Действительно ли ты хочешь вернуть Лэндона? — Нет, я не хочу причинить боль Джози, — тихо проговорила девушка и опустила свой взгляд на ковёр. — Но ведь это ещё не всё. Ведь так? — решил уточнить Кларк. Но не из вредности и не из желания добить меня. Он действительно хотел знать причину. — Я не люблю его, — резко проговорила она и не поверила своим ушам. Она не понимала, почему пришла к такому выводу. Хотя может подсознательно она всегда знала это. Но чувство вины не давало признать этот факт. Из раздумий её вывел голос брюнета. — Я рад, что ты поняла это. Не представляю, как тебе удавалось со всем этим жить, да ещё одновременно спасать школу от монстров. — Оо, в этом вся я, — улыбнулась Хоуп. И эта улыбка была настоящей. Не той, которой она подбадривала друзей, не той, с которой сидела на приёме у Эммы или Аларика. Эта была самая, что есть настоящая улыбка. И чёрт бы её побрал, если бы узнал, что она была вызвана Райаном Кларком. Человеком, который ещё вчера пытался убить её. А сейчас сидит вместе с ней под канун Рождества и играет с ней в детскую игру. Послышались куранты, которые оповещали нас о наступлении нового года. За окном послышались радостные крики, хлопушки и песни. Ну а в гостиной, у самого камина, сидя на диване, двое бывших заклятых врагов пили бурбон и пытались вспомнить строчки из детской песни. Парень включил радио, которое стояло на каминной полке и выкрутил громкость побольше. В комнате воцарилась настоящая сказка. На стенах были развешаны гирлянды, в самом углу стояла наряженная ёлка, а от свеч исходил приятный ванильный аромат. Весёлая песня закончилась, и вместо неё из радиоприёмника заиграла другая: Nick Cave & The Bad Seeds — O Children — Обажаю эту песню, — хриплым голосом сказал Кларк и протянул девушке руку, — Потанцуем? — А почему бы нет, — улыбнулась трибрид и ухватилась за руку. И они закружились в танце. Музыка настолько расслабила мышцы, что движения получались такими плавными и волнующими. Эту песню ни с чем нельзя было сравнить. В одно время она замедлялась, а в другое увеличивала темп. Она была полна энергии и в тот же миг как будто угасала. Когда музыка приближалась к концу, Кларк заключил девушку в крепкие объятия. Она не была против. Наоборот, та только сильнее прижалась в ответ. Парень медленно отстранился и посмотрел ей в глаза, всё ещё держа за руки. — Я совершил множество ошибок Хоуп и за многие мне придётся расплачиваться годами. Но всё, что было сегодня останется в моём сердце навсегда. Хоуп — ты единственный человек, который перевернул верх дном весь мой мир. Ещё с того самого момента, когда мы впервые с тобой встретились. Я понял, что мы ещё не раз встретимся. И как видишь, я оказался прав. И сейчас я стою здесь, с тобой, и просто не могу поверить. Не могу поверить, что решился рассказать тебе об этом, но я хочу, чтобы ты знала. Ты ошибаешься. Я не ненавижу тебя, Хоуп Майклсон. От всех этих слов сердце девушки забилось быстрее. Она осознавала, что заклинание не позволит Кларку солгать. А это значит одно. Его признание было честным. И она захотела ответить ему тем же. — Райан, ты ошибался, когда считал себя никому не нужным. Согласна, в начале у нас немного не заладилось. Но сегодня ты доказал мне, что все люди могут меняться. Ведь ты не сбежал, а остался и помог мне. И я не пожалею о том, что скажу сейчас. Я не ненавижу тебя, Райан Кларк. Девушка прижала свои ладони к щекам парня и слегка притянула того к себе. Он последовал за её действием и приобнял Хоуп. Когда между их губами оставалось несколько миллиметров, он прошептал: — Интересно, кто же повесил сюда веточку омелы? Девушка улыбнулась и поцеловала парня. Это был нежный и такой желанный поцелуй, который каждый из них ещё надолго запомнит. Этой ночью они нашли не только человека, который может тебя выслушать, не только партнёра, который поможет тебе в беде, и не только друга, который всегда будет рядом. Они нашли нечто большее. Всю свою жизнь они были осколками. Осколками души, которую так отчаянно пытались собрать. И вот, только сейчас поняли, что только вместе смогут построить свою жизнь и свою судьбу. И пусть они поняли это только сейчас. И пусть другие будут против. Главное, что они нашли друг друга и больше не допустят ошибок.