***
Он только учился управлять марионетками, деревянный человечек не хотел двигаться. Это сильно бесило. — ты хочешь стать кукловодом? — послышался девчачий голос повыше него. Подняв голову он заметил девочку его возраста с белыми волосами и зелеными глазами. Одежда была ее мешковата. Девченка сидела на козырьке очередного нагромождения которое было созданного для получения желанной тени в пустыне.- попробуй шевелить не всей куклой сразу, а чем-то одним и как только начнешь делать это на автомате, берись за другое — и скрылась. В тот день когда им было по 5 лет (автор не помнит со скольки обучаются мастерству марионетки сори.) и началось их знакомство.***
Мешковатая одежда это её способ скрыть свою красоту. И ей это даже удавалось, но он заметил и присвоил себе. В голове крутилась ее фирменная фразочка «Не в лоб — так в глаз! " Повторяла она своим немного грубоватым голосом. Делая шрам на левой щеке куклы вспоминал средний сын Казекаге. Шрам она получила когда, столкнулась со скорпионами в пустыне.***
— прошу прощенья Канкура-сан — подошла на следующий день тоже девочка, что дала ему совет, честно говоря, полезный совет. Канкуро повернул к ней голову, девочка поклонилась в знак уважения. — прошу меня простить. Я Вас вчера не узнала. Прошу простить меня. — она ждала отмашки, и что-то в душе «такую грязь не прощают». Канкуро второй сын Казекаге, а эта девочка не проявила почтения к нему вчера. На душе почему-то стало не хорошо. Веть эта девочка не сделала ничего плохого, но за то что она вчера его не узнала, не поняла кто был передней ей сильно досталось Канкуро не сомневался в этом. — тебе не за что извиняется.- сказал он тогда чистую правду так и началось их общение.***
Осталось лишь одеть куклы, и перед Канкуро снова будет Ёсико. Надев её любимые балахоны, как часта выражалась девушка, Канкуро замер. Кукла была ниже его на голову. Уткнувшись носом в пахнущие волосы забористым мылом с легкой отдушиной, Канкуро безмолвно заплакал обнимая копию его мира. Ёсико мертва, значит мертво и счастье, которое несло ее имя.***
— ты не будешь общаться с этой девченкой — заявил отец когда ему было 10. Мир начал рушиться. — это мое слово, как Казекаге.***
На слово самого Казекаге Канкуро стало плевать именно тогда. Но не желая, чтобы девушки навредили, они стали шифроваться. Когда отец умер, шифроваться они перестали, начали в открытую разговаривать. Но когда пришла война, он её потерял. Узнал правда об этом только в Суне. С легкостью подняв куклу Канкуро направился к кровати в своей комнате. Устроившись по удобнее со своей ношей Канкуро наконец-то забылся сном за этот месяц непрерывных работ. Обнимая куклу он воображал, что она рядом. Ёсико жива внутри Канкуро.