Ещё один день

— Может мне кто-нибудь объяснит, что происходит? После возвращения из Косого переулка и разговора с Кейт, я собрала всё семейство в гостиной нашего дома, чтобы наконец поговорить с ними с глазу на глаз. Получив достаточно информации, я всерьёз задумалась о том, чтобы разрешить всё здесь и сейчас, пока я ещё нахожусь в этом доме. На мой призыв к разговору взрослые отнеслись крайне настороженно и пассивно, отнекиваясь и придумывая отговорки, лишь бы только не столкнуться в разговоре со «своей дочерью». Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы взрослые люди перестали вести себя как дети и согласились с моей просьбой, учитывая, что мне нужно было любой ценой выудить побольше информации, дабы оставаться в относительном порядке. Кейт отнеслась менее агрессивно на мои слова, так как судя по всему рассчитывала на смазанный диалог, где я совсем не смогу сказать то, что хочу. Она вальяжно расселась на диване, достав свой телефон и всем своим видом показывая крайнюю неприязнь и безразличие. Взрослые же сидели более напряжённо, будто съёжившись перед допросом, от которого зависит их дальнейшая жизнь. Родители всё смотрели друг на друга, ведя между собой немой диалог и решая, кому же отвечать на мои вопросы, казалось бы, заданные пустоте. — Я внимательно слушаю, — вытащив из-за стола стул, я поставила его напротив дивана. Усевшись, я скрестила руки на груди, ожидая их ответа, — У меня полно времени. — Что именно ты хочешь услышать? — подняв на меня свой взгляд, мама улыбнулась, — Я готова ответить на твои вопросы. — Почему мне нужно умалчивать о своей крови? — Ты же знаешь, почему, — поникнув, женщина повернулась к мужу. — У неё проблемы с памятью. Будет лучше, если мы расскажем, — положив свою руку поверх ладони своей жены, он еле заметно улыбнулся. — Но… Вскинув брови, мужчина нахмурился. Сжав руки в кулаки до побеления в костяшках, тот прокашлялся. — Так вышло, что моя семья происходит из древнего рода чистокровных волшебников, поддерживающая взгляды известных преступников магического мира. Моя мать, как брат и сестра довольно высокомерна, жадна до власти и не принимает других, не чистокровных за людей. Всю жизнь она возносила себя над другими, убивала маглов и полукровок, что не выполняли её приказы и в конце концов взялась за своих детей. Сестра беспрекословно выполняла все поручения моей матери, лебезила перед ней и считала своим идеалом, равняясь на неё во всём. Её уважали в нашем поместье, считали второй хозяйкой. Я же никогда не поддерживал позицию семьи, предпочитая находиться вдали от этой тирании. Каждый раз моя матушка лишь повторяла, что разочарована во мне и в нашей семье никогда не было таких слабых людей, как я. Поэтому, когда я встретил вашу мать Катрину, прибывшую сюда с острова Пасхи, я саботировал свою смерть прямо на глазах матери, подстроив взрыв. Дождавшись, пока всё поуляжется и все действительно поверят в мою скоропостижную кончину, я и ваша мать сыграли свадьбу. Сменив свою фамилию на «Морган» — принадлежащую Катрине, мы посилились здесь, в этом районе Лондона, живя тихой и безмятежной жизнью. Поэтому Мел, люди не должны узнать о том, что ты из чистокровной семьи Кэрроу и в твоих жилах течёт их кровь. — Но, получается, что сейчас она смешанная и я действительно полукровка? — прослушав всю историю от начала и до конца, я лишь запуталась сильнее. Раз отец женился на Катрине, значит его кровь смешалась? , — Я не припоминаю, чтобы в справочнике чистокровных волшебников среди «Священных двадцати восьми» есть фамилия Морган. До конца не понимая логику сказанного в этой комнате, я с озадаченным видом глядела в одну точку. Я никогда не слышала о семье Морган и уж тем более о том, что на острове Пасхи есть кто-то, кто с чистой кровью и магией. Слушая эту историю, я начинаю понимать то, что в моей голове всё больше и больше вопросов, на которые придётся искать ответы. — Моя семья отшельники и про нас мало, кто помнит. Когда заболела моя младшая сестра, мы переехали на остров Пасхи и только я единственная покинула его через много лет. — То есть я должна молчать лишь потому, что семья отца может меня вычислить и избавиться? — Не только поэтому, — качнув головой, мужчина приобнял жену за плечи, — Среди других аристократов моя мать занимает одно из почётных мест, и она за власть Тёмного лорда. Поэтому, когда начнётся самый худший исход, мы как родственники Кэрроу попадём с ними под одну гребёнку. К тому же моя мать захочет показать свою преданность, поэтому может использовать меня, а если не выйдет, то возьмётся за тебя. — А Кейт? — не улавливая ход его мыслей, я повернула голову в сторону девушки, что всё это время просидела в телефоне, не поведя даже ухом, — Она тоже твой ребёнок, так почему не она, а я? — С ней всё по-другому, милая, — потрепав ту по макушке и получив от дочери недовольный возглас, Катрина посмотрела на меня, — В Шармбатоне всё было иначе. Но ты выбрала Хогвартс, поэтому для всех ты станешь полукровкой, что перевелась из другой школы. — Раз теперь всё разрешилось, ты можешь собирать вещи, — поспешно встав с дивана, мужчина потёр ладошки между собой, смотря сверху вниз на свою жену, — Так ведь? — Да, Мел. Тебе пора позаботиться об этом. Встав со своего места, мужчина потрепал свою жену по плечу, исчезая во тьме коридора. Бегая своим потускневшим взглядом по мне и Кейт, Катрина поспешно встала со своего места, решая так же, как и муж покинуть эту комнату. Без каких-либо слов или действий, женщина коротко улыбнулась, покидая место вечерних историй. Поднимаясь к себе, я пыталась воссоздать в голове примерную картину происходящего, навешивая на крючки новую информацию. Мысленно бегая от одной надписи к другой, я начинала путаться только сильнее, понижая свой внутренний заряд до минимума. Здесь точно что-то не так! Мне до сих пор не давало покоя то, что всё вокруг меня может оказаться иллюзией, которую создала я собственными руками. Если в какой-то момент аварии я повредила голову, мой мозг мог отправить меня в самые дальние закоулки моего сознания, решив найти для меня самый оптимальный вариант для пребывания. Если это так, я могу спокойно выдохнуть и ждать, пока я не очнусь, прекрасно зная, что я точно не почувствую боли, если что-то произойдёт. Но каждый раз, когда я задумываюсь об этом, я начинаю понимать, что могу сильно заблуждаться и на деле я не там, где думаю, что означает о том, что я ещё в большей опасности, чем предполагала. Раздумывая на тему того, какая семья Морган подозрительная, я стала собирать вещи. Все эти недосказанности, утайки и чрезмерная опека наводит на мысль о том, что они не настолько добрые, как может показаться на первый взгляд. Их намеренно склонение Мел к другой школе, желание не выпускать из виду и отвратительно отношение Кейт ощущаются слишком притворно и неправильно. Возможно, если я разгадаю проблему этого семейства, я пойму, почему я оказалась именно здесь, а не у моря на пляже с коктейлем в руке. — Почему ты не сказала, что едешь одна? — громкий голос Катрины вывел меня из задумчивого транса. Нечаянно скользнув пальцем не на ту кнопку, я сбросила весь сайт, в котором сидела последние 10 минут, — Мел, это не безопасно. —Я справлюсь сама, — удалив ненужную вкладку, полученную из-за моей невнимательности, я спрятала телефон в карман штанов, вставая со своего места, — Я поеду на такси. — Серьёзно? У отца столько машин! — Я справлюсь сама. Еле заметно улыбнувшись, чтобы она окончательно не разбудила остальных членов семьи, я перехватила сумку, подтягивая ближе к своему телу. Решение ехать в одиночку казалось мне самым верным из всех. Эта семья не вызывает моего доверия так же, как шаткие деревяшки перекинутые через лужу за место дорожки. Ни то, ни то не спасёт тебя от полного краха в холодной воде и позора среди остальных людей. Поэтому, собрав всё необходимое, я выкатила свои вещи вниз, решив как можно скорее покинуть это место. — Но Мел.. — Ещё увидимся. В спешке покинув дом, меня, наконец отпустило то странное чувство, что настораживало меня последние пол часа. Разъедая меня изнутри, оно не давало мне думать здраво и продуктивно, дурманя мой рассудок. Осматривая окна, выходящие на лондонскую улицу, я заметила на втором этаже еле заметное движение тюля, что могло быть кем-то потревожено. Вглядываясь и пытаясь увидеть, кто же из семьи мог такое сделать, я лишь сильнее нахмурилась, понимая, как это нелепо и не нужно. Мне стоит поскорее уехать из этого места, так как всё моё нутро кричало о том, что, если я не уйду прямо сейчас — не смогу покинуть это место никогда в жизни, став заложницей дорогущего дома. Покрепче перехватив сумку в своих руках, я поспешила за таксистом, что уже убрал мой чемодан в багажник и ждал лишь моего присутствия. Отдав оставшиеся вещи, я села в такси, называя точный адрес вокзала и примерное место на парковке, чтобы мой путь казался чуть меньше. Добавив, что свои вещи донесу сама, я поудобнее устроилась на заднем сидении, смотря как мой дом стремительно пропадает из поля зрения, сливаясь с ерой массой других городских построек. Прикрыв глаза и не удосужившись рассмотреть Лондон во всей его красе пока у меня есть шанс, я попыталась расслабиться, дабы мысли не бегали в хаотичном порядке. Подъезжая к нужному месту, я поспешила заплатить водителю и как только оказалась на улице, стала ждать пока тот откроет багажник. Получив свои вещи и дождавшись, пока тот скроется из виду, я покрепче ухватилась за свой багаж, медленно бредя в сторону входа, где толпами шныряли люди, громко крича и ворочая свой багаж. Вокзал Кинг Кросс встретил меня, как подобающе — шумно и крайне людно. Толпы студентов и родителей, что спешат поскорее на пирон, чтобы отправить своих детей на учёбу, дабы в их голове и дальше откладывались знания. Куча пёстрых мантий, всех видов и цветов чемоданов, а самое главное шум и гоготание питомцев, что сидят в клетке и ожидают своего освобождения. На платформе 9 ¾ просто не продохнуть от количества народа, а пар от паровоза заслоняет собой весь обзор, создавая иллюзию тумана, исчезающего по мере появления. Пробираясь сквозь народ, шумящий на весь вокзал, я прошла несколько вагонов, оказываясь почти в самом конце поезда. У входа в один из таких стоял высокий пожилой человек в специальной форме, проверяя билеты у каждого ребёнка, садящегося на сегодняшний поезд. Не теряя много времени, дабы занять нормальное место без особого столпотворения, я протянула ему свой, дожидаясь, пока старик проверит его подлинность и я наконец отделаюсь от мысли, что эта семейка меня может достать. Внутри вагонов большинство мест уже были заняты компаниями студентов, а беганье первокурсников сводило с ума и чуть не сносило с ног до такой степени, что хотелось поскорее покинуть это жуткое место. Каждый раз мне приходилось прижиматься к стене, чтобы те не снесли меня с ног, и я не разлеглась на всеобщее обозрение, привлекая к себе ещё больше внимания. Почти что отчаявшись найти хоть какое место, я смогла найти последнее свободное купе, ещё не оккупированное детьми и студентами. Зайдя внутрь, я плюхнулась на мягкое сиденье, на минуту прикрывая глаза, наслаждаясь полным одиночеством и спокойствием. Поудобнее устроившись на своём месте, я убрала чемодан и сумку под сиденье, не желая, чтобы вещи теснили моё пребывание. Заранее достав форму, я стала поспешно переодеваться на случай незваных гостей, дабы после не заморачиваться с этим, когда останется мало времени до приезда. Надев рубашку, чёрные колготки (по правде, я их не люблю) и юбку, я устроилась в позе лотоса на мягком сидении, надеясь временно отключиться от всего хаоса, творящегося вокруг меня. Оглядывая своё прибежище на несколько часов, мне не пришло ничего лучше в голову, как достать наушники и включить музыку. Откинув голову назад, я прикрыла глаза, слушая приятную мелодию, льющуюся из маленьких динамиков. Поезд стремительно покидал приделы Лондона, не сбавляя своей скорости ни на минуту. Это расслабляло и укачивало одновременно, от чего меня начало клонить в сон, словно бы я не спала несколько дней подряд. . Уже совершенно не вслушиваясь в текст песни, я стала медленно засыпать, поддавшись соблазну немного вздремнуть. Находясь в полнейшей темноте с закрытыми глазами, я опустила голову на грудь, чтобы ненароком не стукнуться головой о стену позади себя. Скрестив руки на груди, тем самым мнимо даря себе объятия, я вдруг почувствовала еле заметную вибрацию, что прошлась по всему купе. Решив, что мне показалось, я продолжила сидеть с закрытыми глазами, подумав о том, что в поезде это весьма нормально. Просидев так ещё несколько минут, я начала ощущать на себе пристальный взгляд чужих глаз, точно кто-то сидел напротив меня, внимательно вглядываясь в моё лицо. Съёжившись, я всем своим видом старалась показать, что мне неприятно такое и человеку стоит прекратить свои действия, не нарушая моё личное пространство. И в начале, это даже подействовало, тот действительно перестал, решив, что это совершенно бескультурно и неправильно. Облегчённо выдохнув и решив, что на этом неприятная ситуация окончена, я почувствовала чужую холодную руку около своей шеи, так сильно обжигающую мою тёплую кожу. Перепугавшись не на шутку, я с силой схватила неприятеля за запястье, стараясь как можно дальше увести её в сторону, подальше от меня. Резко распахнув глаза, я с бешеным взглядом уставилась вперёд, фокусируя свой взгляд на тёмных волосах. Передо мной стоял тот самый парень из библиотеки, который так странно глядел на меня своими глазами, словно бы желал вытащить душу из под моей кожи. — Ты чего делаешь? — тяжело сглотнув, я уставилась на парня, что смотрел прямо мне в глаза. — Может сначала отпустишь? — указав взглядом на руку, которая до сих пор была в моей хватке, он попытался улыбнуться, что вышло весьма скверно и неудачно. Отпустив запястье парня, я убрала наушники в сторону, решая, что слушать музыку в таком месте слишком опасно. — Тебе не кажется, что ты какая-то дикая? Усмехнувшись с моего взгляда, он сел напротив меня в вальяжной позе, закидывая одну руку на спинку сидения. — А тебе не кажется, что ты посягнул на моё личное пространство? — вопросительно вскинув бровь, я всё так же сидела со скрещенными руками на груди, имитируя некую защиту. — Что я такого сделал, чтобы посягнуть? Просто стало интересно, — пожав плечами, тот нарочно повторил мою позу рук, довольно усмехаясь, — Я тебя уже видел. Но ты совсем не похожа на человека умеющего управляться с магией. Скажи честно — выиграла поездку туда и обратно? — Как догадался? — наигранно прикрыв рот ладонью, я ухмыльнулась, — Сейчас набью твою мордашку и поеду обратно. Расскажу дома — обзавидуются. — А ты забавная, — коротко рассмеявшись, он придвинулся ближе, протягивая свою руку, — Теодор Нотт. Смутившись, я как баран на новые ворота уставилась на парня, что всё ещё держал свою ладонь в воздухе, ожидая моих действий. Мне до жути не хотелось говорить своё имя, которое казалось мне нечто запретным и недосягаемым. Лучше взять и выдворить его из купе, закрыться и никогда больше не открывать до самого приезда, чем искать проблемы в месте, которое каждый раз подвергается моим сомнениям. Все мои раздумья сопровождались его тёмными глазами, словно буравящими во мне дырку, и этот парень явно не намеревался просто так сдаваться, не получив от меня того, что хотел. Борясь с самой собой, я выдохнула весь воздух из своих лёгких, наконец, протягивая руку в ответ, лишь бы только избавиться от этого странного парня, чьё имя не внушает доверия. — Мелисса Морган. — Вот, что я тебе скажу, Мел, — неожиданно встав на ноги, Тео сунул руки в карманы брюк, смотря на меня сверху вниз, — Не попадай на Слизерин. Тебе там не место. — Будто бы мне хотелось этого.