Это взаимно?

      Как всегда, Тарталья ожидал своего друга у кофейни, в которую они ходили по утрам.       Наконец, через 20 минут пришёл высокий брюнет, с покрашенными концами волос.       —Привет, Аякс. — Произнёс эти слова мужчина, улыбнувшись.       —Привет! Где ты так долго ходил, Чжун Ли? Кофе уже остыл. — Недовольно сказал Тарталья, прикрыв глаза от возмущения.       —У меня были дела. — Уже холодным тоном ответил брюнет, прислонив свой кофе к губам.       —Что-то ты грубее обычного. Что-то случилось? — Голубые глаза с теплотой посмотрели на Чжун Ли, в надежде, что как-то сможет зацепить внимание дорогого ему человека. — Мы, все же, дружим с младшей школы. Ты же знаешь, что можешь мне доверять, сяньшэн. — Аякс произнёс это с нежностью.       —Всё нормально. Просто на работу попросили заскочить.       —Ладно. — Чайльд никак не мог отвести взгляд от прекрасных жёлтовато-карих глаз друга.       —Хватит так пялиться на меня. Ты так похож на влюблённого идиота. — Моракс ответил грубо, тем самым разрушая надежду Чайльда, что они когда-нибудь будут вместе.       —Прости... — Разочарованный парень быстро опустил взгляд на почти допитый кофе. — Ты сегодня настолько сильно занят?       —Да. Всю эту неделю.       —А на следующей?       —Тоже. У меня много работы. Тебе тоже стоит пойти на работу, а не прохлаждаться, пользуясь деньгами своих родителей. Ты вроде не глупый; сможешь устроится на хорошую работу если захочешь. Почему же ты этого не делаешь?       —Нет желания. Если будет работа, то не будет времени на встречи с тобой.       —Ладно. Я понял тебя. — Посмотрел время на своих наручных часах и поднялся, — Мне надо идти. — Даже попрощавшись, вышел из кафе, направившись к машине.       —Пока... — Мальчишка был сильно опечален тем, что он вот так говорит почти всегда, хотя старше всего на год. Аякс встал из-за стола и, вздохнув от отчаянных попыток заинтересовать собой Моракса, выбросил пустые стаканчики с кофе в мусорку.

«Неужели он не замечает или не хочет замечать мою симпатию?.. Я для него действительно просто друг?.. Я, не могу в это поверить, ведь после того, что он сказал и сделал на поступлении… Но, может, он это всё сделал ради забавы? Может, я для него просто игрушка...»

      Парень терзал себя этими вопросами, шагая домой. Через полчаса он уже зашёл домой и быстро скрылся в своей комнате. Матушка, обеспокоенная таким скрытным поведением сына, постучалась к нему и произнесла.       —Солнышко, что-то случилось? Я могу зайти и сможем ли мы поговорить?       —Да, мам. Ты можешь войти.       Женщина вошла в комнату сына и села на кровать.       —Что случилось, дорогой? Почему ты постоянно прячешься у себя в комнате?       —Мам, не беспокойся. Со мной всё в порядке. — Наигранно сказал тот в надежде, что его оставят в покое.       —Не ври мне. Ты же знаешь, как я переживаю за тебя. Ты какой уже день почти ничего не ешь. Почему? Тебе не нравится то, что я готовлю?       —Нет, мам. Мне очень нравится твоя еда, но у меня нет аппетита.       —Солнышко, может ты заболел? Я могу вызвать врача, если тебе плохо.       —Нет, со мной всё хорошо. — Последовала небольшая пауза, прежде чем Тарталья произнёс. — Мамуль, можешь оставить меня одного? Мне надо подумать кое о чём…       —Хорошо, солнышко… Только спустись на обед, когда я позову тебя. — Женщина обеспокоенно встала и покинула комнату старшего сына, направляясь на кухню готовить.       К обеду Чайльд спустился по просьбе матушки и сел за стол, где уже стояли пельмени со сметаной. Тот лишь с трудом улыбнулся ей и поблагодарил за приготовленную еду. Рыжик начал есть, но с трудом глотал.       —Лисёнок, ты точно в порядке? Обычно ты за пару секунд уминал то, что я готовила… Я переживаю за тебя, Аякс… Может, ты в кого-то влюбился или кто-то тебя обидел?       —Мам, я же говорил что со мной всё в порядке. Я просто не голоден.       —Хорошо. — Ответила мать, слегка успокоившись.       —Как всегда ты готовишь прелестные пельмени. — Сказал тот, чтобы порадовать маму, и быстро проглотил то, что осталось. Помыл посуду и поцеловал женщину в щёку. — Я пошёл к себе. Спасибо за обед. — Сказал Аякс, уйдя к себе в комнату и заперев дверь.