Акане верит

      Сегодня великий день — детишки отведают карри. Акане наконец сможет удивить и порадовать всех чем-то новеньким. Она мечтательно улыбается и начинает очищать картофель быстрее, как будто это приблизит приход самого желанного человека, того, кого девочка уже давно хочет порадовать особенно сильно. Мику. Мика замечательный. Добрый, чуткий и смелый, с открытым сердцем и чистой душой. А время от времени он даже помогает Акане с готовкой!       Да, Акане питает нежные чувства к Мике, хотя и понимает где-то глубоко внутри, что навряд ли у них в будущем, если оно настанет, что-то выйдет. Уж слишком часто Мика засматривается на их самого новенького члена семьи. Акане немного обидно, ведь они с Микой так похожи, давно знают и понимают друг друга! Акане не ворчлива как Юу-чан, она не копит внутри негатив, потому что для него всегда недостаточно места. Чтобы выжить в таком мире, необходимо найти подходящий стимул, и она находит его в безграничной любви к таким же сиротам, как она сама. Стремление позаботиться и отдать переполняющую любовь её семье просто не оставляет времени на негатив.       «Зачем мне тратить время на бессмысленные жалобы? Все вокруг уже смирились с тем, что происходит, в конце концов, мы обычные дети! Вы думаете, что страдания заполнили человеческий мир. Но они никогда не вытеснят самого важного — любви к своим родным и близким. Разве эти чувства не стоят того, чтобы продолжать жить?» - Акане вспоминает душевный разговор с Микой и его слова, которые навсегда стали её мантрой. Она никогда не откажется от этих страданий, пока может заботиться о любимых.       Но ей всё ещё непонятно, что такого он нашёл в этом несносном мальчишке? Однажды она не выдерживает и спрашивает напрямую. Тот не говорит ничего определённого, кажется, и сам не знает, как описать свои ощущения. Но в глазах Микаэлы она видит...

Жалость?..

Восхищение?..

Трепет?..

Надежду?..       Какую надежду может дать Юичиро? Разве не глупы его бунтарские мечты о свободе? Акане не понимает. Мика говорит, что внешний мир опасен, а здесь им не угрожают никакие монстры (если конечно забыть о вампирах), что здесь они могут хоть как-то, но всё-таки жить вместе и заботиться друг о друге. Он не раз объяснял это Юу-чану, но тот и ухом не ведёт. «Не попробуешь — не узнаешь!» - упрямо отвечает он, и когда они перестают спорить, Мика как будто даже заслушивается тирадой Юичиро о свободном мире, где они живут без вампирского надзора. Он делает это из вежливости? Или ему так интересен бред сумасшедшего?       Её всё устраивает, точнее, она привыкла... Конечно, Акане тоже иной раз хотелось попробовать эту самую «свободу» на вкус, но разве был шанс это сделать? Их никто не выпустит. Они здесь, пока вампиры могут ими питаться. Да, это кажется безумием, но разве волк сомневается прежде, чем напасть на овечку? Это закон жизни, пищевая цепочка, но Юу отчаянно не хочет признавать эти факты. Неужели считает себя выше? Хочет выйти за рамки? Акане такое не по душе, Акане не любит проказников, Акане не хочет проблем. Она любит Мику. Но Мике, похоже, такое очень даже по душе, и этот факт видится ей невероятно удивительным и даже милым. Она признаёт это, не позволяя ревности руководить собой. Что ж, раз Мика так дорожит Юу-чаном, она будет и дальше стараться наладить с ним контакт. Это её долг — заботиться обо всех в семье, без исключений.       Акане всего 12, но она чувствует себя старшей сестрицей, примером, а иногда даже многодетной мамой. Но с её общительностью и безусловной заботой она и не видит себя в другой роли. Она любит её и свою семью.

***

      Дети играют, ссорятся, мирятся, кушают, слушают сказку перед сном и наконец отправляются спать. По ночам они греются, по очереди используя одно единственное одеяло. Акане долго не может уснуть. Мика всё ещё не вернулся. Она переживает, но всё же отключается и видит тревожный сон о том, как её семья мечтает о невозможном счастливом будущем. И когда девочка просыпается из-за голосов, она не может вспомнить, чем закончилось её сновидение, зато видит, как уже пришедший Мика обсуждает с Юу это самое невозможное будущее. Акане боится, но мальчики воодушевлены и настроены решительно, скорее всего будут уговаривать её целую ночь, если она не согласится сразу... Она соглашается только потому что впервые видит Мику таким уверенным и жаждущим познать жизнь без вампиров. Он показывает карту города, с помощью которой они собираются сбежать, но... Акане это кажется подозрительным.       Если Мика верит в то, что эту затею можно осуществить... То и она постарается поверить. Как и всегда.

***

      Ферид Батори уничтожает её веру, а заодно и всю семью.       Порой Акане казалось, что ответственность, которую она возложила на себя, постоянно присматривая за всеми и готовя для них пищу, немного великовата. Теперь, когда с неё эту ответственность сбросил коварный вампир, она осознала, что больше не сможет без ответственности. Она жила по заветам Микаэлы, вытесняла в сердце всю боль этого мира и замещала её любовью, вложила весь смысл своего существования в заботу и сохранение этих детей. Она безумно любила их. И хотела, чтобы Мика гордился ею, ведь она всегда так восхищалась его стойкостью, его светом и теплом, которое он давал всем без разбору. Он был её ангелом-хранителем. Тем, кто приободрит в любой ситуации, чтобы с ними не случалось, тем, кто подскажет, что делать каждый раз, когда её одолевали плохие мысли. Акане молилась своему ангелу и верила, что он всегда-всегда будет её защищать. Она последовала за ним навстречу к неизвестной, но манящей свободе. Однако, ангелу подрезали крылья, а она сейчас умрёт.       Акане давится отчаяньем от потери детей и страхом скорой кончины. Вся боль этого мира проносится перед глазами. Она не запомнила свою семью счастливой, она запомнила только изувеченные тела и запах крови. И то, как Мика пал в её глазах. Её вера оказалась ложной.       Нет, она не перестала любить его. Он сделал для неё так много, но... Она чувствует такой страх, который, возможно, был сильнее даже страха смерти. Потому что боится уже не за себя.       Из прекрасных ангельских глаз градом выливаются слёзы и надежда. Последнюю вырывают с корнем, и отныне эти глаза как будто темнеют и принадлежат уже другому существу. Не-человеку.

      Он бессилен. Он в отчаянии. Он хочет умереть.

Это не её Мика.

Мика мёртв.

Это предсмертный бред? Или...       Акане гораздо раньше испустит дух, чем Мика окажется на грани жизни и смерти, но его потухшие глаза кажутся ей предзнаменованием его внутренней гибели. Она испытала кризис веры, потому что Микаэла опередил её. Он первый перестал верить в свой план, увидев хищный оскал вампира. Первый отпустил их счастливое невозможное будущее. Первый разочаровался в самом себе.       Но, чёрт его дери, как и всегда он смотрит, так часто и загнанно, на Юичиро. Снова пытается отыскать надежду?..       Когда Юу-чан угрожает Фериду пистолетом, стреляет вверх с криком: «Мы должны задержать его!» - Акане наконец-то всё понимает. Мика может перестать верить в себя, но никогда не перестанет верить в Юу. Пазл, который не давал ей покоя последние несколько лет, наконец сложился так внезапно и быстро, отчего Акане на секунду забывает, что нить её жизни вот-вот оборвётся.       В самой безвыходной и страшной ситуации, в которую они когда-либо попадали, именно Юу защищает всю семью, и больше нет этого дурацкого бунтарства, что казалось глупым и бесполезным. Вернее, это всё ещё бессмысленно, конечно, Ферид их всех убьёт, ведь так?..       Наконец, праведный гнев и изумрудный блеск обнажают перед Акане то, что видел Мика и чем не мог прекратить восхищаться. Видел только он, потому что он первый протянул Юу-чану руку, единственный видел его насквозь... Он знал, что этот несчастный ребёнок нуждается в любви. Он полюбил и научил его любить.       Акане всегда воспринимала за чистую монету почти все вредные обидные слова, сказанные этим мальчишкой, и никогда не подозревала, насколько же они были лживы. Как же она упустила из виду, что Юичиро научился ценить свою семью, признал себя её частью? Она поняла это так поздно, поняла чувства Микаэлы так поздно, и теперь ей стыдно за свою недальновидность.       Ангелы прекрасны, но она отныне предпочтёт верить человеку, решимости которого хватит, чтобы переломить судьбу и уйти живым с поля брани. Она знает, что это не менее безрассудно, чем её прошлая вера, но сейчас она видит её.       Надежду. Её смерть в голубых поникших глазах и её рождение в яростных зелёных. Голубой так чист и совершенен, но небу плевать на людей. Зелёный же похож на магию, которая исказит реальность и подобно проклятию охватит этот «совершенный» мир. Заставит обратить на себя внимание, разрушит тысячелетний порядок. А после создаст свой мир, порочный и несовершенный, но куда более милосердней прежнего. И, если потребуется, перехитрит смерть.       Мика не умрёт. Юу спасёт его.       Даже если он будет истекать кровью, если лишится конечностей, если уснёт «вечным» сном или даже если сейчас его сердце перестанет биться, и он окажется далеко-далеко — Акане верит — Юу найдёт Мику и не позволит ему умереть. Ни Ферид, ни какой-либо другой вампир, человек, ангел, демон — никто не может быть сильнее этой связи.