Оплата платежными картами НЕ РФ скоро будет отключена
Подробнее

Запрет

Слэш
PG-13
Завершён
16
автор
Размер:
13 страниц, 1 часть
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
16 Нравится 3 Отзывы 9 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Красный. Я остановился и вздохнул. Это ужасно жаркий день, хотелось взяться за ведро ледяной воды и вылить себе на голову, а потом закричать от холода, но разочарованно застонать, когда через десять минут всё вернется на круги своя. Красный. Да что же такое, и долго это будет продолжаться? Красный. Я ненавидел красный цвет больше всего. Он запрещал. Запрещал кричать, запрещал прыгать по кровати, запрещал бежать по лужам, когда так хотелось, он запрещал, черт возьми, жить! Он меня раздражал. Но и поделать я ничего не мог, как бы сильно не был разочарован. Красный. На противоположной улице послышался жуткий скрип колёс, шум разлетелся по всей улице. Я навострил уши и вскинул голову, ища того, кто так нагло нарушал правила дорожного движения. Вот! Нашёл! Чёрная машина припарковалась, с горем пополам, на парковочном месте и из машины выпал, я не шучу — выпал! — человек. Это был парень моего возраста, либо же он так хорошо сохранился. Он скривился, поднялся на шатающиеся ноги и отряхнул колени и руки, а потом захлопнул дверь и его светлые длинные волосы едва не попали в лапы закрывающейся двери машины, но он вовремя дёрнулся и волосы, словно переливаясь на солнце, как тихое течение озера, метнулись в другую сторону, меняя русло и избегая дверцы, которая уже захлопнулась. Это было что-то странное. Я никогда не видел таких людей. Чтобы парень отрастил такие волосы, чтобы водил так машину — да никогда! Этот чёртов красный бы не допустил такого, он рвал твою жизнь на жесткие «можно — нельзя», а твоего мнения не спрашивал. Никакому мужчине или юноше этот противный цвет бы не позволил отказаться в парикмахерской от ножниц в пользу свободных, длинных и прекрасных волос. Да чушь! Как ему это удалось?! Внутри меня всколыхнулась пышущая жизнью и яростным любопытством желание подойти, схватить этого юношу за руку и на всю улицу закричать свой вопрос: Как? Как тебе это удалось?! За все свои девятнадцать лет я ни разу не встречал таких людей. От всех в моём окружении веяло скукой и подчинением. Они то и дело, что обсуждали, что на этот раз запретил им выскочивший красный. О, как же интересно! Меня тошнило от таких разговоров! Мама ещё с пяти лет, как только мне впервые что-то было запрещено, а именно — кричать, сказала, что это же прекрасно! И я, будучи пятилетним ребёнком, ей даже поверил. На полчаса. А когда эта гадость не позволила мне броситься к бездомной кошке — я разозлился. Уже тогда я понял, что от этого нет ничего приятного, о чём всё время судачат другие. Моему отцу запретили переходить дорогу и он встретил мою мать, которая врезалась в него. Кошмар! И только поэтому они лелеяли и благословляли этот чертов красный! В то время, пока меня разрывало желание бежать, а чёртов красный всё ещё не давал двинуться, парень с роскошными волосами, которые заметны даже в толпе, направился в сторону магазина. Магазина! Черт возьми, в котором я работал на полставки, чтобы спокойно учиться! Я лихорадочно переводил взгляд с запястья на магазин, за дверью которого скрылся молодой человек. Быстрей, быстрей, ну же, прекрати мне запрещать идти, это бред! И вот, словно услышав мои мольбы, появился зелёный. О боже, так сильно я ему ещё никогда в жизни не радовался! Я сорвался на бег, как умалишенный, боясь, что не успею и снова выскочит чертов красный. У меня с ним словно всю жизнь были личные счёты, он вечно запрещал мне то, чего я сильно хотел, будь то встреча с девушкой, которая мило мне улыбнулась, или прогулка с друзьями на море в разгар лета. И почему мне это запретили я понятия не имел. Хуже всего, что никаких объяснения — просто нельзя! Это отвратительно, пускать катиться к черту этот красный, я обязан поговорить с этим... Нет, лучше не думать об этом, вдруг опять вылезет красный. Он меня явно ненавидел, как-то я сидел на кровати пять часов только потому, что ему, видимо, понравилось на моём запястье! Я влетел в магазин, словно маньяк, бегущий за жертвой и боящийся её упустить. Хотя в какой-то мере это так и было. Я отчаянно замотал головой и — есть! Парень стоял в шести метрах от меня рядом с полкой батончиков. Он сладкоежка? Не важно, сейчас важно лишь поговорить с ним, вот что главное! Я улыбнулся кассиру — своей хорошей знакомой, и пошёл прямо к нему. Светлые волосы разметались по его спине, касаясь поясницы. Боже, какие они красивые и длинные! Просто невероятно, как ему это удалось? —Как? — я настолько засмотрелся на них, что сразу же задал вопрос. Было стыдно, я ведь даже не знаю этого парня. Он вздрогнул от неожиданности, явно не ожидая, что к нему в магазине кто-нибудь пристанет. Он повернул голову в мою сторону, смотря недоверчиво и удивленно. —Что "как"? — в ответ спросил он. Мне захотелось провалиться сквозь землю. —Это... — не найдя ничего лучше, я показал на своё запястье, на котором, кстати, был красный. Черт, когда успел? Парень нахмурился и отвернулся, и на секунду я подумал, что он больше не хочет иметь дело с явным сумасшедшим. Я всё ещё тяжело дышал и был взвинченным. Поздно заметив, я увидел, как парень натягивает рукав зелёной рубашки посильнее. Он прятал запястье. —Простите, мне нужно идти, — сказал он и отступил. Мне стало больше страшно, чем неловко, ведь если он уйдёт — я его могу больше не встретить! Это меня и правда напугало. Я больше не смогу задать вопросы и узнать способ избавиться от этого чёртового красного, который, словно в насмешку, прямо сейчас украшал моё запястье. —Подожди! Прошу, скажи, как ты это сделал! Я явно похож на сумасшедшего, и мне стало стыдно, я чувствовал, как красный — черт — сильнее оплетает мою руку, а румянец расцветает на щеках. Парень с сомнением и откровенной неприязнью посмотрел на меня, но, видимо, он что-то понял, или же решил для себя, потому что вернулся обратно ко мне и схватил меня за запястье. Я вздрогнул от неожиданности, но не пошевелился. У него были горячие, — откровенно горячие! — руки. Он провёл указательным пальцем по красной линии и поджал губы, словно что-то решая. —Меня зовут Грей, но сейчас говорить не самое подходящее время и место, — задумчиво сказал парень, а потом поднял взгляд от моего запястья и посмотрел мне в глаза. Меня в ту же секунду пробрал мороз по коже! — Давай встретимся завтра в кафе напротив. "Ревелин". В полдень. Я открывал и закрывал рот, будто разом позабыв все слова. Парень же усмехнулся и отпустил мою руку, а потом схватил несколько батончиков и пошёл к кассе. Когда дверь захлопнулась за странным, но безумно интересным парнем, красный сменился на жёлтый. Черт. Хотелось послать к черту все цвета. Я встречусь с ним, даже если всего меня оплетут красные нити. Шум машин, этот гадкий воздух, пропитанный выхлопами — просто рай! Хотелось развернуться и сбежать туда, где нет ни дорог, ни машин, ни красного, ни людей. Вот было бы прекрасно! Но у меня сегодня важная встреча. Я долго думал, почему тот парень согласился поговорить и пришёл к нескольким вариантам: либо он просто таким образом отмазался и сегодня в кафе никого не будет, а я буду круглым идиотом, либо он меня пожалел, либо и правда понял, что я хотел узнать. В любом случае, лишь бы он находился в кафе! Чертов красный сегодня появлялся три раза, из-за чего я опоздал на полчаса, но безумно надеялся, что он будет там. Лишь бы он был там, это было бы просто чудо! Половину пути я снова бежал, боясь, что красный вновь появится и испортит мне все планы, но, на удивление, он не стремился испортить мне жизнь, хотя до этого я был уверен в этом. Он появился когда я в ванной и чистил зубы — видимо, чистить зубы стало преступлением, хотя я слышал от друга, что у него красный появился, когда он зажимался со своей девушкой. Тогда пусть лучше красный злится на зубную пасту, чем мешает во время чего-то более серьёзного. Перед входом в кафе я застыл, пытаясь восстановить дыхание. Я явно снова покажусь тому парню безумцем, но иного выхода не имелось, если он и правда там и ждёт — я его расцелую. Ну правда! Толкнув дверь, я вошёл внутрь. Кафе небольшое, но очень уютное. Когда-то давно я сидел тут с мамой и объедался шоколадом, пока красный не показывался. Мама не могла ничего запрещать, потому что с этим прекрасно справлялся красный, желтый можно было считать чем-то вроде "делай быстрее, пока я его держу". В детстве это иногда даже вызывало смех. Скользнув взглядом по столикам у окна, я никого не заметил, с другой стороны столики тоже заняты, но не тем, кем нужно. Жуткое разочарование накрыло меня с головой. Какой же я идиот! Ну почему из всех вариантов правильным оказался именно первый! Хотя, на самом деле было бы, наверное, странно, если бы Грей и правда пришёл на встречу с тем, кого никогда в жизни не видел. На запястье как наказание — жёлтый. Ну давай же, плевать уже, хоть красный, уже без разницы! Опустив голову, я сжал пальцы в кулаки и развернулся. И, точно как нарочно, влетел в какого-то человека, вошедшего вслед за мной. Я покачнулся и полетел на пол. Уже прощаясь со спиной в своём молодом возрасте, я почувствовал резкий рывок за руку и вот, я уже не падая, а ровно стою на ногах. Ну, почти ровно, ладно. —У меня складывается впечатление, что я всё же пришёл зря. Этот голос! Вскинув голову, я с безумным восторгом уставился на Грея, который всё-таки пришёл! Как же я рад! Я был готов прямо у входа схватить его и обнять. —О, боже, прости, я случайно, — заторопился извиниться я. — Не увидел тебя и расстроился, вот и не заметил... —Я так сильно тебе понравился? Какой счастливый, а ведь мы ещё не поговорили, — насмешливо сказал Грей, откидывая волосы за плечо. Сегодня они не были распущены, а собраны в высокий аккуратный хвост. Я почувствовал себя странно, смотря, как они мягко переливаются в освещении кафе, как плавно распадаются по плечам и спине. Грей не стал ждать, когда я проснусь от этого ощущения, и прошёл к столику. Мне пришлось тряхнуть головой и последовать за ним. —Будешь делать заказ? — спросил Грей, и я помотал головой. — А вот я буду. Ужасно голоден, пришлось отложить еду, из-за того, что сильно припозднился. Ты, кстати, тоже? —Так ты это называешь? "Припозднился"? — усмехнулся я. —Не увиливай, — закатил глаза парень, — и не так сильно я и опоздал, раз ты не успел испугаться и уйти. —Я был близок. —Но врезался в меня и стал далёк. Грей тихо засмеялся, и для меня это словно волшебство. Что-то странное, я никогда не думал, что смеяться можно так... свободно? Я опустил взгляд на запястье. Там был зелёный. Значит, мне не собираются мешать? Нужно поскорее спросить обо всём. Грей сделал заказ, и, кажется, он на диете, потому что взял лишь салат и чай. На мой вопрос он пожал плечами. —Как тебя зовут? И тут до меня дошло, что я настолько был взволнован, что даже имени своего не назвал. —Лукас. Грей усмехнулся. —Так вот, Лукас, оставь не нужные вопросы. Ты, вроде бы, хотел узнать что-то конкретное. Мы были одного возраста, по крайней мере, примерно, а потому быстро и легко перешли на "ты". Вздохнув, я снова бросил взгляд на запястье. Я всегда носил рубашки с коротким рукавом или футболки, чтобы всегда видеть какого цвета эта чертова линия. Грей наклонил голову к плечу и поджал губы, и я заметил, что он теребил свой рукав. Левая рука. Обычно линия на правой руке, но он теребил именно левую. —Ты... она у тебя?.. — я не представлял, как нужно правильно сформулировать вопрос, чтобы его не задеть. Вдруг у него травма или ещё что? —Хочешь узнать, есть ли она у меня? — прищурив свои красивые, хитрые зелёные глаза, спросил Грей. Я отложил вопрос о том, почему вдруг оценил его глаза, и осторожно кивнул. Когда Грей хотел ответить, нам принесли заказ. Он сразу загорелся, взявшись за вилку и несколько виновато на меня взглянул. —Если я умру от голода, ты ничего не узнаешь, — подмигнул он и начал есть. Подперев щёку рукой, я пялился в окно, крутя в голове свой вопрос и раз за разом смотря на левое запястье, скрытое зеленым шелковым рукавом. Что там? Шрам? Или, может, линия в три цвета сразу? Я такое только в книгах встречал, ну а вдруг в реальности такое тоже возможно? Три цвета разом обычно обозначали свободу действий. Ты можешь сам решать, и никакой красный тебе ничего запретить не в силах. На такие мои фантазии часто ругалась мама, потому что для них с отцом красный цвет был символом их любви. Они искренне верили, что встретились благодаря ему и считали, что красный не цвет запрета, а цвет свободы и судьбы. Бред. Это просто случайность, а они лелеяли все запреты, которые делал красный, как божественное указание. Я утром зубы чистил двадцать минут из-за этого "божественного указания", а потом пешком бежал с шестого этажа, потому что в лифт мне заходить запретили. А ведь там были люди, и он не сломался, красный мне просто ради развлечения это запретил! Порою мне казалось, что если бы красный цвет на моём запястье был бы живым существом, то характер у него был бы просто отвратительный. Про таких обычно говорят: тебя из-за такого характера никогда не полюбят! —Наконец-то, — вздохнул Грей, откидываясь на спинку стула. Его волосы рассыпались у него по плечам. Такие мягкие на вид. — Теперь можем и поговорить, а то я со вчерашнего вечера и крошки во рту не видел. Я не стал говорить, что он выразился немного неправильно, и просто снова посмотрел на своё запястье. В других обстоятельствах это можно было назвать бзиком. Постоянно смотреть на свою руку. —Так и... покажешь? — сглотнув, спросил я. —Хорошо, — улыбнулся Грей и потянул ткань к локтю, открывая запястье. Я невольно засмотрелся на его пальцы и кисть. Тонкие, аккуратные и длинные пальцы с ухоженными ногтями, не то, что мои, вечно обгрызанные, потому что красный выводил из себя. У Грея красивые руки. Красивые руки и абсолютно такая же линия оборачивающая запястье, только на левой, а не правой. Там был зелёный. Либо у меня случился настоящий бзик, либо у него на руке и правда более яркий и выразительный зеленый, чем мой. —Это... но как? Быть такого не может, чтобы кому-то позволили подобное. Люди тихие и спокойные только потому, что красный высвечивался задолго до того, как случился бы казус. Можно сказать, что это настоящий подарок судьбы, люди не воевали и не устраивали драки и скандалы, правда, иногда такое всё же случалось, но в такие моменты их, кажется, наказывали. Эта чертова линия контролирующее средство, и потому всё было более-менее, но в порядке в этом безумном мире. Но эта линия не всегда запрещала и правда нужное. Вспомнить только про моё утро — вот что ей сделала бедная зубная паста и мои зубы? И так всегда, никаких объяснения, ты просто должен слушаться. Это раздражало до ужаса. Человечество приняло это несколько веков назад, правда, до этого в истории были замечены возмущения и противоборства с этой неизвестной системой. Глупо? Я не уверен. Но я тоже пытался противиться, пока не понял, что в противном случае меня просто парализует на несколько часов. Если что хуже сделать — мог и памяти лишиться. Это было наказание. И вроде бы, ничего ужасного, наоборот здорово, никто не творит ужасные вещи, но за всем этим скрывались оковы. Мне не нравилось это. Не нравилось то, как возносили эти цвета, которые меня всё сильнее раздражали ещё с пяти лет и первого запрета. Красный был словно тем самым противным человеком в компании, который вечно всех приструнивал, потому что ему что-то не нравилось. И так всю жизнь — запрет погладить кошку, запрет побегать по лужам, запрет идти на прогулку с одноклассниками, запрет, запрет, запрет, запрет... Но Грей не выглядел таким, как остальные. Боже, он чуть не врезался в машину, какие там запреты! Его волосы доставали ему до поясницы, какие запреты! Красный появлялся, как только у меня возникало желание попробовать отрастить волосы до плеч. У меня были бы шикарные каштановые волосы, не обрезай я их каждый раз, потому что вредный красный сигнализировал о том, что ему это не нравится. Все практически одинаковые, делают одно и тоже, думают об одном и том же, ходят как под копирку. Да черта с два мне нравится такая жизнь! Я хочу перебегать через дорогу, хочу кричать, хочу пить до полной отключки, хочу не спать всю ночь и не подниматься с постели весь день, не ходить на работу и посылать противных преподавателей в университете всем запасом запретных слов, что только существует! Какого черта я смотрю на запястье и чувствую себя, словно на цепи? —Кажется, ты в замешательстве, — усмехнулся Грей, когда мы покинули кафе. Он засунул руки в карманы джинс и вскинул голову, смотря на небо. Облака быстро плыли по небу. —Да, — только и смог сказать я в ответ. — Как... как ты это сделал? Почему? Грей посмотрел на меня сочувствующим взглядом и слабо улыбнулся. Внезапный вопрос выбил из меня кислород: —Хочешь, покажу? На запястье показался предупреждающий жёлтый. —Да. Мы шли довольно быстро, потому что Грей ждал красный на моём запястье. Он остановился лишь тогда, когда мы дошли до какого то здания. Жилой район. —Я здесь живу, — вот и всё объяснение. Мы поднялись на лифте на седьмой этаж, и Грей остановился у двери номер сорок. Глубоко вздохнув, я попытался понять, какого черта творю. Я из любопытства пошёл с каким-то неизвестным мне парнем к нему домой, шанс того, что на него не действует линия и красный был просто огромен. Если он бы захотел меня сейчас убить — вполне легко. Правда, я не уверен, что убийство можно сравнивать с длинными волосами. —Прошу, — открыв дверь, Грей повёл рукой. Грей не выглядел как человек, который представлял опасность. Да, он не такой, как другие, но ведь всегда есть исключения, разве нет? Он милый и слегка шутливый парень, одного роста со мной, но при этом уже в плечах. В драке я бы одержал победу. Я вошёл внутрь. Это была двухкомнатная квартира, небольшая, но на одного человека вполне себе нормальная. Грей зашёл следом и, закрыв дверь, стащил с волос резинку. Я обернулся и застыл, завороженный этим видом. Волосы рассыпались по плечам, а Грей прикрыл глаза, убирая пряди за уши, чтобы не лезли в лицо. —Идём, — тихо сказал он, и взял меня за запястье. Я мельком увидел жёлтый, перед тем, как Грей крепко сжал мою руку, перекрывая линию. Мы зашли в спальню, и я непонимающе посмотрел на парня, прежде чем тот подтянул меня и толкнул на кровать. Я тут же хотел подскочить, но остолбенел. На запястье был красный. —Дело в том, что эта линия, — Грей кивнул на моё запястье, — слушает мои желания. Она не контролирует меня. Это я её контролирую. —Как ты... — шокировано выдохнул я, не особо веря. Подобное ведь невозможно. Никто не может это контролировать, просто невероятно! —Не веришь? — насмешливо взглянул на меня Грей. Он снова подтянул рукав и повернул запястье ко мне. — Наслаждайся. Красный. Последнее слово он выдохнул, как приказ. Я застыл, словно теперь меня сдерживал не один запрет. На тонком запястье Грея расцвёл красный. И теперь я уверен, что мне не показалось. Его красный и правда ярче моего. Грей подождал пару секунд и назвал другой цвет. Я с яростным ожиданием смотрел на его запястье и не мог поверить. —Как? Почему? Как у тебя это получается?! Его же нельзя контролировать! —Можно. Я без сил рухнул на кровать и закрыл глаза. Ощущение, что всё это сон. Или я снова пересмотрел фантастических фильмов. —Почему ты показал мне? А ведь правда, если он обладал подобным, значит, должен хранить в секрете. Почему он решил показать мне? Грей молчал, а потом снова спрятал запястье. —Потому что оно впервые за семь лет меня ослушалось. —Что?! — потрясённо спросил я, а потом подскочил на ноги, сам того не контролируя. — Семь лет?! Ты управлял ей с двенадцати лет?! Грей прикусил губу, когда я схватил его за плечи, словно так мог вытрясти из него нужную себе информацию. —Вообще-то с тринадцати, — слабо усмехнулся он. — Мне двадцать. —А, — я выпустил его плечи из рук и отступил. — Я... не понимаю... Научи! Всё, что я мог — это молить о помощи. Я безумно устал от этих оков, но если есть способ... Я обязан попытаться! —Тебе не кажется, что просить о таком человека, которого знаешь от силы час — странно? —Тебе не кажется, что вести к себе домой человека, которого знаешь от силы час — странно? — Резонно, — хмыкнул Грей. — Но у меня есть причина тебе доверять, а вот у тебя — сомневаюсь. —Причина? О чём ты? — растерялся я. —Когда линия дала сбой, она показала жёлтый, — пожал плечами Грей. —Что? Как это вообще-то связано? Вздохнув, Грей протянул руку и схватил меня за запястье, а потом провёл пальцем по желтой линии на моей собственной руке. —О, да, связано, — усмехнулся он, а потом сделал то, от чего меня прошиб озноб — прижался к моему запястью губами. И только сейчас до меня дошло, что внешность — не показатель. Я вырвал руку и рванул к двери. Черт, а если он псих, и потому может контролировать цвет? Я сбежал из квартиры — слава моему везению, дверь была не закрыта — и у меня остался лишь один вопрос, пока я бежал по лестнице. Какого черта на запястье светящийся зелёный?

***

Я сидел на кровати в своей квартире и сверлил запястье взглядом. Чертов зелёный не сменился ни разу за эти три часа, что бы я не делал. Я чуть не разбил от отчаяния стекло в ванной — ноль реакции. Можно решить, что я просто лишился рассудка, но, черт подери, я всё понимал! Кроме, разве что, какого черта произошло с Греем. Зачем он поцеловал мою руку и почему после этого зелёный никак не менялся? Да, я понимал, что это идиотская затея, но всё же, чем жизнь не шутит? Прижавшись губами к запястью, я тут же вспомнил, что его губы так же касались моей кожи, только они были теплее и... приятнее. Хотелось пойти в душ и прополоскать свою голову под душем с холодной водой. Реакции никакой, счастливый и всё вдохновляющий зелёный всё так же гордо светился на запястье. И в том то и дело, что он святился! Кто этот Грей такой? Он вообще человек? Почему он... поцеловал моё запястье? Упав на кровать и уткнувшись головой в подушку, я застонал от роя вопросов. И тут в голове промелькнуло что-то важное. Я сел на кровати и взлохматил волосы, пытаясь поймать мысль. А ведь точно! Когда мне было лет двенадцать, я так сильно разозлился на красный цвет, который запрещал мне бегать по дому, что в итоге я, не предупредив маму, сбежал на улицу. Стоило выбежать из подъезда, как я тут же наткнулся на захлёбывающегося слезами мальчика. Я решил, что мы ровесники, потому что были одинакового роста, и когда я не смог сдержать жалости — всё же, когда плакал я, мама всегда меня жалела, — я подошёл к нему. Не помню, что ему говорил и что спрашивал, но когда тот вдруг начал рыдать сильнее, кажется, потому что красный на его запястье не давал ему играть, и от злости мальчишка поцарапал себе кожу, надеясь так убрать цвет, а теперь ранка болела и он, не имея возможности пойти домой, просто сидел и плакал на лавочке. Мне стало так жалко мальчишку, а особенно сильно, потому что я его отлично понимал. Но всё было бесполезно, а теперь он страдал от боли. Вздохнув, я не придумал ничего лучше, чем повторить действие мамы — она в детстве целовала места, где мне было больно, царапина то на локте или синяк на коленке после падения. После того, как я чмокнул царапину на его запястье, мальчишка, кажется, перестал плакать. А я с того момента сидел дома два дня, потому что красный цвет не позволял мне выйти за пределы квартиры. Зелёный всё ещё светился на запястье. Я потёр его ладонью и прикусил губу. Какого цвета тогда стала линия у мальчишки? —Это идиотизм, просто бред... черт с ним, — вслух ругался я, а потом закрыл линию ладонью и вздохнул. — Красный, красный, красный... Убирать руку было по настоящему страшно. Красный. Я ненавидел этот цвет. Красный. Он портил мне жизнь. Красный. Цвет, который я поцеловал. Красный. Цвет, который я хотел прямо сейчас. Красный. Цвет, который я получил по своей воле. —Черт возьми! — взвыл я и зарылся руками в волосы. Это просто невозможно. Почему нигде об этом не говорили? Кто ещё может менять цвет? От чего это зависит? Предполагалось, что линия контролирует людей, не давая совершать неправильные действия. Но как тогда Грей их совершал, судя по всему, с тринадцати лет? Как связаны неправильные действия и чистка зубов? Что за бред? Это всё вообще никак не связано, почему люди живут столько лет, а так и не догадались, как правильно работает этот жизненный светофор на их запястье! Кто его сделал и зачем? Зарычав от бессилия, я упал на кровать и закрыл глаза. Хотелось спать и ни о чём больше не думать. Это было бы правильно — отпустить ситуацию? Нет, абсолютно. Я, наконец, близок к разлому оков, но меня пугало то, что эти оковы может сломать Грей. Он может ломать даже чужие оковы. Какого черта? Он что, Бог? Или кто? Зачем он вообще поцеловал его запястье и какого черта после этого оно стало зелёным? Хотелось рвать на себе волосы. Через два часа отчаянных метаний я понял, что полный идиот. Кроме Грея ответов мне не у кого просить. Я в чертовом замкнутом круге. Красный — Грей — Зелёный. Какая связь? Неужели цвета могут меняться, если их поцеловать? —Даже теоретически звучит безумно. Нет, наверняка это не так работает. Иначе люди бы давно поняли. Или... не поняли? Все в моём окружении считали, что цвет — воля сильнее нашей. Правильная воля и правильное направление. Никто не задумывался, а просто с детства под влиянием школы, семьи и окружения верил. А кто и задавался такими вопросами, как он, получали туманные ответы, что это решает сама судьба. Да уж, начни спрашивать про волю судьбы, черт возьми. Но его этот ответ никогда не удовлетворял. Какого черта его судьбе не нравится зубная паста и лифт? Идиотизм ведь! В раздумьях я провёл три дня, прежде чем понял, что дальше мысли о том, что всё это слишком запутанно и вопроса "при чём тут Грей?", я не двинулся. Как бы всё это странно не было, мне нужно встретиться с ним вновь. В магазине он больше не появлялся, хотя от яростного желания чем-то занять свои мозги и чертову зеленую нить, я забрал у Кэтрин все её смены, пообещав, если что, поделиться оплатой. Я не так сильно нуждался в деньгах, так что поскольку я едва не отнял работу, это справедливо. Глупо, бредово, но справедливо. Возможно, я интуитивно думал, что Грей появится, но его машина тут больше не мелькала. Даже близко. Но я знал, где он живёт, конечно, если он тогда меня не обманул. Да, я испугался, когда он сделал этот неожиданный финт, да, признаю, я, может, и идиот, но кто бы мог остаться спокоен? В пятницу после рабочего дня, когда я отработал свой последний день на этой неделе, я собирался закрыть магазин, но не успел этого сделать, как в магазин кто-то вошёл. Когда я поднял голову, оторвавшись от кассы, всё моё нутро сделало кульбит во мне, сначала упав в пятки, а потом подскочив до самого черепа, от чего у меня заболела голова. Отлично, вот так встреча! —Привет, — махнул рукой Грей, улыбнувшись. Окинув его взглядом, я тут же позорно уткнулся в кассу. Черт, и обязательно являться сюда вот в таком виде? Он собирался в клуб? Какого черта? И почему я вообще так реагирую?! Грей, не получив ни ответа ни привета, вздохнул и пошёл к тому самому месту с батончиками, где в прошлый раз я его догнал. —Откуда ты узнал, что я тут работаю? — когда он положил пять батончиков с орехами, чтобы я его рассчитал, вопрос вырвался непроизвольно. —Я и не знал, — хмыкнул с улыбкой Грей, смотря на меня прямо. — Я бы явился ещё неделю назад, знай об этом. Мне сразу стало нехорошо. Он маньяк? Или просто с головой проблемы? —Зачем? — кажется, я окончательно забыл, что сейчас на работе. Хотя вообще-то магазин уже закрылся пять минут назад! —Поговорить, — вдруг серьёзно сказал он, а потом обогнул кассу и зашёл ко мне. А вот это уже плохо! —Погоди! Ты не можешь вот так делать! И вообще, я знаю тебя... точнее, я тебя абсолютно не знаю, может ты маньяк! Я выставил руки, не зная, что ещё предпринять, лихорадочно думая, куда бежать. Грей закатил глаза и перехватил мою правую руку, а потом повернул её ко мне. —Зелёный, — довольно констатировал он, пусть я и не знал, чему он радуется. —Да этот чертов зелёный не сходит уже неделю! Я в жизни его столько не видел! Что ты сделал? —Целую неделю? А поменять пробовал? Как же, скажу тебе! Конечно! Правда, красный менялся на зелёный, чтобы я не делал. Он не держался долго, как я не пытался провоцировать. Больше не работало. —Что ты со мной сделал? — прошипел я, выдернув руку. А хватка у него сильная. —То же, что и ты со мной, — пожал плечами он, отступив и опустив рукав водолазки. Чертов жёлтый. —И что это значит? —Вернул поцелуй. —Да что ты несёшь!.. Погоди, что? — я едва не подскочил на месте. —О, ты помнишь? — искренне удивился Грей, и его желтый сменился на зелёный. Отлично, можно двигаться дальше. — Бедный мальчик, который поцарапал собственную руку из-за обиды. —Я... — хотелось зарычать от бессилия и злости на то, что я ничего не понимаю. Грей, видимо, устал видеть мои метания и подошёл ближе, заглядывая в глаза. —Ты понятия не имеешь, что это значит? —А должен? — раздраженно вскинулся я, понимая лишь то, что мне не комфортно. Грей замолчал, а потом снова провёл рукой по моему запястью, это действие уже было почти привычным. Глубоко вздохнув, чем привлёк моё внимание, он вновь сжал моё запястье и шагнул ближе ко мне, зажимая у кассы. Я вскинулся, чтобы выставить руки, но он перехватил их за запястье и встал слишком близко ко мне, вглядываясь в мои глаза, словно там мог найти то, в чём нуждался. —Настоящий цвет — зелёный. —Что? —Он ведь светится, — палец пробежался по зеленой линии. — Разве ты не изучал этот вопрос? —Изу... — нахмурившись, начал я, а потом подавился воздухом. Я много литературы перечитал, чтобы понять, что значат эти цвета и можно ли избавиться от них. Избавиться нельзя, проверял, но в некоторых эссе упоминали, что в нужный момент цвета могут светиться. Это значило, что судьба, наконец, привела тебя туда, куда было нужно. Я в судьбу не верил. —Я идиот. —Ты имеешь право сомневаться. —Я думал, что ты извращенец. —Может, немного. Вздохнув, я уронил голову. —Я тебя не знаю. —Это исправимо. Я снова замолчал. Как на это реагировать? Грей же, улыбнувшись, поднял мою расслабленную руку и вновь прижался к пульсу губами. По коже побежали мурашки, а зелёный цвет стал еще ярче. Он что, живой, чтобы радоваться? —Ой, а магазин закрылся наверное, — вздрогнул, осознав, Грей. Я смотрел на него во все глаза, а потом громко рассмеялся, уронив голову ему на плечо. Плевать уже, что будет правильно, раз уж меня, наконец, избавили от этого чертового красного, я готов разглядеть в парне что-то большее. Хотя, смотря на то, как он извиняется, чувствуя разливающееся тепло в груди, уже не думалось, что всё это слишком. По крайней мере, я, наконец, избавился от красного. Лучше буду всегда видеть Грея, чем красный. Грей был светлым и улыбчивым парнем. Не то чтобы не в моём вкусе, просто я думал, что мне нравятся девушки. Впрочем, не важно уже, что я думал. —Мне следует уйти, но... —Давай я закрою магазин, и мы прогуляемся? — предложил я, когда Грей отошёл от кассы. —О, — улыбнулся он, — отлично. Я подожду снаружи. Глупее в своей жизни ничего со мной не происходило, но раз уж такова цена за моё желание, хорошо. Грей не выглядел, как плохой человек. А ещё у него были шикарные волосы, которые я уже неделю хочу потрогать. Видимо, самое время исполнить другое своё желание.
Отношение автора к критике
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.